«Барная»

Глава 27. Тимур просыпается первым и смотрит на спящую девушку рядом. На часах уже обед и на оба телефона приходят сообщения, но нет никакого желания читать их сейчас. Если какие-то проблемы снова стучат в дверь, то пусть подождут немного. Ильяс и Агата сидят на кухне в полной тишине, попивая крепкий кофе. Оба в своих мыслях, рассуждениях и планах на ближайшее будущее, поэтому не смеют нарушить тишину. - Интересно, у них всë в норме? – Агата встает из-за стола и ставит кружку с чаем в мойку. — Ильяс, ты тут? - Чë они не отвечают? – Гаязов еще раз набирает номер брата и слушает гудки. - Ну, скорее всего, они помирились и у них тусовка. Не мешай. - А если что-то случилось? - Ты очень пессимистичный. Позвоним попозже и узнаем. Аделина уже не может дышать от жары, поэтому скидывает с себя одеяло и пытается встать. - Давай еще поспим. – Тимцр прижимает девушку к дивану и зарывается лицом в ее волосы. - Тимур, кто-то звонит уже сотый раз. – Земцова кое-как дотягивается до телефона и отвечает на звонок. — Ало? - Вы ответить не можете?! – Кричит Ильяс в динамик. — Мы вообще-то волнуемся! - Да мы спали. Давай чуть позже созвонимся, есть что обсудить. - Ждем звонка. - Вставай давай, надо ему рассказать про Влада. – Русая всë же выкручивается из рук парня и встает с дивана. - А если он нам не поверит? – Гаязов хватает девушку за руку и притягивает к себе. — Что делать будем? - Разговор с Ангелиной Вилка записала. Записи с камер тоже есть. - Тогда будем разговаривать. Оба по очереди сходили в душ, переоделись и сели за стол с двумя чашками кофе. Переглянувшись, Тимур и Аделина поняли, что пора рассказать обо всëм Ильясу. Девушка набрала номер Гаязова старшего и напряглась. - Ильяс! – Аделина бежит за парнем по лестнице, а позади догоняют и остальные. - Без меня не бей! – Кричит Агата, пытаясь догнать друзей. - Ну, сука! – Брюнет хватает Влада за ворот рубашки и прижимает к стене. — Я тебя другом считал, а ты такую х*йню за моей спиной проворачиваешь! - Ильяс, ты о чем?! – Шатен пытается вырваться, но только получает кулаком в челюсть и падает на пол. — Придурок, совсем крыша поехала?! - Ильяс, давай нормально поговорим! – Тимур и Виолетта пытаются оттащить Гаязова от Влада. - Давайте просто поговорим? – Аделина встала между парнями и их всё-таки удалось развести по разным сторонам. — Зачем ты добавлял Ильясу трм? - Какой трм, бл*ть?! – Влад осмотрел каждого и остановил взгляд на Ильясе. — Чë с тобой? - Дебила не включай! – Кричит Тимур и рвется вперед, но Кира его отталкивает обратно. — Кто позавчера на нас с ножом кидался? А если бы убил, сука?! - Что происходит? – Рахим заходит в кабинет и удивленно всех осматривает. - Я в этом котле один вариться не буду. – Шатен усмехается и смотрит на Тимура. — У кого из нас медицинский опыт есть? У меня его нет. А кому выгодна агрессия Ильяса? Мне нет. Кому выгодно спасти Аделину от ножа? Снова не я! - К чему ты клонишь? – Агата подходит к сестре и смотрит на Влада. - К тому, что я работал на кого-то. Тимур, расскажешь? - Что? – Все смотрят на Гаязова младшего, пока он сам стоит в шоке. - Тимур подпалил свой отель, чтоб потом все подозрения сбросить на Рахима, который помогает его брату. Наркотики подкинул Аделине, чтоб "спасти" её и заполучить внимание. Трм тоже он предложил, чтоб Ильяса в дурку упекли, а он получил наследство. Что там еще было? Дом Земцовых начал греть тогда, когда Тимур уехал оттуда с Аделиной. Совпадение? Ну и машину расстреляли по его приказу, чтоб он таким заботливым братом показался. Какие-то еще вопросы? - Ты чë ах*ел, придурок? – Тимур подходит к Владу и хватает его за горло. — Правду говори. - А я и не врал. Все переглядываются между собой, пока Гаязов младший со злостью душит Влада. Рахим хлопает в ладоши, стоя с открытым ртом. Аделина и Ильяс смотрят друг на друга, пытаясь усвоить информацию. Шок поразил каждого. На хлопок двери все оборачиваются и видят Татьяну Александровну. Женщина подходит к Тимуру и ударяет ему пощечину. Парень