Хиганбана

-О, проснулся...Рич-чан. На уголке кровати сидел кое-кто знакомый. Кажется, ни черта Рицу не проснулся, раз видит сейчас его, такого счастливого и довольного, со столь тёплой улыбкой, полной понимания. Рицу поворачивается на бок, видя дорогого себе человека довольно расплывчато, мутновато. Поэтому он не сразу понимает что перед ним Мао уже не ребёнок, каким он являлся в его привычных снах. Мыслительный процесс никак не идёт, видно спросонья полушарии мозга ещё не начали работу, поэтому Сакума даже и не думает о всей возникшей ситуации, не размышляет. Хотя сам факт того что он вновь видит Исару довольно беспокоит. И трудно даже сказать в каком смысле-положительном или отрицательном. Только вчера ведь он решил что окончательно отпустит все заботы, вступит в новое настоящее и начнёт создавать новое будущее вместе со своими новыми близкими, от чего его любимый Мао стал последним кого он бы хотел увидеть. С другой стороны и все планы, всё новое начало что он хотел построить-всё отошло на второй план, как только появился он. Его обычно собранная чёлка была на этот раз распущена, что очень радовало Рицу. Лёгкая курточка лежала неподалёку, и остался он в белой водолазке без рукавов. А был он ярче солнца, столь мил и прекрасен, и увидеть его перед своими глазами сразу как их откроешь-настоящее чудо. Что-то, что стало таким невообразимым. Но сейчас он здесь, совсем рядом. Руку протяни и ты почувствуешь его тепло, притронешься к обжигающему солнцу. Кажется, Рицу хоть и проснулся, но его разум успели одурманить светом ярко горящих лучей одного любимого ему человека. -Рич-чан, знаешь, а я вспомнил. -Внезапно начал Мао. Сакума взглянул на него вопросительно и тот продолжил. -Про лес. Помнишь, ты вчера спрашивал? Нам тогда было лет десять-одиннадцать, и мне такая идея внезапно пришла. Ведь такие места с тенью тебе и нравятся, а там ещё и так красиво, интересно. Боже, такая ностальгия..., -Он поднял голову и направил взгляд в одноцветный, скучный потолок. Впервые за очень долгое время, а то и за всю их дружбу, Рицу услышал это слово-"ностальгия", когда Мао говорил о чём-то связанным с ними двумя. Редко он упоминает о давнем. Сразу видно, не прошлым живёт. -О, я вспомнил! Там мы ещё белку увидели...Рыжую такую, красивую. Мы хотели её покормить, но она быстро убежала, а потом мы стояли под деревом и её дожидались, пока не поняли что она уже далеко не на этом дереве. -Исара усмехнулся, даже весело захохотал, вспоминая об этом. Рицу тоже улыбнулся. Он и так помнил эту историю, каждую её самую маленькую но приятную часть, но сама суть воспоминания и счастливое лицо Мао от него делали Рицу счастливее. -Рицу...Нет, Рич-чан. Хах, смущает так тебя называть, но это моё для тебя прозвище я не предам. Я слышал от ребят из "Knight" как ты трудишься в последнее время. Я тобой так горжусь. Ты и в правду очень вырос. В последнее время мы перестали видеться так часто, и за это короткое время ты смог знатно меня удивить своим трудолюбием. Повторюсь, я правда тобой горжусь. -Мао всё ещё улыбался. Смотрел так душевно на Рицу, будто выливал ему всю свою душу. -Я многого не успел вчера сказать, вот и решил заглянуть к тебе сегодня...