Собиратель Огня

      Они поднимаются с земли. Окружающее пространство, казалось, взорвалось и разлетелось на сотни тысяч осколков, оглушая. В ушах стоит звон, перекрывающий все звуки, мужчина смотрит на титана, который пробил стену.       — Беги! — крик Грагата потонул в творящемся хаосе.       Тело Аркани неожиданно ослабло. Это не может быть правдой.       — Бертольд? — Шепчет.       В голове эта мысль бьётся сильно, даже болезненно. Животный ужас сковал тело, из-за чего пошевелиться не было никакой возможности. Почему он здесь? Почему его племянник находится на этом острове? Он спит? Это не может быть Бертольд. Но это и правда был его племянник. Племянник в облике гиганта, который напал на этот остров. Если появился он, то есть и остальные воины с Марли? Мужчина слабо сделал шаг вперёд, неверяще протягивая руку к сыну своего брата. Если это реальность, то она больше похожа на ужасную шутку.       Его дёргают назад, заставляя оступиться. Аркани поднимает замыленные глаза на Зуко, который что-то кричит. Все мысли занимают Риза, его дети, уже родившийся ребёнок, которого он никогда не увидит. Его настойчиво тянут вперёд, в сторону порта, который служит доставкой припасов и людей из внутренних стен во внешние и наоборот. Мужчина оглядывается на гиганта, который смотрит на людей с каким-то презрением. Бертольд, неужели это и правда ты? Как он сейчас выглядит? Сколько ему уже? Лет тринадцать?       Грудь сковывает от ощущения того, что он предал свою семью, поступил по-скотски, бросил их в самый ужасный момент, когда жена беременна и занимается двумя детьми. Дышать становится труднее. Аркани переводит взгляд обратно на Грагата, который тянет мужчину за руку, который ниже Гувера, но сильнее во многих смыслах. Поступил ли он правильно, когда решил нарушить собственный принцип и пойти на поводу у эмоций? Ответа не было.       Перед глазами мелькает жизнь в Марли. Риза смеётся. Тогда они только-только познакомились. Девушка с привлекательной внешностью сразу же запала в сердце мужчины, настолько, что уже через год они поженились. Маленькое, сморщенное личико Кендал, когда она только родилась. Он помнил, как неуверенно взял своего первенца на руки, какой она была крошечной; как ему казалось, что сделай он хоть одно неверное движение, и девочка сломается. Потом появился Остин. Мальчик был крупнее своей сестры или так казалось из-за того, что он родился позже? Их третий ребёнок также похож на Ризу? У него такие же голубые глаза или они серые, как у Аркани? Этого мужчина не узнает, кажется, никогда.       Окружающая действительность вернулась так же неожиданно, как и пропала. Плач, крики, мольбы – всё вновь начало появляться. Марлийцы были правы – это действительно дьявольский остров. Ощущение, что он попал в сам Ад, накатывало с новой силой. Аркани слишком расслабился за прошедшие беззаботные дни, слишком отвлёкся.       Они ступили на деревянную доску, поднимаясь на корабль. Люди плакали, держались за головы, читали молитвы. Те, кто не устели сесть на корабль, пытались на него запрыгнуть, когда военная полиция убирала сходню. Вещи кидали прямо в воду, потому что они были лишним грузом, который может послужить перевесом. Мужчины сели возле каюты капитана. От сюда было видно, что титан пропал, но многие мелкие гиганты уже приближались.       Аркани обвёл взглядом собравшихся. Тут был владелец лавки, но без жены. Ребятишки, которые буквально сегодня утром играли на торговой улице, жались к друг другу с читаемыми на лице страхом и ужасом. Взгляд зацепился за знакомого мальчишку. Это был Эрен. Гриша говорил, что уедет на несколько дней внутрь другой стены. Но где Карла? Обычно эмоциональный мальчик сейчас потерял всякую тягу к жизни, он не плакал, нет, это было заметно по его лицу. Оно было другим. Догадка Аркани ударила в мозг и не спешила пропадать. Эрен видел, как титан ел его мать.       Зуко поднялся с места, когда корабль двинулся внутрь стены. Юноша подошёл к борту, смотря вглубь города. Везде были безмозглые титаны. Он сомневался, что Марли послали только одного воина на Парадиз. Должны быть ещё. Минимум двое, а может и трое-четверо, чтобы не ослаблять саму территорию Марли, когда она находится на грани очередной войны. Тот гигант, который проломил стену, был племянником Аркани. Мужчина как-то говорил, что одним из воинов является его родственник, и что он – коллосальный титан.       Он услышал громкий звук, похожий на топот. Лорд Огня пальцами вцепился в борт, всматриваясь в город. Громкий бег титана приближался с неимоверной скоростью, и уже после глаза зацепились за него. Около пятнадцати метров, весь в кожных, твёрдых на вид, наростах, он бежал в сторону внутренних стен. Раздались крики людей из военной полиции, заглушающие грохотом снарядов из пушек. Зуко смотрел на то, как гигант ломает внутренние ворота, ведущие в Марию.       Грохот ломающегося кирпича отозвался внутри мозга болью. Будто по голове Лорда Огня ударили этим самым кирпичом. Он схватился за эту часть тела подавляя новые вспышки воспоминаний предыдущего владельца. Большая ладонь Аркани сжала плечо Грагата, и мужчина начал что-то говорить.       — Я пойду к Эрену. Пока что присмотрю за ним, — расслышал юноша сквозь ватную пелену. — Не противься воспоминаниям, Грагат. Они – часть тебя.       Лорд Огня посмотрел мужчине вслед. Новую вспышку воспоминаний он решил не подавлять. Аркани прав – так будет лучше, так не будет болеть голова и так он быстрее со всем разберётся.

