Одержимость Сяо Чжаня

      Покинув сцену, Сяо Чжань выдохнул. На сегодня его смена в баре была окончена. Вместо него следующие два часа посетителей будет развлекать другая певица, с которой Сяо Чжань обычно работал в одной смене.              Сяо Чжань любил петь в баре, но сегодняшний вечер выдался особенно выматывающим. Программа, которую он изначально планировал, пошла прахом, как только первые посетители начали заказывать репертуар, с которым Сяо Чжань не был достаточно хорошо знаком, но петь все равно приходилось, ведь ему платили за это деньги. И очень хорошие.       И сейчас он мог со спокойной душой поехать домой, принять расслабляющий душ и упасть в объятия теплой, мягкой постели, но отчего-то все ещё продолжал находиться в баре. Мало того, он вышел в зал, занял полюбившийся столик в углу и заказал одной из новеньких официанток любимый коктейль.       И, казалось бы, зачем продолжать торчать в шумном, душном месте, когда имел полное право уехать домой отдыхать. Но причина была. И имя ей - Ван Ибо.       Этот молодой бармен с пухлыми, манящими губами и будоражащей коварной улыбкой работал в баре уже два месяца. Он был объективно красивым, остроумным, делал вкуснейшие коктейли, а ещё умел слушать лучше любого психолога. Короче говоря, на место бармена подходил по всем параметрам.       Ван Ибо с первого дня полюбился как начальству, так и посетителям. Многие приходили именно тогда, когда работал Ибо, заранее проведав, когда была его смена.       Сяо Чжань входил в число таких посетителей. Ему, как сотруднику бара, было гораздо проще добыть график работы бармена, поэтому он всегда старался договариваться с коллегами так, чтобы его и Ван Ибо смены совпадали.       Было, конечно, тупо после того, как еле живой сползаешь со сцены, продолжать торчать в баре только ради того, чтобы в очередной раз залипнуть на бармена, но Сяо Чжаня все устраивало. Ван Ибо был его личной панацеей, и даром, что они даже толком не общались.       Нет, не то чтобы Ибо сторонился Сяо Чжаня. Они всегда приветливо здоровались друг с другом. Порой, когда Сяо Чжань осмеливался расположиться за барной стойкой, Ибо искренне ему улыбался и делал какой-нибудь коктейль. Всегда новый, чтобы Сяо Чжань оценил первым. И Сяо Чжань оценивал, глупо улыбаясь и сияя так, словно ему только что выплатили годовую зарплату да ещё и премию сверху отвалили.       Но говорить у них получалось редко. Ван Ибо всегда был нарасхват. Он только успевал спросить у Сяо Чжаня, понравился ли ему коктейль, а затем его внимание привлекали другие посетители.       Поэтому единственное, что оставалось Сяо Чжаню, сидеть в углу бара, где меньше всего света и позорно разглядывать того, о ком бредил последние два месяца.       Сейчас Ван Ибо разговаривал с какой-то девушкой. Та была довольно привлекательной и, судя по тому, как строила бармену глазки, кокетливо наматывая прядку волос на тонкий пальчик, прекрасно об этом знала. Подобную картину Сяо Чжань наблюдал в каждую свою смену по несколько раз за вечер. Но он все равно бесился. Хотя, честно говоря, причины как таковой не было. Ван Ибо ему не принадлежал и мог спать с кем угодно. И это бесило ещё больше.       На откровенный флирт девушки Ибо продолжал сдержанно улыбаться, при надобности - качал головой, не прекращая при этом делать коктейль. Когда девушка все же отошла, на краткий миг возле стойки образовалось пространство. Сяо Чжань весь подобрался, потому что в эту самую минуту ему никто не мешал разглядывать его главную одержимость.       Ибо был одет в классическую форму бармена: черные брюки и белую рубашку с закатанными до локтей рукавами. Наброшенная поверх рубашки черная жилетка выгодно подчеркивала широкую спину и тонкую талию парня. А галстук-бабочка, обвивающий длинную шею наталкивал не на самые приличные мысли.       Растрёпанная отросшая челка спадала на безупречное лицо, в ухе поблескивала серёжка в форме колечка, которую Сяо Чжань всегда мечтал втянуть в рот, после того, как вылизал бы шею бармена.       Сейчас Ибо сжимал в руках бутылку с каким-то алкоголем, монотонно ее встряхивая. Из-за подобного действия на предплечьях бармена отчётливо выделялись мышцы, заставляя Сяо Чжаня ослабить ворот сценической рубашки.       