Настольная игра «Виррал»

Дом Гарри — не самое идеальное место для собраний, однако в последнее время эта холостяцкая обитель выглядела весьма достойно — не было ни разбросанных по всем углам бутылок, ни омерзительного смрада, ни развешенной по всем предметам мебели одежды. Гаррье был в завязке, и каждый из присутствующих мог убедиться в этом. Тем более ему не хотелось портить доверие не только своего нового друга Кима, но и остальных коллег. Дом был обновлен, как и сам Гарри, начавший новую жизнь. Куно, один из гостей, прищурившись, внимательно оглядел всех присутствующих. Гарри подметил его полный хитрецы взгляд, свойственный тем людям, которые задумали очередную пакость. Пришли все, кого он ожидал увидеть. Куно восторженно ударил ладонями по столу, за которым все собрались, и, не дожидаясь вопросов, громогласно объявил: — Слышьте, мужики и дама, Куно в голову пришла умопомрачительная идея. Вы только послушайте — из штанов выпрыгнете! — Можно без этого, пожалуйста? Спасибо, — вмешалась Жюдит и устало вздохнула. Она работала офицером, а не воспитателем в детском саду, хотя порою она в этом сомневалась. — Да-да, конечно, — Куно закатил глаза, но тут же оживился и достал настольную игру «Виррал», которая абсолютно точно принадлежала Гаррье и абсолютно точно была одолжена, а не украдена. Он потряс коробку и небрежно бросил ее на стол. — Все тут, так что мы сможем начать. Лучший мусорок, очкарик-зануда, какой-то злой мужик и женщина с лошадиным лицом, вы знаете, что это у меня? — Очередная детская игрушка. Прекрасно, — сарказм лился из Жана, но все к этому привыкли и обращали внимание по минимуму. Увидев яркую и красивую упаковку настольной игры, так и кричащую купить ее, Гарри предался воспоминаниям об одном из самых глобальных своих расследований, когда память покинула его, и он познакомился с Кимом. Темные времена, в которые приходилось экономить каждый реал, чтобы, как подобало бомжекопу, в конечном счете не делить свой ночлег с испорченными продуктами, чужой грязной одеждой и сломанной техникой. Бездна воспоминаний разверзлась, но также быстро захлопнулась прямо перед носом, оставив одну-единственную мысль, которую Гаррье без промедлений озвучил: — Куно! Так это же моя игра! Как она оказалась у тебя? — Куно ничего не знает. Если обвиняешь Куно, то сперва поговори с его адвокатом! — закричал Кууно, которого поймали за руку. — Хорошо. И кто же твой адвокат? — поинтересовался Гарри, решив подыграть мальцу. Игра, конечно, дорогая, но не было ни одной причины не доверять Куно. — Ты мой адвокат! — взгляд Куно забегал из стороны в сторону, а потом Куно перевел тему. — Так мы будем играть или продолжим тянуть кота за яйца? Гаррье было не впервой говорить с самим собой, а потому он погрузился в размышления, в ходе которых различные аспекты его личности то и дело устраивали друг с другом несуразные перепалки. К конкретному выводу прийти не удалось, так что пришлось рассчитывать на самого себя и все свои суперзвездные навыки. Гарри поднял руку и воодушевленно произнес: — Я в игре. — Я тоже. Сегодня выходной, так почему бы не потратить его за игрой? — Ким говорил холодно и спокойно, но в нем уже вскипело желание победить во что бы то ни стало. Дух соперничества в нем был развит больше, чем в ком-либо из присутствующих. — Думаю, я тоже. Ничего плохого из этого, наверное, не выйдет, — согласилась Жюдит и посмотрела на Жана. — Я отказываюсь. Я не собираюсь тратить свое время на ребячество. С Гарри-то все понятно, его уровень развития все равно что у двенадцатилетнего пацана, но, Жюдит, ты-то зачем идешь у них на поводу? — Я не вижу в этой игре ничего дурного, Жан. Тем более это может помочь всем нам сблизиться, — ответила Жюдит и добавила. — Сплочение коллектива — это важное условие качественной работы. Кроме того, нам всем тут нужно отдохнуть. — Ну же, Жан. Или ты боишься не справиться с этим заданием? — вмешался Гаррье и состроил гримасу, уверенный в