***

      В результате нападения гигантов не только люди из Шиганшины были вынуждены отступить назад, во внутренние стены, но и жители Марии эмигрировали в стену Роза. Численность населения сократилась почти вдвое. Люди, живущие за Розой, невзлюбили гражданских других стен. На улицах стояли очереди из беженцев за едой, которую составляла одна буханка чёрствого хлеба на день. Провианта на всех не хватало, из-за чего половину работоспособных людей, когда-то населяющих Шиганшину и стену Мария, отослали на вырубку леса, а затем и на поле боя, чтобы решить вопрос с провиантом.       Зуко с Аркани доставили на вырубку леса спустя несколько дней от того момента, как титаны пробили стены. За это время Гувер не встретил своего племянника и других воинов с Марли. Случайность это или нет, но, как говорил Аркани, он не видел никого. В отличии от Зуко, которого нашёл Гриша Йегер.       Это случилось на второй день после того, как они оказались внутри стены Роза. Юноша был в состоянии полудрёмы, в то время, как старик спал возле него на нагретом огнём камне. Он услышал шаги. Тяжёлые, они отдавались в уши с каждым приближением.       — Грагат, — знакомый шёпот в тишине заставил раскрыть глаза и посмотреть прямо на мужчину.       Гриша стоят напротив с заплаканным лицом. Зуко прищурился, изучая его. Никакой опасности от доктора не исходило. Запах крови донёсся до Лорда Огня, но он ничего не сказал, даже не двинулся. Всё таки перед ним стоял доктор, который лечит, а не калечит.       Аркани начинает ворочаться. В последнее время старику снятся кошмары и он бредит во сне. Изредка с его губ слетают имена детей, а более часто – имя жены. Вот и сейчас Гувер бормочет, он молит о прощении, обращаясь к Ризе, из закрытых глаз текут слёзы.       — Мне надо передать силу Атакующего гиганта моему сыну, — он смотрит в глаза скептически настроенного юноши. — Мне осталось немного. Ты же знал, что сила гиганта может жить в теле одного человека 13 лет?       Эта новость сбила с толку, заставляя полузакрытые веки чуть вздрогнуть, раскрываясь немного шире. Зуко не знал, когда это тело унаследовало силу гиганта, а следовательно он не знал и то, сколько ему осталось, ведь по истечению этого срока шифтер умирал сам по себе.       — Мне твоего сына нужно держать что ли? — Спросил юноша, наконец, поднимая одну бровь.       — Ты должен видеть, как гигант передаётся от одного владельца другому, чтобы знать что тебя будет ждать, — ответил мужчина шёпотом, переведя взгляд на сына.       Эрен спал чуть в стороне. Мальчишка жмурился во сне, закидывая ноги и руки на Микасу с Армином, которые спали рядом с ним. Зуко и их периодически согревал своим огнём, чтобы дети не замёрзли во сне. И только тогда они расслаблялись и переставали дрожать.       — Я хочу попросить тебя кое о чём, — начал доктор, вновь посмотрев на Лорда Огня.       — Присмотреть за твоим сыном? — перебивает его Грагат, поднимаясь с места. — У него есть наблюдатели лучше меня, — кивает подбородком на девочку с мальчиком. — Не беспокойся, Аркани за ними следит как за своими детьми.       Зуко не стал говорить о том, что он присмотрит за мелочью. Гувер как-то попросил его об этом сам. В тот день, когда дедушку Армина отправили на вырубку в числах первых кандидатов. Аркани тогда сказал, чтобы Зуко следовал за этой троицей и защищал их в случае чего. Завтра прибудут за партией на поле боя, и мужчина думал, что не выживет.       Этой ночью Зуко увидел, как титан Эрена пожирает собственного отца. Мальчишка даже не понял, что произошло, ведь он сразу же уснул после того, как обернулся обратно в тело человека. Лорду Огня только и оставалось, что следить за тем, как смутно знакомый мужчина поднимает бессознательное тело мальчишки и несёт обратно к остальным. Ещё один человек знает секрет титанов. Возможно, в будущем это сыграет им на руку, а может и нет.

***

      За ними приехали рано утром. Холодный металл кинжала, спрятанного в сапоге, обжигал горячую кожу Зуко. Их только что погрузили и везли как пушечное мясо. Аркани остался с детьми и сейчас следил за троицей. Юноша посмотрел в безоблачное небо, по которому изредка летали чайки. Сколько он уже в этом теле? В этом мире? Год или чуть больше? А сколько этому телу сейчас лет? Судя по воспоминаниям, предыдущий Грагат унаследовал силу титана в возрасте десяти лет. В словах Гриши Лорд Огня не сомневался – врачу просто незачем было врать. И тогда выходит картина того, что в 23 года Зуко умрёт из-за этой силы.       Когда они ехали внутри Марии и Шиганшины, члены разведывательного отряда расчищали путь от гигантов. Головная боль вновь появилась, когда повозка выехала за пределы наружных стен. Бескрайнее зелёное поле больно ударило по глазам, ослепляя, из-за чего пришлось смежить веки. Тут было слишком ярко. Несколько птиц слетели с молодых деревьев, одиноко стоящих возле разрушенной стены. Щебетание крылатых заставило многих людей напряжённо отпрянуть, сжаться в страхе.       Как и предполагал Зуко, жители Шиганшины и Марии стали простым пушечным мясом. Им даже не дали УПМ и лезвия. Просто кинули в бой безоружными, как овец на заклание на ферме. Лорд Огня думал, что за всю жизнь он повидал много ужасных зрелищ, но оказался неправ. В воздухе буквально воняло кровью, вызывая рвотные позывы. Крики людей заставляли внутри всё замереть. Титанов убивали, пока те жрали человеческую плоть. Неожиданная мысль о том, что, возможно, таким образом гиганты ищут шифтеров, чтобы вернуться в обычное человеческое тело, заставила утреннюю порцию хлеба вылезти наружу.       После операции из 250 000 солдат и гражданских, отправленных на возвращение Стены Марии, менее 200 вернулись живыми. Это привело к потере пятой части всего населения Стен, но, в свою очередь, уменьшило нехватку продовольствия, которая последовала после падения Стены Мария.

