Глубины океана

Лето выдалось мрачным. Стояла обычная лондонская погода: дождь и туман, однако привычное счастье и безмятежность куда-то пропали. Дело было явно не в этом. Драко с опаской вышел из своей комнаты, ему нельзя никому попасть на глаза. Делать это было страшно, но его охватила присущая подросткам смелость и решимость, поэтому, собрав волю в кулак, он рванул вперед. Драко не мог оставаться в доме, на него давили стены, мрачность, напряженная атмосфера. Если бы парню представили эту ситуацию несколько лет назад, то он однозначно назвал бы этого человека кретином: как может Драко Малфой бояться выходить из своей комнаты, бояться гулять и находиться в своем доме? Однако причина и правда была — это больше не его дом. Не дом, где он вырос, не дом, где чувствовал тепло и заботу. Это был не его дом, теперь в нем поселилось зло и холод, а вернее Лорд Волан-де-Морт. Драко быстрым шагом прошёл к ближайшему выходу, уже обрадовавшись, что никто не попался на его пути. Он не знал куда пойдет, но точно понимал, что собирается выйти за пределы Мэнора и побежать куда глаза глядят, подальше отсюда, как делал раньше при ссоре с родителями, что случалось довольно редко. Витая в своих фантазиях, Драко наткнулся на такую картину: в прихожей стояли два совершенно непохожих друг на друга человека, которое при этом были кровными родственниками. Волан-де-Морт раскинулся на кресле, а перед ним стояла девушка. Малфой знал о ней не так много, только имя — Офелия, и то, что она дочь Волан-де-Морта, а её мать никогда не была пожирателем смерти, хоть и являлась чистокровной волшебницей. Однажды Тёмный Лорд понял, что не бессмертный и ему нужен наследник. Найдя какую-то девицу, держал ее в заточении и когда родилась дочь, Волан-де-Морт ушел к Поттерам и пропал. Новоиспеченная мать, не теряя времени, под общую шумиху сбежала. Эта история, пусть и была интересна Драко, но не настолько, чтобы расспрашивать у кого-нибудь. Большинство и так очень старалось держаться от девчонки и от всего, что с ней связано, подальше, чтобы ненароком не навлечь на себя беду. Увидев ее, он нехотя оценил внешность: на удивление, приятные черты лица, длинные черные волосы и очень бледная кожа, но сильнее всего, выделялись ее глаза - ярко-синие и глубокие, они будто подсвечивали темную комнату своим сиянием. Офелия напоминала фарфоровую куклу, внутри которой был скрыт бушующий и невероятно опасный океан. В его голову пробралась мысль, что если фарфор сейчас треснет, то океан выльется и непременно утопит всех в своих бескрайних водах. — Драко Малфой собственной персоной! Офелия, ты наверное слышала о хозяине поместья, — Волан-де-Морт сказал это с издёвкой, напоминая, что Драко больше не имеет никакой власти в доме и уж тем более не является хозяином. — Я хочу, чтобы ты присутствовал на сегодняшнем собрании. Тебе уже пора занять место отца. — Это большая честь для меня, мой Лорд, — проговорил Малфой младший уже заученную до дыр фразу. — Ну что ты, я <пока> не твой Лорд, — сказал он с хищной улыбкой, от которой у него появились мурашки. Парень торопливо вышел из здания. Слова Волан-де-Морта напугали его, но Малфой старался об этом не думать. Холодный ветер бил ему в лицо, напоминая о давних воспоминаниях. Драко наконец мог почувствовать себя свободным, хоть и ненадолго.