...И лишь литература вечна

Огури Мушитаро привык к затворничеству, и наружный мир не интересовал его давно. Однако, теперь у него была новая жизнь, которая ему даже нравилась, несмотря на то, что он не мог отпустить своего мёртвого друга Ёкомидзо и иногда говорил с ним. Мушитаро чувствовал себя неплохо впервые за долгие годы, что одновременно и радовало, и пугало. Наверное, благодаря новым и вполне приятным знакомствам. Хозяин особняка По-кун, без сомнений, был натурой причудливой и даже в каком-то смысле чувственной, чем вызывал у Мушитаро интерес где-то в глубине души, хоть тот и привык к странным людям всех мастей. Но даже его иногда удивлял По, который часто ходил со своим енотом Карлом по дому. «Наверное, в честь Карла Маркса так назвал», — думал Мушитаро, когда узнал про имя енота. Однако, у них двоих никаких особенных отношений не сложилось; правда, гостю было позволено мягко потыкать Карла в спинку: тот вовсе не возражал, чему Мушитаро обрадовался. Ещё одним и чуть ли не самым важным обитателем особняка была бойкая японская тётушка по имени Азуми-сан, которая, казалось, привязалась к своему европейскому господину всей душой, хоть иногда и ворчала на него безо всякого стеснения. Ещё она протирала всю пыль в доме и даже в его кабинете, несмотря на его протесты, когда тот снова работал над романами и повестями, во что никого не посвящал. Азуми настойчиво и неколебимо выметала из кабинета весь мусор, предварительно выдворив оттуда По-куна, который, конечно, тут же убегал в другую комнату. Наверное, поэтому в большинстве из них были письменные принадлежности, что поначалу даже раздражало Мушитаро. Ему хотелось порвать все листки бумаги или просто выбросить их в окно, но Ёкомидзо ему не позволил. Да и не хотелось гостю на самом деле обижать хозяина убежища, о чём друг в голове прекрасно знал. Мушитаро всё-таки было хорошо: Азуми всегда вкусно и вовремя кормила его, крахмалила его костюмы, часть из которых купил щедрый По-кун, что заставляло краснеть гостя каждый раз, когда он вспоминал об этом. Он в принципе мог получить всё что угодно, и поэтому Ёкомидзо беззлобно посмеивался над ним иногда. Как всегда игнорируя свои запутанные и глупые (на его взгляд) чувства, Мушитаро неожиданно увлёкся процессом написания детективной повести. — Вот, время обеда, — проговорила ласково Азуми-сан, занося в просторную первую гостиную блюдо с фунчозой и креветками. Мушитаро, сидя на диване, строчил что-то в тетради, прикрепленной к планшету. Он почти закончил первую главу, чему был несказанно рад, в чём стыдно было признаться самому себе. — Ох, Огури-сан, и вы пишете! В этом доме у всех какая-то болезнь… — Да ладно вам, Азуми-сан, — махнул он рукой. — Чем же ещё заняться! У По-куна одни бумаги во всех комнатах. Даже телевизора нет. — Жаль, нет господина дома сейчас, — вздохнула Азуми, беспрекословно убирая в сторону тетрадь. — Наверное, обрадовался бы вашим письменам. Совсем замучался в последнее время. — О боги, нет, — театрально взмахнул руками Мушитаро. — Я пока не готов показывать что-либо По-куну. Хотя… — он задумался. — Может, и стоит, но позже. — Ну, если вы так боитесь, я ему скажу, — хмыкнула Азуми-сан, за что Мушитаро наградил её весьма выразительным взглядом. — Ладно вам, я пошутила. Или нет… — глядя на то, как собеседник принялся важно зачесывать волосы, она поморщилась. — Ну что вы, куда…а вдруг волосы в еду попадут… Да, Мушитаро чувствовал себя дураком, когда к объявленному возвращению хозяина надевал свой на данный момент лучший костюм и несколько раз прошествовал мимо его закрытого кабинета, будто на что-то надеясь. Дело успехом не увенчалось: наверное, По-кун снова был чем-то занят. «Что ж такое творится? — подумал Мушитаро, почесав затылок. — Хоть бы рассказали и мне». Он решал, что делать дальше, и даже разозлился на самого себя за нерешительность, начав драматично заламывать руки и корить