Злой человек, но мой человек.

Я злой человек, злой человек Я твой человек, твой человек Смотри на меня, падает снег Я злой человек, злой человек Я твой человек, твой человек

Сегодня мне исполняется сорок лет. Сорок.. Это число казалось таким далёким и даже пугающим, когда я была подростком. Наверное, лет через двести я совсем собьюсь со счёта, и перестану помнить свой точный возраст. Когда тебе дана целая вечность, на такие мелочи не хочется даже обращать внимания. И вообще, скука — это одна из причин задуматься о цене бессмертия, ведь со временем всё начнёт становиться таким обыденным. Найти то, что тронет душу и поистине заинтересует с каждым прожитым годом, а то и веком, будет всё труднее. Когда-то День Рождения был моим любимым праздником, сейчас же я его ненавижу. Отвратительный день, с наступлением которого обычно хочется или плакать, или спать. Когда-то думала о том, что в этом возрасте у меня уже, наверное, будет большая и счастливая семья, ведь я так же, как и большинство девочек, мечтала о свадьбе. Мечтала выйти замуж за любимого человека, надеть белое платье и фату, быть невестой.. Честно говоря, я каждый раз так злюсь, когда Человек называет моей семьей наш цирк. Вспоминая его слова: «Чудики отдадут свою жизнь за тебя. Разве не так поступают члены семьи?», я начинаю злиться ещё больше. Какая это, к чёрту, семья, когда они просто преклоняются перед ним? Он говорит, что я ещё ничего не понимаю, ведь дело не только в этом, и они отдадут жизнь лишь потому, что благодарны, но я считаю это бредом. За превращение в урода и вечные мучения могут быть благодарны разве что какие-то наглухо отбитые психи. Хотя, о чём это я.. Они и есть наглухо отбитые психи. Жизнь сделала их такими. Как и моего Человека. Как и, в конце концов, меня. Мне давно уже пришлось привыкнуть к смерти. Она всегда рядом. О чём тут вообще можно говорить, когда мне приходилось убивать людей, будучи ещё школьницей?.. Ладно, людьми их назвать было сложно. Очень сложно. Тем не менее, смерти очень много, и к ней со временем привыкаешь. Иногда даже смешно от того, какими банальными бывают некоторые смерти, хотя и это тоже глупость, смерть смешной или банальной не бывает. Со временем она просто перестаёт трогать. Её не замечаешь. По крайней мере, я почти перестала её замечать. За все эти годы мне неоднократно приходилось сталкиваться с теми, кто мечтал о бессмертии. Бредил им. У некоторых это превращалось в манию. Вечная жизнь с её перспективами звала. Может вам это покажется странным, но я никогда не мечтала быть бессмертной, правда. Вы спросите: «Бессмертие — это дар или проклятие?». Я отвечу, что это это определённо дар, но отмечу, что невероятно отстойный дар. Забавно, что люди порой ведут себя так, словно они бессмертны. Забывая о том, насколько легко может обрываться эта нить. Но как же отчаянно они цепляются за жизнь, когда приходит час расплаты. Я каждый раз молчу, с каменным лицом глядя на то, как наши жертвы корчатся от боли и страха. Жалость и сомнения по отношению к ним я перестала испытывать уже очень давно. Когда-то я презирала Человека, потому что не могла смириться с тем, что он делает. Со временем я поняла, что это не он мерзкий, не его мотивы и поступки мерзкие, это люди мерзкие. Я искренне считаю, что они заслуживают всего, что происходит с ними в нашем цирке. Если бы мы издевались над невинными людьми — был бы совсем другой разговор. Но мы наказываем исключительно тех, кто этого заслуживает. Мы очищаем мир от мерзости: убийств, воровства, изнасилований. Размышляя об этом, по моим щекам неосознанно и неожиданно для меня самой начали течь слёзы, будто на секунду я усомнилась в только что сказаннах собою же словах. И тут же мою неудачную попытку философствования врасплох прервал звук отворившейся двери.

