***
В раздумьях Нил провел немало времени. Боже, серьёзно, к нему просто обратились, а он уже надумал себе всякого. Да кто приедет в эту дыру за ним? В здравом уме – никто. Хотя какая дрянь сказала, что его отец и все ему подобные в здравом уме? Да, Нил помнил, что порой творилось дома, когда он жил с родителями. Однако ему всегда трудно было назвать их родителями, ну, потому что, понимаете... Всё, что происходило в жизни Нила до шестнадцати лет, – сущий хаос. И именно от всего этого он и бежит. Он боится. Боится прошлого, боится людей оттуда, боится себя настоящего. Нил со своей матерью, когда она ещё была жива, объездили, наверное всю северную и пол-южной америки, скрываясь. Но каждый, каждый чёртов раз их выслеживали, находили и старались вновь утащить их обоих в это болото ужасов прошлого. Нет, Нилу не нравилась эта идея. Одно упоминание прошлого, какое-нибудь слово, напоминающее о нем, заставляли Джостена бросать всё, всех и снова убегать. Так было легче. Так всегда было легче – убегать от страха, от прошлого. Если так подумать, то так было всегда. Всю свою сознательную жизнь Нил посвятил себя бегам. Иначе он не умел. Не научили. Порой это правда бесило, порой спасало. В любом случае, с ним все в порядке, пока он в безопасности. По его мнению, естественно.***
Нил, по дороге к ближайшему мотелю, купил себе несколько пар линз, чтоб хватило на несколько недель. Разнообразием он похвастаться не мог – всегда брал одного и того же цвета. Зайдя в мотель, он снял самый дешёвый номер на втором этаже – мог бы и на первом, если бы они были, – и заперся в нем. Да, он всегда снимал номера на всего одну или максимум две ночи, однако и это казалось ему дикостью – при таком раскладе скоро его начнут узнавать и в этом городе, что будет неплохой такой проблемой.***
– Ну, кажется, все, – выдохнул Нил, стоя перед зеркалом. Он проморгался, чтоб линзы встали как нужно. – Так... зачем я их надел? – только сейчас до него допёрло, что он надел линзы перед сном. Ну, спать же он в них не будет, да? Не будет ведь?..***
Утром, не выспавшись, Нил был готов самолично проклясть всех присутствующих. Нет, серьёзно, и давно дети(подростки, ладно) такие шумные? Окей, его это не волнует, ясно? Он просто наденет беруши и пошлёт это все куда подальше, пока не прозвенит звонок. Хотя... Не успел Нил наклониться за рюкзаком, как в кабинет вбежала его вчерашняя знакомая, Рене, и, улыбнувшись, помахала ему рукой. Может, это не ему было адресовано?.. Хорошо, он сделает вид, что не заметил. Тем более он не обязан здороваться с кем-то, окей? Особенно с тем, кого вообще не знает. О? Да ладно, кажется, она направляется в его сторону. Нила не сказать что это беспокоит – пара односложных ответов – и она отстанет, он уверен. – Доброе утро, Нил, – звонков произнесла Рене. – Ага. – он даже не посмотрел в её сторону. – Ну, ты как? – она подошла ближе и уселась на свободное место рядом с Нилом. О боги. – В порядке, – пробормотал тот, пряча лицо изгибе локтя. – О! Это замечательно, Нил! – Рене улыбнулась. – Знаешь, я вот тоже в порядке, хоть ты и не спрашивал, – хихикнув, сказала она. – Представляешь, что вчера было? – не дождавшись его ответа, она продолжила: – Так вот... По итогу Нил не запомнил ничего из её рассказа. А зачем она вообще все это рассказала-то? Как будто Нила это интересовало, ага. Он просто моментами кивал и смотрел на неё, делая вид, что ему интересно. Почему она так ему навязывается? Они даже не друзья. Может у неё больше нет собеседников? Да нет, Нил видел, как она общалась со многими людьми – и ничего. Так почему он? Когда прозвенел звонок, Рене наконец ушла, оставив Нила одного. Наконец.***
После третьего урока Нил стоял у своего шкафчика и пытался найти учебник по физике. Кажется, тщетно. Пока он пытался отыскать его у себя в рюкзаке, к нему подошла Рене. Снова. Хотя, стоп... – Нил, – окликнула его Рене, – Я хочу познакомить тебя с нашим одноклассником! – Джостен нехотя повернулся в её сторону, закрыв шкафчик. – В общем... Это Аарон. Может, ты видел его на уроках. А-а... Ещё у него есть брат-близнец, чтоб ты знал! Может, ты и его видел, но, к сожалению, он наотрез отказался знакомиться... – Я вообще-то тоже был против! – влез Аарон. – Тише, тише. Аарон, это Нил. Наш новый одноклассник. – она ему улыбнулась и перевела взгляд на Нила. – Мг, – Нил кивнул им обоим, стоя теперь в неловком молчании. – ... – Аарон выдохнул, протягивая Нилу руку, как сделала это днем ранее и Рене. – Не знаю, какие есть синонимы к фразе «рад знакомству», ибо я не очень-то рад, – Рене цокнула, – так что... Они нехотя пожали руки, после чего Аарон спросил у Рене о возможности «уйти наконец». И он ушёл, оставив Нила с Рене наедине. – С ним сложно, – выдохнула девушка, – Но вы чем-то похожи. Оба такие нелюдимые, жуть. – она улыбнулась. – Но он не плохой, просто грубоватый и с первого взгляда отталкивающий. – ого, и это по её мнению «неплохой»? Страшно представить, какими качествами тогда по такому принципу должен обладать плохой человек.***
Сложно поверить, но сегодня Нил не ушел с последних занятий. Дождался конца учебного дня, как и полагается. Когда Нил выходил из кабинета, в котором у него был последний урок, он заметил Рене, разговаривающую с кем-то похожим на Аарона, однако это был не он – одежда другая. Да и пирсинга брови у Аарона тоже, кажется, не было. Тот стоял, скрестив руки на груди, и что-то говорил Рене. Та с улыбкой слушала его и кивала, пока... Он посмотрел в сторону Нила, проходящего мимо них, и замолчал. Раньше Джостен часто ловил на себе такие взгляды. Они означают что-то вроде «в живых ты продержишься недолго, если продолжишь так пялиться». Потому Нил отвернулся и ускорил шаг, направляясь к выходу. Минус ещё один день из и без того короткой, как казалось Нилу, жизни.