себя за какие-то странные чувства, которых давно не испытывал. Мушитаро порывисто отвернулся к большому окну и посмотрел туда, задумчиво вздохнув. — Что-то не так, Муши-кун? — раздался голос По за его спиной. Мушитаро обернулся и взглянул на него. Выглядел тот как обычно, разве что волосы были чуть более спутанными, однако, Мушитаро удивился новому обращению к нему от хозяина дома, однако, не возражал. В груди что-то даже приятно потянуло и растеклось по телу теплой волной, поэтому он нервно поправил галстук. — Боги, нет! Ни в коем случае, По-кун, — он бросил на хозяина особняка довольно томный взгляд. — Пойми меня верно: я привык к сидению в четырёх стенах (куда меньших, чем твой дом), но мне бы хотелось чуть позже показать тебе одну вещь… — Всё в порядке, — устало улыбнувшись, ответил По. — Какую вещь? Гость замешкался, будто смутившись, что для него было необычно. — Я… я написал кое-что, — выпалил он, глядя куда-то в сторону. — А, понял, — кивнул Эдгар. — Детектив? — Почему сразу детектив?! — громко возмутился Мушитаро, закусив губу. — Ладно, я ещё не закончил… — он снова резко замялся. На видимой части лица По-куна проступило лёгкое удивление. — Да, я понимаю, — кивнул тот. — Когда допишешь, обратись ко мне, а я обязательно найду время для того, чтобы почитать его и побеседовать с тобой… Огури Мушитаро пребывал в каком-то чрезмерно возбуждённом состоянии, пока строчил уже последние главы повести и отвлекался в те пару дней лишь на удовлетворение потребностей и странные размышления. Он даже не мог понять, правда ли ему хотелось быстрее дописать повесть или всё же он желал показать её По-куну, поговорить с ним, пообщаться. «Фу, какая дурость», — подумал Мушитаро, неаккуратно написав слово «тела». «Но ты правда этого хочешь, да?» — раздался едва слышный голос в голове. Мушитаро чуть не порвал от досады все листы снова. Это отвратительно, это ужасно… Он закусил губу и продолжил писать, игнорируя шаги в коридоре и какие-то вопросы Азуми. Та махнула рукой и ушла. К счастью, уборка в той комнате пока не требовалась. Мушитаро, едва закончив описывать жестоко изувеченные тела, с ясностью подумал: ему хотелось пообщаться с По-куном, может даже сблизиться. Рампо, к сожалению, отсутствующий, не заинтересовался бы его детективом, но Мушитаро чувствовал себя с ним спокойнее, потому что между ними уже установились какие-никакие отношения, а вот этот Эдгар По… Чёрт его знает. Объяснив всё самому себе чистым интересом, Мушитаро пригладил волосы и продолжил строчить. «Ты весьма к нему расположен, верно? — спросил Ёкомидзо. — Необычно для тебя». Мушитаро стиснул зубы и скривился, не отрываясь от бумаги. «И к Рампо-куну тоже. Чудесно», — продолжил Ёкомидзо. «Да заткнись ты там, — грубо ответил ему Мушитаро и дописал абзац, затем смягчился. — Детишки из Агентства тоже милые, однако…» «Нет, это другое». Конечно, Мушитаро отмахнулся от него и перевернул страницу. Что ему вообще хочет сказать этот наглый Ёкомидзо? Пусть помалкивает. Советов никто не спрашивал. Мушитаро наконец заметил, что Азуми принесла ему чай, потому потянулся за чашкой и отпил оттуда ещё горячую жидкость. «Понимаешь ли ты природу чувств По-куна к Рампо-куну?» Чуть не подавившись чаем, Мушитаро поставил чашку обратно. Ну и ну. «Какие там чувства? По-кун — его друг… Ну, или соперник, чёрт их разберёт», — хмыкнул Мушитаро, размашисто продолжая писать. Он резко остановился. «Ist das wirklich Liebe? — на немецком. — глаза его расширились. — Боже мой!» «Верно». «Я чувствовал это, но неужели… О да, да, так и есть!» Мушитаро чуть не сломал ручку, пока начинал последнюю главу, поскольку снова пребывал в возбужденном состоянии духа. Мысли в голове путались. «Как же это странно, — думал он. — А так-то интересно. Если задуматься, если проанализировать… да, да, верно. Возможно, это даже взаимно, — разошёлся Мушитаро. — Какая пара! И как забавно: такие умные люди