Для любви нет преград

— Надо сейчас же идти за ними! — Чаофен начал первым. — Думаю, это не самая хорошая идея. — Юцин отрицательно покачал головой. — Как бы мне не хотелось того же, но, нам надо немного подождать. — Ты можешь ждать сколько угодно, а я пойду и заберу Цинкуй! — Собрался Чаофен обратно за женой. — Постойте! — Схватив за руку, остановил его Хайяо. — Шаодянь прав. Если вы сейчас вернетесь и заберете девушку силой, это будет похищением. В этой ее жизни вы для нее незнакомец. Вместо того, чтобы любить, она будет вас бояться. — Ну и что прикажешь мне тогда делать?! — Надо найти способ пробудить их чувства или сделать так, чтобы они снова полюбили нас. — Не дожидаясь ответил Юцин. — Но, для начала нужно побольше узнать о переродившихся Тань и Цинкуй, а потом придумать как вернуть их.

***

      Родившись в мире людей, в самой обычной семье, как когда - то и пожелала Цинкуй, восемнадцать лет девушки жили лучшей жизнью, чем во дворце. Пусть у них не было богатств и служанок, главное — они не были разделены глупым предзнаменованием и не жили врозь. Судьба подарила им добрых родителей, возможность принимать решения и следовать своему сердцу. Как и в прошлой жизни, сестры были очень близки, и как и раньше, заботились друг о друге.       Мама умерла, когда девочкам было пять лет и все это время о них заботится лишь отец. Мужчина брался за любую работу и выполнял ее не покладая рук. Сейчас наступил сезон пахоты, и он каждый день проводил на полях. Уходя с рассветом и возвращаясь, когда солнце уже село за горизонт. Днем дом пустовал. Сянь продавала лепешки на рынке, Цинь познавала азы лекарского дела, и каждый раз ей казалось, что это с ней происходит не впервые.       Дом был совсем небольшим, но места хватало. Вечерами девушки весело обсуждали события уходящего дня.       Первая домой вернулась Сянь. День не задался торговлей, и ей удалось продать лишь малую часть лепешек. Но, и этих денег хватило, чтобы купить отцу молока и пару конфет для сестры, которая через час пришла следом.       Наступил поздний вечер. Небо стянули первые сумерки и звезды, одна за другой зажглись в высоте.       Уставший за день мужчина возвращался с тяжелой работы. В окнах тускло горел свет. Дочери ждали отца домой, не подозревая, что за ними внимательно наблюдают.       Спрятавшись неподалеку Шаодянь, Чаофен и Хайяо следили за каждой тенью в окне.

***

      На следующий день, третий принц снова собрался увидеть любимую. Вдруг, ему пришло на ум, что идея Шаодяня не была лишена смысла. В прошлый раз, Цинкуй полюбила его за доброту и вымышленную слабость. Чтобы навестить его тогда в темнице, она даже отдала все свои украшения. Принцесса сначала проявляла к нему заботу, а после — настоящие чувства.       Чаофен сделал вывод, что путь к сердцу перерожденной Цинкуй — в его слабости. Что в прошлой жизни, что сейчас в нынешней, ей нравилось лечить и помогать нуждающимся. Значит, он должен соответствовать ее интересам и стать больным, слабым и нуждающимся, чтобы она снова полюбила его.       Решив не откладывать действия в долгий ящик, третий принц, сначала попросил Хайяо поставить ему пару новых синяков на лице и порвать одежду, а затем переместился к дому возлюбленной.       Подгадав момент, Чаофен, лег недалеко от порога в страдальческой позе.       Уставшая после трудового дня Цинь, как раз возвращалась домой. Увидев лежавшего у порога мужчину, она сначала испугалась, но быстро взяв себя в руки, подошла к нему и присела рядом на корточки. — Эй, господин. — Склонившись, тихо позвала она незнакомца и острожно коснулась его плеча. — Это вы? — узнала она недавнего покупателя.       Почувствовав прикосновение, третий принц притворно застонал, и пустив в ход весь свой актерский талант, изобразил болезненное выражение лица, а в довершение скорчился и закатил глаза.       Посчитав, что ее действие причинило ему боль, девушка отдернула руку. — Господин, господин! — Испугавшись за его жизнь, Цинь растерялась. — Господин! Я сейчас позову на помощь, только не умирайте! — Собралась она уходить, как принц, понимая что видимо здорово переиграл, схватил ее за руку. — Пожалуйста, не уходи. — Застонал он как можно жалостливее, — Если ты уйдешь, меня убьют. — Зашелся Чаонфен кашлем и даже выдавил скупую слезу.       Переместившийся следом за принцем Хайяо, прячущийся неподалеку, подавился смешком и театрально закатил глаза. Сколько раз он уже видел различные представления друга, но это было просто выше всяких похвал. Так умело он изобразил немощного, что не знай воин правды, действительно мог бы и поверить.       План принца подействовал — девушка проникшись его бедой, решила ему помочь. Подставив хрупкое плечо, она помогла ему подняться и медленно, шаг за шагом, привела его домой, в свою комнату.       У Шаодяня дела обстояли хуже: дождавшись утра, он последовал за Сянь на рынок. По дороге он неоднократно пытался с ней заговорить, но девушка совсем не хотела идти на контакт и всем своим видом показывала мужчине, что он ей неинтересен. Но, Юцин не собирался сдаваться.       Помня, что в прошлой жизни его Тань любила подарки и вкусно поесть, он переместился домой, и прихватив с собой небесные артефакты и пару журавлиных яиц, вернулся обратно. Много лет назад, они вместе с Тань, без угрызения совести, украли такие же у старейшины и сварив их в чае, с удовольствием съели.