***

      В тот день Аркани проснулся позднее обычного. Из-за холода, который сковал его тело с ног до головы. Мужчина поднялся с своего места и огляделся. Грагата нигде не было. «Куда опять подевался этот щенок?» — подумал он раздражённо. Но он знал, что сегодня отбыли добровольцы за стены, чтобы сразиться с гигантами. Гувер негодовал и был зол как никогда прежде. Они с Грагатом договорились о том, что отправятся вместе, что помогут друг другу, но этот пацан поступил по-своему.       Злость сковала всё тело мужчины, не позволяя даже на миллиметр двинуться. Как Грагат мог так поступить? Почему он ушёл, не предупредив? Ничего не сказав? Аркани до боли сжал челюсти и кулаки, пытаясь успокоиться. Нет, скорее всего, у юноши были на это какие-то свои причины. И хоть Гувер понимал, что за него можно не волноваться, ведь Грагат просто мог подпалить всех титанов, не давая подобраться к себе, но внутри всё равно поднималась волна беспокойства за юношу. Кулаки сжимались и разжимались до боли в костяшках пальцев. Когда пацан вернётся, а он вернётся, Аркани ударит его в морду.       Их не было целый день, тех, кто выступили добровольцами. Гувер следил за троицей, которая постоянно попадала в разные передряги. Эрен опять умудрился наехать на офицеров полиции, говоря о том, что они используют людей как пушечное мясо для уменьшения голодных ртов. Аркани кое-как смог усмирить этот конфликт. Когда он обрабатывал раны пацана, то дал хорошего подзатыльника. Единственное, что радовало во всей этой ситуации – Йегер остался прежним, тем самым никудышным мальчонкой, постоянно бросающимся на рожон.       Когда они сидели в каменном амбаре, Гувер выглянул в окно. Приближался вечер, и Солнце окрашивало горизонт в яркие малиновые тона. Мужчина опустил взгляд от пик крыш чужих домов и облокотился на оконную раму. Дети за его спиной о чём-то разговаривали, изредка повышая голоса. Ветер сильно подул, ероша отросшие волосы. Аркани почесал пробивающуюся щетину, наблюдая за прохожими. Взгляд зацепился за до боли знакомый профиль ребёнка. Из-за слабого зрения, он прищурился, пытаясь распознать родные черты лица, но более коренастый мальчишка с светлыми волосами загородил шатена.       — Открыть ворота! — слышится крик военнослужащего, а после громкий звон колокола, наполнившего пространство своей трелью.       Дети встрепенулись и поскакивали со своих мест. Гувер двинулся за ними, позволяя троице убежать вперёд, только Микаса изредка оборачивалась, проверяя насколько мужчина от них отстал. И каждый раз он махал ей рукой, давая разрешение забежать дальше.       Люди потянулись к открывающимся воротам. Очень быстро создалась толпа, и дети взяли друг друга за руки, чтобы не потеряться. В силу своего роста, Аркани следил за ними, позволяя себе отстать на несколько метров. Микаса обернулась в очередной раз, Гувер уже было поднял руку, давая разрешение идти дальше, как слышится вскрик:       — Бертольд! — тонкий, девичий голос звал его племянника.       Он обернулся. Бертольд смотрел прямо на него. От лица мужчина отхлынула вся краска. В голове сразу же пронеслись моменты того, как и кто ломал стену Шиганшины. Племянник смотрел прямо на него своими серо-зелёными глазами. Мальчишка смотрел, изучал его с ног до головы.       — Дядя! — голос Армина приводит в чувство.       Аркани отворачивается от племянника, чтобы нагнать троицу. В голове бьётся вопрос: «Узнал ли он меня?». Виски начинает ломить от чувства безысходности. Хочется кричать, проклинать, умолять. Хочется подойти к племяннику и спросить, как там Риза. Справляется ли она? Как назвали третьего ребёнка? Но он перебарывает это, пытаясь отрешиться.       Он смотрит на людей, вернувшихся с поля боя. Взгляд цепляется за каждое лицо в надежде отвлечься от лица Бертольда. Его племянник подрос, но внешне не изменился. Гувер замечает Грагата среди той горстки людей, что осталась в живых. Лицо подростка было отстранённым больше, чем обычно. Он шёл, смотря себе под ноги, а в его голове всплывал тот ужас, который был там, за стеной сегодня с самого утра. У многих вернувшихся отсутствовали конечности, только несколько граждан вернулись целыми, и среди их числа был Лорд Огня. Ему повезло, чертовски повезло, что он не умер и не потерял ногу или руку.       Зуко поднял взгляд с земли. Она вытоптана, в некоторых местах не засохшие лужи. Грязь противно чавкает под ногами, как чавкали те гиганты, до этого бывшие людьми. Он закрывает уши, чтобы услышать звон в них, забыть тот звук ломающихся костей и пережёвывания. Юноша мотает головой из стороны в сторону и закрывает глаза. Если бы тогда, столетие назад, Марлийцы не отослали людей на этот остров... Если бы король Фриц не повиновался, то сейчас бы всего этого не было.       — Эй! — кричит мальчишка перед ним.       Лорд Огня чуть опускает взгляд вниз, смотря на Эрена. Глаза мальчишки обеспокоенно блестят, он чего-то ждёт. Но чего? Рука сама собой ложится на чужую голову и треплет волосы. Йегер начинает возмущаться и отпихивать от себя чужую ладонь. Зуко смотрит чуть в бок, где стоят остальные: Аркани, Микаса и Армин.       — Я защищу их, — произносит одними губами мужчине.       Он защитит этот остров, этих жителей, чтобы они не видели тот ад, через который он сам прошёл. Прошёл и выжил. Лёгкие до сих пор горят от частого бега, каждая мышца организма болит, ноги отваливаются. Раз теперь он оказался в этом мире, то сделает всё, чтобы над головами этих людей было мирное небо. Прямо как в его мире, в котором он умер...

