Я бы хотел тебя придушить.

Мертвенное спокойствие: далёкие, будто из другого мира, крики чаек, звук падающей воды, скрежет металлических вывесок у пустых стен магазинов, скрип повисших в метре от пропасти сломанных гондол и ветер, гулящий средь опустевших улочек. Все эти звуки создавали собой атмосферу, присущую давно забытому, мёртвому месту. Проходя мимо киосков и кафе с разбитыми окнами, где всё осталось на своих местах, будто ещё мгновение назад здесь бурлила жизнь, Йору не заметил ни одного врага. Где-то вдалеке слышался тихий писк бомбы, но он не отпускал мнимой надежды найти хоть одного загулявшего врага. Обойдя стороной линию МИДа, он добрался до вражеской базы. Холодный сырой ветер зарылся в волосах, потревожил одежду и Йору сощурился, не позволяя поднятым в воздух частицам пыли попасть в глаза. Стоило ветру стихнуть, а его гулу затеряться меж остатков улочек, как где-то сзади послышался тихий звук шагов. Кто-то неизвестный двигался медленно, будто боясь издать лишнего шума. Резко обернувшись на звук Рё тут же наставил оружие на прибывшего. Перед ним стоял Чембер, сначала мужчина не двигался, а затем, медленно поднял руки вверх, согнув в локтях. Он сделал несколько медленных шагов в сторону парня и чем ближе он подходил, тем лучше Йору мог его разглядеть. Вокруг второго не просматривалась присущая всем прибывшим с Омеги агентам красноватая аура, это был их Чембер. Рё опустил оружие и молча откинул его в сторону. Задавать вопросы было глупо, Винсент всё равно на них не ответит, так зачем попусту сотрясать воздух, но когда француз подошёл совсем близко, Йору заметил кровь на его рукаве. Пачкаться Чемберу было не свойственно, он всегда находился где-то далеко и единственная кровь, которая могла на нём быть — его собственная, но двигался тот уверенно, ткань рубашки во всех местах цела и тут-то парень вдруг вспомнил про Гекко. Неосознанно-резко он прижал палец к наушнику, но что бы он не говорил, ответом ему были лишь помехи, а после — мёртвая тишина. — Не утруждайся, вблизи спайка сигнал глушится, тебя не услышат, — наконец опустив руки вниз оповестил Чембер со своей привычной улыбкой на лице, которую теперь пропитывало не только лицемерие, но и безумие. — Ты блядь оставил его там?! — пытаясь сдерживать гнев и панику процедил Йору, сжимая руки в кулаки. — Может быть там, а может быть где-то поблизости, а может быть враги уже только и ждут, когда ты объявишься, героически спасать товарища, чтобы пристрелить обоих, — Чембер сделал несколько шагов в сторону пропасти, остановился на самом краю и, одарив Йору хитрым взглядом, посмотрел вниз, — а может быть он совсем скоро окажется где-то там, внизу, раздавленный в кровавую лужу, — Чембер неосознанно представил звук, когда все кости в один миг превращаются в труху. Почему-то, этот звук показался ему очень приятным, хотелось бы услышать его в реальности. В голове Рё вдруг появился образ Гекко, безвольной сломанной куклой лежащий на земле в луже собственной крови, бледно-синий, словно сама смерть, с глазами в пелене мёртвого тумана. Шустро моргая он избавил себя от этих видений и, сглотнув приступ агрессии, сконцентрировал всё своё внимание на Чембере, не упуская ни одного его телодвижения из виду. — Что мне делать? — спросил Йору, с силой стиснув зубы. Чембер перевёл взгляд на японца и вернулся на свою исходную позицию. С ответом он не торопился, со скучающим видом переминался с ноги на ногу и смотрел куда угодно, но только не на парня. Играет с жертвой. Наконец, спустя минутное молчание, в его руке появился револьвер. Влюблённо осмотрев оружие со всех сторон он взял его в другую руку и, прицелившись, направил дуло оружия в сторону Йору, вторую руку он занёс за спину. Парень не