Проснись!

-З-за ночёвку непонятно где он получил ходзёдзюку...! А теперь нарушил одно из строгих правил...Н-не общаться с твоей семьей! Д-да что с ним сделают...?! Парень притянул ладони ко рту, шумно дыша, немного потерявшись в пространстве. Он обычный студент, что потерял всю свою семью в теракте. Он просто учился не покладая рук, работая и заботясь о младшей сестре. Он простой человек, которому не было под силу понять жестокость к близким людям...Жестокость вообще в этой жизни. -Что...Что ты только что сказал? Тенген открыл рот, совсем утратив дар речи. Он не ослышался? Ходзёдзюку? В их то времена? Звучало дико, звучало мерзко до жутких мурашек по телу. -Не общаться с нами? Как это понимать...Что это всё за бред? Узуй отшагнул назад, упираясь в стену позади, пока взгляд завис на экране телефона Танджиро. Танджиро, которого плотно окольцевал Ренгоку сзади, прикрыв рукой рот и нос, вынудив перестать так часто панически вдыхать. На экране в поиске был набран их город с подписью Кибуцуджи Мудзан, высвечивая краткую биографию средне-известной личности. Улыбчивое лицо взрослого мужчины, что выглядел совершенно обычным и добрым человеком. Темные короткие волосы под каре немного вились на концах. Его спокойный взгляд вселял доверие, был холоден и горяч одновременно, в ту очередь, как улыбка не оголяя зубов демонстрировала какую-то безопасность. Оттянув от себя ладонь Кёджиро шатен сделал шаг вперёд прямо с возлюбленным, приближаясь к Узую. -Теперь ты понял, почему всё не так просто? Почему на него никто не подумает, даже если заявить о побоях? Эмоционально шептал Танджиро, глядя в опущенные глаза напротив. -Кибуцуджи Мудзан. Помощник глав директора РЕХАБ центра нашего города. Он же сотрудничает с корпусами реабилитационных медицинских центров. Один из официально жертвующих половину зарплаты на нужды клиник для пострадавших детей пациентов с рехаба. - Танджиро встал вплотную, глядя на студента, что был в несколько раз выше него. - Без должных доказательств на него и комиссию не натравить. А как получится, то представь...У кого они не спросят все коллеги ответят, какой он добрый и благородный человек. А ещё точно не коррупционер, ведь живёт в обычном доме в простом районе, мирно оплачивая обучение сына. Все побои легко свернуть на то, что "трудный подросток всё ещё не оправился после смерти матери, совсем отбившись от рук". Теперь ты понимаешь, что это ни капельки не просто?! Танджиро всё ещё тяжело дышал, резко забрав свой мобильник, прикусив губу. А Узуй так и застыл, держа руку в воздухе перед собой, уставившись куда сквозь ладонь. Сколько всего в этот момент пролетело в его голове. Сколько воспоминаний и ниточек сложились в одно единое, собирая пазл. Даже в чёртов первый семейный ужин за пару лет...Стоило Зеницу спросить про отца, как он едва ли не посинел. Как он боялся оставаться на ночёвку, убегая от этого, как только мог. Как старался вернуться домой быстрее, нервно поглядывая на мобильник. Да всё же было так очевидно...Прямо перед носом! -Блять, всё идёт совсем не как нужно...Изначально я хотел, чтобы с получением документа он смог податься в другой город по обмену. Но у него забрали паспорт...Теперь не получится даже оформить потерю этих бумаг, потому что он совсем потеряет надежду уйти от Мудзана. Ладонь нервозно впуталась в волосы, скомкав пряди, в ту очередь, как со стороны микрофона в потолке над ними послышались предупреждающие звонки. -ДО ИГРЫ ПЯТЬ МИНУТ. СОБИРАЕМСЯ. Шёпот Танджиро медленно перешёл в непонятный бубнёж под нос. Юноша походил на сумасшедшего с подобным видом, но мало кто из здесь находящихся обращал на это внимание. Тем временем дверь тренировочной уже раскрылась, выдавая шаги идущих вперёд игроков. -Что-ж, пора хорошенько поиграть. - Всё звучало на фоне. Гул команды, шаги, бормотание Танджиро в стороне, и тихий голос Ренгоку, что нервно ходил следом за пареньком, протягивая свои руки. Мысли плыли, ноги становились ватными, а голова начинала медленно раскалываться, как...Резкий звук его мобильника заставил вернуться в реальность. Вздрогнув Узуй спешно притянул экран к лицу, принимая входящий вызов с контактом "Зеницу". Последующие мгновение выдались в полным мыле. Тенген уже не осознавал где он, и что вообще происходило. Его глаза распахнулись в страхе, но как только блондин моргнул от паники не осталось и следа. Капитан в тот же миг дёрнулся к выходу, быстро убегая прочь из спортивного корпуса. -Э, Тенген, матч же через три мин... Но никого уже не было, что заставило людей из команды непонимающе загалдеть, оглядываясь на Танджиро и Ренгоку. -Что у вас тут произошло? Он же вернётся, да? Но на игру так никто и не вернулся. Пару часов назад. -"Господи, что он делает не предупредив прямо на улице?!" Щёки Зеницу ужасно покраснели, тот что-то хмуро бубнил под нос, закрывая перегородку участка, но резкий холод со стороны мигом смысл всё смущение, заставив до вида мела побледнеть от одного касания к плечу. -Зеницу, сынок. Ты домой? Мудзан вновь появился перед ним без единого звука. Его лёгкое касание болезненно давило ему на больное плечо, сжимая кончики пальцев в том положении, в котором было хуже всего. Спокойный взгляд выглядел совершенно пустым и леденящим, вызывающий немую панику. А улыбка...Гласила одно. "Тебе конец.", "Будет больно." -"От-т..Откуда? Он же должен вернуться только через три часа. Ночная смена же...Так рано не заканчивается. Так же было всегда....Его расписание никогда не менялось!" Но все мысли были уже бесполезными. Ноги послушно шли вперёд к дому, хотя каждую секунду вес тела становился всё тяжелее. -"Увидел нас. Он увидел.." Те пару часов стали для меня пыткой. Но, я был бы готов пережить это же ещё сотню раз, если бы у меня была возможность вернуть к жизни то, что он отнял у меня в этот день. Кибуцуджи Мудзан. Надеюсь, ты сгоришь в аду. Время тянулось мучительно долго, как только замок щёлкнул в дверной скважине. Легкое для Мудзана тело было приподнято за воротник и грубо брошено в прихожей. -Ты...Маленькая неблагодарная тварь. - Холодный тон сорвался в ядовитое рычание, лицо отца искривилось в гневе. Всё указывало лишь на одно...Спокойного наказания ему не видать. Мужчина не дал времени даже снять одежду, впрочем он и сам не избавился от неё. Брюнет замахнулся правой ногой, нанося удар в живот, ударяя носком плотных ботинков, с агрессией сжав кулаки. -Шляешься к этой семейке...