и безнадёжно влюблены». Неожиданно он смутился, поняв, что зашёл в своих мыслях далеко. Нет, точно не ему лезть в эти дела. Это всё не нужно. Глупое и пустое. Мушитаро мысленно махнул на всё рукой и продолжил строчить ещё быстрее. Теперь он был действительно воодушевлён. Интересно, на свой взгляд, закончив повесть, Мушитаро удовлетворённо осмотрел черновик, перечитал его и внёс малозначительные изменения. Получилось прекрасно: интересная завязка, жестокая кульминация, своеобразная развязка. Мушитаро не претендовал на то, чтобы шокировать читателя или даже заставить его ломать голову: он лишь рассказал историю об убийствах и прочих мерзких событиях в лечебнице для прокажённых «Потерянный рай». Даже Ёкомидзо его особо ни в чём не упрекал на этот раз, хоть он и, наверное, нарушил парочку «заповедей Нокса». Да и всё равно. По выглядел растерянным и смущённым, когда увидел гостя, но тут же захотел прочитать рукопись, чем удивил Мушитаро. Правда, хозяин как всегда пытался вжаться в своё кресло так, словно хотел исчезнуть; Мушитаро испытал неловкость и чуть не рассыпал по всей гостиной листы бумаги, но По вовремя подхватил рукопись. Ему на плечо уселся Карл, который забавно пошевелил лапками и замер, словно собираясь прочитать рукопись вместе с хозяином. Мушитаро же, конечно, почувствовал себя не в своей тарелке, но уселся в другое кресло. Когда По открыл первую страницу и принялся читать, автор рукописи постарался придать себе в каком-то смысле самодовольный вид, но По этого не замечал. Его глаза так увлечённо бегали по рукописи, что искренне удивило Мушитаро. Ещё один фанат детективов… — Ах, лечебница... — тихо сказал По. — Но начало интересное. Мушитаро начал ёрзать на своём месте, когда в гостиную поспешила войти Азуми с чаем для них. — По-сама, будем ли ужинать? — прощебетала она, ласково взглянув на господина. Тот задумался и повернулся в сторону Мушитаро, держа в руках его рукопись так, будто та была драгоценной. — Можно и отужинать, если желаешь, — ответил Мушитаро и нервно зачесал волосы пальцами назад, стараясь выглядеть уверенным в себе. — Да, я совсем не против, — По кивнул Азуми, которая тут же решила оставить их наедине, и продолжил читать. Мушитаро положил ногу на ногу и принял максимально непринуждённый вид, держа в руках чашку чая. Спустя пару минут По даже чуть наклонился вперёд, а следящий за ним краем глаза Мушитаро понял: дошёл до «Хроник безумия Бангуми Микиэ», чем автор повести даже гордился. К сожалению, глаз По-куна не было видно в тот момент (как и практически всегда): Мушитаро очень хотелось в них взглянуть… И почему? Он быстро сконцентрировал внимание на чашке зелёного чая, стараясь отвлечься от своих размышлений, но заметил, что По пил чай с большой неохотой, поскольку чашка его ещё была нетронутой. «Наверное, больше чёрный любит», — подумал Мушитаро, неосознанно начав покачивать своей ногой. Заметив это, он остановился и недовольно скривился. Что ж с ним такое? По читал быстро, иногда отмечая что-то в рукописи, а Карл сидел у него на плечах и будто читал её вместе с ним. В один момент По явно испытал удивление, поэтому Мушитаро даже увидел один его серый глаз из-под чёрной чёлки, которая съехала на другую сторону. Естественно, Мушитаро тут же самодовольно ухмыльнулся, понимая, что это удивление ему льстило, ведь По скорее всего читал очень много детективов и, может, написал не меньше. Мушитаро почти осушил вторую чашку с чаем, когда По оторвался от рукописи в замешательстве. Гость действительно удивился тому, что тот уже всё прочитал. — Это интересно, — сказал По, снова улыбнувшись. Мушитаро однозначно не понравилось, что он испытал в тот момент, но чувство это тут же было приглушено самодовольством. — Могу сказать с уверенностью, что у нас такого не пишут… — Верно, — кивнул Мушитаро, допивая чай. — Я советовался с… Я основывался на своём опыте в изучении жанра и разговорах