Житие несвятых

Гермиона сидела на цветастом диване, сложив ноги в позе лотоса. Вокруг витали листы пергамента, а на кофейном столике, величественно усыпанном бесчисленным количеством фолиантов, не было и дюйма свободного места. Пучок на голове девушки растрепался, и мелкие кудри торчали в разные стороны, стараясь вырваться из орбиты прически. Она глубоко задумалась, прикусив очередной карандаш, пока еще целый. Перья — это, конечно, хорошо, но грифель хотя бы не прольется на все поверхности при первом неосторожном взмахе руки. Гермиона глубоко вздохнула и мановением волшебной палочки уложила все листья в стопку. Отчет был наконец-то закончен. Неожиданным минусом работы в министерстве стала бесконечная писанина. Ей это казалось интересным в начале, но бюрократия быстро сожрала весь азарт от этого занятия, превратив его в назойливую рутину из череды нескончаемых правок. Еще один взмах — книги разлетелись на привычные места, очищая пространство на столе. Волшебница потянулась, освобождая ноги из не слишком удобного положения. Облокотив голову на спинку дивана и прикрыв глаза, Гермиона устроила ступни на краю столика. За окном уже смеркалось, а глаза слипались от усталости. Растирая уставшие веки, она вдруг произнесла: — Так что думаешь, рай, ад, и все такое — действительно существует? Драко готовил на кухне, будучи облаченным в самый придурковатый фартук, который она только смогла найти в магазине «Все для дома». — Ты сейчас действительно спрашиваешь меня и ожидаешь ответа, хотя магглы не могут ответить на этот вопрос тысячелетиями? — Малфой приподнял бровь, но она этого, естественно, не видела. На днях Гермиона рассказала ему больше о Богах, в которых верят магглы. Их дискуссия плавно перетекла в спор о том, существуют ли пресловутые «рай и ад», описанные в Библии. Драко утверждал, что это было бредом, но она не могла быть настолько уверена в подобном. Всю жизнь она, скорее, была агностиком. Обмакнув край ложки в соусе, он попробовал каплю, и результат показался вполне удовлетворительным. За последние несколько месяцев у Драко был серьезный прогресс в готовке. — Ну, нет, конечно. Но навскидку? Сам как считаешь? — Теперь уже она наблюдала за ним, развернувшись всем корпусом на диване, и положив локти на мягкую спинку. Он продолжал все также помешивать что-то в сотейнике, насвистывая незатейливую мелодию себе под нос. — Думаю, что нам будет очень весело в аду, — он повернулся и подмигнул ей. — Какой смысл попадать в рай, Гермиона, если мы все равно там никого не знаем? — Ха-ха, — несмотря на саркастичную усмешку с ее стороны, это было действительно смешно. — Может, вся эта тема с жизнью после смерти на самом деле существует только в головах людей. Понимаешь, о чем я? — Ну, исходя из рассказов Поттера, я могу предположить, что ты о том, что разум каждого человека сам определяет то, что случится с ним после смерти, — произнес Драко, выкладывая готовое блюдо на тарелку. — В таком случае, я, скорее всего, попаду в свой персональный ад, в котором двадцать четыре часа в сутки мне придется убирать за животными Хагрида. — Да! Поэтому рассказы людей, побывавших на грани жизни и смерти, всегда разные, — немного задумавшись, сказала Гермиона и встала с дивана. — В любом случае, пока не умрем, не узнаем. Подойдя к небольшому островку, она с интересом разглядывала происходящее на кухне. Ее всегда удивляло то, какой порядок соблюдает Драко, не позволяя захламлять рабочее пространство. Все работало, словно хорошо отлаженные часы. — Тебе чем-нибудь помочь? — Гермиона заранее знала ответ. — Садись за стол, голубка. Ну, это было отлично. Как хорошо, что каждый занимался тем, что ему нравилось. Он — готовил, а она — ела. Ужин прошел в атмосфере молчаливой гармонии. Прекрасный крем-суп из шампиньонов был одним из ее самых любимых блюд. Драко знал об этом как никто другой, поэтому такой выбор ужина не был совпадением. Он хотел поддержать ее после бесконечного рабочего дня. В такие моменты волшебница понимала как ей повезло с выбором партнера. Даже спустя четыре года отношений, из которых два они уже жили вместе, чувства не угасали, а лишь приобретали новые, совершенно иные оттенки, преображая картину их общей любви. Она также знала о невероятном серебряном кольце, которое, должно быть, было результатом гоблинской работы.