том, что обворожительно улыбнулся. — Ладно-ладно, только прекращайте уже этот цирк. Я пожалею об этом, но я согласен. С чего начинается игра? — Жан устало потер виски. Куно объяснил правила в доступной ему манере — просто сказал, чтобы игроки попытались не подохнуть. Он объявил, что является гейм-мастером, и весь сюжет он уже продумал. Это вызвало плохое предчувствие у всех собравшихся, кроме Гарри, который верил в творческий потенциал своего юного коллеги. Открыв коробку, Куно разложил все игральные принадлежности, в которые входили фигурки, кубик (явно из другого набора), свод правил и продуманная карта местности. Осталось только определиться с расами и классами. — Я буду фэльвом, — без тени сомнения произнес Гарри и откинулся на стуле. — Это подойдет моей суперзвездной природе. Все, кроме Куно, едва сдержали смех: Ким кашлянул в кулак, Жюдит впервые за все время улыбнулась и сразу после поджала губы, а Жан сделал глубокий вдох и покачал головой. Никто из них не мог представить Гарри в роли прекрасного и нежного фэльва. И никто не мог понять такой странный выбор коллеги. Он не пил уже пару месяцев, и, возможно, это негативно сказалось на его психике и самовосприятии. — Нет! — возразил Куно, выпучив глаза словно лягушка. — Фэльвы — отстой! Они слабые и стремные пижоны, а еще высокомерные придурки, Куно читал в правилах! — очевидно, Кууно заботился о репутации Гаррье больше, чем он сам. — Я могу быть крутым фэльвом? — поинтересовался Гарри и почесал затылок. — Фэльвы не бывают крутыми, они все — п***ры! — Что мы говорили об этом слове? — раздраженно произнес Жан и дал легкий подзатыльник Куно. — Куно виноват, признает. Но, мусорок, лучше будь гногром, он тебе больше подходит! — Куно взмахнул руками, изображая удар топора. Тем временем Жан уставился в брошюру и бегло пробежался по описаниям рас. Фэльвы с кучей подвидов его не впечатлили, как и все остальные, казавшиеся ему слишком сказочными и нелепыми. Когда он дошел до пигмеев, то серьезно глянул на Гаррье и произнес: — Вот самая подходящая для тебя раса, Гарри. Толстые, неуклюжие и живут в какой-то дыре. Пигмеи. — Я бы смог стать самым популярным пигмеем в мире! Пигмеем, несущим смерть и разрушения или пигмеем, занимающимся художественной критикой. Арт-пигмеем, — Гарри задумался. Его привлекала идея сделать представителя самой непопулярной расы самым ярким персонажем, но в то же время ему все еще хотелось взять себе фэльва в качестве своего героя. — Самым жалким на свете пигмеем, — фыркнул Жан и качнул головой. — Я буду человеком. — Вот скучный мусорок! — Куно усмехнулся и состроил гримасу, олицетворяющую испанский стыд — его губы скривились, брови поднялись вверх, а во взгляде читалась смесь жалости и осуждения. — Куно прав, Жан, это объективно самый скучный на свете выбор. Может, возьмешь кого-нибудь другого? — предложил Гаррье. — Ты можешь взять фэльва. Мы все возьмем фэльвов и будем фэльвийской командой приключенцев, а я буду вести нас вперед. — Вперед в пропасть? Нет, спасибо. Я точно хочу быть человеком, — твердо заявил Жан и передал брошюру Киму. Ким, как и полагалось, принялся тщательно изучать все доступные расы маегического мира, их достоинства и недостатки, сопоставляя с возможными классами. Неважно, что оказывалось в поле зрения Кицураги — отчет о новом деле или настольная игра, но он всегда оставался внимательным и дотошным, высчитывая в голове наиболее удобные варианты с математической точностью. Он быстро откинул большинство рас и их подвидов, зацепившись только за одну. — Я буду высоким фэльвом, — ни один мускул не дрогнул на лице Кима, но легкое проявление эмоций можно было уследить в поправлении очков. Раньше он часто участвовал в подобных мероприятиях, но сейчас был один плюс — несовершеннолетний всего один. Не придется контактировать с огромным количеством трудных подростков. — Отлично, Ким! Мы с тобой фэльвийская команда! — воодушевленно произнес Гаррье и подмигнул