онемел, с надеждой смотря на каждого, ведь они должны ему верить. Только в этот раз на его стороне не осталось никого. Даже мама отвернулась. - Я... – Брюнет еще раз осматривает всех и выдыхает. — Я докажу, что ничего из этого не делал. - Пошел вон. – Мама указывает сыну на дверь и отворачивается. — Я не могла воспитать такого сына. - Мам, ты реально веришь, что я настолько урод? - Я всегда тебя оправдывала, но ты настолько обозлился из-за денег, что у меня даже язык не поворачивается назвать тебя сыном. Аделина чувствует слабость во всём теле. Она не верит, что Тимур мог поступить настолько низко. Она не верит, что он мог разрушить всë вокруг, только бы доказать брату то, что он все-таки лучше. Не хочет верить. Отказывается. Видит, что он стоит со слезами на глазах. Понимает, что все против него и все верят в такую подлость с его стороны. А саму изнутри рвет на части, потому что ему больно. И она эту боль через себя проносит, будто они одно целое. - Никогда больше не хочу тебя видеть. – Татьяна толкает парня к выходу, а Ильяс сжимает кулаки. - Когда все узнают правду, я уже не захочу видеть вас. – Тимур делает шаг к выходу, но Аделина берет его за руку и останавливает. Тимур ссотрит на ладонь в своей и поднимает взгляд на девушку. Земцова видит в пустых глазах лучик надежды и становится чуть легче. Он понимает, что воевать в одиночку больше не придется. Чувствует, что она единственная, кто всегда на его стороне и понимает, что ради нее он точно докажет свою правоту. Ради нее и в огонь полезет, если придется. - Ильяс, слово хоть скажи. – Русая с надеждой смотрит в карие глаза, но понимает, что в этот раз они на разных берегах. - Аделина? – Взгляд Татьяны становится еще злее, когда она смотрит на переплетенные пальцы рук Тимура и Аделины. — Ильяс, что это? - Так уж вышло, что я люблю вашего сына. Только не Ильяса. Рано или поздно вы бы всë равно узнали. - Я тебя приняла, как дочь, а ты... Тимур, куда уж ниже то? За спиной брата травишь его, так еще и с его женой... Какого урода я родила. А ты, Аделина, тварь последняя. - Считайте, как хотите, это ваше право. - Два сапога пара. – Усмехается Рахим и показывает на дверь. - Да пошел ты. Спешу напомнить, что компания наша, поэтому уходите все отсюда. А ты в первую очередь, старый придурок. - Рот закрой, шавка! – Дядя заносит руку для удара, но Агата раньше всех успевает среагировать и бьет мужчину кулаком в челюсть. - Свой закрой, черт! – Рыжая потирает кулак, пока Ильяс держит ее подальше. — Отпусти меня! Я в любом случае останусь с сестрой. Если она верит Тимуру, то и я ему верю. Рахим все-таки выводит Ильяса, чтоб не усугубить ситуацию, а Татьяна выходит за ними. Влад так же исчезает из кабинета, под грозный взгляд Виолетты. Девушки переглядываются между собой и улыбаются. Тимур берет Аделину за руку снова и они выходят с компании, так и оставив Виолетту командовать. - Здравствуйте. – Тимур садится рядом с Аделиной в самом углу ресторана. - Добрый вечер, Тимур. – Улыбается седой мужчина и тянет руку. — Какая у вас прекрасная спутница. - Спасибо. Давайте сразу к делу, а то времени у нас совсем в обрез. - Да, конечно. – Мужчина достает из папки несколько бумаг и отдает их Тимуру. — Вот, собственно говоря. - Это... Ахренеть. Столько лет вас искал, а всë ради трех листов. - Будь ваша семья больше, листов тоже было бы больше. А так, первая страница Ильяса, вторая ваша. - В полицию вас приглашать не будем, вам же там срок и припишут. – Аделина просмотрела завещание и вернула его Тимуру. — Может хотя бы встречу с Ильясом организуем? - У меня вылет сегодня вечером, но можем записать на диктофон, либо созвониться с ним по видеозвонку. - Да, я вам позвоню, как получится с ним встретиться. – Тимур пожал мужчине руку и улыбнулся. - Отлично, буду ждать звонка. - Спасибо вам. - Вы точно через суд оспорить не хотите? - Нет, мне своей головной боли хватает, да и в делах отца я никогда не разбирался. - Тогда вам спасибо. Простите, что моими руками была начата эта