Оно было спрятано в сейфе его домашнего кабинета, а пароль было слишком легко угадать, что, пожалуй, сработало на руку ну очень уж любопытной девушке. Уже позже, спустя некоторое время после окончания ужина, они вместе лежали в кровати и смотрели фильм, выбранный Гермионой. Драко, немного нахмурившись, с беспокойством наблюдал за развивающимися на экране действиями. Она не думала, что «Шрек» способен так сильно его взволновать. — Ты хочешь сказать, что она — тоже огр? — Скосив взгляд на Гермиону, поинтересовался Драко. — Эй, смотри дальше! — Легонько ударив Малфоя по руке, произнесла девушка. — Никаких спойлеров. — Ладно-ладно, — с ворчанием ответил он, переводя свой взор обратно к экрану. Такие вечера Гермиона любила больше всего. Ей нравилось делиться с Драко чем-то из «своего мира», вызывая в нем детский восторг. Так они уже посмотрели «В поисках Немо» («какого черта эта синяя рыба все постоянно забывает?»), «Властелина колец» (который, кстати, ему не очень-то понравился), и еще дюжину популярных фильмов и мультфильмов, созданных магглами. Его реакция на абсолютно привычные для девушки вещи была ошеломительной. — Грейнджер? Голос Драко вывел ее из глубоких размышлений. Кажется, она довольно сильно задумалась, сама того не заметив. — М? — раскрыв глаза, она обратила на него свое внимание. — Что такое? — Оно закончилось, — произнес Драко с небольшой обидой в голосе. — Тебе понравилось? — перевернувшись на бок, спросила Гермиона. «Шрек» был абсолютным шедевром сатиры, по ее мнению. — О, да. Особенно говорящий осел. Чем-то напоминает Поттера, между прочим. — О, Драко. А ты по степени ворчливости напоминаешь самого Шрека, — закатив глаза на его очередной подкол сказала девушка. — Только, разве что, не зеленый. И вкусовые предпочтения немного отличаются. Он заливисто рассмеялся от такого тонкого замечания. — Если я — Шрек, — он ткнул указательным пальцем себе в грудь, а потом перевел кисть в ее сторону. — Тогда ты — Фиона? — Скорее дракониха, вот сейчас я тебя съем! — и со смешным рыком она прыгнула на Малфоя, оседлав сверху и прикусывая за шею. Его настроение быстро изменилось с игривого на хищное, а в глазах заиграли лукавые искры. Он определенно что-то задумал. — Кстати говоря, Мисс Грейнджер, мне кажется, что вы забыли о благодарности шеф-повару, — Малфой положил одну из рук на ее бедро, а пальцами другой руки легонько провел по ее ключице. — Что насчет десерта? — Мистер Малфой, мне казалось, что мы не договаривались о подобном, — что же, она ему подыграет. — Но я не имею ничего против десерта. Обняв его лицо ладонями, она приблизилась к его губам и накрыла их поцелуем. Малфой не особенно любил, когда верх в постели брала она, но ему нравилась инициатива. Углубив поцелуй, Драко перевернул девушку, устраивая свои бедра между ее ног. Его глаза искрились истинным обожанием и восхищением. Ни один мужчина до него не относился к ней также. Пышные кудри разметались на подушке, а щеки раскраснелись, кровь распространяла жар возбуждения по телу. Он еще раз поцеловал ее, в этот раз интенсивнее. Языки сплелись в известном только им страстном танце. Руки Драко медленно и испытывающе спускались по телу Гермионы, обволакивая теплом все на своем пути. Он сжал ее груди, неторопливо массируя, после чего резко ущипнул соски, вызывая у нее тихий вскрик. Малфой отстранился от ее уст и хитро взглянул в глаза. — Как бы тебе хотелось сегодня, Грейнджер? Может мне стоит замедлиться? — он точно знал, что нет, но ему хотелось ее подразнить. — Н-нет, — низ ее живота уже горел. Она обвила руками его шею, направляя Драко обратно в исходное положение. Гермиона