Прямо у меня под носом, да? Совсем страх потерял, сопляк?! Тело сжалось уже от первого удара, а руки по инерции сложились в "щит", прикрывая голову. Он старательно поджал колени к груди, плотно зажмурившись и стиснув зубы. Было больно, но боль смягчил пуховик. -Мерзкая гусеница. Никчёмный...Какой же ты никчёмный педик. - Колкое отвращение сорвалось с уст, заточенным клинком пронзая открытое сознание ребёнка. Глаза распахнулись, а в груди заныла острая боль, будто удар нанесли уже туда. Почему? Почему ему стало так тяжко от этих слов? Ведь уже столько наслушавшись непонятно чего, его зацепила ниточка их отношений с Тенгеном. -Чего молчишь, маленькая тварь?! - Он пнул тело ещё раз, потянувшись рукой к зажатой голове. Пальцы с силой схватили смоляные локоны, поднимая ребёнка в воздух, что только и скорчился от боли. -Аг! Это всё их влияние. Ты всегда так легко поддавался чужому влиянию, так никчёмно и жалко. Какой ты жалкий! Зеницу стоял практически на носочках, подрагивая в судорогах, его лицо жмурилось, а руки вытянулись вверх, сжимая кисти отца. Несколько локонов волос уже треснули, вырываясь из луковиц, но он не успел что либо сделать, как следующий удар свободной руки неожиданно прилетел по лицу. Он никогда не бил его по лицу, а значит зол был на столько, что не ясно чего ожидать. Стало...Действительно страшно. -Как она вообще могла родить такое убожество?! Каждое слово стало с издёвкой резать, тело рухнуло вниз, напряженно стараясь подняться и дёрнуться в сторону какой-то комнаты. Но у него не получалось продвинуться хоть куда-то. На спину наступили, потянув его руку вверх, выворчивая в противоположную сторону. С уст срывался глухой крик, который давился в глотке, срываясь гулкими всхлипами. Он не мог противостоять. Он не мог даже подумать, что имел возможность оттолкнуть или ударить в ответ. Это...Что-то за гранью возможного. Разве у него был хотя бы шанс, чтобы сделать это удачно? С треском рвущейся ткани с него сорвали пуховик, безостановочно нанося средней тяжести удары. Мудзан прекрасно знал свою силу и осознавал, что хватит и одного сильного удара, чтобы слабый мальчишка потерял сознание. Вот только не хотелось, чтобы его игрушка выключилась так быстро. Сладкие крики доставляли удовольствие, а лицо искарёженное в страхе ласкало самолюбие. Весь его вид так и кричал; "Да! Бойся меня! Бойся сильнее, кричи, моли о пощаде! Моли на коленях, чтобы я перестал!" Но Зеницу уже давно не надрывал горло, подавляя в себе одни кряхтения и шумные вздохи. Хотелось вырвать из него как можно больше этих звуков, заставить рыдать, захлёбываться в своей крови, демонстрируя на сколько же он жалкий. В голове Кибуцуджи не осталось ни одной здоровой мысли, а нескончаемая агрессия давала всё больше и больше сил. Парень карабкался по полу, на дрожащей руке подтягивая ноющее тело. У него совсем не было сил, он тяжело дышал, слыша странные хрипы в собственном горле и с трудом ориентируясь из-за мутного мыла перед глазами. Всё закончилось? Сколько времени прошло? Было жарко и холодно одновременно...Он почти не мог открыть один глаз и ощущал железный привкус во рту. Сколько же времени прошло? Всё закончилось? -Язык онемел?! Раздражаешь...Как же ты меня раздражаешь! Всё больше и больше агрессии и очередной пинок в спину. Нет, ещё не закончилось. Он слабо дёргался под топчущими ударами ботинок по своей спине. Место между лопаток тянуще знобило, но всё ощущалось словно бы внутри лёгких. Он же ничего не сломал? Почему было больнее обычного? -БЛЯТЬ, ХВАТИТ ЧИРИКАТЬ! Звонкая, как шелест колокола фраза резко пронзила разум. Зеницу спешно распахнул глаза, но полностью открылся лишь один. Брюнет с дрожью в теле приподнялся на локтях, медленно поворачивая голову в сторону Мудзана. Тот был уже у клетки, раздражённо дёрнув её ладонью. -Н-нет... Панически слетело с хриплого горла, что тут же сухо сковалось, вызвав кашель. Отвратительно...Всё тело ныло так, что ему было больно дышать, а от кашля тупая и одновременно резкая боль отдавала в саму голову, вызывая дымку пред глазами. -А? Мужчина оглянулся, через мгновения его губы искривились в острой улыбке, а глаза недобро блеснули ядовито красным. -Что, страшно? Страшно, да? - Он вновь ударил клетку, вызвав внутри мёртвый холодок. Нет, нет...Только не то, чего он боялся столько времени. Это же не правда...Не правда, да? Агацума дрожаще согнул ноги в коленях, приподнимаясь из лежачего положения, чтобы так же заторможенно пытаться встать. -Н-не тр-р.. -Ха-а-а... Блаженный выдох сорвался с искажённого безумством лица. Словно свежий глоток воздуха...Наконец у него в руках появился рычаг, который легко отражался на Зеницу. -Не над-д-! Все было медленно для Агацумы, но мгновенно для Мудзана, что дёрнувшись вперёд нанёс удар с ноги, вынудив дрогнувшее тело рухнуть вниз лицом. Но как только мужчина подходил к клетке Зеницу вставал. Вставал и падал вновь после очередного удара. Раз за разом, третий, четвёртый...Звук птицы не унимался, а брюнет всё продолжал что-то бубнить под нос, безостановочно пытаясь встать. -Какая прелесть, Зениц-у-у~ Ты всё равно встаёшь. Удовольствие тянулось, на столько, на сколько могло. Но этого всё ещё было недостаточно...Слишком мало. Рыкнув себе под нос Мудзан раскрыл клетку, схватив ладонью жалко пикнущего воробья. -Нет! Будто бы с новой силой и новым рывком брюнет спешно вскочил, двинувшись вперёд. Так отчаянно и глупо...В его глазах была такая решительность, словно ему и правда было по силам дать отпор. Подобное не могло не позабавить засмеявшегося Кибуцуджи. Очередной разворот с ноги и тело вновь оказалось на полу, но в этот же момент начало карабкаться в стойку. -Не трог-ай...Отпусти...Не надо... -Что, что? Ядовитые усмешки с трудом долетали до разума Зеницу. Ему было больно, он думал, что физическая боль единственное, что было тяжело, но...Моральный страх оказался сильнее. Тело поднималось, рука тянулась вперёд, но было слишком...бесполезно. -Пож-жалуйста...Пожалуйста отпусти. С тихим всхлипом сорвалось с уст Брюнета, стоило услышать очередной сдавленный писк воробья. Кажется кулак Мудзана сжимался, вызывая тяжёлые боли у невинной птицы. -Умоляю...Умоляю, я б-больше не буду нарушать правила. Н-никогда...Я никогда не буду. Клянусь..