война в вашем доме. - Не вашими. До свидания. Аделина и Тимур вышли с ресторана и переглянулись. Оба улыбались, несмотря на то, что происходит вокруг. Они стояли на пороге правды, держась за руки, а это было самым важным для них. В квартире Аделина сделала фото пары фраз, которые написал Тимур и отправила их Виолетте. Ильяс взял в руки чашку кофе и повернулся к Агате. Девушка будто пыталась что-то сказать, но никак не могла собраться с мыслями. Взгляд зеленых глаз метался с одного предмета на другой, избегая встречи с карими. - Мне всë это кажется странным. – Наконец-то говорит Земцова и смотрит на Ильяса. - Подождем немного и узнаем правду. – Гаязов чуть улыбается, делая еще один глоток. — Мне уже всë так надоело, что хочется закрыться в каком-нибудь подвале и сутками в потолок смотреть. - Тебе надо выдохнуть. Давай съездим в одно место? - Куда? - А ты сам всë увидишь. Давай, возьми с собой два пледа и поехали. Только поедем на джипе, нужен большой багажник. Ильяс никогда не считал себя ведомым, но тут почему то захотел полностью довериться девушке. Он ехал по ее указаниям, хотя предлагал вбить адрес в навигатор. Агата пальцем указывала на повороты и смеялась с выражения лица парня. Он смотрел недоверчиво, как и на всех обычно, но ехал строго по направлению. Земцлва всего за пару дней поняла, что парню не хватает чувственности. Он сам отталкивает от себя все добрые чувства, потому что считает их слабостью. Он сам говорил, что ненавидит сюрпризы, но это скорее потому, что ему их еще никто и никогда не делал. Только завтра его день рождения, который он старательно от всех скрывает и хотелось сделать ему хоть что-то приятное и необычное. - Все, заезжай задом. – Агата убрала ремень безопасности. - Вот так сразу? – Хитро прищурился Ильяс и начал разворачиваться. - Тебе в лоб или в челюсть? - Рахиму вроде в челюсть понравилось, так что я испытаю лоб. - Перебью Гаязовых по одному. Тимура Аделине оставлю, она любит мучить людей. - По сравнению с тобой она ангел. - О, да она просто с годами тише стала. Эта сучка может такое провернуть, все будете плясать, как она захочет. Выходим. Агата открыла багажник, постелила туда один плед и заставила парня сесть внутрь. Накинув на ноги второй плед, девушка показала парню вперед. - С этого обрыва мы прыгали в детстве, когда сваливали от нянек. – С улыбкой рассказывает Агата и показывает пальцем вперед. — Тут море чистое, народу никогда нет и цветов много растет летом. Любила в детстве приезжать сюда и венки плести. - У нас с Тимуром тоже было свое любимое место. – Ильяс смотрит вдаль и расплывается в улыбке. — Там у нас скалы около озера были. Мы всегда с ним соревновались, кто быстрее залезет наверх. Он выигрывал. Я больше по теории, а вот он всегда все учил на практике. Может поэтому ему и не нравились нравоучения отца. Пока я решал задачки по химии перед экзаменами, он стащил мой учебник и что-то там смешал. Спалил стол папы, а потом и шторы в кабинете. Родители были в ярости, а получили мы оба. Нас еще заставляли делать уроки вместе, а я так бесился, потому что его почерк кривой не понимал. Он только в последние годы начал писать красиво. Видимо из-за того, что пишет очень мало и торопиться никуда не надо. - Жить тогда было приятнее. Сейчас вспоминаю, как видела что-то первый раз и понимаю, что выглядит оно совсем по-другому. Дерево казалось больше, вода голубее, а ранка на коленке катастрофой. Все сейчас выглядит не так, как в первый раз. - Насчет меня так же? - Да. Ты показался строгим дядькой, которым пугали в детстве, что он меня заберет. - Надо в жизни что-то менять, а то всех вокруг распугаю. - А ты добрый, заботливый, веселый. Хоть и пытаешься казаться дядькой. Ты классный. С тобой легко, будто мы тысячу лет знакомы. - Смотри, а то вдруг я притворяюсь. Утащу тебя и скину с обрыва. - Даже не надейся, полетим вместе. Если умираешь и тащишь кого-то с собой, то смерть не напрасна. - Женщина, я вас боюсь. - Я же Земцова! – Оба смеются и продолжают смотреть вдаль.