коллеге. — Гейская команда. Вы еще засоситесь, — тяжело вздохнул Жан. Гаррье решил, что одного высокого фэльва в группе достаточно, но он не хотел быть обычным фэльвом, так как это было слишком заурядно для его стиля, поэтому выбрал себе озерного. Оставалась лишь Жюдит, которая изучила всю брошюру и приняла свое собственное решение. Все посмотрели на нее в ожидании чего-то естественного — фэльва, человека или даже не слишком популярной феи. Жюдит готова была запечатлеть приближающийся момент и, наконец, произнесла, разрушив всю интригу: — Я буду гногром-защитницей. Если Ким и Жан выглядели несколько удивленными, то Гаррье довольно улыбнулся. Он не сомневался в Жюдит и в ее способностях ошеломлять окружающих. Она была такой же стильной, как и он сам, даже если не всегда это демонстрировала. Жан почесал переносицу, узнавая много нового о коллеге, а Ким мягко улыбнулся. Не все девочки хотят быть прекрасными фэльвийскими принцессами, иногда они желают стать суровыми воительницами с молотами и топорами наперевес. И лишь Куно прыснул и заорал: — У этой тетки яйца больше, чем у вас, мужики! Слушай-слушай, Жюжю, а у тебя будет борода? — Меня зовут Жюдит. Нет, у меня не будет бороды, — холодно ответила Мино. — Если никто не против, я буду воином. Это самый подходящий для меня класс. Классы — это сложный вопрос, который требовал применения всех своих умений и накопленного за всю жизнь опыта. От решения мог зависеть весь игровой процесс и впечатления. Тут-то Гаррье и столкнулся с масштабной и глубокой, словно ледяные воды океана, бедой — аспекты его личности не сошлись во мнении. Сила воли твердила, чтобы Гарри настаивал на роли воина. Концептуализация уверяла, что быть магом — это очень концептуально. Электрохимия предложила целителя, так как только он знал больше всего о зельях и смог бы приготовить самогон из подручных средств. Скорость реакции намекнула на разбойника — шуструю, незаметную тень, менее выносливую, чем воины, но наносящую смертельные раны. В конечном счете присоединились и другие, споря и направляя Гаррье различными аргументами, не всегда разумными, но всегда занимательными. Поток мыслей прервал голос Кима. — Я буду целителем. Поддержка вам точно пригодится. Еще один класс забрали. Нужно было срочно решать, пока стены дома не содрогнулись от приближающегося Конца Света... Точнее пока Гарри не оставили без выбора. И только он собрался открыть рот, чтобы сделать крайне важное заявление, как коротко и лаконично произнес Жан: — Беру мага. Разве так все должно было происходить? Ни объяснения своей мотивации, ни триумфа и торжества в речи, ни фантазий о том, каким мог бы быть этот маг — столь занимательный и увлекательный класс, с которым можно было придумать поистине множество историй! — Тогда на мне разбойник. Стоп, я что, буду преступником? — Гаррье почесал подбородок. — Нет, я буду копом под прикрытием, притворяющимся разбойником, чтобы в конечном счете прикрыть эту разбойничью лавку вместе со своими товарищами. — Детектив, это работает не так. Разбойник — это класс, а не профессия, вам не нужно совершать преступления, просто у вас... своеобразная техника боя, — поправив очки, вмешался Ким. — Ну че, девочки, закончили? — Куно явно скучал. Он даже пару раз зевнул. Затем он достал фигурки из коробки, в числе которых была совершенно неподходящая маленькая игрушка. Шестеренки в голове Гарри активнее закрутились, а глаза широко распахнулись. Он сделал глубокий вдох и сказал: — Это точно моя игра, которую я купил! Даже той же фигурки не хватает! — Ничерта подобного, мусорок, это игра Куно! Куно ее заработал потом и кровью, а ты можешь катиться нахер со своими обвинениями! Да и что ты сделаешь Куно? Ты ничего не сделаешь Куно! — Куно был настроен серьезно и отказывался признаваться в совершенной краже. Должно быть, старые привычки все еще брали верх, однако свою репутацию среди коллег он не желал терять. — Так вот, девочки, Куно сейчас все объяснит. О, Куно