Несколько недель спустя

      Жизнь начала входить в мирное русло. Беженцам выдали жильё, что не могло не радовать. Аркани вновь начал работать в лавке, только мясной. Троица детей продолжала бегать по улицам в свободное от домашних дел время. Армин только недавно оправился от потери деда, продолжал ходить с шляпой, что от него осталась. Он носил её на своей блондинистой голове постоянно, не желая расставаться ни на минуту. Зуко же вспомнил о том, как в одном из разговоров Гриша говорил что-то о королевской семье, жившей за Синой. Йегер утверждал, что реальная власть находится не у той семьи, а у подставного короля, которым управляет парламент. Даже жители этого острова осложняют себе жизнь вот таким образом, с помощью власти. Юноша отправился на вылазку.       Ночью, пока все в квартирке спали, он аккуратно вылез из под одеяла. Кинжал, что неизменно лежал во время дрёмы под подушкой, быстро оказался в руках. Лорд Огня посмотрел на острое лезвие, сидя на кровати. Прямо под ногами развалились дети, а Аркани спал на койке с другой стороны комнатушки. Кинжал плавно вошёл в голенище сапога, скрываясь от чужих глаз. В голове промелькнула мысль о том, что нужно раздобыть ещё парочку. Он смотрит на троицу, как они жмутся друг к другу, а после, спустя время, слышится звук закрывающейся двери. Эрен открывает глаза и видит, что Микаса оказалась на кровати Грагата под одеялом. Аркани только улыбнулся, закрывая глаза обратно и поворачиваясь к стене.       Ночная улица встретила свежим холодным воздухом, наполняющим лёгкие до отказа после душной комнаты. Юноша натянул на свою голову капюшон, укрыв лицо от чужих возможных взглядов. Молодое тело слушалось прекрасно, позволяя быстро пробираться через маленькие улочки. За стеной Роза дома стояли чуть дальше друг от друга, но всё равно были достаточно узкие места, где иногда приходилось просачиваться, стоя на носочках. Ворота, отделяющие две стены, по обыкновению были открыты. Это было сделано для того, чтобы во время очередного пролома стены, большинство жителей смогли бежать не только кораблями. А с учётом последних событий было вполне разумно оставлять ворота открытыми на ночь – неизвестно, когда титаны нападут в следующий раз.       Зуко успешно прошёл мимо пьяных спящих охранников. Он никогда не понимал, как можно вот так охранять стены. Впрочем, у всех людей свои причуды и тараканы в головах, так что ему было без разницы. Главное, что смог пройти незамеченным.       Лорд Огня быстро двигался предположительно в сторону дома королевской семьи. Гриша говорил, что они владеют титаном Прародителем, который, судя по воспоминаниям Грагата, был способен на многое. Он решил заполучить Прародителя по одной простой причине: чтобы вернуть всех неразумных гигантов обратно в человеческий облик, чтобы искоренить саму суть титанов.       Центром стены Сина был городом Митра, служащая местом жительства для всех богачей. Дома здесь отличались от других, были более вычурнее и больше. Зуко прошёл, предположительно, к месту, где обитала семья Рейсс. Насколько он понял, у них были угодья, и эта семья прикрывалась дворянством, не имела права взойти на престол, а всё для того, чтобы обезопасить себя и титана, которым они управляли, которого передавали из поколения в поколение.       Дом, точнее то, что от него осталось, встретил парня под звук цикад. Зуко опустился на одно колено, изучая почву перед покатанной дверью, ведущей вниз. Всё стёрлось со временем, вымылось дождём и сдулось ветром. Досада и разочарование смешались в одно доселе неизвестное чувство. Кто-то был здесь и, судя по разрушениям, буквально недавно, ибо каменные стены когда-то большого особняка не успели порости мхом. Он опоздал всего на несколько недель, разрушая свой собственный план. Злость поднялась глубоко внутри, выплёскиваясь в яростный крик и сильный удар по земле кулаками, из под которых вылетели струи пламени. Нет, он не боялся, что его заметят – дом находится на отшибе, где ночью никому, кроме него, делать нечего.       Мужчина наблюдает за всем происходящим, прячась за деревом. Он пришёл навестить то, что осталось в напоминание о его друге, чтобы освежить воспоминания того дня, когда они впервые встретились. Он слышит крик, а после видит, как появляется огонь, исходящий от юноши. Ещё и ещё, ещё и ещё, с каждым выплеском пламени небо ненадолго освещается, пока пацан не успокаивается. Глаза прищуриваются от рези в них из-за яркого, после лунного, света. Хочется рассмотреть всё детально, понять то, как этот юноша может выпускать огонь из своих ладоней. Хочется следить и следить за ним, до тех пора, пока эта тайна не будет разгадана.       Улыбка наползает на его лицо, выделяя морщинки в уголках губ. Привычным движением он поправляет шляпу вперёд. Ему всегда нравилось что-то неизведанное, что-то новое, что может развеять серость одинаковых дней. И, кажется, он нашёл то, что давно искал – нечто новое, не заставившее скучать. В этом мужчина убедился только что.