И, в общем..., -Он чуть замялся, отвёл смущённый взгляд и задержал руку на шее. -Помни, что как бы далеко я не был, я всегда буду с тобой. Я никогда тебя не отпущу, и пройду с тобой всю свою жизнь. Будут моменты которые мы должны будем пройти порознь, но знай что виртуально, духовно я рядом с тобой. Никогда тебя не отпущу. -Исара ехидно подмигнул и протянул другу руку. Рицу поглазел на неё около минуты, такой рассеянный и нечего не понимающий, как только родившийся на свет котёнок. Он слеп, ведётся на одни лишь чувства и инстинкты. Поэтому так печально улыбается и пожимает чужую руку, обнимая любимого человека после. -Хей-хей, снова разнежился? Ну, ничего. Такому молодцу как ты это позволено. -Он вновь издаёт смешок, совсем не издевательский, лишь игривый и по-своему милый, и обнимает Сакуму в ответ. Так проходит очередная минута, после чего Мао нехотя отстраняется. Встаёт с пастели и отходит к двери, но прежде чем уйти, не забывает попрощаться. -Не забывай мои слова. Я всегда буду с тобой. В любое время, в любом месте...Когда и где угодно. Я рад за тебя, за все твои достижения...Удачи. Постараюсь не отставать. -Исара медленно помахал рукой, и также медленно начал выходить из комнаты друга. От чего-то казалось, что он также как и Рицу, готов сейчас расплакаться от передоза чувств и эмоций. Хотя и нечего такого страшного в их разговоре, казалось бы, не было. Лишь мирная беседа по душам. Вот только из-за неё Рицу и позабыл чего он хотел, что решил начать и закончить, к чему стремиться и чем жить. Он будто начал расплываться на покрывале как кисель, всё тело, казалось, онемело. Всё оно бурлило от некого неизведанного наслаждения, чего-то абсолютно нового, какого-то странного прилива энергии. Нет, он не забыл о вчерашнем дне. Он лишь подкрепил свои планы, цели и амбиции тем что должно было стать помехой, но стало помощью. Да...? -Ма-кун мною гордиться...Он всегда будет со мной... Мысли улетели куда-то далеко-далеко, все они были заполнены счастьем, радостью и близкими ему друзьями. Только благодаря ним Рицу мог получить первые две вещи. Он знает, насколько невозможно стать счастливым в одиночестве, знает это лучше чем свои пять пальцев. И эта тьма сиротства, такая липкая, нескончаемая и удушающая, уже кажется Рицу самым противным из всего в мире существующего. Он больше к ней не вернётся, не позволит себя поглотить. Создаст новое начало, новое будущее и настоящее, где больше никогда не сможет ощутить одиночества. -Тук-тук...Рицу-чан, ты здесь? Я видела уходящего из твоей комнаты Мао-чана..., -Араши выглянула из-за двери и её взгляд смягчился, когда пал на Рицу. -Каким ты сразу довольным стал, аж смотреть приятно. Вот она-любовь! -Закружилась та на месте и после подошла ближе. -Я за тебя, конечно, рада, но ты не забывай про сегодняшнее. Мы все тебя уже ждём. Это завершающая тренировка перед нашим масштабный концертом, устроенным исключительно нами для нас. Мы должны хорошенько размяться перед ним, чтобы фанаты могли с радостью наслаждаться одними лишь нами долгое время. -Она присела на кровать также, как сделал это Мао некоторое время назад. На лице-теплейшая улыбка, глаза смотрят с неизмеримой заботой и теплотой, обогревающими любые человеческие сердца. -Уверена, и Мао-чан там тоже будет. Хоть на минутку, но придёт. ... -Все уже в костюмах? Мы скоро начинаем. -Хоть Цукаса и говорил это столь серьёзным, собранным тоном, сам он был совсем потерян. Нервно переминался с ноги на ногу, то и дело поглядывая в небольшое зеркальце, окрашенное золотым. Еле сдерживался от поедания собственной губы, ведь кровавые огрызки вместо рта смотрелись бы не очень красиво и совсем не подобающе для сияющего айдола и рыцаря. -Цукаса-чан, успокойся, всё будет хо-ро-шо. Улыбающийся Цукаса-чан-самый прекрасный Цукаса-чан на всей Земле, и наиболее любимый для наших фанатов. -Араши взяла обеспокоенного лидера за плечи, стараясь успокоить. Последние слова