сдвинулся с места, тая надежды на то, что ему нагло не соврали в тот вечер, а даже если соврали — приоритетом было, чтобы Гекко остался жив. Рё задрал подбородок, окидывая Чембера презрительным взглядом с ног до головы. Чего ещё можно было ожидать от этого человека — оставалось только гадать. — Каковы условия? — спросил Йору, не тратя силы даже на перестраховку в виде телепорта. Он не сделал ни единого движения. — Ты стоишь смирно до конца процессии как послушный мальчик и не делаешь лишних движений, а когда спайк взорвётся, мы оба останемся живы. После этого я скажу тебе где Гекко и ты сможешь собрать его по кусочкам. Вариант второй: ты прямо сейчас уходишь, ищешь пацана вслепую и в конце концов, не успев, героически умираешь вместе с ним. Жить или не жить, Йору, суть лишь в этом. Решай, кто ты — одиночка, из-за которого снова оборвётся чья-то жизнь, или влюблённый герой-смертник, как все те, кого ты презирал всю жизнь. Я не тороплю, у тебя есть всё время мира для принятия решения, но вот спайк взорвётся с минуты на минуту, а Гекко где-то там истекает кровью, надеется на тебя, а ты как обычно в зоне недосягаемости, — Чембер говорил с театральной грустью, от которой всё сильнее хотелось ему врезать, заткнуть рот любым доступным способом. — Я ведь могу тебя просто убить, — сказал Йору, надеясь найти хоть какой-то другой выход из ситуации. — Разумеется, но это иррационально. Рё почувствовал, как ветер доносит со стороны точки В разряженный запах озона и понимал, что чем дольше он здесь стоит, тем быстрее уходит время. Снова видения, снова Гекко. Он стоит перед ним, холодный, обескровленный, смотрит на него мёртвыми глазами, потерявшими былой живой блеск. Трогает его щёки влажными от крови пальцами и грустно улыбается, будто прощая его за ещё не сделанный выбор. Йору нервно провёл рукой по голове, цепляясь за волосы на затылке пальцами так крепко, что быль возвращает его к раздумьям из нарастающего чувства паники. Случись это на неделю пораньше, он бы стоял на месте, не тратил бы сил на размышления о ком-то кроме себя, но сейчас, когда любовь тупым ножом резала его изнутри, когда так отчаянно хотелось прожить жизнь не одному, рядом с ним, насладиться каждым моментом, когда на губах всё ещё пылал утренний поцелуй он не мог вновь зациклиться на одиночестве. Его существование больше не имело смысла без него, даже если он выберет первый вариант, отдаст чужую жизнь взамен своей, вот так просто лишит человека будущего, приятных воспоминаний, утренних пробуждений, ежедневной радости видеть этот мир — он никогда не сможет потратить эту валюту, не сможет просыпаться каждый чёртов день, осознавая, что постель этого кого-то навечно пустая и холодная, с выветрившимся запахом его тела на простынях. Йору вспомнил первый день его знакомства с Гекко, вспомнил, как они сидели на крыльце протокола, обсуждали способности друг друга, пытались выпытать как можно больше секретов и информации. Вспомнил, как они смотрели фильм, мирно спящего рядом Матео, его дыхание, его запах, его прикосновения. Вспомнил их первую совместную тусовку, как они танцевали, как мило тот улыбался в тот день и как забавно использовал фразы Йору против него самого. За эту жалкую неделю Гекко стал для Рё самым важным человеком в его жизни. Он позволил ему заглянуть внутрь себя, позволил подойти так близко, как никому до него. Один лишь его добродушный взгляд заставлял всё внутри Йору перевернутся и невольно, погружённый в воспоминания, вечно холодный и непроницаемый японец вдруг заплакал. Ему не хотелось останавливать этот поток эмоций, безысходность всё сильнее сдавливала его горло длинными, костлявыми пальцами, а те тёплые моменты, кажется, навсегда засевшие в памяти, давили на грудь