Дневник

ХХ июня 20ХХ года       Сплошная темнота, вокруг ни единой души, словно бы он не существует. Даже собственное дыхание и сердцебиение перестали ощущаться как что-то слышимое. Где он? Он умер или это сон? Реальность, которой он боялся? Все вопросы рассыпаются на частички, в следующее мгновение он их уже не помнит. Темнота медленно душила, рисуя странные образы вокруг, вселяя страх. Глаза на стенах - точно не человеческие, белые и тощие руки, которые тянутся к тонкой шее. Даже это Место пропало на глазах, и теперь Осаму в белой комнате. Пальцы шевелятся, тело постепенно обрело оболочку и не "висело" пухом в воздухе. Пробные шаги были удачными, так что парень пробовал разглядеть что-либо на стенах. Настолько белые, что можно ослепнуть. Попробовал спросить где он – только вот права Голоса нет.       Рука прошла сквозь.. текстуру стены? Он провалился вперёд, не успев остановиться. Падение привело в ещё более абсурдный кусок сознания. Тут на стенах висят непонятные аппараты, назначения которых Дазай и подавно не знал. Один вопрос в голове : На кой чёрт? - ответа, естественно, не нашлось. Помещение медленно приобретало больше красок и форм, становясь похожей на комнату казни. – Что? – карие глаза уставились на ранее непонятные, сейчас ставшие пулемётными установками.       Либо сознание насмехается над ним, либо Осаму не знает ответа. Испуг на лице стал сильнее, стоило им направить дула на него. Он всё это время оказывается стоял в центре. Ему будет по-настоящему больно от удара? Далее всё было как в тумане, потому что он не слышал ничего. Ни выстрелов, ни себя и даже малейших шорохов. Картинка словно была с убранным звуком. Да, Дазай всё видел и всё чувствовал, ибо в него Реально стреляли. 5 июня 2019 года       Осаму подрывается с кровати, весь в холодном поту и с дрожащими руками, концентрируясь зрачками на чём-то одном. Шторки на окнах. Они не пускали солнечные лучи. Некоторое время он пытался отдышаться, всё так же пялясь в одну точку. Всё же успокоившись, мальчик убрал злосчастную ткань. Пришлось щуриться, когда в глаза резко ударил свет.       Холодные ладони ползут по лицу, убирая воду, что неприятно капает на белую майку. Голова поднимается, в отражении видно бледное лицо с лёгкими кругами под глазами. Волосы прилипают ко лбу, торчат в разные стороны. Расчёской пытается расчесать спутанные пряди, правда, не очень удачно. Она застряла в волосах.. Дазай, чертыхаясь, выходит из ванной комнаты, ища мать или отца. Ну хоть кто-нибудь... О, видимо Коё что-то готовит сегодня. – Маа.. – вбежав на кухню, чуть не врезавшись в стену, – у меня тут ЧП.. Женщина оторвалась от пакетика с сахаром, поворачиваясь к сыну. Брови полезли наверх от такого зрелища. Но позже она быстро вернула прежнее выражение лица. – Осаму, сколько раз я просила тебя быть аккуратнее, тебя никто никуда не гонит. Успеешь везде. – снова отрезая волосы в этой части, она только горько вздыхала, – Опять ты похож на ежа с этими кривыми волосами. Может сводить тебя в парикмахерскую? Волосы уже длинные. – А-а.. нет-нет, не стоит, ма, я буду впредь осторожен! – мальчик быстро ретироваться, пока его не запрягли куда-нибудь. – Как знаешь, Оси.       Коё давно замечает что-то странное в поведении Дазая, но не может понять что именно. Он не интересуется девушками, как в его переходном возрасте обычно делают остальные парни. Не делает ничего из того, чем бы занимались мальчики в 13 лет. Он сидит целыми днями дома, словно хикка и читает книги. Это конечно очень хорошо, что он интересуется литературой, но.. всё таки странно. Однажды ей в голову закралась мысль о том, что её сын нетрадиционной ориентации.