о нём с другом. Да и на другом опыте тоже… эмпирическом. — Сюжет получился довольно сложным, — По задумался. — Ты сказал про цветовую слепоту Каноко, но не упомянул её раньше. А стоило бы, иначе сюжет получается чрезмерно запутанным и читатель не сможет его понять. Тем более, что понимание развязки требует специальных знаний… — Да, мне так захотелось нарочно, — кивнул Мушитаро. — Но насчёт слепоты ты прав. Исправлю. — Мне понравилось, — мягко сказал По и отложил рукопись. — Я надеюсь, ты напишешь что-нибудь ещё, и будь уверен, что можешь рассчитывать на мою помощь. — Это так странно… — непривычно тихо для себя пробормотал Мушитаро, что вызвало у По недоумение. — Почему странно? Ты, наверное… — помедлил По, — ты… Да, ты ведь тоже своего рода друг Рампо, — он теперь нервно теребил краешек рукописи, но Мушитаро не отреагировал на это, поскольку слова собеседника произвели на него интересный эффект. Мушитаро покраснел. — Я бы не назвал это дружбой, — выдал он, наморщив нос. — Мне просто нужна та рукопись моего друга от Рампо. Всё. Его друг — ты. И те детишки из агентства тоже его друзья. Карл, будто почувствовав напряжение хозяина, спрыгнул с его плеч на пол с громким звуком и убежал. По смотрел на Мушитаро и чуть ли не заикался: — Я-я? Ну, да, наверное, — он быстро поправил волосы так, чтобы они снова закрывали оба глаза. — Ох… — Он сам так сказал, — пожал плечами Мушитаро. Это вызвало ещё более бурную реакцию у По-куна, но тот попытался взять себя в руки. — Извиняюсь, — куда более спокойно сказал По. — Я имел в виду, что мы считаем тебя нашим другом и я уверен, что если получится вернуть агентству доброе имя, всё будет прекрасно. — Да я… Мне как-то всё равно, если честно, — соврал Мушитаро, поправив галстук-бабочку. — Мне не то чтобы нужны друзья. — Не то чтобы, — повторил По. — Всё-таки немного, но нужны, верно? Они замолчали. В коридоре послышались шаги Азуми, затем она вошла и странно осмотрела их обоих, будто чего-то опасаясь. Мушитаро считал, что она довольно много позволяет себе для экономки, но не сказать, что ему это не нравилось. — По-сама, Огури-сан, — сказала она, — ужин готов, всё накрыто. Тогда, следуя за По, Мушитаро испытал неоднозначные чувства: сразу и облегчение, что они сядут поужинать и, возможно, та тема разговора забудется, и какую-то дурацкую неловкость из-за того, что это был его первый ужин с хозяином особняка за всё время пребывания здесь. Когда По сел во главе стола, а Мушитаро — по правую руку от него, первый, будто прочитав его мысли, спросил: — Как долго ты не выходил на улицу? Дней десять? — Верно, — ответил тот и с аппетитом принялся есть удон с морепродуктами. — Меня это не напрягает. — Я рад, что тебе у меня хорошо, — улыбнулся По, берясь за столовые приборы. — Азуми-сан, принесите вино, пожалуйста. Мушитаро с удивлением смотрел на то, как экономка принесла бутылку с вином, старше него самого, и сначала хотел отказаться от такой щедрости, но отчего-то в голове голос Ёкомидзо проснулся и сказал ему: «А почему нет?» Действительно, почему бы и нет? Азуми посмотрела на них с умилением и ушла, закрыв за собой дверь и оставив их наедине с ужином. По и Мушитаро съели первое блюдо и выпили по бокалу вина, когда второй наконец-то стал чуть более открытым и раскованным, да и спокойно ему стало: ничего плохого в ужине с человеком, который предоставил ему убежище, нет. В конце концов, наверное, самому По тоже одиноко и грустно, а ещё нужно иногда хоть с кем-то общаться и расслабляться. «Но тебе никогда не были нужны друзья», — говорил здравый смысл Мушитаро. «Нужны», — отвечал Ёкомидзо. Разговор с По стал куда более свободным и интересным. — Кстати, по поводу рукописи твоего друга, — неожиданно сказал он, допивая второй бокал. — Не беспокойся об этом, Муши-кун, потому что ты обязательно её получишь. — Рано или поздно? — усмехнулся Мушитаро, наклонив голову набок и наблюдая