не хуже пресса, окрашиваясь в мрачные, синие тона с трагичным финалом. Теперь, какое бы воспоминание не подкидывало Йору сознание, в конце он всегда оставался один в холодной, пустой комнате, без конца зовущий уже не существующего в его жизни Гекко. Мимо него то и дело проходили призраки других агентов, осуждающими взглядами испепеляющие его до локтей покрытые кровью и чем-то чёрным руки. Лихорадочно на них оглядываясь, Рё мечтал увидеть хоть один утешающий, хоть один сочувствующий взгляд и наконец, выискав в толпе Феникса, он остановил его за руку, с надеждой глядя в его глаза, но вместо успокаивающих, вечно играющих огней увидел лишь тьму, а на лице сияла гримаса отвращения, вперемешку с разочарованием. Всё то, что составляло собой новый мир исчезло, в центре картинки застревали образы, где они всё ещё вместе, всё ещё счастливы, а с секунду позже — лишь Йору, с грустью смотрящий на небо, откуда, быть может, с успокаивающим взглядом на него смотрел Матео. С силой воли заставив себя отойти от этих воспоминаний, Рё запрокинул лицо вверх, чтобы не дать волю новым слезам. Горячие влажные дорожки застыли на бледной коже. Выдохнув и вновь вернув взгляд на Чембера, он увидел неподдельную заинтересованность в чужом лице. Тот буквально упивался открывшейся ему картиной. — Говори где он. Чембер вдруг переменился в лице, в его глазах заплясало удивление, а с лица сошла улыбка. Долгие пять секунд он молча смотрел на Йору так, словно увидел самого большого идиота в своей жизни. Француз тихо засмеялся, потом громче, ещё громче и наконец залился таким безумным смехом, что чтобы остановить самого себя, ему пришлось закрыть рот рукой. — Нееет, нет, нет, НЕТ! Ты совсем не это должен был выбрать! — с досадой, Чембер вдруг топнул ногой, словно маленький ребёнок, не получивший желаемое и разразился целым множеством французской брани. Йору наблюдал за этой картиной с широко раскрытыми глазами, отчего то, наблюдать за таким Винсентом было даже страшно, — это неправильно, скучно, глупо, отвратительно, невообразимый идиотизм! О-о, как же ты разочаровываешь, Йору, как же ты разочаровываешь, — продолжал Чембер, быстро метаясь из стороны в сторону, всё равно что загнанный в ловушку заяц. — Ты сказал, я могу выбрать любой вариант. Я выбираю второе, я уверен, я успею. — Нет, нет, нет, нет, заткнись, ничего не говори, — Чембер застучал дулом револьвера по собственному виску, рыча то-ли от злобы, то-ли от безумия, — а знаешь что?! Знаешь? А? ВЫ ОБА СДОХНЕТЕ! Резко направив пистолет назад на Йору, мужчина взвёл курок с таким безумным взглядом, что не поверить в реальность происходящего было просто невозможно. Досадно, что первоначальный план не сработал, но так даже лучше. Не нужно притворяться, не нужно играть по правилам чужой игры, можно вновь упиваться своим господством, можно снова решать кому жить, а кому умереть самостоятельно, но Чембер даже не подозревал, что считая себя ферзём, богом этого мира, остался жалкой пешкой, играющей на чужом поле в чужую игру. Всё внимание Йору было приклеено к окончательно слетевшему с катушек Винсенту, но вдруг заприметив новое движение за чужой спиной боковым зрением, увёл взгляд и увидел… Вайпер. Она подняла руку, быстро нацелилась и, прикрыв один глаз, выстрелила. — НЕТ СТОЙ! Прогремел выстрел и Йору, уже успев поверить в собственную смерть зажмурился, однако, вновь открыв глаза, увидел перед собой застывшего Винсента. Непонимающим взглядом осматривая мужчину, он увидел его испуганные, полные боли глаза. Револьвер выпал из ослабших пальцев, но не успев дотронуться до земли превратился в розовато-жёлтый огонёк, тут же исчезающий в воздухе. Чембер не дышал, его грудная клетка не двигалась, не издавал звуков и