Трилогия «Омега»: книга первая

После его слов Омега прижался к Ируке, мурлыча у него на груди, и, потянувшись, слизнул несколько слезинок с чужой щеки. Ируке стало нравиться ощущение языка Омеги на своей коже, но его в дрожь бросало от осознания, что он вновь подвел его. — Прости, — снова прошептал он, обнимая его. — Я все исправлю. Клянусь. Прежде чем Омега успел что-либо сказать, Хисаши заплакал. Ирука почувствовал, как Омега немедленно начал отстраняться, но затем заколебался, очевидно разрываясь между выбором: утешить хозяина или ребенка. Ирука опустил руки. Хисаши всегда должен быть на первом месте для своего родителя. — Иди. Омега подбежал к колыбели, поднимая плачущего малыша. — Тсс, все в порядке. Мама рядом. Ирука глубоко вздохнул и вздрогнул. Его аромат был пропитан отчаянием. Он был причиной слез Хисаши. Ирука поднялся на ноги и пошел в ванную. Он намочил полотенце и протер им свои обонятельные железы, зная, что это поможет смягчить кислый запах. До большинства детей этот запах даже не дошел бы, но Хисаши наверняка унаследовал чувствительный нос своей матери. Альфа прополоскал ткань и плеснул воду в лицо. Чувствуя себя чуть более свежо, он вернулся в комнату. Омега укачивал сына, а тот лишь хитро улыбался. Ирука взял миску Омеги и поднес ее к нему. — Как доешь цыпленка, не хочешь пойти со мной в класс посмотреть, как продвигаются дела с библиотекой? — Конечно, Альфа-сама! Ирука ухмыльнулся. — Ну и отлично. Прежде чем они ушли, Ирука помог Омеге обернуть подол вокруг тела и надежно укрыть Хисаши внутри. Запах Омеги будоражил, заставляя Ируку тихо хихикать. — Теперь мне ничто не помешает помогать вам, Альфа-сама! — Похоже, Хисаши тоже в восторге, — заметил Ирука, когда малыш зевнул и прижался к груди матери, чтобы вздремнуть. Он отступил на шаг, поражаясь тому, как хорошо серый шелк смотрится на бледной коже. — Готов? — Да, господин. Они вышли из комнаты, Омега держался на расстоянии трех шагов позади. Когда они добрались до класса, Ирука с удивлением увидел, что полки уже полностью забиты фолиантами и журнальчиками. — Что ж, думаю, стоит их рассортировать. — Я могу помочь, Альфа-сама! Ирука улыбнулся. — Благодарю. Давай начнем с развивашек, хорошо? Омега наклонил голову. — Развивашек? — Да. Это книги для тех, кто только учится читать. Они не толстые и содержат много ярких картинок. Уверен, даже ты сможешь прочитать их. — Я начну прямо сейчас, Альфа-сама! Ирука усмехнулся, когда Омега практически прыгнул к первой стопке книг, нетерпеливо приступая к своей задаче. Ирука взял ближайшую стопку и тоже начал искать. Пару часов они работали в уютной тишине, отыскивая тонкие книжки, которые Ирука затем расставлял на полках. Несколько он отложил в сторону. Когда Омега бросил на него смущенный взгляд, Ирука улыбнулся. — Я хочу прочитать их Хисаши. Мужчина склонил голову. — Зачем, Альфа-сама? Он еще вас не понимает. — Я знаю, но это полезно для его развития. — Оу. Ирука протянул руку и коснулся его плеча. — Тебя я тоже научу. Будешь в мое отсутствие их Хисаши вечерами читать. Разноцветные глаза загорелись. — Правда? Ирука усмехнулся. — Правда. — Спасибо вам, Альфа-сама! Они вернулись к своей работе, Омега принес книги, а Ирука проинструктировал, какие из них взять. Он разложил их по полкам и был очень доволен ходом работы. Однако через несколько часов Хисаши, что неудивительно, заплакал, явно проголодавшись. Поэтому Омега вынужден был сесть на пол между двумя стопками книг, чтобы накормить своего сына. Ирука, поставив еще несколько книг на полку, посмотрел на него. — Можно вопрос? — Конечно, Альфа-сама. Ирука указал на грудничка. — А… каково это? Омега посмотрел на сына. Он провел пальцами по тонким серебристым волосикам, которые становились все гуще. Запах чистой любви разнесся