за тем, как По поправил свои волнистые волосы, поэтому стало видно, что он нахмурился. — Будет это рано или поздно, зависит от других обстоятельств, — сказал он, подливая им в бокалы вина, что вызвало в душе Мушитаро некоторое сопротивление: он уже чувствовал себя немного разгоряченным, поэтому снял пиджак и остался в рубашке, а если они продолжат пить, то… А впрочем, неважно. На По алкоголь, казалось, особо не влиял, лишь сделал его менее неловким. Стоило им только замяться, как новая тема для разговора приходила сама: Мушитаро принялся рассказывать вполне заинтересованному По, откуда он взял идеи для повести и затем какие книги по алхимии читал. О прошлых криминальных делах говорить не очень хотелось, как и, судя по всему, По не хотелось говорить о его деятельности в Гильдии. Он лишь рассказал Мушитаро, почему вступил в организацию, поскольку этот факт не был секретом. «Как я и думал, — размышлял гость. — Опять из-за Рампо». — Кажется, что ты фанат Рампо-куна, — усмехнулся уже немного пьяный Мушитаро, закусывая морепродуктами. — Или нет? — Или нет? — с удивлением спросил красный По. — А что ты имеешь в виду? — он замялся. — А, ой, нет… Они переглянулись, и тут же оба уткнулись в свои тарелки. Сказывалась неопытность в близком дружеском общении, поэтому Мушитаро не знал, как повести себя в подобной ситуации. Он, заламывая руки под столом, выдохнул: — В этом нет ничего предосудительного. — Мы с Рампо, наверное, просто друзья, — быстро ответил По. — Ну, то есть, он же сам так сказал… Ты мне сказал об этом тоже… — Да, да, — закивал Мушитаро и замер, когда в голову пришла мысль о том, что вот такой смущающийся По, который расстегнул одну пуговицу на рубашке, был довольно хорош собой, особенно когда глаза его блестели в пламени свечей. Парень, заметив на себе этот взгляд Мушитаро, посмотрел на него вопросительно, но тот тут же поднял изящный бокал с вином и предложить допить его вместе. Они чокнулись. Закончив пить, Мушитаро поднял указательный палец вверх: — А не пойти ли нам и не почитать ли что-нибудь ещё? — спросил он, ухмыляясь. По кивнул. Вдвоем они дошли до гостиной с большим книжным шкафом. Мушитаро чуть наклонился к одной из полок и принялся читать названия, часть из которых не знал. — Опять детективы, — пробормотал он, а По рядом издал какой-то странный звук: что-то между хмыканьем и хихиканьем. — «Идеальное преступление» … И что это? — Детектив о бомбейском инспекторе Гхоте… — Ну и название. «Всегда тебе попадаются те, кто любят детективы», — сказал сам себе Мушитаро, разглядывая полку. «Нравятся», — неосознанно добавил он и чуть ли не покраснел от этих мыслей, но внимание отвлекла рука По, которая аккуратно взяла книгу с полки прямо рядом с Мушитаро. Так близко они ещё друг к другу не были. — «Клуб Дюма, или Тень Ришелье», — прочёл По. — Мистика. Ещё и связанная с литературой. Тебе может понравиться, между прочим. И этот экземпляр даже на японском. — Я знаю и английский, и немецкий ещё, между прочим!.. В комнату зашла Азуми с подносом. — Цейлонский чай, По-сама, — сказала она и, с любопытством прищурившись, ушла, когда хозяин особняка её поблагодарил. Мушитаро даже показалось, что она ухмыльнулась. — Мы можем начать её читать, — сказал довольный По, усаживаясь на большой диван с романом в чёрно-желтой обложке в руках. — Да, я хочу, чтобы ты прочёл её мне, — сказал Мушитаро и уселся рядом на диван. — Или ты не сможешь после вина? — Нет уж, я прочту, — будто обиженно сказал По. Однако, по мнению Мушитаро, сели они друг к другу непозволительно близко, поэтому он чуть отсел, чтобы не смущать ни себя, ни По-куна; правда, тот посмотрел на него странно и как-то даже резко раскрыл книгу. Он прокашлялся, затем отпил немного чая из чашки. Ему точно понравилось, что заметил Мушитаро, который тоже взял свою чашку со столика. — Сверкнула вспышка, и на стену упала тень повешенного, — начал читать По. Тембр