наконец… кашель, ещё приступ, и ещё, пока наконец изо рта не потекла густая, липкая кровь вперемешку со слюной. Он задышал снова и, опустив взгляд на собственную грудь, увидел расплывающееся кровавое пятно по белой рубашке. Пуля пробила его насквозь, застряв где-то в грудной клетке. Болевой шок позволил держаться на ногах ещё с несколько секунд, но, сделав лишь один шаг, чтобы удержать тело, он упал, перестав двигаться вовсе. Йору, задержав дыхание наблюдал за этой картиной вплоть до падения и, не обращая внимания на Вайпер, подскочил к трупу француза. Лихорадочно резко перевернув того на спину, он крепко схватил его за грудки и тряхнул так сильно, что в шее второго что-то хрустнуло. — ТЫ БЛЯДЬ НЕ МОЖЕШЬ ТАК ПРОСТО ВЗЯТЬ И СДОХНУТЬ?! СКАЖИ ГДЕ ОН! СЛЫШИШЬ?! ГДЕ?! — Хватит сотрясать воздух, он мёртв, — холодно произнесла Вайпер, подойдя ближе. Йору поднял на неё голову со всем гневом, который только успел в нём накопиться за все это время и медленно встал, рассматривая их Вайпер. — Что. Ты. Мать твою. Наделала? — Спасла твою шкуру. Как минимум. — Как максимум ты только что выстрелила в единственного, кто, блядь, знал где Гекко, и теперь хрен бы его знал где искать и есть ли у нас вообще на это время! — Вайпер тактично молчала, но тишина с её стороны только больше злила и, наконец не выдержав, Йору заорал так громко, как только мог и, со всей дури наступив на грудь уже мёртвого Чембера ногой до характерного хруста сломанных ребёр убежал настолько быстро, как только мог, на ходу скрываясь в подпространстве. До тех пор, пока Йору не исчез, Вайпер апатично, без единой эмоции в лице смотрела ему вслед. Стоило ей остаться наедине с трупом, она сняла маску и, вытащив из кармана пачку сигарет, которые обычно курил Чембер, сунула одну в рот и подожгла, а вторую, положив в карман его брюк, молча попрощалась с ним навсегда. Ей не хотелось говорить, не хотелось думать об этом, не хотелось копошиться в страстных воспоминаниях о когда-то похороненной под кирпичами лжи и предательств любовью. — Надеюсь теперь в твоей вечности будет место для меня, Фаброн, — она взглянула в небо и, выпустив последнюю порцию дыма в воздух, скинула мужчину в пропасть, распрощавшись со всем, что их когда-то связывало.

***

Пип. Пип. Пип. С такими звуком уходило время, отведённое Гекко на то, чтобы уже успеть распрощаться со всеми своими не прожитыми днями, наполненными радостью и печалями. Несколько раз попытавшись связаться с Чембером или Йору через рацию он довольно скоро понял, что это бесполезно. Да уж, наверное, он единственные счастливчик из всего протокола, который вот так просто умрёт на своей первой миссии и даже Сэйдж не сможет вновь собрать его по кусочкам и восстановить. До ужаса обидно, до ужаса смешно и грустно одновременно. Боль уже практически не чувствовалась и, уже не так сильно прижимая к себе ткань чужого жилета потухшими глазами Матео бесконечно сверлил стену перед собой, пытаясь не давать волю усталости до последнего момента, пока смерть не возьмёт своё, не заберёт его в свои холодные объятия, оставив напоследок возможность насладиться тем, что подарила ему жизнь за свою недолгую продолжительность. Грустно скрутившийся у раны калачиком Вингман тихо урчал, сторожа покой своего хозяина, даруя ему блаженные секунды тишины, когда можно было не концентрироваться на потере крови, не думать о смерти, позволить глухому умиротворения заползти под каждый сантиметр кожи, окутать разум, избавить от лишнего. Гекко уже сказал спасибо всем тем, кому хотел, попрощался с теми, с кем не успел и наконец, услышав как ускоряется тиканье спайка, чтобы избавить себя от грядущей боли, убрал скомканную ткань от раны и, положив окровавленную руку на голову Вингмана, осторожно его