вам все по полочкам разложит, так что даже самый тупой из вас поймет. Не сомневайтесь в ораторских способностях Куно, — удивительным являлся тот факт, что Куно знал слово «ораторский». Настал момент истины. Куно, исходя из правил, должен был объяснить каждому участнику игры их способности и возможности, доложить об особых приемах и заклинаниях, доступных на старте, а также тех, которые они смогут в будущем получить или развить. Для многих впечатлительных новичков эта часть была очень интересной и волнительной, так как они только начинали обдумывать о наилучшей тактике за своего персонажа. Кроме того навыки каждого персонажа были очень подробно и гармонично прописаны. Куно отбросил брошюру в сторону. Его глаза загорелись. Руки он распростер. Безумная улыбка озарила его лицо. Он, вне всякого сомнения, считал себя гением настольных игр, и если бы у него была возможность создать свою, то он бы прославился на весь мир и стал бы миллионером. — Начнем с воина! Во-первых, воин способен рыгать, повергая в ужас своих врагов, — все моментально почувствовали подвох, в особенности Жюдит, у которой на лице было написано: «Я не собираюсь рыгать». — Во-вторых, у воина есть мощнейшая атака — бежать вперед без оглядки, сбивая противников с ног. Ну и, конечно, воин может размахивать своей огромной дубиной, — Куно хохотнул. — Воин, если его ранят, становится бешеным, его глаза наливаются кровью, и он превращается в машину для убийств, которая будет драться до последнего вздоха. О! О! И последнее — воин может усиливать свои способности за счет алкоголя! Отрыжка так вообще зачетной будет. — Жюдит, ты уверена, что не хочешь поменяться с Гарри? — деликатно спросил Жан. — Уверена. Я готова ко всему. — Кто будет следующим? Целитель! — Куно аж подпрыгнул на месте. — Целитель — это класс для девчонок, поэтому целитель может разрыдаться на поле боя и вызвать у врагов приступ жалости. Кто-то из противников может даже присоединиться к отряду! Еще целитель способен кормить своих друзей спидами, делая их полностью неуязвимыми к физическому урону. А если целитель накурит всех травкой, то маегический урон снизится до минимума или вообще сойдет на нет! Ну, да, еще целитель может лечить, но это совсем скучно. — Я бы хотел узнать побольше о лечении, — сухо произнес Ким, вспоминая прошлое, в котором ему приходилось работать с трудными подростками. Все возвращалось, цепко хватая Кицураги длинными и склизкими щупальцами из темных глубин океана. Кажется, он даже видел в брошюре упоминания чудовища-осьминога, но истинные монстры всегда таились в реальной жизни и не имели безобразный облик. Зачастую им было по двенадцать лет. Идеи Куно были весьма концептуальны, как заметил Гаррье. Это была взрывоопасная смесь из фэнтезийного мира, придуманного кучкой затейников, и грязного реализма ревашольских улиц. Здесь не было места слабости и сомнениям. Ревашоль определенно был бы более привлекательным, если бы по его улицам бродили не только мошенники и алкоголики, но и настоящие уродливые и опасные создания. С другой стороны, вполне разумно считать таковыми пьяниц, дебоширов и насильников, коими был наполнен Мартинез до краев, словно тарелка безвкусного, вызывающего отравление супа для бедняков от разного рода благотворительных организаций. — Ладно-ладно, зануда. Ты можешь лечить легкие ранения и более тяжелые, но на это требуется мана — специальная маегическая энергия. Мана, в отличие от выносливости разбойников и воинов, восстанавливается не со временем, а за счет алкоголя и зелий. Ну, сам понимаешь, каких зелий, — Куно подмигнул. — Определенно да. Аналог лекарств, — Ким сделал очередную пометку в своем блокноте, предназначенном для повседневных обязательств. Кицураги не мог не вести записи, ему хотелось быть уверенным, что он ничего не забудет, и знать, что все происходящее можно систематизировать и проанализировать по записям. Временами Ким казался роботом из фантастических произведений