Ты снимаешь вечернее платье, стоя лицом к стене И я вижу свежие шрамы на гладкой как бархат спине Мне хочется плакать от боли или забыться во сне Где твои крылья, которые так нравились мне?

— С Днём Рождения, любовь моя. — услышала я, с одной стороны, уже давно ставший таким родным, как всегда бархатный и великолепный голос любимого человека, а с другой — мерзкий голос того, кто сломал мою жизнь. Мою человеческую жизнь. — Ты помнишь?.. — тихо, буквально на грани, ответила я. — Глупый вопрос, Сара. Разве я могу забыть хоть о чём-то, что связано с тобой? — очень нежно ответил злой и холодный, но лишь со мной — всегда теплый и нежный, мой Человек. Сквозь подступающую порцию новых слёз, я улыбнулась. Он никогда не забывал об этом дне, и каждый раз пытался поднять мне настроение, хоть и знал о том, что я терпеть не могу этот праздник. Даже не знаю, поднимало ли мне это настроение в самом деле, или же делало только хуже.. Всегда по-разному. — Что с тобой? Ты чем-то расстроена? — ласково и бережно продолжил он. Меня сразу же пробил холодный пот. Я прочитала по его глазам, — он прекрасно знает, что со мной. Я понимала, что мне нечего ему ответить, но нам и не нужны слова, чтобы понять друг друга. Мы научились обходиться без них. Я смотрела в его чарующие глаза и молчала. Он делал то же самое. Он смотрел на меня так несколько секунд, а после внезапно обернулся, и, всё также ничего не говоря, закрыл дверь на замок. В следующий миг он аккуратно подошёл ко мне, я положила руки ему на плечи, так медленно, будто едва могла их поднять, вздохнула и опустила голову ему на грудь. Я знаю, он не мог не слышать, как бешено колотится моё сердце. Человек очень нежно и осторожно начал обнимать меня в ответ. Я не знаю, сколько мы так стояли, потому что я совсем перестала ориентироваться не только в пространстве, но и во времени. Мне начало казаться, что всё остальное, кроме нас с ним в ту секунду, перестало существовать, весь мир куда-то исчез, а мы будто затерялись на последнем его клочке, как на обломке штормового кораблекрушения. Мы вместе, потому что некуда отступать. Мы вместе, потому что нужны друг другу. Человек — часть моей жизни, часть меня самой. Он — воплощение всех прекрасно-ужасных грез, которые только могло родить мое воображение. Но если он часть моей судьбы, моей души, если я всё равно вернулась, и всегда бы возвращалась к нему, потому что просто не могла бы иначе... Почему тогда всё так сложно? Такое чувство, что это испытание мне уже не по силам.. Человек, будто читая мои мысли, тихонько коснулся щекой моих волос, и произнёс фразу, после которой я ощутила, что моё сердце начало биться тысячу раз в минуту. — Сара, прости меня.. — отчаянно сорвалось с его губ. Никогда ранее он не говорил ничего подобного, но я знала, я чувствовала, что это было искренне. Он всё также обнимал меня, дотрагивался до моих волос, заставляя наклонить голову, придерживаясь другой рукой за моё плечо, начал покрывать моё заплаканное лицо нежными поцелуями. Соскользнул ладонью по моей щеке, по шее, и опять по плечу. И тут мне начало казаться, что это уже не падение. Нет.. Это тот самый взлёт. Правда, во время него сердце рискует разорваться на тысячу кусков. Окончательно. Я была на грани. Я давно на грани.. Я начала целовать его губы в ответ в то время, как его пальцы начали расстёгивать застёжку на моём чёрном платье. Это было его любимое платье, его подарок. Он вновь сгреб меня в охапку, и впился в мои губы уже требовательным поцелуем. Я окунулась лицом в его русые волосы. Я всегда тону в нём, я так тону в нем… Я была настолько поглощена им, что не сразу заметила, как он продолжил снимать с меня одежду, как он придвинулся ближе, как скользил руками по моему телу. У меня дрожали руки, и никак не получалось расстегнуть пуговицы. Человек начал осторожно помогать мне. Всё, как и тогда. Как и тогда в больнице. Как и в первый раз.. Он продолжил упорно тянуться к моим губам, обвивая мою шею руками, не давая отодвинуться. У меня перехватило горло, когда он заключил меня в такие крепкие объятия, от которых, кажется, могли не выдержать кости. И вновь поцелуй, но на этот раз уже я взяла в свои руки инициативу, и даже не дала ему возможности сделать первого шага. Мой язык проник к нему в рот, и медленно лаская, скользил по его языку. Прижимаясь крепче, я чувствовала, как сильно он хочет меня. И как сильно хочу его я. Он старался проникать в меня очень бережно, будто впервые. Я сходила с ума, мне хотелось ещё и ещё. Любое его прикосновение всегда действовало на меня словно сильнодействующий наркотик, от которого я с каждым разом становилась зависимой всё сильнее. Любовь — это и вправду наркотик, у которого есть серьезные побочные действия. Каждое его движение рождало отклик, всё более неподвластный мне, и я, наконец, перестала чувствовать грань между нами, и нас одновременно со страшной силой пронзила ослепительная вспышка. С каждой секундой наши стоны становились громче, и всё синхронное сливались друг с другом. Я сжимала пальцы на его плечах, впиваясь ногтями в кожу. Я пыталась что-то сказать, но он помешал мне, заткнув мой рот поцелуем, впитывая в себя мои стоны. Он полностью подчинил меня себе. Я — его пленница. Я — его собственность. Я — его заложница. И я безумно нуждаюсь в нём. — Я люблю тебя.. Я так тебя люблю.. — уже совсем не тихо, а буквально с нардывом, произнесла я. — Мы всегда будем вместе, Сара. Сегодня, завтра, спустя год, спустя век. У нас есть целая вечность.. Прошу тебя, никогда не жалей. Я всегда буду рядом. — с ещё более сильным надрывом, чем это сделала я, ответил такой злой, но такой мой Человек.