в воздухе, согревая комнату. — Нереально. По правде говоря, Ируку больше интересовали именно физические ощущения от кормления ребенка, но ответ Омеги показал, что за этим кроется гораздо, гораздо большее. Поэтому он мягко кивнул и продолжил работу. Как только Хисаши закончил есть и Омега снова завернул его в одеяло, он возобновил свою работу рядом с Ирукой. — Не возражаешь, если мы пообедаем здесь? — Конечно, нет, Альфа-сама! — Хорошо. Тогда пошли на кухню? Они вышли из классной комнаты, которая на самом деле находилась не так уж далеко от столовой. Но прежде чем открыть дверь, Ирука повернулся к Омеге, который немедленно опустился на колени. — Что ты хочешь на обед? Омега поднял потрясенный взгляд. — Альфа-сама…? Ирука махнул рукой. — Все в порядке. Мне надо знать, чего ты хочешь. — На ваше усмотрение, Альфа-сама. Ему так сложно сделать выбор даже в такой простой вещи как обед. — Ладненько. Что ж, давай посмотрим, что они нам могут предложить. Сенсей открыл дверь, и в уши ударили шум и суета. Мгновенно его встретило знакомое лицо, и он почувствовал, что лучезарно улыбается. — Привет! Немая девушка улыбнулась, показывая, что счастлива снова увидеть его. — Я тоже рад тебя видеть! Она заметила Омегу позади него и просияла. Она взволнованно начала жестикулировать, из ее груди вырывалось бессловесное сипение. Омега, не понимая, посмотрел на Ируку. — Она счастлива, что вы оба пошли на поправку, — объяснил Ирука. — А-а, — протянул Омега с того места, где он стоял на коленях. Он посмотрел на девушку. — Спасибо. Юная омега шагнула вперед и опустилась на колени, глядя на Хисаши. Она подала знак Омеге, который снова в замешательстве посмотрел на Ируку. — Она хочет подержать Хисаши. Но ты не обязан позволять ей, если не хочешь. — Нет, все в порядке, Альфа-сама, — сказал мужчина и отодвинул слой шелка, чтобы освободить малыша и осторожно положить его на руки девушке. Она захрипела от восторга, увидев крошечного ребенка, который с бульканьем протянул ей ручки. Она с улыбкой смотрела на Ируку и принялась делать знаки одной рукой, но из-за того, что они были неполными, он не мог их понять. — Извини, я не улавливаю, что ты имеешь в виду. Девушка вернула Хисаши и снова зажестикулировала, но Ирука по-прежнему не понимал ее слов. Увидев это, она указала на Хисаши, затем на свой собственный живот. Ируку охватил ужас, но выражение его лица оставалось спокойным. — Ты… беременна? Она покачала головой, из ее горла вырвался странный не то кашель, не то смешок, прерывистый и серьезный. Ее следующие жесты замелькали так быстро, что Ирука едва мог за ними уследить, но он уловил «Сота-сама» и «старый». Сота, наверняка, даже не прикасается к ней, учитывая его возраст. Это было огромным облегчением для души Ируки. — Ой! Ты хочешь однажды стать матерью, не так ли? Она просияла и кивнула, снова шевеля пальцами. Ирука фыркнул. — Да, я уверен, что ты будешь замечательной мамой. Она смутилась, жестом поблагодарила его, а затем спросила, что ему нужно. — Вообще-то мы здесь для того, чтобы перекусить. Мы работали в классной комнате. Девушка взволнованно подпрыгнула и жестами спросила может ли она приготовить ему обед. Ирука усмехнулся. — Было бы здорово! И, когда будешь готовить, можешь сделать две порции? Вторую для моего Омеги. Ее нефритовые глаза расширились от шока, а затем засияли от абсолютного восторга. Она кивнула головой, возбужденно подпрыгивая на цыпочках. — Превосходно! Мы будем в моей комнате, так как я думаю, что Хисаши нужно сменить подгузник. Тебе как, удобно? Она улыбнулась и снова кивнула, прежде чем радостно умчаться прочь. Ирука не смог удержаться от легкого хихиканья. Я надеюсь, что ничто в этом мире не сотрет улыбку с её лица. Но это Страна Бронзы. Гарантий для омег здесь не было никаких.