На другой стороне

      У меня складывается впечатление, что как только я появляюсь на горизонте, то все сразу не традиционной ориентация. Я маяк что-ли в этом необычном море? Я смотрел спокойно прямо в на Диму, который уже чуть ли кожу не сдирает от волнения и ожидания моей реакции на это. Вот я уже хотел ответить Диме, как на нас налетел Серёжа, и у Димы от неожиданности сигарета полетела вниз, а глаза начали бегать по сторонам и волнение его начало переполнять.       — Не понял, я пришел к школе, а вас нет. Достали уже курить, как пароходы какие-то или паровозы?       Я мельком глянул на Поза, который уже начал потихоньку одевать фальшивую улыбку, но связать слов еще не мог, поэтому надо брать дело в свои руки. Поэтому я встал прямо перед Серёжей, закрывая Димку от любопытной пары глаз.       — Пойми, мы просто не могли так долго тебя ждать, поэтому побежали курить, но мы не курим, как паровозы. Клевета!       — Ахахахаха, ладно я прощаю вас, но это было в последний раз, чтобы больше такого кидалово не было.       — Хорошо, мы обещаем, — сказал уже с натянутой улыбкой Дима, что вызвало у меня восхищение. Он очень хорошо скрывает эмоции под маской. Такое ощущение, что он где-то это использует еще.       — Тааак, уже десять минут, а мы еще не в школе, поэтому нам надо поторопиться. Какой сейчас урок? — Серёжа спросил у Поза, который как будто это расписание знает наизусть.       — Биология, — моментально ответил Дима. Что серьёзно знает полностью расписание? Я в шоке.       — Стоп сейчас биология? Блять, там этот озабоченный биолог, — я закрыл лицо руками и начал "ныть" от этого.       — Не бойся. Он не покусает тебе перед всеми, а вот наедине хахахахахаха, — Серёжа никак не мог успокоиться, и мы под его пошлые шуточки шли до нужного кабинета.       — Серёж, завались уже. Мы возле кабинета и опоздали на 25 минут, — Дима включил свою строгость, чтобы он успокоился, но даже я уже начал ржать.       — Шастун, останься после уроков… у нас с тобой будет очень длинный разговор, — сказал я очень пошло, после чего Серёжа просто от смеха сложился и чуть не упал на пол. Дима тоже уже не выдержал и сам смеялся.       Как-то успокоившись мы постучались в кабинет и зашли, где на нас смотрел весь класс и биолог, но он смотрел именно на меня. Пиздец.       — Так-так-так. Сейчас у нас 8.30 и это значит, что вы опоздали на большую часть урока. Интересно узнать причину задержки.       — Мы пр… — начал говорить Дима, но он не успел оправдать нас, как его перебили.       — Я хочу услышать новенького. Антон, какая причина?       — У нас была очень увлекательная беседа, и мы даже не заметили, как быстро время пролетело, — дададада, ответить очень интеллигентно с маленьким подъёбом – это по моей части.       — Неужели? Может поделитесь со всем классом темой вашей бурной и очень затягивающей беседы?       — Я бы с большим удовольствием, но я думаю моим собеседникам не понравиться, если изложу наш интеллектуальный разговор другим, потому что там проскальзывали очень личные и конфиденциальные моменты, — на последних словах я поиграл бровями, что вызвало у класса легкие смешки, а лицо биолога было чуточку удивленое, исходя из моего поведения.       — Я понимаю, можете садиться, а ты, Антон, останься на пару минут после урока, — я просто прошел мимо него никак не реагируя на его просьбу, что вызвало замешательство у биолога и моих корешков.

После урока

      Вот прозвенел звонок, от и все начали быстро собираться и уходить из этого класс. Биолог чувствовал мой взгляд, но никак не реагировал. Хотите узнать, как я понял это? Все очень легко и просто. Я почувствовал его неловкость через его неуверенные движения частями тела, а глаза смотрели повсюду, но ни разу не остановились напротив моих. Не будем говорить только о его маленькой неуверенности, потому что его самолюбие намного больше, поэтому его движения пропали через время, а я сделал выводы насчёт его крохотного слабого места. Этого недостаточно, чтобы растоптать его, поэтому я буду играть в его игру, пока не получу желаемое…       — И что же я буду делать с тобой, Шастун? — он наконец поднял на меня свой взгляд, когда встал со стула и облокотиться об парту перед мной, как бы смотря на меня с высока.       — А что не так? — Я оставался стойким.

