Наследие

Тёмный холодный зал сгущал свои тени вокруг них двоих. Но только он был союзником одного из них. Становилось холодно, ветер завывал в коридорах, потоки бездны разрывали пространство, давили пробуждающим у всех ужасом. Но у второй была сила, способная противостоять злу. Надежда. Будучи совсем одной в этом месте, она крепко держала меч и полагалась на силы Барбатоса и Моракса. И поддержка её лучшего компаньона. Паймон ничего не могла сделать в бою, но её вера в путешественницу была такой сильной и яркой, что у Люмин просто не было права сдаваться. К тому же... Она была близка к нему. Она чувствовала родную душу, радость скорой встречи с ним. Но на её пути стояло ужасное существо, преисполненное злом во имя зла. Он стоял последним и самым неприступным барьером перед Итером. Маги бездны, подчинённые ими племена хиличурлов, вишапы, даже Двалин. Проделав такой путь, Люмин не могла отступить. Кровь стекала по её телу из множества ран, вызванных металлом и бездной. Ноги подкашивались от усталости, дыхание было сбитым, постоянно приходилось сплёвывать кровь, образ Вестника Бездны двоился из-за затекшего глаза и потока слёз. Так больно. Мысли затуманиваются, тихие, но настойчивые голоса заманчиво предлагали сдаться, бросить эту борьбу и принять свою судьбу. Это говорила Бездна. Но держа на губах имя своего брата так же крепко, как веру в своих друзей, как затупленный в бесконечных боях меч и иссякающую магию Архонтов, как за свою жизнь в конце концов, Люмин сделала слабый, но уверенный шаг навстречу судьбе. — Глупая девчонка! Ты лишь торопишь момент встречи со своей судьбой. И притом не завидную. Никто не смеет встать на пути Принца Бездны! А теперь УМРИ! Вестник выставил руки вперёд, и из его ладоней вырвались сотни чёрных нитей, стремящихся разорвать плоть, проклясть сердце и рассудок, убить. Люмин едва нашла силы поднять ввысь столбы камня, чтобы защитить себя и Паймон, а развевающуюся тьму прогнать прочь силой ветра. Но она так устала... — Боги больше не помогут тебе. Обращая в пыль камни и стоя неприступной скалой против бушующей бури, Вестник прорвался сквозь стихийную оборону Люмин и схватил крепкой хваткой за горло, подняв высоко над полом. — ЛЮМИН! ОТПУСТИ ЕЁ! Но Паймон ничего не могла сделать. Едва бросив эти слова, она тут же была атакована Бездной, схвачена в её путы словно муха в паутину. Всё, что ей оставалось, смотреть с ужасом и слезами на глазах, как он медленно лишает жизни невинного человека, который просто искал семью и помогал всем нуждающимся. ... Тяжело дышать. Нет сил пытаться освободиться, даже приподняться, не то что держать оружие. Даже дёргать ногами. Как он и говорил. Лишь принять свою участь. Она посмотрела в его глаза. Увидела в них силуэт того, кого она так долго искала. Эти светлые волосы, солнечные глаза, добрую улыбку. Со слабой улыбкой она потянулась к нему, собирая последние силы, чтобы позвать его и пойти с ним домой. Он рядом. Осталось лишь позвать. Люмин не иначе как чудом удалось собрать немного воздуха и... она позвала. Услышал ли братик её? Она сказала так тихо. Он рядом, но не повернулся. Силы совсем покинули её. Это всё, что она могла. — Принц будет доволен увидеть твой хладный труп с застывшей улыбкой. Теперь нас ничто не оста... Он не успел договорить, его сбило с ног разрушающим потоком ветра. Люмин упала на землю и слабо задышала. Свежий воздух мягко ласкал её волосы и остужал раны, когда сверху разразилась страшная буря. А потом она услышала голос. Низкий, отчуждённый, но такой родной её сердцу и душе. Почувствовала мягкие прикосновения его рук. — Ты позвала меня. И я здесь. Он встал с колена и бросил свой взор на Вестника Бездны, уже готовящего новую ужасающую всё живое атаку. — У нас ещё незваные гости. Я не заметил твоего присутствия раньше. Но ты глупец, раз раскрыл себя. Теперь и тебя ждёт смерть. Пришедший успокоил ветер вокруг Люмин, дав ей возможность отдохнуть, ведь теперь он закончит дело и спасёт её. В его руках нетерпеливо вращалось копьё, оставляя за собой следы ветра. Но его лице сидела маска изгнанника зла. — Теперь это наша битва, слуга зла. Я, Сяо, окончу твой путь. — Глупо было называть своё имя, человек. Как и являться сюда. Теперь вы все сгинете здесь! Ваши тела станут предупреждением всем о нашей силе, общим трауром и нашим три... КХА! Он качнулся и упал, едва удержавшись на коленях и схватившись за сердце, откуда бурным потоком лилась горячая кровь. Впервые в его глазах застыл ужас перед ликом Сяо. Острие его копья было таким быстрым и неуловимым как ветер и поразило его в самое сердце. Бездна предпринимала все силы, чтобы атаковать его душу, ибо она уже была порчена. Но воля Сяо была крепче, путы Бездны ослабли и растворились. — Я... должен... сказать... Принцу... Он разорвал пространство и сквозь червоточину собрался сбежать, но его долг так и не был исполнен. Ему не хватило каких-то пару сантиметров до