***

– Наконец-то, я тебя заждался. – бурчит Рюноскэ, издавая характерный хруст шеей и пальцами. – У меня в волосах.. – Расчёска застряла? Знаю. Можешь не продолжать. – разглядывая очередную торчащую прядь в месте среза, быстро договорил. – В этом виновата кривая расчёска.       Лёгкий встречный диалог дал начало их прогулки – они то молча шли, то пинали и толкали друг друга в траву, то вовсе садились на асфальт посреди тропы и обсуждали одноклассников. Однажды они начали спорить, какая же карта самая крутая – Сабзиро или Скорпион. Ну, такие попадались в кукурузных хлопьях, светясь на то ли на солнце, то ли в воображении маленьких детей. И вот.. их долгожданный батл. Осаму достаёт из кармана свои карточки, Рю делает тоже самое. Напряжённая атмосфера между юношами росла, ибо никто не решался начать игру, скрестив ноги и сидя друг напротив друга, пиля взглядом противника. Люди вокруг возмущались, ссылаясь на плохое воспитание детей, но вот друзьям всё равно. Всё ещё глыбой сидят. – Давай на цу-е-фа. – выдал Осаму, ему надоели гляделки. Акутагава коротко кивнул, вытягивая ладонь. – На счёт три! Раз, два, три! Оба показали ножницы. Новый раунд. – Бумага накрыла камень! – радуется Осаму, выдавая щелбан другу. – Играем до трёх.. – Эй, этого не было изначально в правилах, так что кидай давай карточку! – Ты чем читал правила игры в камень-ножницы-бумага? Вроде умный. – Я не читал. – честно признаётся, но всё же настаивает. – Ну Тучка! Я впервые выиграл, не будь занудой. – Ладно..       Шатен невинно хлопал глазами, будто никого и никогда не уговаривал. Сидел и улыбался, пока недовольный положением Акутагава доставал любимую карту, хватая её за рёбра двумя пальцами. Заносит над землёй, и.. она падает обратной стороной вверх. Чертыхаясь, он нехотя передал ход другу, который замахнулся ею так, будто бы сейчас выкинет на другой конец улицы. Удар.. личико Скорпиона лежало вверх к нему. Дазай ликующе хлопнул в ладоши, забирая карту, падая назад на спину.       Рюноскэ что-то ворчал себе под нос, кидая кончики оторванной травы на весёлого Осаму. Тот улыбался, прикрыв глаза, хихикая от действий того. – Тучка, надо принять поражение, а не идти в атаку! – задыхаясь от собственного смеха, парень перевернулся на живот, чтобы впредь трава с землёй не летели ему в лицо. – Ой-ой, с каких пор ты такой правильный? Щас получишь.. – нога ставится на спину Осаму, придавливая к земле. Тот очевидно уже возмущается, но Рю лишь довольно скрестил руки на груди. – Пощади! – театрально хныкал он, пытаясь нормально двинуться, – Сжальтесь надо мной, Акутагава Рюноске! – Тю, хорошо... Прощаю вас на этот раз.

