Пепел боли

Моя королева подарила мне сон. Дорогая, по уши в тебя влюблён.

(Miyagi)

Собравшись и взяв все улики мы направились в полицейский участок. На душе таилась надежда, что справедливость восторжествует.

×××

Придя на участок, меня встретили не очень-то доброжелательно. Следователь жутко взбесился от того, что я нагло пошла туда, куда мне не разрешено. – Пак Хёна! – Рывком вошёл в кабинет разъярённый мужчина. – Что вы себе позволяете? Как вы можете действовать как вздумается? Неужели, я вам непонятно объяснил, что не стоит нарушать закон? – Шумно выдохнув, следователь сел на своё место. – Что ж, возможно у вас есть на то причины. – Он окинул взглядом всех моих друзей и вопросительно вскинул бровь. – Кх, он выглядит молодым, но лысина... – Джисон сдерживаясь, чтобы не заржать как конь, шепнул это Хёнджину. – Вас выгнать? – Строго произнёс молодой парень, но как говорит Хан, он и вправду был «немного» лысый. Как не услышишь такие слова. Остальные ребята явно тоже сдерживались. Джисон извинился перед ним, но кажись осадок остался. – Я следователь Ким. Теперь, расскажите причину вашего визита. Во время дороги, мы договорились, что всё будет преподносить один человек и это – Феликс. – Здравствуйте, я Ли Феликс и мы нашли убийцу. – Первое, что сказал Феликс, ошеломил следователя. – Вот все доказательства касающегося преступника. Вот камера, которого мы нашли в кухне Хёны. Там всё в подробностях. А ещё... – Феликс выдержал долгую паузу. – Ну, не томите! – Это мой отец. – Что «ваш отец»? – Скорее «кто мой отец?». Это он убил госпожу Пак. – Он громко глотнул вязкую слюну и прокашлявшись продолжил. – Он держал её в нашем подвале. Вот фотографии подвала. А это, адрес нашего дома, но знайте, мой старший брат тоже не знал. Не трогайте его пожалуйста. Просмотрев все записи камеры, следователь неожиданно встал. – Мы должны скорее поехать туда и задержать преступника. Я пошёл к боссу, а вы идите по домам. – Он открывал дверь, но остановился и обернулся, кидая мне ключ от чего-то. Я не успела вопросительно посмотреть на него, как он тут же ответил. – Это от браслета. Строго по домам! – Пригрозил он. Я чувствовала себя будто снова обрела крылья, которых обрезали против воли. Будто с плеч сняли огромный груз, давая дальше покорять небеса в поисках правильного пути. Сняв браслет, мы поехали и вправду по домам. Попрощавшись с друзьями, мы с Сынмином поднялись к его квартире, так как я боюсь остаться одна и он волнуется обо мне. Заходя в квартиру, он прильнул к желанным губам. Поцелуй был с привкусом долгой разлуки, страсти и одновременно нежности. Не хотя отстранившись, мы смотрели в родные глаза. Я так по нему соскучилась. Его милые глазки всегда сверкали при виде меня. А я при виде своего отражения в глазах, растекалась в лужу, от понимания, что мне так повезло его встретить случайно. Этот переезд отнял у меня слишком много, но помог найти его. Хотя бы его не отбирайте. Я... Люблю его, очень сильно. Сынмин также думал, смотря в глаза напротив. Он видел в них целый океан, где не был бы против и утонуть. Его сердце всегда колотилось быстрее, лишь увидев её, улыбка расползается до ушей. Когда же он так влюбился в прекрасную принцессу как в сказках? Хотя это уже не важно. Главное – он рядом с ней и ни за что больше не позволит страдать. – Я обещаю. Я всегда буду рядом. Я не брошу тебя что бы ни случилось. Я люблю тебя. – Обнимая, шептал Сынмин. Его убаюкивающий голос, заставил меня уже сопеть в его объятиях. Я уснула с лёгкой улыбкой. Сынмин заметил что я уснула и посмеявшись, поднял на руки и отнёс в спальню. Заботливо снял обувь и плащ. А сам лёг рядышком, укрывая нас обоих. Я по привычке обнимала подушку, но сейчас рядом Сынмин. Я уткнулась лицом в его грудь, вдыхая аромат его парфюма.

×Утро×

Из-за того, что Сынмин забыл закрыть шторы перед сном, в его же глаза светило солнце. Он зажмурился, пытаясь не ослепнуть от яркого света и тихо привстал на локти. Посмотрев на спящую меня, поцеловал в лоб, заправляя за ухо непослушную прядь волос и мешающую мне сладко спать. Решив сделать тебе сюрприз, он направился в ванную комнату. Приняв душ, вышел из комнаты и ушёл на кухню. Приятный запах так манит. Мои любимые панкейки, которых мама часто готовила мне в детстве. Встав, пошла на кухню и увидела спину готовящего. Я подошла сзади, приобнимая его за спину. Он вздрогнул, не ожидая внезапного объятия. – Доброе утро, дорогая. Как спалось? – Утро у меня доброе благодаря тебе. Я впервые так хорошо спала. Я люблю тебя. – Сонно говорила я. – Откуда у тебя внезапный прилив нежности? – Закончив готовить, он повернулся ко мне, озаряя своей яркой улыбкой. – Я не могу понежиться со своим парнем? – Закусила губы. А Сынмин закрыл глаза, услышав что я назвала его своим парнем. – Моя девушка может понежиться со своим парнем. – Сдался Сынмин и поднял палец, строго смотря на меня. – Но при одном условии. Мы сейчас поедим и будем проводить время вместе. – А как же школа? Ладно я, но как же ты? – Задалась я вопросом. – Ради любимой девушки, я готов пропустить и денёчек. Ничего страшного. Давай завтракать. – Он заставил меня сесть, а сам ухаживал за мной. Я чувствую себя ребёнком, за которой ухаживает мама. Тепло разлилась по телу, доходя до кончиков ушей. Они вмиг покраснели от его внимания. Сытно поев, мы принялись мыть посуду. Как это мы? Сынмин противился, когда я хотела помыть посуду и на кухне началась третья мировая война за него. Мы пришли на компромисс и закончили всё вместе. Он брызгался на меня пузырьками от средства для мытья посуды. Я давала ему отпор, защищаясь сковородкой, которой он готовил панкейки. Смех заполнил всю квартиру, даже соседи постучались с претензиями, но мы не открыли дверь, так как у нас есть на это право. Уставшие, улеглись на диване, поедая попкорн. После долгих споров про фильм, мы выбрали что-то общее: «Человек паук: нет пути домой». К концу фильма, я стала выпускать скопившиеся слёзы. – Ну чего ты плачешь? Моя маленькая. – Понимающе улыбнулся Сынмин и обнял меня. – Мне было бы больно, если бы мои родные забыли про меня. Столько вместе прошли, а в итоге он единственный кто страдает. Можно сказать, что он пожертвовал собой ради близких, но это так больно... – Хныкая, я жаловалась Сынмину о том, как этот мир жесток. – Мне было бы тоже больно... – Шепнул Сынмин. В обнимку, не заметили как уснули. Самое главное – сейчас я счастлива. Я не хочу возвращаться а реальный мир. Только не сейчас. Не хочу терять кого-либо из своего окружения. Только, на сердце не спокойно. Что-то так тянет. Я не могу понять, но это неважно. По крайней мере сейчас!