его голоса всегда казался довольно примечательным, но теперь звучал мягко и выразительно, что пришлось по душе Мушитаро, который невольно всё-таки наклонился вперёд, прислушиваясь к По. Да, он сосредоточенно слушал, что ему читают вслух, но невольно обращал внимание то на красивые длинные пальцы читающего, которые держали книгу, то на его худые колени, видные сквозь брюки, то на симпатичное лицо, которое стало ещё симпатичнее, когда По увлёкся романом. Он с таким воодушевлением читал этот детектив, что Мушитаро даже заинтересовался сюжетом, правда, ещё больше он заинтересовался тем, как двигались губы По-куна. «Да что со мной такое? — подумал Мушитаро, чуть нахмурившись; слава богу, читающий этого не мог заметить. — Вино? Я настолько давно не общался с людьми?» — Ох, извиняюсь, нужно отойти, — пробормотал Мушитаро и быстро встал, который понял, что ему нужно отойти в туалет. Поэтому он тут же выскочил из гостиной. Уже там он разозлился на себя, потому что не мог выбросить из головы то, про что не хотелось думать. Мушитаро застыл у окна, размышляя о том, почему испытывал странную тягу к хозяину дома, в котором нашёл укрытие. Его забота? Ум? Внешность? Необычность? «Увлечённость детективами?» — спросил Ёкомидзо, на что Мушитаро был готов начать плеваться. Нет, это решительно невозможно. Однако лёгкое головокружение, которое почувствовал Мушитаро, когда вернулся в гостиную и увидел, что По, видимо, стало жарко и тот снял жилет, потому остался в рубашке, брюках и с ленточкой на шее. Мушитаро замешкался, сделав вид, что снова заинтересовался содержимым полок. — Читай дальше, пожалуйста, — сглотнув, сказал он. — Я слушаю. — Ах, конечно, — По встрепенулся и снова с тихим треском раскрыл книжку. — Так… «Боюсь, правда, что ничего особо выдающегося я пока сделать не успел…» У Мушитаро теперь не получалось сосредоточиться, потому что внимание перетягивал на себя По, который сидел, закинув ногу на ногу. Взгляд его скользнул по бёдрам парня выше, по груди в рубашке и наконец-то по шее. Неосознанно Мушитаро зашёл за спину По, сбоку от дивана, чтобы быть ближе, и слегка наклонился к книге. — А это что значит? — задумчиво спросил По, указав на слово пальцем. Мушитаро присмотрелся к написанному. — Интересный кандзи. — Телячья кожа, — ответил Мушитаро, тяжело дыша, потому что так он чувствовал неожиданно приятный запах тела По, сейчас смешанный с вином. — Хочешь, я прочитаю дальше? — Да нет, всё нормально, — ответил раскрасневшийся По, тряхнув волосами. — Я просто немного… Да… — С тобой всё в порядке? — заботливо спросил Мушитаро, удивляясь своей наглости, и взял парня за плечи, чувствуя, как тот вспотел, сквозь ткань рубашки. Горячо. — Мне кажется, тебе жарковато. — Верно, — пробормотал По, который, казалось, покраснел ещё сильнее, потом тяжело вздохнул. Негнущиеся пальцы Мушитаро кое-как развязали узел на ленте до конца и сняли её. — Ох, спасибо. — Да не за что, читай дальше, — с неожиданно спокойным лицом ответил склонившийся рядом гость. — Так вот. «Если книга переплетена в пергамен, а не в телячью кожу… — продолжил По, когда Мушитаро расстегнул ещё одну пуговицу на его рубашке. — И поля у неё на три сантиметра шире обычного… Мушитаро неосознанно провёл пальцами по его груди, прежде чем расстегнуть ещё одну пуговицу, но, поняв, что сделал, отдёрнул руку и быстро сел обратно на диван, чтобы успокоиться. Кажется, его действия чтецу не помогли: тот нервно заёрзал на месте и прикрыл книгу, будто устав читать в свете лампы. Он кашлянул. — Только сейчас понял, что ты надел один из костюмов, которые принесли тебе из ателье подшитыми, — заметил По и улыбнулся. — О да, спасибо, — пробормотал Мушитаро, который не привык, что люди добровольно готовы ему что-то покупать, а не за использование его дара. — А то у меня с собой ничего другого не было. — И пахнет одеколон приятно, — заметил По-кун, чем заставил собеседника