погладил. — Не бойся, — со слабой улыбкой на губах сказал он зверьку и, выдохнув, посмотрел в потолок, — скоро всё будет хорошо. Мы будем снова дома, кататься вечером на скейте, ездить на пустых автобусах и слушать музыку, ходить по магазинам. А может быть позже снова попробуем мамину еду. Нам всегда будет весело, и мы ни за что не вспомним сегодня, не вспомним… — Гекко почувствовал, как говорить становится всё тяжелее, сильную, давящую сонливость, а его слова становятся всё тише и тише, — ничего, что произошло. Всё будет как раньше. Вингман протяжно заурчал и, с силой надавив на руку Матео, попытался обратить его внимание на себя, но парень не отреагировал, наконец, позволяя себе заслуженный отдых. Не оставляя попыток разбудить Гекко, зверёк начал толкать его в ногу, пытаться стучать лапами по руке, перепрыгивал с места на место и слушал его тихое, прерывистое, но всё ещё присутствующее дыхание. Самостоятельно уложив жилет Чембера назад на рану, он крепко прижал лапами ткань к ране и, на своём языке, попросил Диззи буквально прилепить её к одежде Гекко, а сам, выбежав на открытую местность МИДа, начал прыгать так высоко, как только мог. В надеждах оглядываясь по сторонам громко урчал, привлекая внимание. Никого, лишь писк спайка и быстро удаляющиеся шаги врагов ближе к собственной базе. Полностью потеряв надежду на помощь и порядком устав, Вингман свалился на землю, превращаясь в крошечную сферу. Он был не в силах вернуться к другу, не в силах сказать, что все их попытки помочь в итоге закончились провалом и ему точно также, как и Гекко, ничего не оставалось, кроме как принять свою участь. Неожиданно, рядом разорвалось сама реальность и кто-то быстро поднял его на руку. Со страху резко открыв глаза, зверёк осмотрелся по сторонам и наконец заметил кто конкретно его несёт. Может быть он и не мог показать, но он был безумно рад появлению Йору. Не трудно было догадаться, что Гекко где-то рядом и вот наконец обнаружив его, Рё запустил зверька в пояс на торсе парня. — Матео, Матео ты слышишь меня? — спросил японец, потряхивая Тео за плечо. Не получив ответа на свой вопрос, Йору тихо ругнулся и, не зная что ему делать, подхватил обмякшее тело на руки, унося куда подальше от места взрыва. Он не знал сколько точно оставалось времени, но понимал, что с секунды на секунду от них останется лишь воспоминание. Нахлынул сильный ветер, слишком сильный и с любопытством подняв голову вверх, Йору увидел приземляющийся джет. Из открывшейся двери выглянула Вайпер. — Живо на борт! — скомандовала она так громко, как только могла и наклонилась, чтобы помочь затащить Гекко внутрь. Чуть-ли не забросив Гекко в вертолёт, Йору как мог запрыгнул в джет, после чего двери закрылись и они взмыли в воздух так быстро, что от неожиданности Рё упал на пол, больно ударившись спиной. — Поднимайся. Поможешь перевязать, если повезёт — довезём его живым, — без лишних слов, девушка взяла ножницы и, задрав жилет парня так высоко, как получилось, разрезала футболку до груди, раздвигая ткань и открывая вид на рану. Йору нашёл бинты, помог их отрезать и перевязать Тео, — крови много потерял, но к счастью жизненно-важные органы не задеты. — Он доедет до базы? — С волнением спросил Йору, смотря на пачкающиеся кровью бинты. — Маловероятно, но я думаю да. Будь тут Сэйдж она бы сказала точно. — Что с остальными? Их забрали? — Сайфер всех собрал, он останется на точке на случай возвращения врагов. Завтра Бримстоун и Сэйдж за ними вернутся. Отдохни, был тяжёлый день. Йору решил не продолжать разговор, у него действительно не было на это никаких сил. Опустошение, печаль и злоба, всё это сформировало собой тяжёлый снежный ком, накатившийся на него давящим грузом. Он повёлся на самую