Клянусь. Энергии уже не осталось, чтобы просто подняться. Он подрагивая полз на коленях, сжав подол брюк отца, подтягиваясь выше к колену. Глаза уже давно безудержно слезились, выпуская дорожки слёз. Какой жалкий вид, какие жалкие мольбы...То, что добивался Мудзан наконец свершилось, стоило всего лишь добраться до птицы. -Наконец опомнился, Зеницу? Усмехнувшись он сильнее стиснул воробья, вырвав более мучительный выкрик Агацумы и более глухой писк животного. -А мог бы сказать это раньше. Ты сам виноват во всем этом. Ты. Сам. - Мужчина дёрнул ногой, отдёргивая руку Зеницу от себя - Виноват. - Он разжал пальцы, из которых выпала сдавленная птица, безвольно рухнув вниз. Брюнет даже не успел поймать её, на сколько быстро она рухнула головой вниз. Тяжёлыми шагами мужчина покинул помещение, закрывая дверь. Зеницу всё равно никуда не денется ближайшую неделю, пока раны не сойдут с его лица. -"Господи...Господи, пожалуйста...Я не просил у тебя ничего. Не попрошу никогда...Пусть Чунтаро будет жив. Пожалуйста...Умоляю, пусть он будет живой." Он медленно давился собственными всхлипами, дрожащей рукой подобрав воробья. Ладони притянули животное ближе, прислушиваясь к сердцебиению, но из-за шума в голове он с трудом мог что-то услышать. Да и перед глазами одно мыло, не ясно двигалась ли грудная часть. Кажется одна лапка судорожно дрогнула, вынудив моментально подскочить. Да, весь его организм прожигало болью. Затылок от резкого поднятия потянуло так, словно по нему несколько раз был нанесён удар. Но надежда...Дала обилие адреналина, заставив наплевать на боль. Сердце в груди заколотилось с такой силой, что становилось страшно, но страшно лишь за Чунтаро. Он пугливо осмотрелся, быстро кинув взор в сторону окна. Уже через минуту в комнате юноши не было. От снега уже не осталось и следа, но это всё ещё холодная зима, которую Агацума не ощущал. Он бежал вперёд, хромая и падая, но вытягивая руки вперёд, чтобы не повредить воробья. В какой-то момент ладонь потянулась в задний карман, выудив мобильник. Кнопочный телефон не поддавался никаким преградам, оставаясь "рабочим", даже сотню раз рухнув об кафель и бетон. -Т-т-тенген...Пожалуйста...Ум-моляю приди... - Искажённый болью и отчаянием голос послышался на той сторон трубки. Он давился в своих слезах, звуча совсем замучено. - Я-я буду в ближайшей вв-ветклинике. Ум-мо.. - Но далее голос оборвался, а на телефоне раздались гудки. Узуй не слышал собственных мыслей, ведь их просто не было. В голове стояла гулкая пустота и цель - добраться к Агацуме как можно скорее. Ему повезло, ведь пробегая мимо остановки он застал автобус в сторону их дома. Ближайшая ветклиника...В их городе таких было совсем не много, но так как никакого животного у Тенгена в жизни не было, на это здание он не обращал внимания. В самом автобусе Узуй тяжело дышал, согнувшись и облокотившись ладонями о колени. Лёгкие жгло на холодном воздухе, а студент выбежал в одной спортивной форме, имея при себе лишь ветровку. Нечто подобное, как холод волновало его в последнюю очередь...Впервые в жизни он так переживал из-за скорости передвижения транспорта, чьё движение напоминало ход улитки. Когда блондин всё же добрался до клиники с шумом врываясь в коридор, то панически огляделся, но долго искать Зеницу ему не пришлось. Парень сидел один на целом ряде металлических стульев, глухо дрожа и немо захлёбываясь в своих слезах. Люди в стороне придерживая своих животных за поводки и переноски перешёптывались, а кто-то сочувствующе поджимал губы. Но по большей степени молодого парня остерегались по изодранному виду и крови на лице. -"Боже." - Самое приличное, что пролетело в голове Узуя, который моментально ринулся вперёд, опустившись перед Агацумой на колени. -Солнышко, что такое? В чём дело? - Обеспокоенно забормотал блондин, широко раскрытыми глазами бегая по всему внешнему виду пацана. Его руки осторожно сжали колени Зеницу, а сердце внутри уже разбилось на сотню кусочков. -Мх-м..Т-тенг.. - Но парниша не успел договорить, тут же жалостливо сжав маленький чёрный коробок в руках, резко опускаясь всем телом вниз. Его судорожные всхлипы стали чаще, а лицо спряталось где-то под ключицей Узуя, безостановочно изливаясь в футболку. -Уб-бил...Он его уби-и-ил... - Сорванный шёпот перерос в тихий вой под нос, в ту очередь, как побледневший Узуй каменными руками окутал спину партнёра, уложив голову с раскрытыми глазами на его макушку. -"Убил?..." - Кого? Кто? При каких обстоятельствах и почему Зеницу находился в таком виде, хотя с утра всё было более, чем хорошо. Всё его лицо, которое парень даже не успел рассмотреть было красным, а местами синеватым. Под его носом была засохшая дорожка крови, а один глаз и нижняя губа вспухли от явных ударов. Это было самое яркое, что он заметил, с холодком внутри осознавая ситуацию. Кибуцуджи Мудзан... Кибуцуджи Мудзан... Монстр. Недобрый огонёк в глазах скользнул лишь на секунду, после которой Тенген полностью вернулся в реальность, тихо став шептать что-то на ухо Зеницу с осторожностью тиская его плечи. Было точно так же страшно касаться этого, казалось хрустально хрупкого человека. Где ещё у него были раны? На сколько их много? На сколько они серьёзны? Но жалобный вой не давал сосредоточиться на дальнейших действиях, заставив болезненно зажмурть глаза, опуская уголки губ. Убил...Чунтаро? Верно. По какой ещё причине Зеницу находился в ветклинике, сжимая двумя руками чёрный коробочек под своим животом. Понадобилось ещё какое-то время, чтобы парниша перестал рыдать на столько безудержно и сорванно. Он едва контролировал своё дыхание, задыхаясь в порывах непонятного бубнежа. Узуй с трудом поднялся, принося стаканчик холодной воды с кулера, но Зеницу не принимал её и даже не смотрел в сторону пластикового предмета. Он всё сжимал свой коробок, глядя в одну точку сквозь пелену в глазах. Следующие тридцать минут выдались трудноватыми...Мягко говоря. Тенген узнал о том, в каком состоянии "прибыла" птица самолично, поговорив с принявшим вбежавшего пацана без очереди врачом. Оказалось, что помочь воробью в таком состоянии было уже невозможно...Его ребра были сломаны и словно бы раздавлены. Скорую смерть спровоцировало внутреннее кровотечение, сломанные кости пробили органы внутри, не оставляя птице и шанса. Никто так и не узнал у этого парня, что случилось с воробьём, где он был найден и почему сам юноша находился в таком состоянии. Клиника так же предоставляла свои услуги на кремирование животных, но Зеницу был не в состоянии даже стоять на месте, от чего его оставили в покое, дав картонную коробочку для воробья. -Давай...