А я тебя люблю

      Поздняя ночь, тёмный кабинет, где освещением служит одинокая свечка на столе, и кронпринц, занимающийся своей работой.       Массивная дверь с грохотом открывается и впускает ещё одного человека в кабинет-спальню. Хенитьюз несёт сладкий чай и парочку печенек, наслаждаясь всеобъятной тишиной.       Альберу на секунду поднимает глаза, кивая в качестве приветствия, и снова возвращается к документам. Кейл садится на кресло напротив, закидывая ногу на ногу, и отпивает ещё горячего чая, обжигая горло. Аромат трав бьёт в нос, Хенитьюз улыбается, переходя к ночному перекусу. Опомнившись, ставит чашку с чаем и перед Альберу и наблюдает, как тот работает.       Тишина прерывается лишь хрустом печенья и чирканьем пера по бумаге, иногда шуршанием листов бумаги, когда Кроссман в очередной раз откладывает выполненную стопку работы, и коротким фразами, составляющими хоть какой-нибудь диалог.       Хенитьюз делает последний глоток чёрного чая и съедает оставшийся кусочек овсянного печенья с шоколадом.       Сияющие блеском золотые волосы и бледная кожа вызывают у Кейла лишь недовольный вздох и он использует ветер, аккуратно стягивая магический кулон.       Альберу вздрагивает, смотря на жестикулирующего Кейла, и вздыхает, чувствуя, как магия маскировки спадает.       — Так лучше?       — Определённо. — кивает Кейл, улыбаясь.       Кроссман улыбается в ответ, но вздыхая, снова переходит к работе. Это не входило в его планы, но Кейл берёт папку бумаг, начиная помогать кронпринцу, Альберу выглядит слишком уставшим, чтобы справиться одному.       Стопка заметно редеет, Кейл устало потягивается, прекращая работу и продолжая наблюдение за тёмным эльфом.       Прямая спина, опустошённый взгляд, заинтересованный только в работе, и, кажется, идеальный почерк, каллиграфический с таким же правильным и идеальным наклоном.       Кейл переводит взгляд с рук в белых перчатках выше, наблюдая за, как по расписанию, вздымавшейся грудью в белой рубашке, расстёгнутой на одну пуговицу.       Усмехнувшись своим «непристойным» мыслям, Хенитьюз прошмыгнул взглядом по шее, останавливаясь на губах Кроссмана.       Альберу задумчиво прикусывает нижнюю, что-то подсчитывая в уме, и записывает всё на бумагу. Его зрачки бегают по документу, ещё раз всё перечитывая.       Кейл беззвучно вздыхает, поднимая взгляд немного выше.       Альберу определённо красив в любой форме, но волосы кажутся такими мягкими и красивыми только в виде тёмного эльфа, да и в своём истинном облике он кажется менее смазливым и более настоящим.       Кейл задумывается, хорошо ли это, что он любит одну его личность больше другой, но кивает, соглашаясь с тем, что это в любом случае Альберу.       Его шелковистые тёмные волосы переливаются в свете свечи на столе, он закидывает их назад, на секунду отводя глаза с бумаг, и, натыкаясь на красно-карие зрачки, улыбается.       Кейл цокает языком, отводя взгляд в тёмный угол, но поглядывает на улыбку Альберу.       — Ты меня любишь? — внезапно спрашивает Кроссман, откладывая пачку бумаг и не сдерживая ухмылку. Кейл, нахмурившись, молчит, продолжая смотреть в тёмный угол. — А я тебя люблю. — признаётся Кроссман, наблюдая, как краснеют кончики ушей Хенитьюза.       Он так бесстыдно его разглядывал, но стоило Альберу посмотреть в ответ, как засмущался.       Кейл любит быть именно наблюдателем, но когда смотрят на него, он замирает неверяще, и эта его черта безумно забавит Кроссмана.       — Мгм. — кивает он, поднимая взгляд и прямо смотря на кронпринца.       — Что такое? — Альберу вздрагивает, в демонских глазах мелькает азарт и влечение.       Кейл встаёт, медленно вышагивая, направляется к книгам в небольшой библиотеке Альберу. Всё внимание тёмного эльфа было направлено к нему. Плавные движения Кейла пленили взгляд, его рука поднялась к полке и пальцами прошлась по корешкам каждой книги.       Медленно переставляя ноги, он прошёлся вдоль полок, возвращаясь с книгой в руках.       Он не спешил, прогулочным шагом идя к своему месту, его тело будто кричало: «смотри на меня» и не смотреть было нельзя.       Альберу сглотнул, очарованно следя и улавливая каждое действие Хенитьюза. Щёки медленно, но верно начинали пылать, скрывая румянец за тёмным тоном кожи.       Он так его совращает?       Слишком… Это слишком. Сумасшествие. Этот ублюдок сведёт его с ума своими действиями. Красиво…       Не признать красоты Хенитьюза — глупость. Альберу признал и сходил с ума от этой красоты.       Но Кейл проходит мимо своего кресла напротив кронпринца, подходя прямо к нему, останавливается по правую руку, облакачиваясь на стол бедрами, и снова натыкается на тёмно-карие глаза Альберу.       Он открывает книгу и Кроссман видит название. Между прочим весьма странное.       «Влюблённый в безумца»? Кто вообще придумывает такие названия?       Кейл, словно зная, о чём думает Альберу, отвечает на немой вопрос в его глазах.       — История любви, думаю она мне подходит.       Кроссман широко распахивает глаза, неподвижно смотря на Кейла, и заливается смехом, а Кейл, будто только этого и ждал, улыбается в ответ, прикрывая губы рукой, захлопнув книгу.       — Весьма оригинальный способ признаться, — посмеиваясь и стирая скопившуюся в углу глаза слезу, на выдохе отвечает Кроссман.       — Тоже так думаешь? — Кейл усмехается, но замирает, сохраняясь в лице.       Кроссман встает с кресла, зажимая Хенитьюза между своих рук, и прижимается вплотную, пару секунд смотря на зажмурившегося в ожидании Кейла. Альберу припадает к губам, закрывая глаза и прижимая Хенитьюза к себе за затылок, зарывшись рукой в длинные пряди волос.       Тёплые, немного солёные и совсем чуть-чуть сладкие от крошек печенья губы трепетно целовали в ответ, словно боялись поранить Кроссмана.       Одна рука Кейла крепко сжимала белую рубашку, стискивая кусочек ткани, а вторая обвивала шею Альберу, не давая ему отстраниться.       — И что это было? — тяжело дыша, спрашивает Кейл и сглатывает, обтирая уголки губ.       — Я безумец, а ты влюблённый в меня. — усмехается Альберу и устало и мягко сжимает Хенитьюза в своих объятиях.       Его усталость, пропавшая на мгновение, вернулась с новой силой.       — Хочешь спать?       — Только с тобой. — капризничая, бурчит Альберу и утыкается носом в шею, умиротворённо вдыхая аромат Хенитьюза.       — Кхм-кхм. — Кейл снова покраснел. Чтобы понять это Альберу не нужно смотреть на его лицо, иначе покраснеет уже он. — Ладно. Кейл соглашается слишком быстро и Альберу благодарно кивает, оставаясь в объятиях.       — Альберу… - зовет его Хенитьюз, желая скорее оказаться в объятиях одеяла и кровати.       — Угу. Пошли. — Кроссман отстраняется, расстроенно уходя в сторону кровати.       — Альберу, — зовёт Хенитьюз сквозь дрём, тычась носом в грудь Кроссмана. — Я люблю тебя.       Он чувствует, как тёмный эльф улыбается, целуя его в макушку.       — И я тебя люблю.       Кейл слышит, как стучит сердце Альберу, немного чаще, чем обычно, и шире улыбается, погружаясь в царство Морфея.