***

      Далее их приключения не были настолько насыщенными, они зашли перекусить в кафе, съели по куску торта и вышли. Дазай то и дело гладил всех котят и кошек на своём пути, сюсюкаясь с ними. Рюноскэ закатывал глаза, повторяя: Ты с детства не изменился. Такой же кошатник.       Осаму ему просто "тюкнул" в ответ, обиженно уходя с котёнком в сторону. Закрыл глаза, идя тупо вперёд, гладя комок шерсти на руках. Рю перестал обращать внимания на эти дурачества, просто рассматривая город вокруг себя.       Обернулся он только тогда, когда услышал громкий "Ой", причём женским голосом, и кошачье мяуканье. После был звук падения двух людей. Ага, это Осаму сбил постороннюю девушку.. – Эй, придурошный, смотри хоть куда идёшь. – цокая другу, Акутагава хотел было помочь незнакомке. – Не стоит, я сама справлюсь. – как-то смущённо отмахнулась она, быстренько поднявшись, поглядывая на обоих. Сидящего на полу Осаму, которому котёнок со страху разодрал ладонь, и.. злого Рюноскэ. – Простите! Я постараюсь быть осторожнее.. – виновато выпалил сидящий, пряча кроваточащую руку за спину и быстро вставая, – вы не ушиблись? – А, нет-нет. Со мной всё в порядке. И не настолько я стара, чтобы обращаться ко мне на Вы. Мне всего-то 15 лет. Но вот твоя рука по-моему не в лучшем состоянии..       Акутагава почему-то посчитал нужным чуток отойти и молча понаблюдать за социализацией своего друга. Ведь тот был совершенно не обучен общению с кем-либо. Ну, кроме него и Кёки. – Ой, я забыл. – вытащив ладонь, он посмотрел на её плачевный вид. Сплошь царапины и кровь. И болит очень.. – не переживайте.. не переживай, я дома обработаю, всего лишь царапины. – честно, ему немного неловко говорить с девушкой, к тому же такой красивой. – Ну, хорошо. Меня зовут Хигучи, Ичиё Хигучи. Приятно познакомиться. – она мило улыбнулась им, доставая платочек из сумочки. – Всё таки возьми, закрой раны, пока до дома не дойдешь. – Осаму Дазай. Взаимно, – осторожным движением забирает платок, кладя поверх ран. – Я верну потом. Где мне найти тебя, Ичиё-нии?       Рюноскэ тихо просвистел, поднимая брови. Его дитё делает невообразимые успехи! Предложил встретиться, так ещё и сам.. девушке. Возвращая Дазая в реальность, он щелкнул у него перед носом. – Акутагава Рюноскэ. – кивнул блондинке, поглядывая на друга. – О, я всегда гуляю здесь в парке в полдень. Приходите в любое время. – Хорошо! – быстро выпаливает напряжённый Осаму, также быстро прощаясь.

***

– И что это было? Неужели нашему Осаму-мне-никто-не-нравится кто-то симпатизирует? – с усмешкой гласит Туча, болтая ногами на чужой постели. Положил голову на руки, выглядывает на хмурого и сосредоточенного парня.       Тот же в свою очередь агрессивно бинтует ладонь, ни на секунду не отвлекаясь. Щурится от того, как болит, но мужественно держит лицо. – Это не так. Не придумывай! Она просто.. красивая. – Да ты что-о.. а кто смущался рядом, отводя глазки? Кто пригласил незнакомку на свидание в парк, милый мой друг. – Бред, тебе показалось. – окончательно закрывая рану, быстро стреляет взглядом в довольную рожу. – Эй, не смотри так, мне никто не нужен! И я видел её впервые..! – Существует такое понятие, как любовь с первого взгляда. Сейчас она тебе симпатизирует, потом вы с ней подружитесь и будете проводить больше времени вместе. – Но она старше нас на два года.. – И что с того? Вон твой отец старше матери на 10 лет. И всё хорошо.       Обречённый Осаму стонет, падая на одеяло рядом с Рю. Забирается под него, словно его обрекли на пожизненное заключение. Что-то бормочет из разряда "но вдруг я ей не понравлюсь?" – последнему остаётся только хлопать его по спине сквозь ткань, как бы успокаивая. 6 июня 2019 года       Тьма сменилась на яркий свет, слепящий глаза. Кроваво-красные разводы на полу и безжизненные трупы без лица заполняли помещение. Посреди стоял Осаму. Он снова ничего не понимал, пытаясь разглядеть тут хоть намёк на реальность. К счастью сон. Сон ли это? Больше похоже на Кошмар. Странный, абстрактный и бесполезный кошмар. Кошмар, в котором он снова играет главную роль. Собственные руки не имеют надлежащей формы, чёрные как смола, текут вниз, мешаясь с таким же чёрным полом. Пропадают навечно, оставляя за собой след.       Что это за место? Здесь странная атмосфера. Его никто вроде бы не собирается убивать или бить. Он бесформенный. Тишина уже гнетёт, давит на черепную коробку, режет уши. Потому Осаму двинулся вперёд, ища что-то живое. Ничего.             Шум. Что-то издало звук. Назвало его имя. Как только Осаму обернулся, не успел он нормально испугаться, раскрыл глаза и его быстро накрыла непонятная субстанция.