она почти прошептала ему на ухо, щекоча, хотя остальные всё равно услышали её реплику. -О-о-о, я знаю! Давайте сделаем Суо человечка на ладони, чтобы он успокоился. -Лео энергично подбежал и взял руку Цукасы, начиная указательным пальцем выводить маленький силуэт по нескольку раз. Причина всея беспокойства смутился, приоткрыл рот но так и слова не проронил. И в правду, может, помогало? -Чур я следующая! -Наруками тоже принялась вырисовывать человека на руке Суо. -Какие все энергичные. -Усмехнулся Рицу, также подходя к толпе. Где-то неподалёку Сена закатил глаза, наблюдая за данной картиной с видным отвращением и не видным умилением. Он грубо цокнул, но всё же подошёл к компании, разглядывая то как все соревнуются за возможность провести пальцем по ладони лидера. Всё не прекращались чужие возгласы: "Я!", "Моя очередь!" "Дайте мне!", что его сильно раздражало. -Какие же вы сегодня шумные...Никто не подумал сконцентрироваться на концерте? -Опять Сена ворчит...Хей, а давай теперь ты сделаешь человечка Цукасе! -Лео взял руку недовольного Изуми в свою, поднося его палец к лидеру группы. Суо уже совсем растерялся от вечных прикосновений к нему, глаза метались туда-сюда, от одного человека к другому. Казалось, будто он-необычная зверушка в цирке, обезьянка может какая, и чужие людские лапы так к ней и тянутся. -М-может и в правду сосредоточимся на концерте...? Спасибо вам всем за помощь и поддержку, вы мне правда помогли. -Он всё же решился выдать из себя хоть что-то, помимо смущённого мычания себе под нос, улыбнувшись. Все разом, не считая угрюмого Сены, радостно усмехнулись, прекращая маленький голосистый базар. -Только Сена всё равно должен нарисовать хотя бы одного человечка, и это не обсуждается! -Заявил Цукинага, начиная вырисовывать силуэт на ладони Цукасы чужой рукой, будто управляя неподатливой куклой. -Ты...! Отпусти мою руку, Боже, к-а-ак раздражает! -Всё-таки вырвался из захвата Сена, когда человечек уже был выведен. Схватился за своё запястье, а правый глаз в его привычной манере раздражения начал подёргивать, глядя на довольное лицо рыжего приятеля. -Ну всё, теперь мы точно готовы! -Заявил Лео, гордо сверкая из-за своей победы над злым Сеной. -Вперёд, навстречу сцене! Да воссияют же наши клинки, да заблестим же мы с ними! -Он поднял руку вверх, устремил палец к вершине, изображая тот самый клинок, а после-воодушевлённо захохотал, складывая руки на поясе. -О-о-о, Рицу, как там всё? Наши дорогие принцессы и принцы уже нас заждались? -М-м-м..., -Из зала уже послышались громкие возгласы, когда Сакума всего на минутку выглянул из-за кулис, всё тщательно рассматривая. Услышав крики фанатов тот игриво подмигнул и показал два пальца вверх в жесте Виктория, от чего в зале стало ещё более шумно. -Ещё как. Ждут не дождутся, когда же их любимые принцы явятся на сцену и спасут их своим выступлением. -Пожалуйста, не выходи из-за кулис до выступления, Рицу-семпай! Ну, ладно...В любом случае, нам и в правду уже пора выходить. -Цукаса собрался с силами, выдохнув все свои тревоги и страхи вместе с углекислым газом. -Хочешь ещё одного человечка на руке? -Предложил Лео, ухмыляясь. -Нет, спасибо. -Нервно отмахнулся тот. -Ладно, пошлите. Фанаты уже заждались, не так ли? Мы должны показать им лучшее выступление. Все молча согласились, кивнув друг за другом и переглянувшись. Им уже не впервой выступать на большой сцене, посреди множества людей, их криков да аплодисментов. Всё это они уже прошли давным-давно, и те первые, самые насыщенные ощущения им уже не испытать. Но это вовсе