писателей-футуристов, но Гаррье понимал, что это не так, что его новый друг, как и все остальные люди, способен на искренние чувства и эмоции. И чем реже случались эти проявления, тем ценнее они были. Гарри раздумывал об образовавшейся уютной, семейной атмосфере, которая окутывала все пространство маленькой комнаты, в которой они все собрались, и невидимой пеленой тепла ложилась на каждого участника игры. На первый взгляд влияние их совместного времяпровождения никак не ощущалось, однако стоило взглянуть внимательнее, и все становилось ясным, как солнечный день, — Ким выглядел увлеченным, а в его глазах плясали едва уловимые огоньки азарта; Жюдит чувствовала себя уверенно благодаря выбору класса воина, и она определенно желала показать все, на что способна, быть не просто типичной для подобных игр девой в беде, но защитницей и воительницей; даже Жан, все еще сохраняющий скепсис, немного смягчился, и его грубость и язвительность скорее показывали его склад характера, а не недовольство. Они все сближались, а это только самое начало. Кто знал, что их ждало впереди — крепкая дружба или драка из-за неправильного хода. — Следующий — разбойник. Разбойник бьет слабее, чем воин, и вообще бесполезный, когда играет честно. Этот моральный урод должен лупить со спины, из укрытия, чтобы нанести максимум урона! Его особый прием — это удар по яйцам, а еще разбойник может инсценировать собственную смерть... — Мне это уже нравится, — отметил Гарри. — Да-да, круто. В общем, резюми... муя... Короче, разбойник бьет по яйцам, инсценирует свою сметь, бьет со спины очень сильно, а еще способен кидать сюрикены из кустов! — Куно взмахнул руками. — Разбойники крутые и очень опасные, но они одновременно слабаки, которым легко сломать хребет, — Куно изобразил поломку хребта коленом. — Или разрубить надвое. И типа у них нет защиты, так что тут только на спидах выживать. — Я пожалею о своем вопросе, но что там с магами? — апатично поинтересовался Жан и подпер кулаком щеку. Было похоже, что ему безразлична эта игра, однако Гарри знал такую позу слишком хорошо — она означала, что Викмар слушал во все уши и был погружен в разъяснения Куно. — Это еще один ультра-мега-супер-охрененный класс! — восторженно произнес Куно и хлопнул в ладоши. — Знаешь, почему? Потому что у мага есть одно сногсшибательное заклинаньице — призыв саранчи. Он создает целую стаю саранчи, которая пожирает заживо врагов! Типа сначала выгрызают глаза, потом забирается в рот и уши и съедает изнутри... Прикинь, да? Но это еще не все, маги так-то крутые, хоть и слабые. На них подуй — они развалятся. Для этого они делают себя грязью, потому что грязь убить невозможно. Ты превращается в мерзкую, унылую жижу и становишься неуязвимым на целый ход. И врагов своими грязевыми феромонами привлекаешь. На все, значится, мана тратится. Останешься без нее — будешь хныкать как девчонка! Третье заклинание способно повергнуть в ужас и бегство не только твоих врагов, но и твоих друзей. Магия зловония, или по-другому пердежная магия. Будь осторожен, используя ее, — Куно захихикал , прикрыв ладонью рот. Выслушав пояснения Куно, Жан не был в восторге, что отчетливо читалось в его полном раздражения выражении лица. Гаррье прикинул, что «пердежная магия» стала для Викмара последней каплей, после которой он, Жан, попытается найти свободный от воображения Куно островок адекватности. Так оно и произошло, но Гарри был изумлен, что этого не случилось раньше. — Почему наш гейм-мастер — двенадцатилетний пацан, склонный к туалетному юмору? — задал вполне резонный вопрос Жан, заставив всех задуматься. — Я больше не намерен участвовать в этом цирке. Я не его клоун. Гарри, если тебе нравится эта роль, то пожалуйста. У меня есть дела посерьезнее, чем игры. Гарри пришлось использовать все свои способности, чтобы убедить Жана остаться. Он напомнил о тренингах политкорректности, о сближении коллектива, о том, что они напарники и должны быть