Научиться жить заново

      Снег с каждым днём всё падал и падал, накрыв землю своим белым одеянием, которое хрустело под ногами. Деревья давно сбросили листву и стояли в один ряд с белыми шапками. Хлопья и в этот день опускались на землю: неспеша и мягко.       — Когда ты меня наконец познакомишь с тем парнем? Уже месяц прошёл. — Сгорая от нетерпения, спросила за ужином Зинаида Петровна.       — Возможно скоро. — Спокойно ответила Катя.       — Ну жду это «скоро». Только когда дождусь? — и сама девушка ждала это «скоро», не зная, когда оно настанет…       После ужина перед сном она долго не могла уснуть, сидела на кровати, облокотившись о стену. Последний раз такое было в тот летний вечер… Голова кипела от потока мыслей, заставляющий впадать в тревогу. Те неудачные отношения закончились, однако осадок остался в виде воспоминаний. И хоть Катя на смену плохому воспроизводила хорошие — плохое возвращалось… Она презирала тот ад всеми фибрами души, хотела стереть навсегда, выдрать вместе с кожей, но в то же время это сделало её сильнее… Не терпеть такое отношение к себе, если человек не меняется — уходить. Вроде простые истины хорошей жизни, но когда это тебя настигает — выполнять их трудно или они и вовсе забываются. Появляется простая жалость. Либо поддаться ей и сгнить, прощать с каждым разом, ничего не получать в итоге, либо отрезать это чувство, выкинуть. Что Катя и сделала. Лимит доверия исчерпан, а всё только ухудшалось. Фразы её одноклассниц о том, что такие отношения истинная романтика — казались смешными. Даже Люда так считала, но увидев, что это на самом деле, переосмыслила свои убеждения в лучшую сторону. Поэтому она поддерживала её, а не убеждала в обратном. И ад закончился, когда Саша получил по заслугам… Но видимо ненадолго он сделал вид, что всё осознал, если по осени, как убийца поджидал у подъезда, а теперь зовёт куда-то с собой, но получает на это отказ, порой даже силой. Да и от Сергея и Паши он отдалился…       «Вижу Серёжа хороший парень…» — прозвучал голос Люды в голове… И так и оказалось. После чёрного всегда наступает белое… После всего случившегося знакомство с ним стало спасением. То, что хотелось видеть тогда она получает сейчас… Счастье, ощущение себя живой, не прятаться, а быть, можно сказать, на одной волне с человеком. В голове появились воспоминания, связанные с Сергеем, которые по истине исцеляли, избавляли от наступивших негативных. Его улыбка, смех... Сердце затрепетало...       — Слушаю… — сонно ответила на другом конце провода Люда.       — Разбудила?..       — Нет, блять, спать уложила. Говори, что случилось... — выругалась подруга, раздражённая звонком посреди ночи, прервавший её сладкий и спокойный сон.       — Ну... Мысли мне спать не дают...       — И чё говорят?       — Опять научиться жить заново... Хочу Серёже признаться.       — Ура! Она четыре месяца сиськи мяла и наконец-то надоело!       — Да тихо ты, дурная, у меня мать спит!.. Ты тоже пойми меня, после таких отношений попробуй сразу встречаться начать... А тут... человек буквально вторую жизнь подарил... — объяснила девушка вполголоса.       — Ну это да... Не подумала. Тебе почву прощупать надо было... Ну и когда признаешься, Джульетта?..— недолгое молчание из-за размышлений.       — Послезавтра.— Решилась Катя.