не значит что они потеряли ту искру, зарождающуюся перед каждым выступлением, то подступающее возбуждение и дрожь от него по всему телу. И каждый такой раз-неповторим. Зрители охают и ахают, когда в зале внезапно потухает свет. Начинают перешёптываться, думают: "Сейчас начнётся!". Свет вновь загорается ярче обычного, озаряя всё помещение небесно-голубым цветом. Как они и предполагали, на сцене оказываются пятеро рыцарей, готовых начать концерт. Все они сияют, словно звёзды в ночи или остро заточенные клинки перед тяжёлым боем, что восхищает фанатов, вновь поднимается шум и гам. Но прекращается чуть ли не моментально, когда айдолы начинают петь. Где-то вдалеке, почти у самой стенки, Рицу замечает знакомое лицо. ... -Бо-о-о-же-чки! -Взбудораженная Араши выходит за кулисы, где её встречают остальные члены члены "Knights". Ну, как встречают...Лишь мельком оглядываются, а после продолжают заниматься своими делами-бездельничать, отдыхать и спать. -Это было по-тря-сающе! Как же чудесно выступать в соло! Все взгляды прикованы лишь ко мне, все мною очарованы, и все смотрят на меня с неподдельным, искренним восхищением! -Та запрыгала на одном месте, восторженно заверещала, сложив руки перед собой в замок. Свои эмоции в такие моменты она подавливать даже не думала, всегда выражала их так открыто как могла, если не преувеличивала. -Нару-кун, не будь таким шумным...Ка-а-ак раздражает...! -Допив свою минералку, Сена раздражённо цокнул. Видно, после своего соло выступления он ужасно устал, от чего его вечно недовольное настроение сменилось ещё более недовольным. -Изуми-чан, ну не порть настроение...Я сейчас так энергична, не терпится вновь выйти на сцену! -Не забудь только, что сейчас время моего соло, и мне не очень хочется чтобы это соло стало дуэтом. -Рицу зевнул, устало вставая со стула и тут же заливаясь очередным зевком. -Рицу-чан, только не засни на сцене, ладно? Зрители будут этому не очень рады..., -Заволновалась Араши, постепенно снижая свой недавний пыл. -Постараюсь, но ничего не обещаю. -Сакума ехидно усмехнулся, подходя ближе к выходу из-за кулис. Он оглядел закулисье, это небольшое помещение, всё тёмное и столь для него привычное, от чего и неприятное. Он никогда не любил подобные малые помещения, где кругом-одна тьма. Спасибо хоть за пару еле горящих лампочек, придававшим месту хоть каплю искорок, которые в свою очередь поднимали дух артиста. Он также оглядел главных здешних звёзд-его друзей, коллег и самых близких в его жизни людей-остальных рыцарей в сияющих доспехах, в костюмах айдолов. И эти люди сияли ярче всех звёзд на планете, более того-все звёзды, а уж тем более остальные незначительные людишки, меркли рядом с ними. И такой же яркой звездой был и сам Сакума Рицу. Он выбрался из тьмы, увидел свет и ухватился за его луч, а теперь он тут, купается в этом бескрайнем тепле. У него есть те кого он любит, и есть те кто любит его. Разве можно о большем мечтать? Он может с гордостью сказать "Я счастлив!", зная как будут плакать где-то внизу другие, куда более удручённые своей жизнью люди. И ему за это не будет стыдно, ни капли. Надо было хвататься за мизерный солнечный луч, как сделал это Рицу, а не бояться его ослепительного света. И сейчас, этот сонный эгоист довольно улыбается, находясь в кругу таких же эгоистов как он. Мыслящих так же эгоистично, как и мыслит он. И он искренне счастлив. Ведь этот эгоистичный круг-его дом, в котором семья-эгоисты принимают Рицу с распростёртыми объятьями. Он махает рукой приятелям, готовый выйти на сцену, и отворачивается, делая