чувствовала биение пульса на шее и в данный момент не хотела ничего, кроме того, чтобы он наконец-то сорвал ее трусики и, как минимум, прикоснулся к ней. Руки Драко продолжали блуждать по ее телу, спускаясь все ниже, а губы примкнули к ключицам. Видимо, он все-таки решил ее помучать. В попытках взять все в свои руки, она спустилась ладонями по его предплечьям, но он прекратил ее попытки, пригвоздив запястья к изголовью кровати. — Если ты не хочешь, чтобы я их связал, веди себя, как хорошая девочка. Ощущение всепоглащающего жара, когда он скользит рукой между ее бедер. Два его пальца погружаются между ее складок, в который раз знакомясь с этим теплом и влажностью. — Такая умница, уже готова, — Драко бормотал ей куда-то в шею. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя, Гермиона? Он хотел довести ее до исступления, до точки, когда она превратится в бессвязную кашу, способную только умолять. В принципе, он был практически у цели. — Пожалуйста, Драко… Он любит ее, так сильно любит. Какая же она невероятно красивая. Иногда ему даже кажется, что кроме Гермионы ему никто больше не нужен. Готов бросить весь мир к ее ногам. Если где-то и существует загробная жизнь, то его раем могла стать только Гермиона Грейнджер. Хоть руки были больше ей недоступны, она попыталась прижаться к нему бедрами. — Посмотри, насколько ты на взводе, — его серебристые глаза застилала чернь, такая яркая и глубокая, что могла затащить на дно. — И все для меня. — Драко, если ты прямо сейчас меня не трахнешь, я клянусь, что сделаю это сама, — она была на грани отчаяния. Он быстро проводит большим пальцем по ее клитору в знак предупреждения, и она ахает, бедра вздрагивают в ответ. — Мне кажется, что я ясно дал тебе понять, что сейчас правила устанавливаю я, — он откинулся назад, перенося вес на пятки. — Переворачивайся, Гермиона. Она сделала то, о чем он просил, но кажется, он сам хотел установить ее правильно. Подхватив под бедра, Драко поставил ее на четвереньки. Неожиданный шлепок, пришедшийся на правую сторону ее задницы, раздался по комнате. — Ты собираешься еще раз ослушаться меня? — это было уже вторым предупреждением с его стороны. — Нет, — тяжело дыша, произнесла Гермиона. — Пожалуйста, Драко, пожалуйста, прикоснись ко мне. — Моя умная девочка, — одной рукой он собрал ее волосы, скрутив их в жгут, и, потянув за них, запрокинул голову на себя. — Я думаю, что ты заслужила награду. Пальцы Драко нашли ее влагалище и проникли внутрь. Большой палец кружил вокруг клитора, выводя методичные узоры. Она не замечала, что была настолько возбуждена, когда всего несколько движений пальцами довели ее до оргазма. — Вот так, моя умница, я тобой горжусь, — более ласковым тоном нашептывал Драко. — Мы продолжим? Гермиона немного обмякла в его хватке, но все еще удерживала позу. Она не любила незавершенные дела. — Да, пожалуйста, — хриплым голосом произнесла девушка. Руки Драко обхватили ее талию, приближая ближе к себе. Ее ноги он чуть-чуть раздвинул, освобождая себе больше места. К влажному влагалищу прижался тупой кончик члена, постепенно входящий внутрь. Его размер больше не был такой проблемой, как раньше, так что он довольно быстро зашел на всю длину. Она не могла больше терпеть, задыхаясь, выгибая бедра вперед, чтобы трахнуть себя на его члене. — Такая нетерпеливая сегодня, такая прекрасная, — он стонет, пойманный на собственной игре. Чтобы достичь оргазма им обоим понадобилось всего несколько минут. Оба были на пределе. Драко вынул член и перевернул Гермиону на спину, в такие моменты он всегда хотел смотреть исключительно ей в глаза, наблюдая за всеми метаморфозами. Еще несколько фрикций и дополнительная стимуляция клитора сделали свое дело, и пробирающий до костей оргазм настиг Гермиону, накрывая лавиной из калейдоскопа ощущений. Вслед за ней пика достиг и Драко, навалившийся на нее сверху. Им следовало немного отдохнуть и возможно, повторить. Пожалуй, им стоит почаще пересматривать «Шрека».