И вот тут, когда его пальцы схватились за верхнюю пуговицу рубашки, Ван Ибо вдруг вскинул голову и посмотрел прямо в глаза своему наблюдателю.       В том месте, где находился Сяо Чжань было мало света, по этой причине он всегда выбирал именно этот столик. Но Ван Ибо все равно заметил его. Ещё бы! Трудно, наверное, не заметить человека, который открыто на тебя пялился.       Несколько невыносимо долгих мгновений Ван Ибо продолжал смотреть Сяо Чжаню прямо в глаза. Этот глубокий, прожигающий насквозь взгляд заживо его сжигал, и Сяо Чжаню сию же секунду захотелось опуститься перед Ван Ибо на колени. Он захлебнулся воздухом, когда бармен, вдоволь насмотревшись в его глаза, внезапно улыбнулся, приподняв уголок рта. Когда взгляд Сяо Чжаня непроизвольно скользнул на губы Ван Ибо, тот улыбнулся шире и склонил голову на бок.       И Сяо Чжань уже был готов поверить, что случилось что-то совершенно необъяснимое и в данный момент Ван Ибо с ним флиртовал, но внезапно к стойке подошли две девушки, отчаянно хихикая и тем самым прерывая их зрительный контакт.       Сяо Чжань смог наконец расслабиться, но разочарование, хлынувшее всепоглощающей волной, заставило задохнуться очередным приступом ревности.       Больше Ван Ибо не смотрел на него, потому что попросту было некогда. Его продолжали окружать девушки, а порой и парни, и в такие моменты Сяо Чжань был готов взвыть, лишь бы от его мальчика наконец отстали.       Его мальчика. Как же Сяо Чжань смешон. Он ведь даже не знал, привлекают ли Ван Ибо парни. Если судить по наблюдениям самого Сяо Чжаня, бармен был приветлив со всеми, и открытый флирт от мужской части посетителей никогда не вызывал у него отвращения или паники. Но мило всем улыбаться и добродушно кивать, пока делал коктейль, было его работой. С которой Ван Ибо отлично справлялся. Во всяком случае, Сяо Чжань ещё ни разу не видел, чтобы Ибо уходил из бара с кем-то из посетителей. Да в принципе не видел его с какой-нибудь пассией. На работе рядом с ним всегда крутилось много людей, а после смены он неизменно садился на свой байк и уезжал. Один. А что там было за пределами бара Сяо Чжань не знал. Да и не имел абсолютно никакого права спрашивать.       За бушующими мыслями и тщетными попытками ещё хотя бы разок поймать взгляд Ван Ибо, Сяо Чжань не сразу заметил, как к нему кто-то подсел.       - Наш восхитильный Сяо Чжань решил спрятаться в темном уголке, чтобы его никто не обнаружил? - раздался вкрадчивый мужской голос.       От неожиданности Сяо Чжань вздрогнул, а затем повернул голову. Рядом с ним сидел молодой парень. Он ярко улыбался и без стеснения бродил по Сяо Чжаню оценивающим взглядом.       - Простите, мы знакомы? - Сяо Чжаня удивил тот факт, что к нему обратились по имени и сразу на "ты".       Парень расцвел в более яркой улыбкее, хотя куда уж ярче!       - Тебя невозможно не знать! Ты же наша звезда. Я твой фанат, прихожу в этот бар только ради твоих выступлений!             - Я польщён, благодарю, - вежливо улыбнулся Сяо Чжань, ощущая, как к горлу подступает тошнота. Не то чтобы он был против знакомств с ценителями его творчества. Но все они, как правило, были больше ценителями его тела, а в постели Сяо Чжань мечтал оказаться только с одним конкретным человеком.       - Я вижу, ты уже почти допил свой коктейль, - снова заговорил парень, указывая на полупустой бокал Сяо Чжаня. - Как насчёт того, чтобы выпить вместе? Какие напитки предпочитаешь? Я угощу тебя.       Сяо Чжань вздохнул, изо всех сил стараясь выглядеть приветливо. Пусть его смена уже закончилась, но он все ещё являлся сотрудником бара, поэтому хамить и раздражаться было категорически запрещено.       Повернувшись лицом к парню, Сяо Чжань мягко улыбнулся.       - Благодарю, но боюсь я вынужден отказаться. Видишь того бармена? - Сяо Чжань кивнул в сторону барной стойки, где Ван Ибо заканчивал делать очередной коктейль. - Это мой парень, и я жду, пока закончится его смена, чтобы поехать домой. Вместе.       Парень просканировал Ибо цепким взглядом, затем вернул свое внимание к Сяо Чжаню.       - Как я сразу не понял. Лучшие всегда достаются лучшим, - пожал плечами несостоявшийся кавалер. - Что ж, тогда не стану больше навязывать свое общество. Хорошего вечера.       - Взаимно, - ответил Сяо Чжань, расплываясь в улыбке. На этот раз искренней.       Иногда, когда Сяо Чжань хотел избавиться от нежелательной компании, он хитрил, выставляя Ибо своим парнем. Когда посетители видели бармена, то сразу же сливались. А Сяо Чжань в итоге оставался один на один с собственными грёзами, где Ван Ибо действительно был его парнем, а не всего лишь коллегой, с которым они изредка разговаривали и делились мнениями о том или ином коктейле.       Смена Ван Ибо подходила к концу. Сяо Чжань горестно вздохнул понимая, что какими бы ни были его фантазии, домой они поедут порознь. Поэтому сейчас Сяо Чжаню нужно было идти переодеваться, ведь сценический наряд он с себя не снял, торопясь в зал занять свой любимый столик и залипнуть на Ван Ибо.        В раздевалке было пусто, работники с дневной смены уже давно ушли, а ночники сейчас находились в зале. Подойдя к своему шкафчику, Сяо Чжань открыл дверцу и начал расстегивать рубашку. Стянув с себя верхнюю часть костюма, он аккуратно повесил ее на вешалку, возвращая обратно в шкафчик.       - Чжань-гэ сегодня так красиво пел. Я заслушался, - из-за спины послышался знакомый глубокий голос, моментально запускающий по телу Сяо Чжаня табун мурашек.       - Не знал, что ты меня слушаешь. Думал, ты слишком занят работой. - Сяо Чжань пытался говорить спокойно, все ещё стоя спиной к бармену. Но это его "Чжань-гэ", брошенное как будто невзначай, а ещё комплимент его пению... Сяо Чжаню вдруг захотелось сорваться с места и броситься Ван Ибо на шею. Хотя это желание было практически перманентным.       - Как я мог не слушать? Голос Чжань-гэ такой волшебный. Любой, у кого есть уши, не сможет остаться равнодушным.       Ибо прозвучал слишком близко. Сяо Чжань только сейчас вспомнил, что все ещё был на половину раздетым. Он инстинктивно повел плечами. Вовсе не из-за того, что замёрз, наоборот, внезапно стало не просто жарко - невыносимо горячо. Сяо Чжань буквально чувствовал чужой, прожигающий его спину взгляд и, кажется, даже дышать перестал, опасаясь, что все это в очередной раз лишь плод его фантазии, и стоит всего раз моргнуть и иллюзия расколется на сотни крошечных осколков.       - Я рад, что тебе нравится. - Сяо Чжань практически шептал, чтобы не выдать нарастающей дрожи во всем теле.       - Мне нравится, что мой парень такой талантливый, - эти слова Ван Ибо прошептал Сяо Чжаню на ухо. Когда он успел подобраться настолько близко, Сяо Чжань не знал, окончательно потеряв связь с реальностью. Чужое теплое дыхание обожгло нежную кожу на шее, заставляя крупно вздрогнуть.       Словно в замедленной съёмке Сяо Чжань все же развернулся к Ван Ибо лицом, тут же сталкиваясь с выразительными и, казалось, уже даже родными глазами. Вот только сейчас в них не было привычного равнодушия и спокойствия. Потемневшая радужка обжигала неистовым пламенем.       - Что ты только что сказал? - голос Сяо Чжаня скрипел, словно плохо смазанные дверные петли. - Твой парень? Я?       Сяо Чжань растерянно хлопал ресницами, делая краткие вдохи, чтобы не задохнуться в столь волнующий момент.       Ван Ибо криво ухмыльнулся, во взгляде вспыхнули нотки озорства.       - Сяо-лаоши так часто использует меня, чтобы избавиться от нежелательных ухажёров.       Сквозь туман, решивший этим вечером заночевать в черепной коробке Сяо Чжаня до него все же дошел смысл сказанных Ван Ибо слов. Его глаза моментально округлились и он тут же попытался оправдаться.       - Ван Ибо, я не пользовался тобой. Просто прикрылся несколько раз твоим именем. Прости, мне стоило сказать раньше...       Но договорить Сяо Чжань не смог. Ибо резко сократил последние разделяющие их сантиметры, вжимая его в шкафчики сотрудников. И возможно от холода металла по обнаженной спине Сяо Чжань бы поежился, если бы все его тело не горело от дикой жажды прикосновений того, кто в данный момент нависал сверху, тяжело дыша и вздернув губы в кривой ухмылке. Горячо. Как же горячо.       - Сяо-лаоши может не извиняться, - хриплый шёпот практически в губы. - Мне нравится, когда он мной пользуется.       А затем Ван Ибо без лишних прелюдий, будто их переглядываний было недостаточно, впился в дрожащие губы Сяо Чжаня, моментально сминая их, раздвигая языком, ныряя в горячий податливый рот.       Сяо Чжань застонал в поцелуй, хватаясь за плечи Ван Ибо, чтобы от всего происходящего не рухнуть позорно на пол.       Ван Ибо тем времен подставил под спину Сяо Чжаня собственные ладони, чтобы тот не прижимался голой спиной к холодному металлу шкафчиков.       Ибо целовал глубоко, жадно, неистово, а Сяо Чжань с готовностью отвечал, теряясь в ощущениях, плавясь в чужих жарких объятиях.       В какой-то момент Ван Ибо перестал вылизывать рот Сяо Чжаня, легонько прикусил нижнюю губу, оставил поцелуй на крошечной родинке, на скуле, поиграл с мочкой уха. Сяо Чжань застонал и откинул голову назад, ударяясь о шкафчики затылком, но плевать он сейчас на это хотел.       Ван Ибо приник к тонкой шее, всасывая нежную кожу в том месте, где голубоватая венка билась в губы бешеным пульсом. Ибо выпустил кожу, широко мазнул языком по начинающему краснеть месту, а затем прикусил тонкую, выпирающую ключицу, вызывая очередной стон Сяо Чжаня. Ибо кусал, целовал, вылизывал, делал все что ему хотелось, потому что разгоряченный, наполовину обнаженный Сяо Чжань был невероятно податливым, и таким чутким, что у Ибо напрочь перегорали все предохранители, оставляя лишь один-единственный инстинкт - продолжать и ни за что на свете не останавливаться.       Когда лёгкими, посасывающими поцелуями Ван Ибо начал спускаться к соскам Сяо Чжаня, тот не выдержал и, яростно застонав, поменял их местами.       Теперь Ибо упирался спиной в холодный металл, а Сяо Чжань, такой горячий и заведённый до предела нависал сверху. На его шее и ключицах то тут, то там начинали расцветать алые бутоны, оставленные губами Ибо.       - Значит, Чжань-гэ любит быть сверху? - выгнув бровь, ухмыльнулся Ибо.       - Лучше тебе сейчас помолчать, - буквально зарычал Сяо Чжань.       Дрожащими, непослушными пальцами он развязал галстук-бабочку, расстегнул ворот чужой рубашки, а затем жадно впился губами в дразнящую шею. Сяо Чжань яростно кусал, следом зализывал, всасывая до черных пятен перед глазами. А Ван Ибо оставалось лишь сжимать кулаки и стонать, позволяя этому невъебическому парню делать все, что душа пожелает.       А душа Сяо Чжаня желала многого, поэтому его губы вскарабкались к острым скулам Ибо, оставляя там несколько сладких поцелуев-укусов, а затем завладели мочкой уха, сразу же всасывая в рот вместе с серёжкой. Как же давно Сяо Чжань об этом мечтал. Губы яростно сосали мягкую мочку, а язык игрался с металлическим колечком, добавляя ощущений и заставляя Ван Ибо выгнуться дугой.       Они соприкоснулись возбуждением и одновременно застонали. В этот момент где-то на фоне раздался звонкий смех девчонок-официанток, затем послышались шаги и этого хватило, чтобы Сяо Чжань тут же отпрянул от Ибо.       Девчонки прошли мимо мужской раздевалки, направляясь в женскую, и когда их голоса затихли, парни столкнулись взглядами и одновременно прыснули. Они оба выглядели не самым лучшим образом. Растрёпанные, зацелованные, с ошалелыми, блестящими от возбуждения глазами и неслабыми стояками в штанах. Кроме того, обоих все ещё потряхивало от горящего ярким пламенем желания, но они прекрасно понимали, что выбрали не самое лучшее место для подобных игр.       - Мы совсем забыли, где находимся, - продолжая тяжело дышать, улыбнулся Сяо Чжань. Он все ещё не до конца верил, что находился в реальности, а не в одном из своих влажных снов.       Ибо положил ладони на талию Сяо Чжаня, притягивая того ближе. Его пальцы ощущались кипящей лавой на тонкой обнаженной коже.       - Тогда одевайся и поедем. Я ведь могу подвезти своего парня до дома? - улыбнулся Ибо, стреляя озорным взглядом. Сяо Чжань тут же отзеркалил хитрую улыбку Ибо.        - Ты можешь даже остаться у своего парня на ночь, - ответил он, коротко целуя теперь уже точно своего парня в губы.