***

      В квартирку он вернулся только под утро, когда не осталось сил и эмоций, которые он выплеснул там, возле разрушенного особняка настоящей королевской семьи. Кулаки не болели из-за того, что срегенерировали. Зуко перестал задаваться вопросами: кто и зачем, вместо это он просто принял реальность, сам факт того, что опоздал. Лорд Огня устало упал на матрас, постеленный на полу, между Эреном и Армином. Ноги свешивались с импровизированной кровати немного, но это не мешало. Уже ставшим привычным движением достал из голенища сапога клинок и положил его под подушку.       — Где ты был? — раздался в тишине голос Аркани.       Юноша повернул голову в сторону мужчины. На его лице было видно чуть отросшую седую бороду, а волосы, наоборот, начали выпадать. Появлялась лысина, говорящая о том, что Гувер старел. Он начинал походить на дядю Айро, но не был полным. Воспоминания о дяде окончательно вывели его из равновесия, заставляя тяжело вздохнуть.       — Я ходил к поместью королевской семьи, — произносит всё таки спустя долгое молчание. — Но там всё было уничтожено. Я опоздал буквально на несколько недель, — юноша плотно сжимает кулаки и отворачивается от мужчины.       Он ещё долго не мог уснуть, так же, как и Аркани. Гувер понял, зачем Грагат ходил туда, ведь он тоже присутствовал во время того разговора. План Лорда Огня нарушился, даже не успев начаться.       

В то же время

      Мужчина брёл по ночной улице Мирты. Кем был этот юноша, выпускавшим огонь из под ладоней? Как он это делал? Это был тот же парень, что и в подземном городе – в этом он не сомневался. Его дом разрушен, место где он вырос и узнал суть этого мира: выживает сильнейший. Где он воспитал своего племянника как мог, давая и ему понять мироздание, константу существования. За прошедшие месяцы мужчина успел многое: он вступил в ряды военной полиции, потихоньку набирая людей от туда, которые были с его родины. Жизнь над землёй никому из них не нравилась. Сеть выживших "подземных" разрасталась со скоростью света. Ещё чучуть, и их дом восстановится, и они опять спустятся вниз, где сейчас идут восстановительные работы.       И всё из-за этого парня. Как он смог разрушить весь город, похоронив несколько сотен людей, в одиночку? Кажется, мужчина нашёл что-то интересное. Этот пацан отличался от остальных даже своим внешним видом. Особенно сильно в глаза бросался уродливый шрам на половину его лица.       Спустя долгое время после начала восстановительных работ мужчина брёл по улочкам родного города. На голове была неизменная шляпа, под глазами были уставшие отёки, делавшие лицо неизвестного ещё более осунувшимся, морщинки глубоко проникли в кожу лица. Он чувствовал, что за ним кто-то идёт следом, будто выжидает идеального момента для нападения. Мужчина не был идиотом и никто никогда его таковым не считал, до этого момента.       Он заворачивает за угол ближайшего здания, прячаясь в тёмной улочке. Шаги сзади отдаются в ускоренном темпе. В темноте между зданий мужчину не заметно, когда преследователь нагоняет его, заворачивая в сторону тупика, Кенни хватает его за руку. На лице мужчины расползается широкая улыбка. За ним следовала маленькая девочка, на вид лет двеннадцати, не больше. На её голове безобразная шляпа, явно украденная у знатной дамы – из мягкой ткани, почти что из меха, но короткого. Вещи тоже, явно, были не из дешёвых.       — Что маленькая мисс забыла в Богом забытом городе? – спрашивает он с усмешкой. — И тем более будто преследует меня.       — Я росла на постоялом дворе, в котором работала моя мать...       Девочка в забавных очках даже не поворачиватся к нему, продолжая смотреть перед собой. Не смотря на абсурдность всей ситуации, она говорит ровно и даже как-то холодно. Но небольшая дрожь в голосе всё таки проскальзывает, и не остаётся незамеченной для мужчины.       — Она с самого детства говорила мне об отце, описывала его, делилась тем, как он был с ней нежен, — она немного поднимает лицо в сторону мужчины, чтобы заглянуть ему в глаза. — Сразу тебя узнала.       Весь смех и сарказм пропал из мыслей мужчины. Будто он действительно мог иметь детей, будто она действительно могла быть его дочерью. В голове быстро начали перебираться лица девушек, которых он снимал, с которыми был нежен. Хотя...понятие нежности для каждой, наверняка, своё? Губы вновь расстягиваются в улыбке. У него не было ни одной девушки, которая могла бы быть матерью этого ребёнка в дорогих, украденных одеждах.       — Я сейчас расплачусь, – он притворно шмыгнул носом и сделал вид, будто утирает слезу. Каждое слово отзывается улыбкой, продолжавшей корчить его лицо. — Подними ручки, и папуля тебя обнимет, – мужчина надувает губы на манер того, как делают это дети.       — Настолько уверен, что моё рождение невозможно? – её голос холоден. В нём больше не слышится дрожь, остаётся только сталь.       Вся спесь уходит с мужчины, лицо расслабляется и тут же принимает серьёзное выражение. Он твёрдо отвечает:       — Клянусь сестрой. — Он чуть сжимает тонкую руку в своей ладони, выражая своё недовольство. — Это самая глупая шутка, которую мне довелось услышать.       — Твои слова очень грубы... – В следующий миг ощущается, как рука в его захвате напрягается. Девушка, хлипкая на вид, с этими бестолковыми хвостиками, резко наклоняется вперёд, потянув его за собой. Корпус по инерции движется за девчонкой, шляпа с очками слетают с её головы. Он чувствует, как в сантиметре от затылка пролетает чужая нога, задевая шляпу. — Папа.       От неожиданности ладонь размыкается, отпуская лгунью. Девушка убегает, оставляя мужчину следить за тем, как её хвостики опрокинулись назад и начали подпрыгивать в такт бегу. Шляпа касается земли, а очки разбиваются в дребезги. Маленькие стёклышки разлетелись на сотни тысяч осколков, застревая между кладкой камня.       — Ох ё... Так ты в том возрасте, когда папу ненавидят? – На его лице вновь появляется усмешка.       Он не стал догонять девушку. Зачем, если просто потратит силы и ценный ресур – время? Когда придёт момент, он с ней столкнётся, рано или поздно. Мужчина саркастически делает поклон, с своей шляпой в руке, до самого пола. Эта малявка играла до последнего, пока её не прижали к стене.