шаг в новое настоящее и наилучшее будущее. -Рицу-чан...? Хей, Рицу-чан, ну не сейчас же! -Подбегает к тому обеспокоенная Араши. Что-то пошло не так. Всё тело будто онемело, готовое удариться о пол если бы Наруками того не подхватила, а глаза насильно закрылись. Кажется, и остальные ребята собрались в кругу, глядя на обездвиженное тело с ужасом и непониманием. Только сейчас Рицу понял как жарко и душно было в помещении, и что дышал он одной лишь пылью. И странная, необъяснимая нотка покоя пронеслась в голове, перетекая мельком в душу. Пару секунд-и он перестал чувствовать что-либо. В царстве Морфея царят другие законы. ... Озарённое солнцем небо, тропа из белой ваты и такие же парящие рядом облачка, голубизна неба. По-видимому, он в раю. Всё выглядит богоподобно, ярко светясь, освещая дальнейший путь Рицу. Хотя, если честно, дальше четвёрки-пятёрки метров никакой дороги и не виднелось. Недалеко всплыла знакомая фигурка. Мао смотрел на друга с безмятежной улыбкой, в белом костюме и с белым цветком у воротника. Они оба и слова не проронили, один боялся а другой, скорее всего, и говорить нечего не хотел. Нечего сказать ему было. Вот и стоял да улыбался, как полный дурачок, скрестив руки за спиной. Это очередной сон, но уже другой тематики. Рицу перед собой видит обыкновенного Исару, такого же, какой тот и в реальном мире. Такого же доброго, сияющего ярче всех этих лампочек-лучей вместе взятых. Сакума не хочет попусту тратить время на бесполезные события и печальные мысли к ним в придачу, поэтому тянется руками к своим щекам чтобы ущипнуть себя, как тут прямо перед ним, будто с помощью телепортации, появляется Мао, хватая того за ладони. И хватка его не сильная, держит ручонки друга он еле-еле, а всё равно Рицу от этого будто парализовало. Но парень в белом так рот и не открыл. Прошло пол минуты, как одна фраза голосом Мао начала раздаваться эхом в голове несчастного Сакумы, хотя губы друга всё ещё были прижаты друг к другу. "Мы всегда будем вместе.". Даже не вопрос по типу: "Давай всегда будем вместе?", а настоящее утверждение. И такими манящими были те слова, так и хотелось прильнуть к Исаре всем телом и никогда не отпускать, как те и гласили. И в голове Рицу уже всплывала невероятной красоты картина, как они даруют друг другу каждый свой день, находясь в мире чистом и как снег белом, где никакая иная душа их не потревожит. И ничто иное тогда значение иметь не будет. ... Стучат раздражённо пальцы о стол. Даже с мутным, только проснувшимся сознанием, услышать это довольно легко. Постукивание то громкое, нервное, ни на секунду не прекращается. Рицу лениво проворачивает голову к источнику звука и замечает злого Сену. Куда более злого, чем обычно. Намного более злого, чем обычно. Однако, Изуми быстро замечает приоткрытые глаза Рицу, и становится от пробуждения друга ещё более сердитым. Хотя, возможно, ему лишь наконец выдалась возможность высказать вслух всё то, что он так бурно обсуждал с деревяшкой на языке Морза, от того и завёлся. -Кума-кун…, -Тот раздражённо цокнул, брови его сошли к переносице, но, на удивление, нечто его передёрнуло-быстро отвёл тяжёлый взгляд а после выдохнул. -Чувствую себя ёжиком в тумане…Кажется, что-то произошло, но мысли-каша…, -Сакума так и лежал, облокотив голову на подушку, с еле открытыми глазами. Хотелось бы ещё поспать, но казалось, будто нечто нерешённое, незаконченное, будет мучать его долго-долго, если он сразу с этим не разберётся. Сена теперь уже вздохнул, максимально стараясь не впадать в ярость, как слишком хорошо это было