Нужно это сделать сейчас. - Тихо говорил Узуй, продолжая сидеть на коленях перед партнёром. Агацума всё никак не мог успокоиться и стоило слезам перестать течь хотя бы на минуту, как следующий взрыв эмоций начинал круг заново. -Н-не-ет...Не мог-гу...Не-е...Чунт-тар... Руки судорожно и бережно сжимали коробочку, смотря под открытую крышку на сжатого воробья. Лапы были расслаблены, клюв приоткрыт...Весь вид вызывал отвратительно болезненный скрежет внутри, увеличивая ком в горле. В конечном итоге Зеницу не смог быть в момент кремации. Это казалось жестокой пыткой наблюдать за процессом, на который отправился сам Тенген, возвращаясь к парнише с крошечной урной для праха. -Ы-хв..М-мой Чунтаро... - Дрогнувший голос прошёлся новой резнёй по ушам Узуя, начиная очередную безудержную волну. Брюнет схватил маленькую урну, панически сжимая её в одной ладони, чтобы прижать к гуди, шатко угрожая рухнуть к полу. По всему виду парня можно отчётливо сказать, что он вот вот окажется в обмороке от...Всего. Переизбытка чувств горя, бессилия и изнеможения. Как оказалось никакой верхней одежды на Зеницу не было с самого начала и мальчишка прибежал сюда в одной водолазке по среди зимы. Да и сам Тенген бросил все свои вещи в университете о котором сейчас даже не думал. Телефон давно стоял на беззвучном режиме с прибытия в клинику, когда стал разрываться от звонков. Оплата за услугу клиники и вызова такси успешно произвелась с того же телефона, а от взгляда в сторону дома Агацумы, мимо которого они проехали Тенгена бросило в язвительное отвращение. Вот только в придачу ещё и в липкий страх, что их мог заметить Мудзан. Тело Зеницу сильно ослабло и в данный момент парень казался на грани сознания. Глаза почти закрывались, краснота сменилось синевой и бледностью, а самого его безвольно клонило то в одну сторону, то в другую. Придерживая парня за талию, закинув одну его руку на своё плечо Узуй спешно перетащил тело к своему крыльцу, с осторожностью оглядываясь. Его руки оказались заняты, так что вместо звонка Тенген "постучал" ногой, безостановочно колотя дверь. -Эй, что за..? Послышался недовольный голос за дверью уже спустя пару секунд. Женщина взглянула в дверной глазок, завидав белоснежный цвет волос, но...Кого она не ожидала увидеть, открыв замок, так обмякшее тело Агацумы, что уже отключилось от сознания. Женщина секундно шугнулась, едва успев открыть рот, как Тенген сделал широкие шаги вперёд, проходя вглубь квартиры в обуви. -Ничего не спрашивай, я всё объясню позже. После чего её сын скрылся в глубине дома, осторожно скидывая ватное тело на свою кровать. Мальчишка тут же нервно сжался, болезненно нахмурив брови, но не открыл глаза, так и продолжая подрагивать без сознания. -"Блять...Блять." - Узуй глядел на него сверху ещё три минуты, резко приложив ладони к своему лицу, шумно вдохнув. - "Твою мать...!" - Кто мог ожидать...Такого? ТАКОГО? Не смотря на все свои действия Тенген с трудом соображал, что делал. Его голова оставалась полностью пустой, но теперь наполнялась обилием мыслей от которых виски болезненно сдавило. Что же было бы разумнее сделать сейчас?...Постояв над телом ещё пару секунд блондин развернулся в сторону, сделав пару шагов по деревянной поверхности, а после вернулся к исходной точке, в конце концов покидая помещение. Буквально у входа его ждала мать, стискивающая руки на своей груди и с явным напряжением глядя в глаза застывшему Тенгену. Она не сказала и слова, немо и терпеливо ожидая от сына рассказа происходящего. -Я...Не знаю, с чего мне начать. Мрачно пробубнил Тенген, будучи уже не кухне в окружении отца и матери. Женщина села за стол, сложив руки в замок, тут же качнув головой. -Тогда вспомни правило шести вопросов. Кто? -Зеницу. -Когда? -Сегодня с утра. -Где? -У себя дома. -Что? -Был...Избит. - Узуй сжал пальцами стул, не силах просто сесть на место. Он вновь отвернулся, начав бродить в разные стороны. Женщина в этот момент скомкала руки точно так же, покосившись в сторону супруга. -Это Мудзан? - С короткой заминкой протянула блондинка. Тенген тут же замер, развернув голову в её сторону. -Были основания, что твои подозрения сразу пали на него? Судя по реакции сына всё было именно так, как она сказала. Стиснув зубы женщина рыкнул под нос, сжав прядь волос у виска. -Человек он лицемерный с ног до головы...Трудно не заметить. Но чтобы дойти до такого... -Мне рассказал об этом его друг сегодня, говорил, что это было уже давно. А сегодня... - Сглотнув, Узуй скрипнул челюстью, отвернув голову. - Он убил его птицу... Не успел сын договорить, как мужчина неожиданно поднялся с места, последовав на выход из комнаты. -Не смей. - Мать семейства поднялась следом, хлопнув ладонями по столу, так и зависнув. С первой же её фразы муж замер, холодно сверля входной проём перед собой. -Это очень плохое решение. Оно сделает только хуже. -Разве этот человек заслуживает исхода "по закону"? - Мрачно протянул ставшим особенно низкий голос. -Нет. Точно нет, но и мы не боги, вершить правосудие собственноручно. -А ему можно собственноручно убивать ребёнка!? Да как он...Да как он только смел делать такое с Зеницу... Крайне тихо рычал мужчина, ослабив пыл, стоило женщине коснуться его плеча ладонью, медленно оглаживая. Тенген ещё ни ризу не видел своих родителей в таком расположении духа, пусть и знал, что оба личности были невероятно волевыми. -Значит его друг...Это который Танджиро, да? -Да...И как ты только помнишь столько имён посторонних тебе детей? -Я помню имена всех своих воспитаников и людей с которыми ты дружил. Так вот..Если вы обсуждали это, и он так резко рассказал тебе, то что этому послужило? -Он готовил план, по которому Зеницу мог уйти от отца оставаясь при учёбе и с безопасным местожительством. -Так...Не плохо. Тогда обязательно свяжись с ним прямо сегодня. Он точно много знает и если готовил это, то обладает не малыми данными. Она говорила строго и уверенно, открывая створку комнаты Тенгена. Парень, что лежал на кровати был ей, словно второй сын. И сейчас наблюдать за таким ужасным видом ребёнка...Все в груди жалостливо перевернулось, вынуждая тяжело сглотнуть, опускаясь перед койкой. Рука осторожно оттянул воротник на шее, подсвечивая вид фонариком с телефона. Следом она оттянула рукава, заглянув и под ткань на торсе, несдержанно ужасаясь. -Так...