Несколькими часами позднее

      Мужчина в который раз возвращался к развалинам дома своего старого приятеля. Их знакомство было столько неожиданно, сколько полезно. Именно тогда, ещё в юности, он узнал тайну королевской семьи и своей родословной. Дело в том, что если он или кто-то из его родственников притронется к человеку, владеющей силой титана-Прародителя, его давно стёртые воспоминания вернутся. Как было в тот раз, во время знакомства с тем человеком. Мужчина знал, что он – один из немногих, кто знает тайну этих стен и правду их народа, правду из первых уст, а не из переписанных учебников.       Он много раз спускался в тот самый подвал, где проводился ритуал, и каждый раз приходил к одному-единственному выводу: членов королевской семьи убил человек, владеющий силой титана. Никого, кроме старого друга, он не встречал с данной силой, а так же не было ни малейших догадок, даже с учётом многих шпионов по всему городу. Никто не знал ответа на его вопрос точно так же, как и сам Кенни.

Раннее утро, в доме Аркани

      Юноша лежал на кровати в полной задумчивости. На полу возились младшие, Гувер был на кухне и что-то готовил, Лорд Огня не решался подойти и помочь, поскольку выходило это у него, мягко говоря, плохо. Еда, в основном всегда, подгорала, была пересолена или, наоборот, её не хватало. Здесь, на Парадизе, соль ценилась и считалась белым золотом за счёт сложности её добычи и малого количества. Приправа обычно стояла у жителей стены Шина или же у зажиточных жителей Розы, но никак не у таких простых людей, коими были Аркани с Зуко. Как юноша подозревал, Гувер обзавёлся связями среди торговцев и заимел какое-никакое, но уважение к себе. Ведь, судя по всему, он обменивал мясо в лавке из под полы именно на соль. Это говорило о внимательности старика к Лорду Огня – юноша всю жизнь ел не пресную пищу, даже в походах с дядей Айро у них всегда была котомка с солью.       В голове то и дело проскакивали слова Аркани про племянника, который разрушил стену. Если судить по тому, что они видели, колоссальный титан был около 60 метров в высоту, раз его голова выглядывала из-за стены тогда, около полугода назад. Зуко много раз думал о том, что будет, когда он столкнётся с Бертольдом напрямую, один на один или где-то ещё. И каждый раз он не мог дать себе точный ответ, даже Гувер не мог помочь в этом. Вопросы данного характера загоняли его в тупик – сказывались противоречия внутри мужчины: с одной стороны ему хотелось рассмотреть парня, узнать у него многое, спросить про жену, детей; с другой же...ему противела эта мысль, внутри просыпались муки совести и отвращения к себе.       Лорд Огня решил для себя, что будет действовать по обстоятельствам и на месте уже разрабатывать дальнейший план. А пока он продолжит жить так, будто ничего не происходит, будто всё было как и раньше.

23 июля 847 год.