простую манипуляцию, Гекко в итоге был в той же позиции, на которой и был изначально. Да, несомненно, угроза смерти присутствовала, но Йору представлял это намного страшнее, чем оказалось на самом деле. Любовь действительно ослепила его, он повёл себя глупо, поверил словам этой лживой сволочи, которого, к слову, вряд-ли найдут. Рё сомневался, что вражеский Чембер оставит труп двойника без внимания. Украдкой взглянув на Гекко, парень чётко для себя решил ни за что на свете не говорить ему что произошло, где он был, почему не пришёл на помощь раньше. Ему не следует это знать, не стоит об этом думать, переживать, он может почувствовать себя инструментом давления. Оставалось только доехать. «Всё будет хорошо»

***

Гекко проснулся ночью в собственной комнате. Тело слегка ныло, особенно в районе живота и, приподнявшись на локтях, в темноте комнаты парень смог разглядеть спящего рядом на стуле, головой на кровати Йору. Матео осторожно погладил чужие, растрёпанные волосы, на лице появилась улыбка. У него не было цели разбудить Рё, но у него это получилось, и стоило его пальцам дотронуться до чужой кожи головы, как Йору тут же открыл глаза и, подняв голову, посмотрел на Тео. Не сдержавшись, японец буквально набросился на него с объятиями, зарываясь носом в шею. Вздохнув от неприятной тупой боли, Гекко обнял Рё в ответ и поцеловал в макушку. — Я в порядке, в порядке. — Ты проспал грёбаных два дня! Я уже думал ты не проснёшься. Ещё и не двигался практически… Как тебя сюда положили в такой позе и остался. Твою мать, я… — тараторил Йору, не в силах успокоиться. Он был так рад, что на секунду захотелось начать реветь. Матео, с глупой улыбкой, поглаживал Рё по волосам, помалкивая. Ему не хотелось нарушать эту идиллию, хотелось подольше посмотреть на такого милого, тактильного Йору, который не может сдержать эмоций за грубой колючей стеной из льда. Не концентрируя своего внимания на копошении событий прошлого, он отдал всего себя на то, чтобы представить, что будет дальше. Уже представлял, как он снова сможет затусить с Фениксом и Джетт, мило побеседовать с Неон, а вечером, после всего этого, нежиться в объятиях любимого человека за просмотром фильмов и поеданием чипсов. Да, может быть неприятный остаток после неудачной миссии остался, но сейчас, в пределах этой комнаты, всё, что не касалось его и Йору — не имело значение. Наконец Рё отстранился, чмокнул Гекко в щеку и, включив свет, показал ему ладонью на стол с едой. — Я сегодня попросил Джетт сделать немного поесть, на случай если ты проснёшься. Поешь хоть сколько-то. А, да, и ещё вот, — Йору залез под стол и вытащил оттуда ещё один пакет, — тут продукты, алкоголь и другие напитки. Всё, что помогает восстанавливать кровь. Сэйдж сказала весь этот пакет в тебя впихнуть. Йору выглядел неуверенно, будто не знал как надо себя вести, но при этом в его глазах сияла радость. — Я, вообще-то, не то что бы голодный, но раз ты так просишь, — Гекко пожал плечами и, осторожно сев, осмотрел своё тело. На месте раны остался не очень красивый белый шрам. Наверное, у него таких будет немало. Вооружившись ложкой, он открыл фруктовую нарезку, поставил её на стол и выудив из всей кучи продуктов картошку с мясом, что была уже довольно-таки холодной, приступил к еде. Йору, тем временем, присел рядом на кровать и какое-то время наблюдал за тем, как Гекко ест, будто контролируя процесс. Удостоверившись, что он хотя бы сколько-то да съел, парень достал телефон и отправил в новый чат из пяти человек смс: «Гекко проснулся. Джетт, жратва прям холодная, готовила бы то, что изначально блядь холодное! Короче, завтра приходите к нам, если кто-то ещё захочет — пускай прутся, только особо много народу не зовите.»

Йору. 03:32