Тем временем у Димы с Серёжей

      — Если честно, Антон меня немного настораживает. Я думаю, что он что-то скрывает.       — Сереж, с чего такие выводы?       — Если ты не заметил, то он очень спокойный и даже сегодня от него не прошло никакой реакции после биолога.       — Со знакомства я понял, что у него просто очень устойчивая нервная система, а может он просто живет по принципу похуиста, и его все устраивает. Не накручивай себя, он обычный человек.       — Тогда, объясни мне тот момент с директором и Щербаковым, а еще, как он довел до какого-то транса англичанку. Мне, конечно же, плевать на неё, но как он это сделал?       — Не знаю и вправду это очень странно, может он увлекается психологией?       — Кто увлекается психологией? — перед ними стояла та самая четверка, где впереди Ляйсан.       — Да так, ни о ком.       — Вы про Шастуна же? — спросил Воля и заметив наше молчание ответил на свой вопрос. — Значит про него. Кстати где он?       — Он в классе с Андреем Васильевичем разговаривает, а мы с Серёжей ждём его.       — Так урок уже закончился, — Воля подошёл к двери и приоткрыл её.

От лица Димы

      Открыв двери перед нами предстала такая картина, как Антон сидит и смотрит на учителя безразличным взглядом, пока тот держит руку под подбородком. На секунду я представил нас с Серёжей в такой позе, но сразу сбил эти мысли с головы, потому что такого не будет. После того как мы зашли химик убрал руку и отскочил от Шастуна на пару метров.       — Что здесь происходит? — первым из нас подал голос физик, который злобно смотрел на учителя. Он что ревнует? Походу да, господи, не повезло Антону.       — Ничего не происходит, мы просто беседуем насчёт поведения Антона и его отношения к моему уроку, — в это время Тоха показывал всем своим видом, как ему похуй на все это. Это меня очень веселило, но виду я не подал.       — Я вижу, — оххх, Арсений Сергеевич очень раздражен и я на 100% я уверен, что он ревнует. Надо с Антоном потом поговорить, может он мне совет, что мне делать с Серёжей.       — Я могу быть свободен? — наконец-то Тоха издал звук, и все на него обратили внимание       — Да, у нас позже с тобой будет разговор, — сказала Ляйсан, и Антон своей летящей походкой проходил мимо меня, смотря прямо в глаза биолога, не выражал никаких эмоций, кроме похуизма.       Потом Антон перевел взгляд на дверь и аккуратно и незаметно для других тронул меня, как бы намекая, чтобы я следовал за ним. Серёжа вообще не обращал на нас внимания, потому что ему было интереснее наблюдать за учителями и их предстоящей перепалкой. В следствие этого мы с Антоном тихонько ушли оттуда.       — Пошли быстрее, пока твой Серёженька не заметил наше отсутствие       — Он не мой, как бы не хотелось       — Будет, не переживай за этот счет       — Интересно, каким чудом должно так произойти       — Да, потому что у вас это взаимно       — С чего ты взял это? Нельзя быть таким уверенным, вдруг это просто твои гейские фантазии       — Давай вот сюда мою гейскую жизнь не вписывать, сейчас мы говорим про вас двоих.       Вот мы дошли до нашей точки перекура, но сейчас мы сюда пришли не курить, а обсудить жизненно важные вопросы, от которых зависит буду ли я с моим возлюбленным или нет. Честно Антон вызывает у меня странное чувство, как будто у нас с ним есть что-то общее, которое пытаемся спрятать от всех. И нет я сейчас не про нашу ориентацию.       — И что же мне делать, чтобы узнать взаимно это или нет? Только знай, что просто признаться для меня очень сложно       — Легче всего сначала распознать насколько ты ему важен и как он дорожит тобой       — Как ты собираешься это проверять?       — Кто сказал, что это именно буду я делать? Короче говоря, чтобы проверить это надо вызвать у человека волнения к тебе, то есть с тобой должно что-то произойти. Например какая-то травма, может заболел жёстко или вообще какие-то угрозы к тебе, а еще лучше избиение. Так если человек дорожит тобой, то он ни на минуту не будет от тебя отходить.       — Фига себе, ты на себе что ли пробовал?       — Нет, даже если я полюблю человека, то я наоборот постараюсь не показывать своих слабостей, но это чисто мои принципы, которые разрушают мои отношения с любыми людьми, но я ничего не могу с собой поделать       Надо же, а он боится своих слабостей и показывать их другим. Значит у него точно что-то произошло в жизни болючее, и из-за этого он закрылся в себе. Вдруг Антон посмотрел что-то в телефоне и потом на меня с каким-то азартом.       — Что-то не так?       — Ты в курсе, что мы уже прогуляли половину физики из-за твоей любви?       — Твою мать, он нас убьет…