      Именно в этот день всё началось. Ровно два года назад титаны прорвали стену Шиганшины и Марии. С того дня Зуко понял для себя – он постарается защитить этих людей, Микасу, Армина, Эрена и Аркани. За прошедшие два года троица заметно выросла и подросла не только физически, но и психологические. Гувер был рядом с Микасой, когда у неё начался переходной возраст, показывал как стирать после себя тряпки, как правильно их класть, чтобы не оставлять пятна крови на одежде. Он делал всё для того, чтобы восполнить ту самую дыру, которая образовалась после потери дочери. Каждый вечер Лорд Огня приучал троицу к медитации. Дядя Айро всегда говорил: "Человек не столь силён духом, сколь телом". И если медитация могла усмирить Микасу и Армина, которые сами по себе от природы были спокойными и тихими, с Эреном пришлось повозиться. Именно это, в свою очередь, укрепило терпение Зуко. Не всегда два здоровых барана (как частенько называл их Аркани) могут разойтись или найти компромисс. У Грагата же, методом проб и ошибок, это получилось, не сразу, а спустя пару месяцев. Но даже это он считал своей, пусть небольшой, но победой.       И вот сегодня он стоял на большом землянистом плаце. Трава здесь давно вытоптана сотнями ног, когда-то пробегавших здесь, по этой земле раз за разом. Кто-то может больше не увидел это место, а кто-то возвращался сюда. Тренировочный лагерь – именно это название характеризовало данное место и было его названием. Набор в кадетский лагерь не пропустил, кажется, никто из подростков и людей постарше. В толпе стоящих Грагат смог выцепить пару людей, которым было за 30.       Все собравшиеся стояли вытянутыми, словно проглотили деревянную доску: спины и ноги прямые, плечи расправлены, голова повёрнута строго вперёд и глаза смотрят перед собой. Идеальное построение, которого не так легко добиться. Всему виной были слухи об инструкторе их корпуса. Ещё тогда, во время первой встречи, юноша понял: Кис Шадис видит человека насвозь, он наблюдателен, и, прежде чем что-то делать, взвешивает свои решения.       Голова без единого волоска, идеально выбритое лицо и глубокие тёмные круги под глазами выдавали человека стойкого, уверенного в себе. Именно он встретил тогда за стенами Грагата и Аркани, он наблюдал за ними, был у них дома и периодически заходил к Гуверу, чтобы побеседовать. За этой маской строгого наставника кадетского корпуса скрывался наученный жизнью человек.       Шадис прохаживался вдоль рядом новобранцев. У некоторых он спрашивал имя и происхождение, некоторых же просто пропускал, опрокидывая их цепким взглядом глубоко посаженных глаз. Некоторые довольствовались унижениями:       — Представься, – грубый, глубокий голос инструктора вновь заполняет собой пространство. Он стоит напротив высоко парня.       — Меня зовут Марко Ботт, родом с юга стены Розы, город Джинае, – представляется юноша с россыпью веснушек. Его кулак прижат к сердцу и сам он будто ещё сильнее вытянулся.       — Зачем ты здесь? – голос похож на раскаты грома, такой же громкий и рычащий.       — Я хочу вступить в военную полицию и отдать жизнь королю, – при этих словах юноша начинает улыбаться и его лицо становится будто мягче.       — Это достойно, хорошая цель. — Кис немного кивает, будто действительно соглашается с словами, в ответ на это лицо Ботта расцветает. — Однако королю не сдалась жизнь такого отброса, как ты, — инструктор придвигается лицом к лицу юноши. Со стороны начало казаться, будто веснушки Марко стали бледнее. — Жизнь надо отдавать за короля, а не ему.       Он повернул побледневшего подростка, губы которого превратились из розовых в бледный, на 180° и пошёл к своей следующей жертве. Это был своего рода обряд посвящения, позволяющий кадетам отринуть свою прежнюю жизнь и начать новую, по типу перерождения. Данный метод позволяет переосмыслить себя, свои поступки и начать с чистого листа. Шадис начал подходить к Армину, стоящему прямо перед Грагатом.       — Эй ты! – грубо откликивает блондина инструктор.       Юноша подбирается, вытягиваясь сильнее прежнего, хотя казалось бы куда можно ещё вытянуться. Кулак тут же ложится в область сердца.       — Да! – откликается парень.       — Ты кто такой? – спрашивает Кис, давя на голубоглазого своим статусом.       — Я Армин Арлерт из Шиганшины, – ответил громко он. Видимо, своим голосом он пытался казаться сильнее и больше, как кошки, когда вытягиваются в дугу при угрозе.       — Какое идиотское имя, – инструктор придвинулся к юноше ещё ближе, — Кто его тебе дал? Родители?       — Никак нет. Дедушка дал мне это имя. — Голос Армина остался твёрдым, хоть и было видно, что ему неуютно.       — Отвечай, зачем ты здесь.       — Для того, чтобы внести свой вклад в победу человечества! — На этих словах парень зажмурился, будто пытался спрятаться от реакции Шадиса.       — Похвально, — на лице инструктора образуется подобие улыбки. — Станешь кормом для титанов, — он взял Арлерта за голову и повернул так же, как сделал с Марко. — 3 ряд повернуться.       Его тут же послушались. Именно в этот момент взгляд инструктора зацепился за Зуко. Кис сразу же узнал его, чуть кивнул в знак приветствия и пошёл дальше, чтобы начать с следующего ряда. Он действовал быстро, так будто проделывал это множество раз, в чём Грагат не был уверен. С того конца продолжили доноситься крики инструктора и следующей его жертвы:       — Ты кто такой?       — Я Томас Вагнер. Прибыл из Троста.       — Слишком тихо. Моя бабушка говорила громче!       Так продолжалось до тех пор пока Томас не сказал слишком громко, оглушив Шадиса, когда тот пытался что-то сказать. Инструктор шёл всё дальше и дальше, пока его голос не был сравним с шёпотом. Сколько здесь кадетов? В районе тысячи? Это займёт намного больше времени, чем Грагат думал изначально. Он вернётся к Аркани не скоро. А старик в последнее время начал болеть.       Как оказалось позже, в рядах кадетов выделились двое: один не знал, с какой стороны у него сердце, а вторая во время построения ела картошку и предложила инструктору половину, отломав одну треть. Девушку с картошкой звали Саша Блауз, а парня, путавшего право и лево Конни Спрингер.