видно. -Ты прямо перед своим соло выступлением упал в обморок. Пришлось сказать зрителям что концерт окончен из-за неотложных обстоятельств. -Изуми сжал волосы со своей макушки, готовый выдрать их в любую секунду. -Все так беспокоились…И фанаты, и мы…Ясень пень, конечно, что нечего страшного с тобой бы не произошло, но ты сам понимаешь, взял и свалился посреди концерта. Кто ж так делает? -Будто опомнился Сена, откинув лишние слова, хоть мельком напоминающие заботу, и тихонько перешёл к лекциям и недовольству. -Да я сам нечего не понял, честно…, -Взгляд опустел, будто потух от только зародившейся хитринки, мысли вновь начали плыть в неизвестном направлении. -Просто взял и всё…Так жарко ещё стало, так душно…А потом…, -Тот остановился, понимая, что вспомнил не самый подходящий для озвучивания момент. Тем более для озвучивания его обеспокоенному и раздражённому Сене, для которого пересказ того самого сна послужит лишь дополнительной веткой в пылающем недовольством огне. -А потом что? -Ничего. В любом случае, где все остальные? Они тоже должны знать что я жив-здоров. -Сакума ловко перевёл тему разговора. -Никто и не думает, что ты помер. Не настолько глупые люди у тебя в юните. Я им сейчас напишу и они мигом прибегут. -Сена закинул одну ногу на другую, начиная активно печатать сообщение в "Hold Hands". Неподалёку завибрировал телефон Рицу, но тот не стал тянуться за гаджетом. Прикрыл глаза, готовый вновь уснуть. -Эй, не смей сейчас засыпать. Отчитаешься перед остальными-а там посмотрим. -Взгляд грозно упёрся в засыпающего. Рицу понял, что лучше сейчас не злить Изуми, поэтому лишь обиженно надул щёки и последовал приказу. Только сейчас он осознал, что находится в собственной комнате, хоть и соседя своего не видать. Дверь в комнату распахнулась резко, будто её не просто открыли, а пнули с необычайной силой. Скорее всего, так и было. Вбежали все оставшиеся участники "Knights", обеспокоенные и потрясённые. Может на самом деле подумали, что помер? -Рицу-чан! В-а-а-ах, слава Богам, ты в порядке...Заставил нас поволноваться. -Араши присела у кровати, жалобно глядя на друга. Она устало помотала головой справа налево, вздохнув. -Ещё как! Рицу-семпай, молю вас, не молчите когда плохо себя чувствуете. Мы поможем вам чем сможем. "Если бы могли." -Пронеслось в голове у младшего Сакумы. Он с досадной улыбкой взглянул на Цукасу, готового сделать всё что угодно, лишь бы его старшие оставались счастливыми и здоровыми. И нету сил выдавить хоть что-то, что могло хоть мельчайшим образом исказить тёплые чувства этого маленького короля. -Вот-вот, так что больше так не делай, Рицу! Иначе Суо будет опять кушать мятное мороженное банками, а у нас кошелёк-то не резиновый! -Влез в разговор Лео, поучительно мотая указательным пальцем. -Л-Лео-сан, не говорите о таком! Тем более, я не из денег "Knights" беру, а из собственных! -Цукаса-чан, ты снова увлёкся сладким? Не следуешь прописанной мною для тебя диете? А я так старалась её составлять..., -Араши наигранно обиделась, стряхивая с глаза "слезу". -Вы всё не так поняли, правда! Наруками-семпай, я старался следовать твоей диете, но сам понимаешь, в таких ситуациях я без sweets не могу..., -Руки сложились в неловкий замок перед собой. Все остальные тихонько захихикали, зашушукались, а лицо Цукасы расплылось в нежно розовом цвете. -Н-ну что вы смеётесь? В этом нету ничего похожего на шутку! -...