спасения. Его тело повалилось и испустило последний вздох. Сяо поспешил вернуться к Люмин. — Люмин! Я сделал это. С ним покончено. Теперь пойдём в Ли Юэ. Там тебе помогут. Но Люмин лишь улыбалась, на её глазах застыли капли слёз. Она прижала руки к сердцу, словно бы обнимая что-то столь ценное для неё, но давно потерянное, но только что вернувшееся к ней. — Люмин? Сяо положил свою ладонь на её плечо, но она не открыла глаз. Лишь всё так же улыбалась. Тело Сяо слегка задрожало. Он потряс её за плечо. — Люмин! Нет... Этого... не должно было... произойти. Это невозможно! Он со всей силы ударил по земле кулаком. — ПОЧЕМУ ТЫ НЕ ПОЗВАЛА МЕНЯ РАНЬШЕ? ЧТО ТЫ НАТВОРИЛА? И снова ветер. Слабый, тихий. Чтобы спрятать слёзы. Он был слишком медленным. Слишком слаб. И теперь по его вине погиб его друг. Боль была такой сильной, что карма чувствовалась обычной занозой... Погиб не просто друг... Далеко не друг. Люмин была такой доброй к нему, даже несмотря на его грубость, его отчуждённость, его нежелание сближаться с кем-либо. И стоило ему хоть раз открыть своё сердце, как он всё испортил. Ведь он так и не сказал ей тех самых слов, которые жгли его душу, но тот огонь теплил надеждой и желанием заботиться и защищать. Теперь же... разницы нет. Сяо взял Люмин на руки и молча ушёл. Он даже не слышал всхлипывающей Паймон, что молча следовала за Адептом. ... В этом собрании присутствовали самые высокопоставленные личности и самые близкие друзья, которых Люмин обрела за своё время путешествий. Магистр Ордо Фавониус Джинн, Воля Небес Нин Гуан, Анемо и Гео Архонты в образах бродячего барда Венти и консультанта ритуального бюро "Ваншен" Чжун Ли. Письма с оповещением и приглашением на встречу были отправлены тайно, без посредников. Джин случайно нашла своё письмо в кипе бумаг, как и Нин Гуан. Чжун Ли Сяо сказал лично, а о Венти некогда живший под именем Моракса Чжун Ли позаботился сам. Помимо них четверых о траурном событии знала и Ху Тао, которая впервые была опечалена своей работой, но прикладывала все силы, чтобы провести ритуал прощания на самом высоком уровне. Самые дорогие благовония, редчайшие камни с самыми невероятными свойствами, изысканные ткани. Чжун Ли взяла на себя все расходы. Не потому, что некому было заплатить. Венти предложил место, где Люмин было бы особенно спокойно. Утёс Буревестника, откуда открываются самые прекрасные виды, где бы ни висело солнце или луна, где порывы ветра разгоняют боль и позволяют отдохнуть от всего насущного. Нин Гуан и Джин позаботились о том, чтобы никто не мешал церемонии и никто раньше времени не узнал о случившемся. Да, Утёс Буревестника — самое популярное место в Монштадте, а потому место захоронения пришлось оставить безымянным и скрытым от глаз. Но те, кто знают, всегда будут помнить, кто обрёл свой покой под лаской ветра и камня. — Господин Чжун Ли. Чжун Ли обернулся к Сяо. На их лицах было абсолютное спокойствие, но они понимали и без слов, что сейчас у них на душе. Чжун Ли кивнул и пригласил Сяо за собой, чтобы не было свидетелей даже в такой компании. Метрах в сто они остановились. — Господин Чжун Ли. Я обязан вам сказать... Но он сомневался в том, что его слова верны. Точнее, намерение, которое он хотел совершить. Его разрывало на части. — Впервые ты зовёшь меня по имени. Ветер сменил своё направление, и камень начал крошиться, обретая новую форму. Станет ли он только крепче или его развеет в пыль? — Я много лет стоял на защите Ли Юэ, но дорогого мне человека спасти не сумел. Я не могу больше. — Сяо, твой контракт со мной давно не имеет силы. Ты давно был свободен от своих обязательств предо мной как Властелином Камня, коим я больше не являюсь. Один из пунктов нашего контракта нарушен, и теперь он не имеет силы. Дальше ты сражался по своей воле. В глазах Сяо сверкнула искорка надежды. Неужели господин Чжун Ли его понял? Чжун Ли едва заметно кивнул, словно бы отвечая на его вопрос. Неважно, имели ли значение его слова или нет как условия того самого контракта, Чжун Ли понял. — Чего ты теперь хочешь? — Найти её брата. Я не знаю, что я ему скажу. Не знаю, где его искать. Но она хотела этого всей душой. И я желаю унаследовать её цель. Прощайте, господин Чжун Ли. И спасибо вам за понимание. ... По Тейвату люди часто встречали путешественника, что ищет одного человека. Таинственный парень, никогда не снимающий маску, чтобы скрыть свою боль. Рядом с ним, бок о бок, не отступая ни на шаг, путешествовала Паймон. И бабочка. Белокрылая бабочка с золотыми краешками следовала за Сяо, куда бы он ни пошёл. Их встреча была словно предопределена. В тот день, когда Сяо с грузом на сердце оставил свой долг охотника на демонов, он встретил бабочку, которая последовала за ним в его нелёгком путешествии. В её образе было что-то знакомое и успокаивающее. Лёгкость взмахов крыльев словно дуновение ветерка, её настойчивость остаться с Сяо и Паймон крепка как камень. Может быть...?