Сейчас в первую очередь звоним в скорую. Они уже следом при таких явных следах насилия обязаны обратиться в полицию. Нам как раз пригодиться официальные медицинское фиксирование побоев. -Понятно, но..Мудзан же может всё увидеть. Зеницу явно сбежал, ибо в ветклинике был без верхней одежды. Скорее всего Кибуцуджи уже ищет его и при виде скорой пазл может сложиться. -Тоже верно...Законный представитель Зеницу сможет наплести что угодно - на него даже подозрения не упадут. В таком случае нам самим нужно вести его в больницу. -Понял, вызываю машину. -И Танджиро напиши сейчас, пусть по возможности поддерживает связь, возможно нужно будет приехать. Блондин хмуро кивнул матери, поспешив забить нужную информацию. Для начала пункт назначения - "Больница", далее машина и короткое смс Комадо. "Нашёл Зеницу. Везу с матерью его в больницу. В тяжёлом состоянии, сможешь приехать?" Ответ не заставил себя долго ждать. Было чёткое ощущение, что Танджиро ждал, когда ему дадут хоть какую-то весточку. "Да" Тенген немного скованно выдохнул под нос, мимолётно взглянув на лежащее без движений тело. Женщина только-только отстранилась от пацана, поспешив покинуть комнату. Им не стоило ни вытирать его, ни касаться лишний раз, чтобы не "стереть следы преступления", впрочем...Масштаб произошедшего был действительно огромным. "Я скину адрес позже, будь на связи. Включаю режим самолёта, телефон разрывается." Не дождавшись ответа Узуй отключил мобильник, устало зажмурив глаза. Не было и единой мысли по "поводу" этих звонок. Каждый член команды по очереди пытался до него "достучаться", заваливая сообщениями. А вот звонок от тренера был лишь единожды. Как запомнил блондин ориентировочное время прибытия машины через десять минут. Ему хватит и двух, чтобы перенести тело на руках в такси, так что сейчас стоило просто...Просто... -"Блять..." Голову болезненно кольнуло со всех сторон, вынудив пошатнуться при шаге вперёд. Немного мутный взгляд бросился вниз на обе ладони, что были самую малость в грязи, но зрачок зацепился за небольшое подсохшее пятнышко крови почти на его кисти. До крови...Как можно было так жестоко избивать до крови? Ведь он вполне мог забить парня досмерти.. Кончики пальцев едва заметно подрагивали, а сердце несдержанно выбивалось из груди. Женщина секундно заглянула в комнату, завидав, как Узуй всё ещё стоял на одном и том же месте, кажется затерявшись в своих мыслях. -Я собрала ему твои старые вещи переодеться, и подготовила документы, чем ты занимаешься? Иди сам переоденься. Она не стояла на месте, тут же двинувшись в свою комнату. Узуй отмер по приказу, двинувшись к шкафу даже не обернувшись на голос. Он всё ещё словно обычный ребёнок, которому уж точно не приходилось участвовать в чём-то...Таком. Но, наверно он всё равно держался лучше, чем любой другой человек на его месте? Разве нет? Всё пытался убедить себя Узуй, хватая одежду и следуя в ванную комнату. Вымыть руки дело одной минуты, дело второй переодеть спортивную форму на повседневку, попутно схватив в коридоре вторую куртку. В неё по окончанию их дел Тенген и собирался укутать Зеницу, как неожиданно в дверь раздался звонок. Вроде как гостей они не ждали, да и такси не имело такой функции, как забирать клиентов с крыльца на руках донося до машины. Настроение и так ни к чёрту, а если кто-то из команды припёрся к нему прямо домой для разбирательств...не долго думая он глубоко вдохнул, заглянув в дверной глазок, как тут же беззвучно дёрнулся, едва ли не врезавшись спиной в низкую мать. -Эт-т.. Тихо зашептал Тенген, заставив женщину тут же нахмуриться. Она поняла сразу, махнув сыну скрыться в гостиной. -Ох, добрый день...Господин Мудзан, я даже не ожидала вас увидеть. Удивлённо раскрыла глаза женщина, тут же радостно улыбнувшись. -Так неожиданно...Что вас к нам привело? Кибуцуджи стоял на месте, сложив руки в замок перед собой, немного нервно перебегая взглядом по чужому коридору. -Госпожа...Простите за столь неожиданный визит. - Брюнет более спокойно склонил голову, тут же вскидывая волнительный взгляд. - У меня случилась беда. - Нервно продолжил Мудзан, в чьих глазах заискрили поистине болезненные искорки. -Мой сын заявился домой в ужасном состоянии. Кажется...Как бы мне не хотелось это говорить, опять влез с кем-то в драку. Я только успел сбегать за аптечкой, а его и след простыл..Уже часа два не отвечает мне на звонки. Он случаем не у вас? Блондинка на весь рассказ только и дернула плечи, с раскрытыми глазами прикрыв рот ладонью. -Боже... - Ужасающе забубнила она, волнительно вскинув брови. - Какой ужас, но...Нет, нет, он не показывался у нас. Если вдруг придёт мы тут же сообщим вам, Господин Кибуцуджи. Она поклонилась вслед уходящему от двери Мудзану, сочувствующе кинув ему взгляд в спину, а после закрыла дверь, отворачиваясь. -Тенген, сынок, представляешь! С Зеницу такое случилось... Показательно громко протянула мать семейства, следуя вглубь дома. Она знала, её слышат. И они оба были отличными актёрами. -Не хорошо...Если он будет здесь ошиваться, то точно заметит нас. -Тогда я переоформлю машину к заднему двору, выйдем там. Тенген быстро подхватил ситуацию, хотя было видно, как от злости на его лбу взбухли вены. Не сложно понять, что он слышал совершенно всё, не веря, на сколько можно так нагло врать глядя прямо в глаза. Но, ясно одно...