Глядя на вас и понимая что все эти дуралеи-мой юнит, кажется, будто вся моя жизнь-одна сплошная шутка. -Измученный вздох спустился с губ Сены. И в правду, сказанные Изуми слова были почти написанные на его лице, будто к нему приклеили вывеску: "Вы все меня раздражаете". Он встал со стула, шаг за шагом подходя ближе к двери. -В любом случае, не стоит сейчас тревожить Рицу. Пусть отоспится, а потом я дам ему ещё пинка, чтобы такой стыдобы больше не повторялось. -И то верно...Пусть Рицу-семпай отдохнёт, а после будет работать с полными силами. Sleep well, Рицу-семай. -Следом за Сеной последовал и Цукаса, а дальше и все остальные. -Идите, минутка-и я буду с вами! -Лишь Араши осталась в комнате друга, мило провожая друзей, а после переведя обеспокоенный взгляд на Рицу. -Тебе точно не нужна помощь? Сакума поначалу отвёл взгляд, но постарался как можно скорее принять более уверенный в себе образ, засверкав зубами в улыбке. -Точно. Сам со всем справлюсь. Последнее что сделала Наруками, прежде чем покинуть комнату, это чуть наклонилась к уху Рицу, прошептав. -Не забудь о нашем обещании. -Защекотало. После она мигом удалилась, лишь подмигнув на прощание когда закрывала дверь. Наш сонный айдол уже в который раз остался один. Сакума Рицу-настоящий эгоист. Словно дитё малое, если у него отобрали любимую игрушку, ты хоть десять других дай-всё равно он продолжит по-детски визжать из-за отсутствия своей любимой. Может, ему будет и стыдно за своё поведение, но всё же в истерике он может даже безжалостно разбросать новые игрушки по полу, сломав некоторые из них. Но верность-это хорошее качество, не так ли? Значит эгоизм не так уж и плох. Но ведь труд, вложенный в новые игрушки, тоже должен быть достойно почтён, а не выброшен, как некий хлам. Но у детишек эмоции всегда берут верх-хоть стой, хоть падай, они всё равно начнут лить крокодильи слёзы, превращая свою досаду от потери любимого в настоящую трагедию. Именно таким ребёнком видит себя Рицу, особенно в данный момент. И от самого себя так противно, омерзительно, так и хочется дать себе здоровую пощёчину со словами «Очнись, дурак, и иди дальше!». Порой когда старыми, уже полюбившимися игрушками запрещают пользоваться, детишки также впадают в истерику. Они помнят, как раньше играли с ними дни и ночи напролёт, спали с ними и ели, а тут на тебе-игрушки уже так часто и не видно. Но ведь то ещё и не конец. Малыши вырастают, а большие дети, как думают родители, уже не нуждаются в таких глупых, бесполезных игрушках. Пусть научатся разгадываться головоломки, играть в шашки и шахматы, изучать интереснейшие науки и решать квадратные уравнения. Естественно, всё постепенно. Вот только малютки бывают особенные, и пройдут дни и года, а головой они так и останутся в беззаботном детстве, а во снах они будут видеть свою давнюю любимую игрушку. И уже открылось им столько нового, уже столько прекрасных вещей удалось повидать, а они так и не отпустят те старые моменты. В полусне вновь всплывает знакомый силуэт. Пока он размытый, еле видный, то исчезает, то появляется вновь. Глаза также не видны, даже их очертания. Зато можно подробно рассмотреть улыбку, беззаботную и умиротворённую. Фон тот же, что и в прошлом сне Рицу-ярко горящие огоньки, белоснежные тропа и облака, невзрачное голубое небо. -Ну, я же говорил. Мы всегда будем вместе. Уже не нужно брыкаться. Волосы Мао покачиваются из-за лёгкого ветерка. Вместе с ними качаются и лепестки того самого цветка на его костюме. Только сейчас Рицу понял, что уже видел его и в других снах, просто другой расцветки. Всё тот же ликорис. -Зачем тебе отстраняться? Ты ведь будешь счастлив со мной, разве нет? -Невинно, искренне недоумевая спрашивает Мао и чешет щёку. -Я-всё, что