вместе, о собственной силе воле в избавлении от алкогольной зависимости. Конечным аргументом, крепким как сталь, являлось предложение купить кофе коллеге. Жан с неохотой, но поддался на уговоры и остался. Все остальные наблюдали за этой семейной сценой. Если бы остальные были тут, то определенно напомнили бы обоим об их очень гетеросексуальном партнерстве. — Вы закончили? — вспылил Куно. — Потому что Куно еще не закончил. Не вздумайте, мать вашу, перебивать Куно! Но Куно не тупой и не сбился с мысли. У мага есть сверх-имбовая сила. Заклинание «Поцелуй Смерти». Можно засосать любого врага, даже самого сильного, и убить его моментально. Но типа не думай, что достаточно просто сосаться со всеми подряд и выигрывать, Куно все наперед продумал и знает обо всех ваших уловках. Эту магию можно применить всего один раз за игру, поэтому воспользуйся ей с умом. Кстати, у целителя есть противоположная сила — «Поцелуй Жизни». Полизался с товарищем и оживил его. Во как. Теперь все. Есть вопросы? — Я не собираюсь пользоваться этим заклинанием, — буркнул Жан и покачал головой. — У меня есть вопрос, — Ким выглядел строгим и сухим, словно пустыни в далеких, жарких странах. — Почему мы не можем играть по уже существующим правилам? С теми доступно описанными в брошюре способностями. Воображение — это замечательно, но не привнесет ли это некоторый дисбаланс? — Че? Куно тебя не слышит, очкарик. У кого-то есть существенные вопросы? — Куно закатил глаза и оперся щекой на ладонь. Гарри с трудом удалось уговорить Кима присоединиться к мероприятию, вести которое намеревался Куно. Кицураги тяжело контактировать с детьми из-за своего прошлого, когда он был вынужден работать с трудными подростками целых пятнадцать лет, и Гаррье об этом знал. Он желал показать Киму, что все не так плохо, как казалось через призму ностальгии, однако сейчас ситуация приобретала масштаб личной катастрофы. Любой, у кого была хоть капля внимательности к собеседнику, понял бы, что Ким не в восторге. — Эй, Ким, если не получится поиграть с этими способностями, то возьмем из брошюры в следующий раз, — попытался найти компромисс Гарри и похлопал друга-коллегу по плечу, но реакция последовала холодная и безразличная. — Не думаю, что нам удастся собраться так в следующий раз, лейтенант. У нас будет много работы, — коротко ответил Ким, но не стал уходить или даже намекать на возможный уход. Гарри чувствовал этот пылающий азарт и желание побеждать, свойственные Кицураги больше, чем кому-либо из присутствующих здесь. Это был огромный плюс личности Кима, который не привык сдаваться и пасовать. Было и кое-что еще — безмерное уважение к Гаррье и умение к нему прислушиваться. Методы Гарри всегда были нестандартными, и сейчас происходило то же самое. Кто в здравом уме согласился бы играть по правилам какого-то мальчишки, воспитанного улицами? На самом деле авторитет Дюбуа в глазах участников поистине был высок. Разобравшись со всем необходимым, образовавшаяся команда принялась подготавливаться к сессии. Куно не позволил им начинать с легкого старта и запустил их персонажей в опасный, темный лес, полный магии и монстров. Их ждали великие подвиги и свершения, но пока что они отвлеклись на чай и кофе, чтобы перевести дух и получше оценить предоставленные им возможности, а заодно побеседовать друг с другом. — О, а могу ли я рассказать о своем персонаже? — получив согласие, Жюдит встрепенулась. — Это гногрка с пышной копной рыжих волос и веснушками... — Она бородатая? — вмешался Куно, перебив в самом начале повествования. — Нет, Куно, у нее нет бороды. Так вот, она была самой сильной женщиной в своем клане. Она никогда не сдавалась и всегда шла напролом, чтобы защитить своих близких. Однажды гногры провели собрание с целью найти самого достойного кандидата, который бы отправился путешествовать по миру и принес их клану славу и новые знания, а также помог улучшить отношения с другими расами. На эту роль была выбрана моя