***

Когда-то у нас было время - теперь у нас есть дела Доказывать, что сильный жрёт слабых Доказывать, что сажа бела Мы всё потеряли что-то на этой безумной войне Кстати, где твои крылья, которые нравились мне?

— Дамы и господа! Приготовьтесь ужаснуться, в этот вечер вы вглянёте на наготу человеческой души! — грациозно, красиво, громко, и уже совсем не так робко, как много лет назад, я поприветствовала наших гостей, вспоминая о том, что когда-то и сама была в их числе. Я освободила место для наших актёров, и отошла за кулисы. После чего начала более внимательно рассматривать людей, сидящих в зале, и подумывать о том, кто мог бы стать следующей жертвой. Забавно, они смеются во весь голос, даже не догадываясь, что смеются над собой. И что, вероятно, скоро смеяться над ними, сидя в зале, будут совершенно другие люди. Внезапно я почувствовала такое нежное, но очень смелое, умелое и до боли знакомое прикосновение к своим плечам. — Уже присмотрела кого-то? — обнимая сзади мои плечи, произнёс Человек. — А тебя одно интересует. Злой ты человек, всё-таки. — с лёгкой ухмылкой, саркастически ответила я. — Но я твой человек. — улыбаясь, и разоварачивая меня к себе, ответил он. — Ты мой человек. — сказала я, после чего очень нежно и непринуждённо поцеловала его в губы.

***

И если завтра начнётся пожар, и всё здание будет в огне Мы погибнем без этих крыльев, которые нравились мне Где твои крылья, которые нравились мне?

По сей день я не берусь определять свою личность: злодейка, спасительница или простая авантюристка?.. Сколько бы я не пыталась — в конечном итоге всё выглядит слишком противоречивым. Судите сами, а я могу лишь поведать часть своей истории.