тебе нужно. И то, что говорит это подобие Исары Мао-абсолютная ложь. Настоящий он никогда бы так не сказал. Да и желает Рицу вовсе не того. Наверное… Даже если избалованные, эгоистичные детишки бросают в истерике свои новые игрушки, требуя старые, они всё равно не отпустят даже те игрушки, которым причинили боль и поставили ни во что. Вот такой анекдот. Это элементарная жадность, и объяснять её не нужно. И поделать с ней порой тоже нечего. Ведь каждая игрушка, внезапно появившаяся в твоей жизни, становится очередным, но столь уникальным лучиком, который отпускать не хочется, понимая что жизнь без солнечного света-сплошной кошмар. Расписывать это можно до невозможности красиво, но суть останется та же. Это-настоящий эгоизм, алчность, забирать все игрушки себе, понимая что всё равно их разбросаешь. Привычное отвращение к самому себе возвращается в разум Рицу, а вместе с ним и чувство смятения. Всё стало ещё запутаннее. Что делать? Как поступить? К кому примкнуть? Он не знал ответа ни на один из этих вопросов. Мелкая дрожь кралась по всему телу, и казалось, что сейчас он не лежит обездвиженный на кровати, а катится в непонятном направлении. Голова кружится. Это странно. Что такого особенного в Исаре Мао, раз даже полноценно обретя счастье, Рицу не может отказаться от него? Просто Мао был самым первым солнечным лучом, появившемся в жизни Рицу. Много недель, дней и лет он был единственным, кто хоть как-то освещал его столь одинокую жизнь, ранее протекающую в кромешной тьме. И эти первые ощущения теплоты, счастья-незаменимы ничем. Это как первый шаг младенца, как первый выигрыш, как первое выступление, как твоё первое творение искусства. И все остальные разы уже не так радуют душу, даже если они были грандиознее раз в сто. А когда этот человек, в первый раз подаривший тебе тепло, начинает потихоньку исчезать, то ты начинаешь им дорожить ещё больше. Кажется, он уже смирился. Нет, он не сможет избавиться от мыслей про Мао. Он будет преследовать его в каждом сне, в каждом воспоминании, в каждой мысли. В каждом цветке, в каждом бурном ветерке, в каждой сладости. Во всём. Это так странно, нелогично, но до ужаса реалистично. -Да, я смирился. Я навсегда останусь с тобой. Образ Исары вновь предстаёт в его глазах. Всё такой же расплывчатый, но всё также широко улыбающийся. Эта улыбка-лучшее, что Сакума Рицу когда-либо видел. Если бы он решил запечатлеть её на холсте, подобно художнику, то, он сам держит пари, что рисовал бы её днями и годами. Теперь он понимает Леонардо да Винчи. -Я люблю тебя и никогда не отпущу. -Смиряется наконец Рицу. Глаза Мао стали куда чётче. Они отражали весь падающий на них свет, мерцая, словно драгоценные камни изумруды. И в этих глазах Рицу видел бескрайний мир, самый лучший из тех которые ему удавалось увидеть. … Простынь скукожилась, смялась, и казалось, что её сейчас вовсе снимут с матраса. Араши так и не смыла макияж с концерта, от чего чёрная тушь растеклась по всему лицу, заляпав даже кровать, на которой Наруками лежит. Она старается быть тихой, не издаёт ни малейшего писка, хотя кроме неё в комнате никого. «Я должна доверять Рицу-чан, но…Ах, когда мы вообще старались следовать каким-то «должны» и «не должны»?» Она старалась себя утешить, но попытка вышла провальной. Араши лишь сильнее зажмурила глаза и всё-таки выдала болезненный, еле слышный стон. «Кажется, я вновь становлюсь одна.» -Проносится у неё в мыслях, и Наруками отпускает несчастно затисканную простынь. Белый ликорис через язык цветов передаёт значение «Я думаю только о тебе».