бесконечная любовь.

Утро. – Какого чёрта? Данис в шоке потёр глаза, ему явно снилось что-то откровенное. Он мысленно прощался с мыслями обо всём интимном, вдруг у него на самом деле есть соулмейт, и именно он сумеет прочесть его грязные мысли? Уроки начнутся не скоро. Арсланов обычно всегда вставал раньше будильника, нехотя выключая его. Однако в этот раз, он проснулся аж за час до назначенного времени. Это дало дивы на сонное лицо. Он встал. Распахнул по привычке белые шторки, света особо не было. Будто ночь на дворе. Включил свет, и пошёл к кухне. Хотелось чего-то съесть, но он понял, что еда в такую рань, тупо не к месту. Приняв факт проигрыша, он с некой ноткой уважения отплюснулся от холодильника. Не сейчас. Раздражительно вспоминая, что такого он делал ночью, дабы так пересраться, его передёрнуло. Прикол-то как раз в том, что он абсолютно ничем не занимался в поздний срок. Тупо валялся, принимал смешащие позы, и смотрел в отражающий себя потолок, усмехаясь с каждого движения. Тем не менее, в голову пришёл лишь бред. Ему показалось, что снился Радмир. Нурлыгаянов, весь в обтягивающих джинсах, мокрой футболке и баскетбольным мячом в руках, романтично призывает того к себе поближе. Обвивает его талию своими шаловливыми руками, пробираясь под рубаш... Нет, определенно не это. – Не бесись, придурошный. Я знаю, о чем ты думаешь. Грязнокровка. – пробралось из темноты. Знакомый до жути голос пробрался по самые пятки. Не знаю, думал ли Данис, что это до сих пор сон, может нет. А может он и вовсе отказался думать в этот момент, но его ошаломили на контрольной по физике. – Эй, ты чего разлёгся? – Радмир дал понять, что тут он развалился на всю парту, из-за чего ему, как соседу, не слишком приятно писать и думать. – Прости, я.. Я просто вырубился. – Просто подвинься и спи себе дальше, если так хочешь влепить себе двойку меж глаз. – Я тебя понял. Нурлыгаянов улыбнулся, пока Арсланов не думал не то чтобы никак реагировать, а как вообще выйти из этого положения.