***

      Уже в казарме Зуко раскладывает свои вещи и занимает нижнюю полку одной из двухъярусных кроватей. Комнату он делит с тем самым Марко и ещё двумя, которые ещё не пришли. Он поворачивается к входу в комнату именно в тот момент, когда туда заходит крепкий блондин, а следом за ним высокий шатен. Сердце, кажется, начинается биться где-то глубоко в горле.       — Бертольд, я тебе говорю, нам должно повести с соседями по комнате, ты знаешь наше везение, — продолжает говорить блондин, осматривая помещение.       В голове Грагата складываются пазлы. Бертольд. Стена. Колоссальный титан. Бронированный титан. Этот парень. Они с Марли. Они воины. Эти двое – его соседи по комнате.       — Я Марко Ботт, — представляется парень в веснушках.       — Райнер Браун, а это — большой палец указывает через плечо назад, на шатена, – Бертольд Гувер.       — Грагат Аккерман, — представляется в свою очередь Зуко.       В своё время он взял разрешение у Микасы, чтобы взять её фамилию себе. Объяснялось это Зуко и Аркани тем, что после попадания за стены, Лорд Огня так и не вспомнил свою фамилию. Чтобы не брать фамилию старика и Эрена, они сословились именно на этой. Она не такая на слуху, а Армин сам по себе не захотел, чтобы Зуко брал его фамилию. Поэтому так и решили, тем более, что внешнее сходство между Микасой и Грагатом были: узкие глаза, тёмные волосы.       — Мы уже заняли свои места, так что вы тоже располагайтесь, — продолжал говорить Ботт.       Бертольд смотрел прямо на Зуко. После он как-то лениво перевёл взгляд в сторону. Лорд Огня же, в свою очередь, очень благодарил дядю, который учил его выдержке – на лице юноши не дрогнул ни единый мускул, который мог бы говорить о том, что произошло что-то из ряда вон выходящее.       На ужине завязалась потасовка между Эреном и Жаном Кирштайном. Причиной стала, судя по всему, Микаса, которая в момент драки умоляюще смотрела на Грагата, прося разнять этих двоих. В первый день решила не показывать себя и свои способности? Или настолько доверяет Зуко, что готова ему дать защиту Йегера? Юноше ничего не оставалось, кроме как остановить двух потасовщиком своим голосом. Хватило двух слов:       — Немедленно прекратите, — голос был спокойным, взгляд Лорда Огня колючим и цепким. Казалось, что он с своего места видит всё пространство столовой.       Жан и Эрен тут же сели на свои места и продолжили ужинать. Как Грагат потом слышал, девушка с картошкой бегала до самой ночи, пока не упала без сил.

Спустя неделю

      Зуко по особому приказу отпустили домой к Гуверу на пару дней, чтобы спроведать того. Дома было необычайно грязно, везде была пыль, летающая в воздухе. Аркани лежал в кровати, под ней стояла утка. Общий вид дома казался в запустении, будто тут не жили больше года. Сам старик выглядел неважно. При виде Лорда Огня он попытался встать с кровати, но не смог, сил не было даже на это. С каждым днём мужчине становилось всё хуже.       Первым делом юноша привёл в порядок Аркани, который до последнего сопротивлялся. И без того худое тело стало ещё тоньше, стали видны рёбра и хребет. От вида больного человека на душе становилось скверно. Он не досмотрел, не смог помочь в полной мере. Кашель Гувера разносится по квартире каркающим звуком, похожим на воронье гарканье. Когда постельное бельё было заменено, а Аркани приведён в порядок, Зуко решил убраться в доме. Пыль летала ещё долго, но скоро пропала из воздуха. Затхласть помещения исчезла с проветриванием комнат. Квартира начала выглядеть более-менее нормально.       Юноше не оставалось ничего другого, кроме как попросить кого-то из соседей проследить за Аркани, пока он учится. В корпусе сказали, что Грагарт сможет куда-то уходить только во время учёбы раз в месяц. Юноша стучался в разные квартиры из небольшого дома, никто не хотел ухаживать за больным. Были разные причины: маленькие дети, нет времени, боятся заразиться. Он постучал в последнюю дверь их многоквартирного дома. Открыла женщина лет сорока на вид, волосы убраны под бесцветный платок и завязаны сзади в тугой хвост.       — Добрый день. Меня зовут Грагат Аккерман, проживаю в квартире на втором этаже, справа. Я учусь в кадетском корпусе, а мой дядя заболел, – он посмотрел женщине в глаза. На её щеках были веснушки, а волосы сравнимы с углём. — Не могли бы вы, пожалуйста, присмотреть за ним? Я могу отлучаться только раз в месяц, и мои братья с сестрой тоже, чаще отпускать не смогут. Я вам заплачу, — выпалил он, поклонившись, прежде, чем женщина с глазами цвета ореха смогла отказать.       — А ты в каком корпусе учишься? — её добрый голос задал вопрос, в нём звучала улыбка.       — 104-й кадетский корпус, — ответил Зуко, не разгибаясь.       — Мой младший сын учится вместе с тобой, присмотришь за ним? Платить не нужно, и разогнись, пожалуйста, как-то неудобно становится... — последние слова она почти прошептала, осторожно трогая плечи Лорда Огня своими ладонями в попытке разогнуть его.       — Спасибо большое, — он послушно разгибается, становясь в полный рост. У них разница в целую голову из-за чего приходится смотреть на женщину немного пригнувшись. – Как зовут вашего сына? Я ему могу что-нибудь передать от вас, госпожа... – он замялся.       — Можно просто Мария Ботт, — она улыбается. — Моего сына зовут Марко. Марко Ботт.