pencereme bir taş at.

Жизнь полна сюрпризов, и в наших силах сделать её прекрасней. В основе моей – друзья, одежда и музыка. Мама была швеёй, поэтому у меня всегда была прекрасная одежда. Я хотела стать дизайнером одежды. И всё шло неплохо. Я жила с двоюродным братом в Стамбуле, а семья осталась в России. Окончила школу с отличием, всегда везде выступала, была волонтером, участвовала в конкурсах. На последнем курсе колледжа в Стамбуле меня пригласили обучаться в городе моей мечты – Париже. Я поняла, что точно найду работу после выпуска. Париж, Париж, Париж… Ну, а пока что… – Фарья!...Фарья! – Арда так стучал в дверь двоюродной сестры, что ещё чуть-чуть и она бы точно сломалась. Девушка спала на своей постели, как ни в чем не бывало. После очередного стука в дверь и голоса брата, Фарья вскочила как от страшного сна. Красивые большие глаза распахнулись. Левый глаз был голубого цвета, как небо, а другой был зеленым, как свежая трава. Они смотрели по сторонам, пытаясь понять, что происходит. Волосы каштанового цвета были так растрепаны, что казалось, и расческой не расчешешь. Ничего не понимая, она попыталась сосредоточить свой взгляд на фотографиях, но пока что плохо получалось. – Вставай, облачко... Доброе утро… – Арда уже терял надежду на пробуждение старшей, все также стуча в дверь. Ему это порядком надоело, и он уже хотел пойти на тренировку, как из комнаты послышался голос. – Прости, братец! – по ту сторону двери был слышен грохот. – Все нормально! Доброе утро! С этими словами дверь открылась. Немного потерянная и сонная Фарья предстала взору Арды. Он разглядывал ее лицо: волосы, веснушки, глаза, шрам… Шрам. Сильный опечаток нелегкой жизни Фарьи в России. Он был по левую сторону и пересекал весь ее глаз и бровь. Многие сказали бы, что этот шрам её украшает, как поначалу говорил и братец, пока не узнал его историю. Это настоящее клеймо и проклятье в жизни девушки. Слишком больно было даже смотреть на него в зеркале. – Наконец-то! И тебе доброе утро. Я уже опаздываю на тренировки. Дома нет молока, хлеба и хлопьев, купи их, хорошо? И приберись, сегодня твоя неделя. – юноша подмигнул сестре, которая мало того, что ничего не понимала, так она вряд ли запомнила, что вообще нужно будет сделать. – Завтрак на столе, буду поздно вечером, пока! – Пока… Мечты были в Париже, а реальность была в домохозяйстве. Что-то пошло не так. Совсем не так. Заказав продукты, купив ещё и то, что юноша не просил, она принялась за завтрак. Рисовая каша на молоке и какао. Фарья одобряет. Быстро доев завтрак, она включает плейлист, подобранный специально для уборки и начинает убираться. Раз. Она помыла полы. Два. Пропылесосила. Три. Помыла посуду. Четыре. Убрала пыль и паутину. Пять. Убрала бардак в своей комнате. Девица трудолюбивая и совсем не ленивая, но вот почему-то в этот раз она очень устала. Закончив, она плюхнулась на кровать немного отдохнуть. У меня всё было бы хорошо, если бы не одна женщина. Всего одна. Та отвратительная и ужасная женщина. В общем, я не смогла окончить тот престижный университет. Моей единственной надеждой в жизни была карьера, но я её не построила. Теперь я домохозяйка со школьным дипломом. А единственная причина, из-за которой я оказалась в таком положении, пытаясь выкарабкаться из этого хаоса, это тот человек: красавица, бездушная, беспощадная и бессердечная. Но давайте я начну сначала. Я – Кузнецова Ангелина. При получении турецкого паспорта я стала Фарьей Гюлер, взяв фамилию двоюродного брата. Он футболист одного большого клуба, но про это потом. Возможно. *** Из частного самолёта вышла женщина. Ее рыжие волосы развивались по ветру, а на лице сияла очаровательная улыбка. Солнечные очки с «леопардовой» оправой, идеально подходившие под ее белый брючной костюм, сверкали от лучей солнца. Белые, не маленького сантиметра каблуки осторожно ступили на первую ступень трапа. Вокруг самолета было много папарацци, которые то и дело щелкали своей камерой, выкрикивая какие-то вопросы, на которые актриса не спешила отвечать. А вот объект моей ненависти – звездная актриса Нур Феттахоглу. Снаружи она ромашка, одуванчик, настоящий ангел, сама милота. Но ведь все знают, что одуванчик двуличен... Избавившись от папарацци, актриса позвонила своей ассистентке Айле. Вид женщины не переставал быть счастливым, но внутри нее была некая