Он почувствовал опасность, уже пытаясь предотвратить риски. Много времени переоформить заказ не понадобилось, уже вскоре Узуй надел на себя тёмную куртку, натянув капюшон и пропустил женщину вперёд себя оглядеться. Когда путь был чистым подхватив Зеницу удобной хваткой, Узуй поднял тело с кровати на руки, осторожно стискивая ладони под худыми коленками. Они покинули дом и сели в машину, где с неким напряжением на двоих блондинов покосился водитель. Дорога к больнице была быстрой. Тенген скинул Танджиро адрес их местонахождения и практически всю дорогу просто оглаживал чёрные волосы, нежно сложенной на своих коленях головы возлюбленного. По приезду в больницу они проследовали в отделение травмпункта, где с телом на руках блондин мрачно отпугивал многих людей, скорее не прося пустить без очереди, а приказывая. По ходу осмотра стало ясно, что мальчишка не в обмороке, а просто уснул, причём просыпаясь часто и совершенно незаметно для Узуя. -Что-ж, тут однозначные следы побоев. Многочисленные гематомы, ушибы мягких тканей... Зеницу лежал на кушетке будучи в одном лишь белье, его тело периодически вздрагивало само, ежась от пробирающегося холода. Пожилой мужчина в перчатках ощупал впалый живот, скользнув вверх к груди, надавив на взбухшую часть ребра. - Явных признаков перелома нет, хотя для полного удостоверения в отсутствии внутренних стоило бы сделать рентген. - Врач сжал одной ладонью грудную клетку, вытянув руку брюнета в сторону. Зоны под подмышками были так же затёрты, а красная кожа говорила о раздражённости. -Шихира-сан, для начала зафиксируйте всё, что найдёте. - Склонив голову он кинул взгляд на медсестру, что кивнула, выбирая из стопки нужный бланк. - Я так понимаю вам нужна справка о нанесённых травмах? - Отстранившись, седой мужчина стянул с себя перчатки, а следом и очки, проходя к рабочему столу. - Это быстро, не переживайте в скорой помощи молодой человек не нуждается, следов внутреннего кровотечения нет. Но, по внешнему осмотру могу сказать, что многие отметины не первой свежести, если юноша на ежедневной основе подвергается насилию и никуда не обращался, то есть фиксировано это не было - мы будем вынуждены обратиться в полицию и от своего лица. Блондинка на это только согласна кивнула, ибо это было бы для них даже лучше самостоятельного обращения в полицейский участок. -В таком случае вызову сюда бригаду. - Рука мужчины уже потянулась к телефону, а взгляд Тенгена находящегося у входа не мог оторваться от бледного тела. Нагой, открытый...Такой хрупкий и сломанный во всех понятиях. Узуй уже давно не видел его без большого слоя самой разной одежды. Его кости крайне сильно выпирали, острые ключицы и яркое очертание рёбер, тазобедренные кости, коленки...Острым казалось всё, а почти сине-фиолетовые краски на всей поверхности кожи просто убивали. Подумать только, а ведь он всегда ел с таким аппетитом и в столовой и в их доме, что было миловито забавно, а сейчас от этого ощущения и следа не осталось. Зеницу хотелось спрятать, обдать теплом и заботой, не оставить даже нотки "триггера" к воспоминаниям о жизни, которую он так упрямо скрывал. Уголки губ Узуя были строго направлены вниз, руки сложенные на груди, то и дело впивались ногтями в ладони. Как же мерзко...Почему он всё замечал в последний момент? Совершенно всё. Но с этого момента всё будет иначе. Прошло ещё какое-то время, за которые Комадо оказался в нужном месте, наконец дозвонившись до Тенгена. Парня перестали терроризировать звонками, давая возможность спокойно пользоваться мобильником. -Что с ним? - С полностью сбитым дыханием забормотал Танджиро, распахнутыми глазами глядя на хмурого блондина. -Живой. Отправили на рентген на всякий случай. Постоянно спит, просыпается и тут же засыпает, будто месяц пытали бессонием. Узуй нервно сомкнул губы, раздражённо хмыкнув себе под нос. Он ответил максимально скомкано и холодно..Ведь врачи сказали, что это не хорошо. Точнее они просто не сталкивались с таким. Чтобы человек "спал", даже когда его трогают и куда-то переносят нужно чтобы он был либо под снотворным, либо пьяным. Иные случае равнялись к обмороку, коме или анестезии. Но...Обычный сон? -Значит у него есть подозрения на переломы? Всё на стольк... -Да, всё хуёво! Вновь прорычал Тенген под нос, никак не повышая тон. Он был зол, но не на Комадо. Он даже не понимал, злился ли на Мудзана или свою собственную слепость. -Не горячись, иди выпей воды. - Устало протянула женщина, что вынырнула из-за угла больничного коридора. Узуй ушёл сразу же, молчаливо буравя автоматы с напитками, никак не отреагировав на резке появление матери. -Танджиро Комадо, давно не виделись. - Наконец блондинка предстала перед давним знакомым, обеспокоено улыбаясь в тёмные глаза. -Всё не так плохо, как сказал сын, но и не хорошо. Ты ведь хотел дать этому ход, верно? Шатен нервозно забегал взглядом по помещению, низко опуская голову и тело в поклоне. А после сжал ладонями локти, поджимая плечи. -З-здравствуйте! Да..Да, я хотел, н-но.. -Тише, Танджиро. Сейчас всё в порядке и он под присмотром. Давай ты немного придёшь в себя и хотя бы отдышишься. Она вновь улыбнулась, приподняв руку к парнишке, что был самую малость выше её самой. Да...Этого мальца она тоже помнила. Бедный ребёнок, что потерял всю свою семью и затащил на свои плечи огромную ответственность. Он был бледным, как меловые горы с глубокими мешками под глазами. Он был напряжён и едва ли не дрожал, бегая красноватыми глазами в разные стороны. Они всё ещё такие дети, коим выпала беда, но не боясь они ринулись к проблемам, будучи совсем не готовым к такой нагрузке. Какие сильные и смелые дети... Следующие несколько часов...Да что там часов, дней выдались крайне суматошными. Переломов у мальчишки не выявились, но из-за многочисленных ударов в живот и грудь несколько органов были просто отбиты и требовали за собой уход. Его состояние теперь зафиксировано бумагами, после чего раны были промыты и обработаны. Уже сам Тенген одевал брюнета в свою старую одежду, что из-за быстрого роста мышечной массы стала ему попросту мала. Даже так кусочки ткани висели там, где не должны были, делая из пацана худощавую мумию. Процесс одевания заметил и Танджиро, что окончательно слившись с больничными стенами подавлял в себе тошноту, в конце концов скрывшись в туалете. -"Это из-за меня...Это я виноват. Я дотянул...Надо было раньше действовать. Я же знал...Чёрт, чёрт!" Чувство вины давило так сильно, что ему казалось он стал задыхаться. В себя прийти ему помогала блондинка, строго давая инструкции без какой либо жалости. Через какое-то время к больнице приехала бригада ответственной за такие дела полиции. С нужным бланком принять заявление они могли прямо на месте без необходимости езды в участок. К сожалению были некоторые затруднения...Чтобы дать делу ход нужно заявление от самого пострадавшего. Вот только Зеницу всё ещё спал, не реагируя даже на безжалостные пошлёпывания по щекам от медсестры. Парниша просто мычал что-то под нос, жмурясь, но тут же засыпал обратно, не открывая век. Да, им предоставили справку о побоях, Танджиро поделился собранным материалом и записью диктофона. Но..