***

      На паре по истории в аудиторию постучала и тихо вошла художественный деятель. Милая женщина, близившаяся к возрасту.       — Извините, что прерываю, мне надо с собой забрать Свиридову и Муравьёву, вы не возражаете? — спросила та, смотря на преподавателя.       — Не возражаю, однако у Муравьёвой плохая посещаемость пар. — Ответил мужчина, а затем грозно посмотрел на Сергея и таким же тоном добавил:       — И ещё одного человека. Да-да, Нечаев, о вас я говорю. А грядут экзамены.       — Я понимаю Вас, но поймите, у академии юбилей в эту пятницу, соберётся почти вся верхушка. — Объяснила женщина. Парень понимал: «Если хоть какой-то ответ этот мужик не получит — подруги никуда не уйдут, а время так и будет тянуться».       — Сдадим экзамен я и Катя. — Решительно объявил он. — Только отпустите её с Людой.       — Вы в этом уверены? — поинтересовался преподаватель, оперившись руками о стол и поддавшись к нему.       — Уверен ещё как. На любой вопрос ответим вам на экзамене. — Ни один мускул на его лице не дёрнулся. Голос звучал уверенно, поразивший историка.       — Ну ладно, Нечаев, ловлю на слове. Идите. — Подруги вышли с деятелем в коридор.       — Девочки, вы же занимались балетом? — те одобрительно кивнули. — Тогда сможете станцевать что-нибудь? Поставьте не очень длинную, но и не слишком короткую программу. Сами понимаете, верхушка приедет.       — Без проблем сделаем, только вот.. Репети-       — Не переживайте, девочки. Актовый зал для вас всегда свободен будет. — Тут же успокоила их женщина. — Можете хоть сейчас начинать готовиться.       — Хорошо. — Согласились подруги, и художественный деятель ушла.       — Ну что, побег за пуантами? Как раз на середине первой пары сказали, так что успеем. — Предложила Люда. Катя одобрительно кивнула. Подруги быстро добежали до своих домов, захватили необходимое и вернулись обратно к концу второй пары. Актовый зал был большим и пустым. Полностью в их распоряжении. Вещи остались в гримерке. Форму академии сменило чёрное боди.       — Я так давно не танцевала. — Произнесла Свиридова, растягиваясь.       — И я... Но что-нибудь да вспомним... — подкрепила Муравьёва, не отставая от подруги. — Кстати, у нас и музыки нет.       — Блять... час от часу не легче...— немного поникше выругалась девушка. Мозг впал в раздумья, пока тело разогревалось. Уже приятно начинали побаливать мышцы, а по телу распространялся жар. И тут Катю осенило… Словно кто-то ударил по голове сзади.       — Помнишь танец с выпускного экзамена? — спросила она.       — Забудешь такое…— с ужасом в голосе ответила Люда, вспоминая тот день. — Как страшный сон вспоминаю.       — Может его? Он как раз средний.       — Заставляешь же ты в прошлое вернуться.— Ответила с лёгким недовольством в голосе подруга, встав на ноги. Но делать нечего. — В деле я. — девушки принялись «разминать» сцену. И гробовую тишину актового зала выгнал поднявшийся грохот, который было слышно даже на всём этаже, знатно испугав преподавателей, а у учеников вызвав интерес.       — Мне кажется, мы распугали всех. — Предположила Люда вполголоса, чтобы их никто не услышал, когда они закончили.       — Или заинтересовали. — Согласилась Катя. Слух уловил гул учеников в коридоре. Наконец подруги начали вместе вспоминать движения, под нос напевая мелодию. Оказывается, помнит всё прекрасно мышечная память. Движения шли плавно и отчётливо, почти синхронно, и общая картина танца начала вырисовываться. Но всё равно — идеалом они это назвать не могли. Прошло где-то три прогона танца и девушки, выполнив последний элемент, из-за появившейся усталости, заставившей всё тело дрожать, с грохотом свалились на сцену, глубоко дыша. Лица их стали краснее помидора, катились маленькие капельки пота, падая на пол. Ноги болели, даже дрожали. Тело словно адским пламенем горело.       — Детство вспомнила.— Уставше сказала Люда. Катя промолчала, набирая в лёгкие как можно больше воздуха, от чего в горле пересыхало.       — Товарищам балеринам нужна вода? — услышали девочки знакомый голос. Муравьёва подняла глаза. Над ней стоял Сергей, держа в руках две бутылки с водой. Подруги тут же сели, выхватили желанное спасение и в миг опустошили. Сразу стало в разы легче.       — Ты наш спаситель.— Поблагодарила Катя хрипловатым голосом.       — А ты как попал сюда? — поинтересовалась Люда.       — Отпросился на ненадолго, в отличии от историка, с другими у меня замечательные отношения. — Ответил Нечаев, сев между девушками. — Вы такой фурор вызвали на этаже. Все хотят посмотреть на происходящее здесь.       — Мы заметили. — Хором ответили они.       — Что будете исполнять? — полюбопытствовал юноша.       — Увидите позже. — С лыбкой на лице ответила Свиридова, вытирая рукой пот с лица. Вскоре Сергей ушёл обратно на занятия.