удивлённо на него взглянуть, и сразу покраснел. — Ох, в любом случае, если тебе что-то ещё нужно, ты всегда можешь об этом сказать мне, — он задумался. — Тебе не скучно здесь с нами? — Я привык к затворничеству, — напомнил ему Мушитаро и даже улыбнулся. — Ваша компания с Азуми-сан для меня приятна. — Я рад, — По снова уставился в книгу. — Так, дальше. «Они способны продать собственную мать — лишь бы заполучить экземпляр первого издания…» Ох, прям как у тебя в повести. В ответ Мушитаро улыбнулся и сел чуть ближе, положив руку рядом с бедром По-куна, который снова немного ёрзал на местe, но продолжал читать. Мушитаро придвинулся ещё, навстречу теплу тела читавшего, заметив, как тот опешил. Они переглянулись. Тогда, видимо, оба осознали, что происходило между ними. Мушитаро аккуратно прикрыл книгу и неожиданно для себя чувственно провел пальцами по щеке По, прикоснувшись затем к его волосам, похожим на вороньи перья. Парень приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать, но продолжал смотреть на него в немом изумлении, и, казалось, происходящее ему нравилось. Мушитаро же побледнел, поэтому контраст между его белой рукой и румяными щеками По был забавным, но ограничиваться этими прикосновениями он не стал и нежно погладил приоткрытые, чуть потрескавшиеся губам. У Мушитаро было немного опыта в том, что он делал, о чём он подсознательно пожалел. Эдгар был смущенным и возбуждённым, судя ещё и по блеснувшим из-под чёлки глазам. Он ещё и чувственно реагировал на прикосновения, будто желая большего, поэтому Мушитаро решил сделать первый шаг и медленно приблизился к нему, с удивлением увидев, как тот прикрыл глаза. Запустив пальцы в чёрные волосы и горячо дыша, Мушитаро смял губы Эдгара в поцелуе настолько нежном, что такого у него не было никогда. Все редкие прошлые разы показались ему фальшивыми и блеклыми рядом с тем, что происходило сейчас. Несмотря на то, что Эдгар был старше на пару лет, он казался ещё более неопытным, а потому робким, так что Мушитаро снова взял инициативу на себя и втянул его в неожиданно страстное продолжение поцелуя, придерживая парня за затылок. По охотно отвечал ему, ладонями прикасаясь к его груди сквозь рубашку, отчего по телу расползалось тепло. Мушитаро захотелось вжать парня в угол дивана и целовать дальше, что он и сделал. Эдгар шумно выдохнул, но не сопротивлялся, с глухим стуком уронив книгу на ковёр сбоку от себя, а Мушитаро понимал, что зашёл слишком далеко и они оба уже были на грани всех приличий. С какой-то безнадёжностью Мушитаро оторвался от губ Эдгара и нежно начал целовать его шею, отчего тот вздрогнул и запрокинул голову. Мушитаро снова провел пальцами по его нижней губе, но от шеи не оторвался. — Муши-кун, — прошептал Эдгар. — Мы заходим слишком далеко… Тот отстранился от него и чуть отсел, но принял вполне спокойный вид, будто принимал и понимал то, что сказал По. Он и сам не знал, что на него нашло, поэтому нервно поправил причёску и уселся удобнее. По поднял книжку с ковра и протянул её Мушитаро. — Теперь твоя очередь, — улыбнулся он, чем заставил того почувствовать себя гораздо спокойнее и расслабленнее. Мушитаро открыл книгу, найдя то место, где По закончил читать. Тот мягко потянулся, когда Мушитаро заметил, что он уже выглядел действительно уставшим и сонным, потому раскрыл объятья, будто приглашая его туда. С улыбкой на лице Эдгар удобно прилёг на него, обняв и положив голову ему на грудь, что заставило Мушитаро испытать даже более противоречивую гамму чувств, чем их поцелуй. — Интересно, куда же Карл побежал… — пробормотал Эдгар. Мушитаро успокаивающе обнял его в ответ, но так, чтобы у него была возможность видеть, что написано в книжке. Он продолжил читать тихо, стараясь звучать как можно более убаюкивающе. Эдгар закрыл глаза, обнимая теплого и приятного для него Мушитаро, который тихо читал ему детектив вслух, пока тот наконец не уснул.