гногрка Эйри Бесстрашная, и она отправилась навстречу приключением. Вот. Это моя история. — Чудесная история, мисс Мино, — тень улыбки проскользнула на лице Кима. — Что ж, теперь моя очередь. Мой персонаж, фэльв по имени Фенрик, является последователем веры Тысячи Грез, и когда настала пора, он отправился в дальнее странствие, чтобы помогать нуждающимся и лечить больных. Однажды он встретил на своем пути раненую гногрку Эйри Бесстрашную и исцелил ее. Поняв, что ее миссия благородная, он присоединился к ней, рассудив, что вместе будет безопаснее. Послышался низкий, убаюкивающий шепотом драмы: «Давай. Покажите все, на что способны, мессир». Гарри сделал глубокий вдох, пару раз моргнул, концентрируясь на каждом предмете в доме, из которого мог бы черпать вдохновение, проводя визуальный анализ, выглянул в окно и начал: — Велиан родился в ночь шторма и грозы, окутанный мраком и отчаянием надвигающейся беды. В ту безлунную ночь раскаты грома были особенно сильны и устрашающи, а удары молний — смертоносны. Будучи озерным фэльвом, Велиан, появившись в мире, был вынужден немедленно оказаться в пучинах родной стихии. Ослабленная, побледневшая, измученная мать опустила младенца на мелководье, молясь всем Богам, чтобы он справился и оказался достаточно выносливым. Но, как это бывает в жизни, сама Мать-Природа прокляла дитя препятствиями, и воду озарила вспышка света. Мать малыша вскрикнула, и ее лицо исказила гримаса ужаса. Она знала, что ее сын не выживет, но Боги были милостивы и одарили Велиана вторым шансом и величайшей благодатью — жизнью... — Очень интересно и захватывающе. Можно покороче? Иначе мы тут на неделю застрянем, — предложил Жан, не чувствуя ни капли неловкости от сказанного. — Ну ты и козел, Жан. Если вкратце, у моего персонажа есть одна интересная особенность — ему очень часто везет, но в то же время его жизнь наполнена различными препятствиями и проблемами. Например, однажды он отправился на поиски несметных богатств в гробницу Такейрис, но в итоге пробудил древнее зло, с которым ему чудом удалось справиться. Он бедный, как церковная мышь, потому что деньги никогда не задерживаются в его кошельке. Его основной принцип — «Живем одним днем». Он вступил в группу Эйри и Фенрика, потому что вместе веселее, да и с предыдущими компаньонами он разошелся в связи с несовпадениями в мировоззрении. Проще говоря, они нарушали его стиль. — Отвратительно, — оценил историю Жан и потер виски. — У меня человек-маг. Начало его жизни нельзя было назвать ни сложным, ни простым — обычная крестьянская семья. Вскоре у него открылся талант к магии, и его отдали в волшебную школу, чтобы он там обучался. Он это и делал, и ему так и не удалось завести себе друзей среди сокурсников. Часть жизни он провел в уединении, горя своей главной целью — обрести достаточно могущества и захватить мир. Присоединился к компании он, так как это оказалось более выгодно, чем отправляться в одиночку. Он не будет сожалеть о смерти спутника и при необходимости пожертвует кем-то самым раздражающим вроде Велиана или как там его. И зовут его... Жан. — Что? Такой нестандартный для нашей группы персонаж, но с таким простым именем? Ты же даже не пытался что-то придумать! — если бы не изумление, Гарри, вероятно, возмутился. — Ну же, попробуй еще. Я верю в тебя. — У меня проблемы с именами, Гарри. Пусть его зовут Жан. Точка. Начальный этап подготовки был завершен. Пускай по виду части игроков нельзя было судить о желании продолжать, все же доля заинтересованности появилась у всех. Гарри это предчувствовал, как и догадывался, что Куно так просто никого не отпустит и сможет придумать нечто даже если не совсем захватывающее, то явно нетипичное. Кто бы мог подумать, что однажды они смогут собраться вместе и просто перевести дух от будничных, суматошных дней. — Ну что, девочки, погнали! — ознаменовал старт партии Куно, и лицо его, как при встрече, олицетворяло собой апогей хитрости и шаловливости.