***

      — Когда признаешься ему? — сгорала с нетерпения подруга. — Твоё «послезавтра» наступило.       — Вот и признаюсь. — Ответила резко Катя, завязывая ленты на ногах. — А пока, разминка и прогон.       — Так точно, тренер. — И танцовщицы принялись за работу. Любопытство захлестнуло Сергея, поэтому было принято решение пропустить историю ради просмотра тренировки подруг. Наконец увидеть, как танцует Катя, о балетном прошлом которой он узнал в первый учебный день. После звонка, когда все разошлись, Нечаев быстро и тихо, незаметно для преподавателей и для танцовщиц пробрался в актовый зал, свет в котором горел только над сценой. Взгляд моментально погрузился в наблюдение за танцем, в который подруги погрузились и время для них остановилось. Катино исполнение покорило его сердце: лёгкое и изящное, будто взлетит сейчас ввысь. Юноша медленно стал подходить к сцене, придерживаясь ближе к стенке. Глаза не отрывались.       — Красиво… — завороженным голосом произнёс он, когда танец закончился. Катя сильно испугалась, аж вздрогнула всем телом, чуть не подпрыгнув.       — Серëжа блять! — испуганно выругалась она, держась за бешено колотившееся сердце.       — Прости, не хотел. — Виновато произнёс тот.       — Сбылась твоя мечта? Увидеть от меня балет? — успокоившись, спросила Муравьёва.       — В полной мере сбылась. Вы правда красиво танцуете.       — Спасибо, старались. — Поблагодарила Люда, а затем в своей хитрой манере добавила:       — Кстати, Катя тебе сказать кое-что хотела. — Услышав это подруга опешила, раздражённо глотнув слюну и поджав зубы. Она сидела на сцене, свесив ноги вниз, и руки сжали её края.       — Да? Что же? — спросил Сергей, смотря на Катю, показывая, что он весь во внимании.       — Ну... — начала та и не договорила… Потому что не могла сказать простые три слова, которые давно просятся вырваться от всего сердца наружу. Но внутри стояло какое-то высокое ограждение, преодолеть которое не выходило, от чего руки сильнее сжимали край, губы поджались. Сергей ждал ответ. Люда ждала признания, наблюдая из-за закулис — наконец-то на её глазах подруга обретёт заветное и заслуженное счастье. Как она радостная бросится к нему…       — Не против зайти ко мне после учёбы? — смогла только неловко спросить Катя. Свиридова тут же оцепенела, когда её ожидания разбились вдребезги, подобно стеклу, в которое бросили тяжёлый камень, руки схватились за голову, глаза широко распахнулись.       «Катя, етить твою мать!» — выругалась та в мыслях. Хотелось заорать и дать подзатыльник подруге. У неё же был шанс сейчас, но она решила оттянуть! Почему?! Но тут же взяла себя в руки.       «Ладно, не паникуем, ещё не вечер, просто надеемся на лучшее…» — успокаивала себя девушка.       — Хорошо, зайду, а твоя мама против не будет?       — Она к подружке уехала, будет поздно ночью дома.       «Боже! Хоть бы дома не струсила… Не струсь, Катька!» — беспокоилась подруга больше, чем за себя...

