Предложение руки и сердца

(Глава всё ещё от лица Николаса. Не спрашивай, так надо по сюжету) С полным непониманием мы пошли за этим нечто, ведущим нас куда-то вниз, как мне казалось в подвал. Лестница вела в зал, освещённый факелами и завешанного цепями, как новогодними гирляндами. В самом конце зала было подобие трона, на котором кто-то сидел и напевал: Маленькие куклы решили сыграть, В мою игру, им не сдобравать, Но выжили куклы, удача щедра, Но смогут ли победить меня? Сделав шаг с лестницы на пол, я увидел, что всё было устлано сломанными куклами и отдельными частями их тел. Выглядело это довольно страшно. Нира и Гектор шли, прячась за мою спину, на их лицах читалось напряжение с нотками страха. Дойдя до центра зала, я первым подал голос: - Где леди Дакария? Отвечай! - Ах, кукольный мальчик - от этих слов мне стало противно - не вежливо так обращаться к тому, от кого зависит жизнь твоей подружки, однако не беспокойся, очень скоро вы встретитесь, кукольный мой. Ох а вот и она, Вигфус, дорогуша, не стесняйся, заходи, тебя здесь ждут твои друзья! Позади нас послышались быстрые шаги, в зал кто-то вошёл, обернувшись я увидел Дакарию. Я уже было хотел подбежать к ней и обнять, но меня словно током прошибло, когда я увидел её лицо... Оно было не таким как всегда, её глаза были...какими-то кислотно-малиновыми... - Что ты сделал с ней?! Отвечай! Живо! - жгучая боль наполняла моё тело - никто не смеет её трогать и причинять ей вред! - Заткнись. Или хочешь последовать её примеру, щенок?!- он даже глазом не повёл, хотя я крикнул достаточно громко и резко. Боль и злость переполняли моё тело и почти затмевали разум, от чего я вынул из ножен шпагу и побежал в сторону Кукольника - я хотел убить его... Прямо над моей головой раздался скрежет металла (такой звук возникает, когда шпаги с большой скоростью ударяются друг о друга), а перед моим лицом возникли два кислотно-малиновых глаза. "Но как она это сделала?" - промелькнуло у меня в голове. - Ха-ха-ха, удивлён? - его мерзкий смех пронизывал насквозь - Всё очень просто, Вигфус исполняет всё что я ей скажу - только сейчас я заметил, что у него в руках была кукла, которая, как мне показалось, была до ужаса похожа на Даку. Продавец поднёс куклу к лицу и что-то нашептал ей, Дакария подошла к нему и развернулась в нам лицом. Встав со стула, Кукольник подошёл к ней со спины и, положив руки ей на плечи сказал: - Убей их! - сделав два шага назад, он улыбнулся. (Глава продолжится от лица Ниры) После его слов моё сердце ушло в пятки, я попятилась к стене. Вытащив из ножен вторую шпагк, Дакария кинулась на Николаса, он еле отражал удары обеих шпаг, лезвия которых каждый раз проносились в миллиметрах от его лица. Заблокировав одну шпагу, он никак бы не смог остановить вторую, если б не Гектор, он фехтовал хуже, чем его сестра, но сейчас выбора особо не было. Ребята стали вдвоём отбиваться от Миледи, и даже иногда у них получалось наносить удары, от которых девушка еле уворачивалась. Засмотревшись на их битву, я не заметила, как Продавец кукол оказался позади меня и, поволок за руку к одной из стен, где открыв проход кинул меня куда-то в темноту. Привыкнув к темноте, я встала на ноги и прошла чуть глубже в комнату, где было что-то, похожее на колонну, обмомотанную какими-то верёвками. Когда я их развязала с противоположной стороны колонны что-то упало на пол и... Промычало? Выглянув из-за массивного куска мрамора, я увидела герцогиню Викторию, её рот и глаза были завязаны. Я быстро, насколько это было возможно, развязала ей руки. - Ох, Нира, мы всё ещё в особняке Филипа? - Какого Филиппа? Вы правы, мы в