Сердце в бокале

      В этот раз я решил встретиться с Итэром на несколько дней раньше. Это было связано с тем, что в выходные я должен был уехать по делам в другой город и не смог бы встретиться с психологом. Итэр легко согласился перенести наш сеанс, так что никаких проблем не возникло. Правда, это было куда более позднее время, чем обычно я заканчивал. На улице было уже темно, но погода стояла отличная. Я хотел немного прогуляться. И, не знаю, к счастью или к сожалению, Аято тоже закончил сегодня поздно. Я видел, что он устал, был чем-то раздражён, а ещё постоянно спрашивал у меня по дороге, как я себя чувствую. И мои «думаю, мне уже лучше», кажется, сердили его всё больше. У меня даже появилась мысль о том, что он посещает психолога из-за проблем с гневом, но наверняка я не мог сказать. После разговора в столовой мы вообще ничего такого больше не обсуждали.       — Тома, мне нужна помощь. — Аято внезапно остановился, он смотрел на меня умоляюще. — Это прозвучит глупо, но я не могу идти домой сегодня… Меня убьют…       — Что? — Я никак не ожидал такого поворота событий. Во что я вляпался? Я просто решил пойти сегодня домой пешком…       — Я знаю, мы мало знакомы. И ты не лучшего обо мне мнения… Но, быть может, ты мог бы пустить меня к себе переночевать?..       Я не знал, что ответить. Я не чувствовал себя рядом с ним в своей тарелке. Но если он действительно нуждается в помощи? Как же мне поступить?       Я медлил, глядя на него. Аято сунул руки в карманы куртки, что-то как будто перебирая внутри них. Мне стало не по себе ещё больше.       — Извини, мне негде тебя разместить. Ты можешь переночевать у друзей или в гостинице? Знаешь, полно разных вариан-       Я снова не успел среагировать, как вдруг меня опрокинули на землю, а к горлу приставили нож. Мои глаза распахнулись шире, а всё нутро похолодело от ужаса.       — А ты всё продолжаешь ломаться, идиот. Я с первой нашей встречи заметил, как ты пялился на меня. Я видел твоё животное желание, которому ты так сильно сопротивляешь. Будь же честен со мной! — Аято наклонился и поцеловал меня. Я не в силах был сопротивляться, да и это не то чтобы было возможным, ведь лезвие всё ещё было возле моего горла. Другой рукой он заставил меня открыть рот, а затем из-за него наши языки переплелись. Я чувствовал отвращение, но лишь зажмурился, слабо отвечая на поцелуй.       — Отпусти меня… Я не хочу ничего… — Пробормотал я, когда мне дали вздохнуть. Голова кружилась, а тело странным образом реагировало. В такой экстренной ситуации я перенервничал и возбудился из-за такой чертовщины. Но я ничего такого не хотел!       — Мы только начали, малыш. — Аято принялся разрывать мою одежду, намереваясь вдоволь наиграться с моим телом… Я был напуган и ощущал, что начинаю цепенеть. Я должен сопротивляться, но вместо этого не мог пошевелиться ни на дюйм…

***

      Всё закончилось довольно быстро… Довольно… Быстро… Закончилось… Думал я в истерике.       Камисато изнасиловал меня, в процессе секса оставляя порезы по всему моему телу. Он оставил неглубокие ранки на моих щеках, щекотал ножом меня в районе боков, заставлял реагировать так, как ему нравилось, чтобы он мог кончить. И, в конце концов, когда он был полностью удовлетворен, я уже не соображал. Меня накрыла ужаснейшая истерика. Я и представить себе не мог, что когда-либо могу испытать такое. Я молча плакал, меня всего трясло, и я готов был сделать что угодно, лишь бы меня отпустили, лишь бы дали уйти оттуда.       Но у Аято были другие планы на меня…       — Тома, Томочка. Ты был прекрасен. Я люблю тебя, солнышко. Спасибо, что подарил мне себя. — Начал шептать мне на ухо Камисато. Я весь дрожал, ощущая, как он навалился на меня всем своим телом. Я думал, что сейчас он продолжит меня насиловать, но увидел вместо этого, как нож с силой вонзился в мою грудную клетку. — Извини уж, что я украл твоё сердечко. Взамен я буду беречь тебя от всех переживаний. Ты будешь думать обо мне до конца, а я избавлю тебя от страданий быстро и просто.       Я закашлялся кровью. Я не мог вздохнуть, потому что грудную клетку разрывала острая нескончаемая боль. Я ощутил прилив адреналина, который позволил мне начать двигаться и вырываться изо всех сил. Но Аято был куда тяжелее меня, к тому же он был готов к тому, что я начну вырываться, пытаясь спасти свою жизнь. Я дёргался и отбивался, но довольно скоро силы начали таять. И тогда я понял, что это конец. Я был в отчаянии, а нож продолжал с трудом рассекать мою плоть.       Мои руки упали на землю, а широко раскрытые глаза позволяли до конца наблюдать за происходящим. За несколько мгновений до собственной смерти я видел, как Аято вырвал моё сердце…

***

      Камисато стоял в своей квартире у окна и наблюдал за восходом солнца. В руках у него был бокал, где лежало сердце парня убитого прошлой ночью. Аято наполнил бокал вином, но не пил, ему просто нравилось наблюдать, как сердце покачивается в красной жидкости. Ему нравилось вспоминать, как все эти парни и девушки кричали, бились в агонии, как он сжимал их жизни в своих руках. Но больше всего ему нравилось чувствовать последние удары сердец перед тем, как он вырывал их…       Проблемы с законом? Да. Он сидел за убийства.       Помощь психолога? Он вёл себя долгое время хорошо, так что его выпустили из психиатрической клиники и просто назначили лечение, а в дополнение приставили психолога.       Работало ли это? Нет.       Аято понимал, что рано или поздно его снова поймают. Но он ничего не мог с собой поделать. Убивать ему хотелось куда больше, чем что-либо ещё. А ведь его жизнь могла бы сложиться иначе, и он бы не был обречён в следующие несколько лет умереть в одной из камер, наслаждаясь своими извращенными снами про сердце в бокале…