Они всё ещё не имели права давать этому ход без подписи Зеницу. -Послушайте. Его документы буквально отобрали по совершеннолетию, даже если он придёт в себя не сможет полностью заполнить ваш бланк без удостоверения личности. Всё же даже с побоями на лицо после происходящего, как ему дальше ходить по этому городу без страха, если даже полиция не может помочь? Мужчина в форме качнул головой, открыв рот и выдав то, что они уже прекрасно слышали. Они не имеют право ничего делать без заявления от пострадавшего. А тем временем Узуй уже крайне видно чужим взорам закипал. -Ладно. Но вы же помните, что по закону совершеннолетие вступает в силу документально только через неделю после Дня Рождения? У нас ещё два дня, а значит я имею право, как соседка подать жалобу по ходу совершения насилия над этим ребёнком. -Это да, но... -Чтобы убедиться, что срок именно два дня вы можете связаться с учебным заведением Агацумы, где лежат копии его документов. Так что, мы будем давать ход захвату преступления или мне идти к вышестоящему начальству? Всё её слова были уверены и холодны. Она не отклонялась от законов, но при этом умудрялась "надавить" на человечность, что выходило с трудом. Тем не менее на облегчённый выдох троих человек заявление было принято. Точнее будет после того, как представители власти убедятся в действии "двух дней". Тенген сидел посреди малознакомого себе помещения, а всё из-за того, что их дома находились слишком близко к друг другу...Вести Агацуму обратно просто опасно, да и самому парнишке по "возвращению в реальный мир" точно будет не по себе. Именно поэтому мать Тенгена отдала ему ключи от квартиры своей сестры, что достаточно давно уехала из страны по рабочим делам. Это было как раз кстати...Многоэтажка ближе к центру города, шестой этаж с видом выхода к парковке. Здесь не было ничего особенного, пустые стены, минимально обставленная мебелью территория. Никакого декора и даже маленьких ковров, но на пару суток точно сгодится. Мама уехала всего полчаса назад, оставив пакет в нужными лекарствами, да продуктовый чтобы обязательно накормить Зеницу. В успехе Тенген искренне сомневался...Как и в ближайшем хорошем будущем. Они оба находились посреди маленькой спальни с полностью зашторенными окнами. Уже глубокий вечер, который перетекал в ночь - а Зеницу всё ещё спал. Беспокойство паразитирующе пожирало Узуя, не давая ему просто лечь рядом на полуторную кровать, сомкнув глаза хотя бы на пятнадцать минут. -"Теперь всё будет хорошо, солнышко...Только проснись уже." Блондин бродил из комнаты в комнату уже какое-то время, наконец склонившись на колени перед койкой. Его ладонь бережно подтянула одеяло поближе к груди парнишки, поправляя отросшие смоляные волосы. После больницы всё его тело обработали и наложили повязку, которую стоило менять более трёх раз за сутки. И, очевидно во многих местах с обработкой Агацуме понадобиться помощь...Было до жути неприятно просто глядеть на избитое лицо, а тело - подавно. Злоба тут же наполняла каждую клеточку организма, желая причинить точно такую же боль обидчику, умножая её на сто. -"Танджиро уже извёлся, всё винит себя, что не начал действовать раньше. Ты же знаешь его, упрямый парень, наверно ещё месяц будет в суматохе после этого." Тенген всё говорил сам с собой в мыслях, будто бы Зеницу мог его слышать. Всё это время рука с осторожностью оглаживала плечо партнёра прямо поверх одеяла, сквозь полумрак разглядывая уставшее лицо. Разбитая губа, повязка на одном глазе, под которой спрятано взбухшее веко. Касаться становилось страшно. Узуй просидел так ещё пару минут, вновь выходя из комнаты. На прикроватной тумбочке уже расставлены необходимые медикаменты, а так же стоял стакан с бутылочкой воды. Он походил по кухне, уложив маленькое колличество еды в холодильник, все не в силах остановиться что-то делать, перебирать, перекладывать. Лишь тихий шум в двенадцать ночи заставил подорваться с места, влетая в комнату. Свет там был погашен, но дверь открыта, из-за чего помещение наполнял только полумрак. -Зеницу? Проснулся? Блондин поспешил подойти ближе, включая настольную лампочку с мягким жёлтоватым оттенком. К тому моменту Агацума уже приподнялся с кровати, с прищуренным глазом пытаясь осознать свое местонахождение. -Тен... - Хрипло сорвалось с губ, когда парниша раскрыл глаза, быстро вспомнив всё, что было до его отключки. -Г-где...Где.. - Сбито забормотал Зеницу, жмурясь от лёгкой боли при движении груди, но всё равно не остановился, став стаскивать с себя одеяло в попытках встать. -Мы в квартире моей тёти. - Протянув руки, блондин выставил ладони вперёд, чтобы перегородить партнёру путь, укладывая нервный комок обратно. -Нет, не это..Где Чунтаро? Где о-он? - Голос парнишки вновь дрогнул, пока руки всё панически ёрзали по кровати вместе с вертящейся в разные стороны головой. -Он здесь, он здесь Зеницу, тише-тише, не вертись так. Тенген сорвался в сторону, быстро подхватив маленькую урну с прикроватной тумбочки, а после уложил её прямо в вытянутые руки брюнета. Это зрелище та ещё пытка..Как широко раскрытый глаз расслабленно закрылся, а с губ сорвался облегчённый выдох. Его ладони сомкнули вазу "лодочкой", прижав к груди так крепко, как только могли, безостановочно дрожа. Узуй молчал, пока молчал сам Зеницу, зависнув в таком положении на пару минут. Он просто размеренно дышал, медленно отложив урну на подушку рядом с собой, приблизив её вплотную. -А почему мы...У твоей тёти? - Наконец продолжил брюнет, медленно переводя взгляд на свои ладони. Это...Не его рукава. Не было ни водолазки, ни нарукавников. Лишь широкая кофта, под которой скрывались наложенные бинты. -Ч-чт...Это твоя одежда? - Агацума резко поддался вперёд, скинув одеяло с тела с концами. Да, на нём были не школьные штаны, а домашние и всё такие же широкие и большие. Двигаться было почему-то крайне неприятно, а к глазу словно что-то прилипло. Тенген не успел ответить ни на один вопрос, лишь вытянув руку, чтобы мягко сжать ладонь Зеницу, которая попыталась убрать пластырь с лица. -Не трогай, я её только поменял. -Поменял что? - Агацума непонимающе склонил голову к Тенгену, смотря на него...Совсем пусто. -Повязку на твоём глазе. - Спустя две секунды ответил парень, вставая с колен. -А эта одежда...Ты что, раздевал меня? Тяжесть явно натягивалась всё сильнее, хотя Узуй прекрасно понимал, к чему вёл собеседник. Агацума ведь всё помнил и судя по лицу был далеко не счастлив, что его партнёр увидел "всё". Буквально все раны и множественные следы побоев. -Не я. Врач. - Сдержанно и спокойно, но с сильный трудом, Тенген продолжал говорить, присаживаясь рядом на край кровати. -Врач?! - Но тушка тут же пугливо взвилась, привычно себе подпрыгнув с места, болезненно жмуря око. - Н-нет, только не врач...