***

      Сергей пришёл с Катей к ней домой.       — Зелëный или чëрный? — спросила по-хозяйски та, вешая шубку на крючок.       — Зелëный. — Ответил Сергей, тоже снимая верхнюю одежду. Муравьëва прошла на кухню, набрала в чайник воду и поставила его на газовую плиту, предварительно включив ту.       — Если курить, то высовываться в окно. — Сразу предупредила девушка, доставая чашки из шкафчика. Нечаев молча наблюдал за хозяйкой: как она ловко, с какой-то долью изящества делала чай: руки достали упаковку с пакетиками, а когда чайник засвистел, уведомляя о готовности, ловко наполнила водой предметы посуды… Вскоре Катя поставила чашки с готовым напитком на стол и опустилась на стул. Неожиданно для себя внутри что-то подсказывало, что она готова поделиться чем-то более сокровенным, без вреда себе…       — Серёж, помнишь ты спросил у меня, что случилось между мной и Сашей? — нарушив тишину, спросила девушка.       — Помню. — Ответил он.       — Я готова поделиться с тобой. — Решилась она.       — Ты уверена? — насторожился юноша. — Ты говорила, что это для тебя тема неприятная.       — Я готова поделиться, я чувствую, что это необходимо мне сейчас. — Убедительно сказала Муравьёва. Нечаев понимающе кивнул. Она глубоко вздохнула и начала рассказ:       — Началось это в 10-м классе. Сначала всё хорошо было, пока Саша не связался с кем попало, деньги с Паши тянуть стал, он не откажет же. — Катя сделала паузу, и тяжело вздохнула, почувствовав подступивший колючий ком к горлу, тем самым пытаясь его столкнуть вниз. Сергей аккуратно прикоснулся к ладони девушки. — Ну... Из-за этого и мне доставалось сгоряча, я надеялась на его изменения, но тщетно, первый, второй... и наконец закончила этот ад. Люда долго поражалась с того, что первая любовь моя такой стала. — В глазах показались слëзы. Нечаев обнял Катю. Она ощущала себя теперь на месте Сергея тогда, в парке… Поменялись местами.       — Главное, что ты это закончила.       — Да..Только он видимо это отрицает... Зовёт куда-то в надежде вернуть всё, но получает отказ. Было дело, когда он выслеживал меня... — теперь друг открылся для Сергея с другой стороны, больно уколов всё внутри.       — Так значит, он ненавидит Люду за правду в его сторону. — Сделал вывод для себя вслух он, девушка отстранилась от него, недоумевающе смотря. — Я у него спросил как-то раз, за что он ненавидит Люду, он ответил из-за слухов, говорил, что никогда и пальцем тебя не трогал.       — Да как он!.. Как только совести у него хватает?! — возмущалась та, вскипая от злости из-за услышанного. Она знала куда больше, видела куда больше, знает Сашу как облупленного, а тут он спокойно друзьям заявлял о том, что его действия в её сторону — это выдумки подруги… Не хватало слов выразить всë своë возмущение.       — Катюш... Успокойся... Я знаю, тебе неприятно слышать, как поступает Саша, но ты должна быть сильнее его, и если вдруг что-то случится — рядом с тобой всегда окажется Люда и я. — Эти слова поддержки утихомирили внутренний пожар эмоций, начавший брать верх.       — Спасибо, Серëж... — вполголоса, стеснительно, выразила благодарность девушка. — Я просто... — по щекам внезапно потекли слезы. — Я столько натерпелась с ним, Серëж! От мамы пряталась! Он вечно был недоволен чем-то, и это недовольство на мне вымещал! И тут... — слова искренне выпаливали из уст, но она не смогла договорить, уткнулась в плечо парня и расплакалась. Катя же была готова рассказать обо всём, без слёз, тупой, давящей боли в груди… Интересное явление эти эмоции. Сначала внутри преобладает злость, готовая разнести вокруг всë, а затем после поддержки, когда, казалось бы, должно стать легче и должно отступить, как гром среди ясного неба катятся по щекам слëзы, обессиленность появляется в теле, затаскивая в лапы разъедающей пустоты, заставляющей сильнее плакать. Эмоции, не вышедшие со злостью, вымываются слезами, а затем лицо окрашивается в грусть, от которой хочется спрятаться во сне… Сердце юноши защемило — смотреть на дрожащее девичье тело было невыносимо. Сомнений в правоте её слов и искренности у него не было, в отличии от тогдашних слов Саши. Вероятно, Сухожилин надеялся, что он поверит в его ложь и отступит. Однако Нечаев был на войне, и закон «доверяй, но проверяй», а также проверки одной и той же информации из разных источников работал и в обычной жизни… Сергей успокоил и проводил Катю, у которой теперь на лице была грусть, с кухни в гостиную: большую и просторную. Опустил осторожно еë на диван, и скрылся в коридоре. Муравьëва сидела в ожидании, сверля глазами проход… Он нашëл комнату девушки, определив по висевшим аккуратно на крючке маленьким пуантам. Вероятно, самым первым в балетной жизни… «Если хочешь плакать — то я буду плакать тоже!»       — Прости, что залез в твой шкаф! — извинился Сергей и с улыбкой на лице выпрыгнул с грохотом из коридора в зал. «Я надену платье и буду на тебя похожий!»       В глазах сначала блеснул шок, но Катя тут же звонко засмеялась с вида балетной пачки на парне, и с его попыток танцевать, как балерина. Изящно ставить руки и ноги в стойки, совмещая их в какой-то танец.       — Серëжа! — застенчиво вскричала девушка, отворачивая голову от горе-танцора, а лицо начало сводить от улыбки. — Дурачок ты.       — Скажи, у меня все есть шансы попасть в балет? — осведомился Нечаев.       — О да! Потенциал есть! — ответила Муравьёва, как преподаватель, продолжая не смотреть на него. Парень улыбался — он был горд проделанной работой: Катя не грустила, а заново засияла радостью, хоть и пыталась скрыть, отворачиваясь от парня, насколько это было позволительно. Не каждый день увидишь, возможно, будущего члена спец.отряда "Аргентум" в балетной пачке. И смех, и умиление, и стыд...       — А преподашь урок? — девушка поднялась с дивана и показала несколько стоек, которые повторял Сергей.       — Носочек-то тяни!       — Да куда его ещë больше тянуть? — с улыбкой на лице спросил он.       — К полу старайся. — Ответила подстать ему преподавательница. — Вот! Уже лучше, на сегодня хватит. — И сняла пачку с Сергея, а затем унесла сразу в комнату.       — Грусть ни к лицу тебе, поэтому хоть так рассмешить тебя решил. — Признался Нечаев, высунувшийся в окно, чтобы покурить.       — И у тебя это получилось. — С улыбкой на лице подкрепила Катя, чувствуя себя намного легче. И что-то очень родное и близкое она увидела в Сергее, даже скорее в очередной раз почувствовала и убедилась, что это еë человек, который в разы лучше Саши, который станет для неё всем… Милые свидания, доброта и открытость, неравнодушие к другим, забота… Начинать отношения сразу после травматичных тяжело. Проблема с доверием: вдруг это только маска и видимость, а на деле как бывший… И как же хорошо, что выяснилось за эти четыре месяца совсем иное! Она готова отпустить и забыть те, впустить наконец-то новые и зажить заново.       — Серëж... — позвала его вполголоса девушка.       — Что такое? — спросил Нечаев, повернув на неë голову.       — Я не просто так начала тот рассказ. — Он был весь во внимании. Набрав побольше воздуха Катя продолжила:       — Наше знакомство, общение, свидания стали... Глотком свежего воздуха, словно я научилась жить заново. С тобой я чувствую себя по-другому, более живо. — Внезапно Муравьëва шагнула ближе и тут же заключила юношу в долгий поцелуй. От неожиданности перехватило дыхание, но сопротивляться он не стал. Пальцы отпустили тлеющую сигарету. Снег за окном сильнее закружил… Наконец покрасневшая Катя оторвалась от него.       — П-прости! Это само вышло! — смущённо проговорила та, опустив голову вниз.       — Кать… — рука Сергея подняла обратно девичью голову, и на этот раз он заключил её в долгий, нежный поцелуй… Не хотелось прерывать его ни на секунду…       — Я люблю тебя... Прям сильно-сильно. — Смущённо призналась девушка отстранившись и судорожно хватая больше воздуха в лëгкие.       — Я тебя ещë с первой нашей встречи полюбил. — Признался Сергей. Руки их лежали на локтях друг друга, держась за них. Оба чувствовали внутри тепло и лëгкость. — Я готов на всë ради тебя, я всегда буду с тобой рядом, всегда тебя поддержу, никогда не обижу, даже если тебе внезапно станет плохо посреди ночи — позвони, и я приду к тебе, несмотря на погоду за окном. — Искренне проговорил юноша. Катя верит, по щекам еë потекли слëзы радости, которые подушечки пальцев резко смахнули с щëк.       — Я готова на это же со своей стороны. Только не стесняйся. Пообещай: если вдруг случится что-то с тобой — ты мне наберёшь.       — Обещаю тебе.