особняке, но его владелец известен мне, как "Кукольник" или, как он просит себя называть "Продавец кукол". - Про него я и говорю, ты никогда не видела Филиппа в лицо, поэтому и отрицаешь мои слова. Видимо тогда он не пропал без вести, а так сказать "залёг на дно" только вот, что мы ему сделали, что он решил нам отомстить? - герцогиня встала, отряхивая платье от пыли - ладно, нужно отыскать Дакарию, я знаю что нужно сделать, чтобы освободить её из-под контроля Филиппа. - мы прошли к стене, открывающей проход в зал, услышали выстрел. - Герцогиня, это Гектор стрелял, там что-то произошло, нужно торопиться. - Ох, хоть бы все живы были. - Так что нужно чтобы спасти Дакарию? - Ах, да, ты должна спеть колыбельную - Филипп говорил, что только воспоминание о детстве может освободить человека из его лап. - Он Вам это сказал? - Он при мне это сказал, видишь ли, куклы могут украсть человека, но сообразить, как его усыпить, не в силах. О, кажется я нашла выход.- она продавила кирпич, и кусок стены отъехал, открывая нам проход в зал, из которого ещё были слышны удары лезвий шпаг, но когда мы сделали всего несколько шагов послышался второй выстрел, после чего всё стихло. Похоже, мы опоздали... Как только мы добрались до зала, пред нами предстала такая картина: Гектор действительно выстрелил в Филиппа, но всего лишь сбил его цилиндр, Николасу удалось сломать вторую шпагу Дакарии и продолжать защищаться. - Гектор - спросила Виктория - тебе не кажется это лицо знакомым? - Ещё как! Это Филипп Дженерсен! - подросток опустил револьвер, и посмотрел на обладателя прозвучавшего вопроса - бабушка? Бабушка! - он бросился в объятия родственницы - я так рад, что ты жива и невредима! Я так за тебя переживал! - Ах, дорогой, я переживала за вас с Дакой не меньше, когда услышала выстрелы. Вспомнив слова Виктории об освобождении Миледи, я посмотрела в сторону её сражения с Николасом и тут же со всех ног побежала в из сторону: юная герцогиня мало того, что выбила шпагу из рук друга, он уже не шёл, пятился назад, она уже занесла над ним свою шпагу, готовясь заколоть. Остановившись между ними, я взяла лицо Дакарии в свои руки и наклонила так, чтобы она смотрела мне в глаза, и начала петь колыбельную, которую в своё время мне пела мама: Моя леди, я здесь, В твоём храбром сердце. Наша леди, расти и видь Своё чудесное королевство. Солнце и Луна ведут нас К часу твоей славы. Моя крошка, наша леди, Будь же справедливой. (Не кидайся в меня тапками, нормальной французской колыбельной я не нашла, это песня из м/ф "Храбрая сердцем") По лицу герцогини потекли слёзы, она выпустила из рук шпагу, и положила свои ладони поверх моих, прошептав тихое "Спасибо". Пока все отвлеклись на моё пение, казавшееся мне ужасным, никто не заметил, как Николас подошёл к трону, на котором нас встречал Филипп, и взяв с сиденья куклу Дакарии, одним сильным броском об пол разломал её - только щепки полетели в разные стороны, увидев обломки своего творения, Кукольник просился в нашу сторону с криками "Ах ты, чертовка! Я тебя в порошок сотру!!!" Но будучи разъярённым до предела он разогнался до такой скорости, что сам не затормозит перед нами. Я отбежала в сторону, чтоб меня не сбили, но Миледи совершила крайне жестокий поступок на глазах своих родных и близких. Она, не содрогнувшись, с лицом глубочайшей ненависти выставила вперёд кинжал. Теперь я понимаю, зачем она его брала, выезжая за пределы поместья. Как я и предполагала, Филипп не смог остановиться и напоролся на лезвие насмерть - металл прошёл насквозь. Бездыханное тело Филиппа Дженерсена упало на пол, истекая кровью. - Прощайте, Кукольный мастер.