обеспокоенность. Если бы она сама не вспомнила, то, возможно, пропустила бы один из главных своих контрактов на данный момент. – Слушаю вас, госпожа Феттахоглу, – пролепетала ассистентка. Она была новенькой, поэтому боялась ошибиться на новой работе, что она уже сделала. – Айла, у меня сегодня встреча с представителями сериала. Я же попросила напомнить мне об этом заранее, – Нур не была строгой, в её голосе не было интонации раздражительности, злости или чего-то в этом роде. Она сказала, как мать обычно учит детей. Актриса всегда даёт время ассистенткам привыкнуть к ней. – Прошу прощения, госпожа Феттахоглу! – быстро проговорив это, Айла вскочила с рабочего места, как будто током ударили. От такого спокойного голоса, который местами звучал как мамин, Айлу бросило в дрожь. – Не забывай в следующие разы, пожалуйста, – Нур села в свою машину, которую оставила на парковке аэропорта – Я переоденусь и приеду в офис. – Еще раз извините, Нур Феттахоглу! – Айла, не делай так, чтобы позже приходилось извиняться или не извиняйся вообще. – Ясно, госпожа. Гудок. Айла глубоко вздыхает и медленно выдыхает. Она не знает, почему боится говорить с госпожой. Она с ней по-матерински, а получает к себе ответы, как от робота. Ассистентка старается, но пока не очень получается. Успокоившись, она идет по своим делам. *** В доме раздался звонок. Фарья подошла и спросила кто за дверью. Услышав одобрительный для себя ответ, она открыла дверь нараспашку. Перед ней стоял высокий, может под метр девяносто юноша с длинными волосами и типичной турецкой внешностью. Если и сравнивать его, то он похож на Чагатая Улусой, разве что без бороды. – Эмре! Ты бы хоть предупредил, что заедешь, я бы чай успела сделать! – девушка накинулась на парня, а тот, обхватив руками её талию, покрутил её. – Я же тяжёлая, дурак! – И тебе привет, красотка, – Эмре подмигнул ей. Он был невероятно красив и эстетичен в каждом движении. Краш всех девушек. – Проходи в дом, чего как не родной то – Фарья пропустила парня вперед. – Ты за костюмами пришёл? Эмре прошел в просторную прихожую. Она была выполнена в светлых тонах: белая мебель, пастельные стены и зеркало на всю правую от входа стену. Напротив двери весела огромная картина. На ней были нарисованы подсолнухи. Эмре – мой друг детства. Лучший друг, других слов нет. Всегда выручит и поддержит меня, даже когда рядом никого нет. Мы всего лишь друзья. Он не той ориентации, чтобы мы могли быть вместе, и меня это устраивает. Дружба с этим геем прекрасна. – Слишком читаем? – юноша приподнял правую бровь. Из него вышел бы прекрасный актер, но он, как и Фарья, хочет стать дизайнером одежды. И он, получив образование в Милане, стал им. – Проходи в мою комнату и переодевайся. Костюм на вешалке около окна. Чай заварить? – Спасибо, красотка, но не надо, я тороплюсь. – Фарья закатила глаза. Ухмыльнувшись, Эмре ушел в комнату девушки переодеваться. Через некоторое время парень показался из комнаты. Он встал около зеркала и рассматривал костюм, который сшила его подруга. Белая рубашка с незаметным паттерном ромба, темно-синий жилет в золотую клеточку и такого же цвета штаны, пиджак и галстук. Фарья встала с белого кресла и подошла к нему сзади. – И вот перед нами уже не «скучный» Эмре, а «стильный» Эмре! – девушка засияла от своего же комплимента. – По-твоему обычная белая футболка и джинсовые шорты – это скучно? – парень посмеялся от души. – Этот костюм великолепен, Фарья…Ты будешь создавать шедевры, вот увидишь! Лицо девушки тут же помрачнело. Глаза забегали, а слезы так и хотели пролиться. Чтобы не показать их, она хотела побежать в свою комнату, но посмотрев на своего друга, который был врасплох, решила сначала проводить его. Девушка не то, что не гостеприимная, просто Эмре действительно нужно было бежать на деловую встречу. – Слушай, красотка, это жизнь! – парень повернулся около выхода, он положил свою руку на плечо девушки и посмотрел на неё своими карими глазами – Иногда что-то идет не так, но никогда не отказывайся от своей мечты. Никогда! – Никогда, никогда, никогда… - Фарья ответила на зрительный контакт с другом – Господин Эмре, у вас деловая встреча через час, а дорога занимает 40 минут… – О, Аллах! Всё, целую, обнимаю, пока! – после этих слов он побежал к гаражу, где припарковал свою машину. Дверь медленно за ним закрылась.