Зачем ты...Ты его вызвал? Он заполнял бумаги? Чужая паника была ему ясна, так же, как и страх. Стоило объяснить всё как можно скорее, не давая этому ребёнку волноваться ещё больше. -Я всё объясню, только успокойся. - Специально тихо говорил Узуй, вновь протянув руку, чтобы уложить её на колено партнёра. - Ты уснул в такси и больше не просыпался...На протяжении пары часов. Сначала я привёз тебя к себе домой, а оттуда мы с мамой поехали в больницу. - Агацума послушно молчал, нервно сжимая губы в тонкую бледную полосочку, но по ходу рассказа его глаз раскрывался шире, а ногти нервно вонзались в ладони. - Врачи осмотрели и зафиксировали всё, что нашли, после чего мы направились в полицию. Услышав последнее слово Агацума низко опустил голову, тут же накрыв лицо ладонями. Его дыхание определённо участилось, а сердце стало панически выпрыгивать из груди. -Нет...Нет, зачем, господи, зачем?! - Парень вскинул голову, дёрнув ногой в попытках накатывающей агрессии ударить Тенгена в бедро. - Кто тебя просил делать такое?! - Злобно вскрикнул Зеницу, чьи плечи дрожали совсем не от раздражения. И этот странный шлейф противостоящих друг другу эмоций стал просто сбивать с толку. -Что ты несёшь?... - Тихим шёпотом пробормотал Узуй, прищурив взгляд. Ему что, и по голове настучали? -Это ты что несёшь?! Зачем ты рассказал всё тетушке? Зачем вообще притащил меня к себе домой?! Надо было..Надо было просто посидеть со мной в клинике, как я и просил! И всё! И всё, блять! Агацума всё повышал свой голос, несмотря на ужасную боль внутри живота и рёбрах стал дёргать телом, безостановочно пиная блондина в бедро. -Зеницу, хватит. - Но такой бури он не понимал...Даже не представлял, что в этом ребёнке ещё будет столько сил после пережитого. Узуй схватил его щиколотку, а следом и вторую, так и сжав ноги вместе, не давая им дёргаться. -Перестань, почему ты так злишься, если это самый правильный вариант. -Да какой...Какой к чёрту правильный вариант?! - Он часто дышал, тяжело сглотнув, но в этот раз вытянул руку вперёд, отдирая пальцы Узуя от своей ноги. - Бред, бред всё это. Только хуже сделал, не понимаешь что ли? -Да как я ещё мог поступить, если не подать заявление? Он тебя избива.. - Брюнет сжал ладонь в кулак, вновь резко дёрнув скованной конечностью, обрывая чужую речь. -Заткнись! Заткнись, заткнись, заткнись! Думаешь я такой тупой и не додумался написать заяву ещё в школе?! Думаешь если бы всё было так просто я бы не попросил о помощи?! - Резко выкрикнул Агацума, тут же скомкав простыни под собой. - Я просил! Я просил у школьного социолога, психолога, полиции, но, стоило им прийти к нам домой, как отец вывернул всё так, будто я просто буйный подросток, привлекающий внимание! И даже после этого...Когда мне было больно и страшно, думаешь я не пытался? Даже в интернете на этих ебанных сайтах пишут одно и тоже. Будто можно сбежать от такого, если бы человек хотел, но они ни черта не понимают! Они никогда не были в таких ситуациях, но только осуждают, осуждают, осуждают. Говорят, что значит таким как я нравится находиться под насилием. - Горло садило, а глаз резко зажгло, пока обилие взрывающихся чувств внутри лопались один за другим, растекаясь болючими колючками, кислотным ядом прямо под кожей. Он уже не понимал, было ему больно физически или это так болело где-то под сердцем "неосязаемое". - Когда контролируют каждый твой шаг, когда просматривают сообщения, когда даже поешь ли ты сегодня зависит только от одного человека. Когда тебе страшно даже мыться, ведь у дверей нет замков. Когда у тебя отбирают всё и каждый раз наказывают, наказывают...Думаешь получится уйти?! Это что, какой-то фильм, где можно просто собрать рюкзак, и сбежать в соседний город? Да куда глаза глядят, при этом реально выжить без денег и образования? Думаешь я не пытался... - Крик медленно перешёл на шёпот сквозь гулкие всхлипы. Мальчишка прикрыл лицо ладонью, создавая "кепочку", пока с глаз безостановочно стекали слёзы. Он устал...Он так сильно устал, держась из последних сил. Но и могучую плотину рано или поздно прорывает. Уши Узуя резало совершенно всё, а в несмыкающиеся глазницы точно каждую секунду вливали перечный раствор. Тенген просто онемел, не в силах прервать столь отчаянный порыв быть услышанным. Таким Зеницу он видел впервые. Ком внутри уже лопался столько раз, но смел ли он дать слабину перед этим...Героем? Маленьким героем. Теперь он понял, почему Зеницу начал так злиться, под конец выпалив совершенно всё, потеряв нить рассудка. Тенген потянулся вперёд, вытянув руки, чтобы обнять брюнета за хрупкое тело, прижимая его голову к своей груди. Он сорвался резко, но это всё казалось таким правильным, что он не смел и усомниться в верности своих действий. -Ых-в...Тольк-ко хуже...Всегда потом так больно...Будет так же...Он так разозлиться...Я не хоч-чу, я так устал. Обречённо шептал мальчишка, не в силах подавить дрожь во всем теле. Ему было так страшно, что Узуй чувствовал это собственной шкурой. Сколько же он молчал? Сколько же он носил это в себе, в страхе рассказать хоть кому-то. -Всё будет иначе, я клянусь тебе. - Тенген тихо зашептал прямо в макушку, жмуря собственные глаза. Одна рука мягко оглаживала спину, а вторая гладила затылок, продолжая прижимать Зеницу к своей груди. - Я клянусь, теперь всё будет иначе. Теперь тебе не надо бояться. Не надо молчать. Я всегда...Встану на твою защиту. - Все твердил блондин, делая определённые паузы в своих словах. Нечто подобное...Хотя бы мог он мечтать услышать такое? Не верилось и капли в успех произошедшего, теперь страх наполнял его тело даже от обычной мысли о выходе на улицу. Но как же сладко звучали эти слова...Словно, он маленький ребёнок, который может себе позволить не делать ничего, пока его будут нежно оберегать от любых неприятностей. Агацума больше не сказал и слова, тяжело содрогаясь в руках своего партнёра. Слезы не прекращали литься ещё несколько минут, за которые Тенген не отстранился и даже слово не сказал, чтобы поменять позу. Плевать на неудобства, плевать на то, сколько было времени, когда Зеницу так кричал. Они имели право позволить себе что угодно.