Раком у Доски
8 апреля 2023 г., 08:00
Он наорал меня в институте, а вечером кончил мне в рот в ресторане.
И это все мой любимый преподаватель?
Сумасшедшая жизнь!
Джейсон. Ах, Джейсон. Как же он хорош.
Я боялась идти к нему на пары, но его предмет был одним из самых важных на первом курсе и я уже прогуляла две первых пары, – надо было идти.
Аж коленки дрожали, а все потому, что я смахнула его в Тиндере и теперь он знает, что нравится мне. Честно говоря я даже боялась читать от него сообщения. Он явно хотел познакомится. Проявлял интерес, даже не смотря на то, что я, как последняя трусиха, не отвечала.
Я натянула серые колготки, даже двое колготок, потому что в Москву резко нагрянул арктический холод. Плиссированную юбку аля-колледж, черную водолазку ярко подчеркивающую мою красивую грудь, собрала волосы в пучок, затянула их какой-то грязной резинкой и отправилась на пары.
Из-за того, что я отстала от остальных ребят в коридоре и пропустила уже два семинара Джейсона, я с трудом отыскала семинарный класс.
– Господи, ну неужели нельзя не путаться под ногами!!!– Выскочив из-за угла врезался в меня мой любимый препод.
– Ай!
Даже не заметив меня, не отличая от очередной сопливой первокурсницы он отмахнулся от меня рукой (ну прямо, как мой отец!) и проследовал в класс. Только так я поняла, что перепутала аудитории.
На плече оставался след от его прикосновения. Горячая сильная рука. Мне почему-то в голову сразу полезли пошлые мысли о том, как было бы хорошо, чтобы эта горячая и сильная рука залезла мне под юбку, смяла мои пышненькие от булочек бедра… или, что было бы еще сексуальнее – помяла бы мою грудь.
О, боже, опоздать на его семинар было очень плохой идеей. Но мне надо было хотя бы немного остыть, потому что сердце после его прикосновений колотилось в груди похлеще, чем от эспрессо.
Я забежала в дамскую комнату и ополоснула лицо холодной водой. Щеки все равно остались розовыми.
В колготочках под шерстяной юбкой было реально жарко.
Войдя в класс после звонка я сразу попала под его пристальное внимание.
– Амина? Так это была ты! Прогуляла два семинара и снова опаздываешь!?
– Я, – дрожащим голосом пыталась оправдаться я, – болела…
– Сегодня спрошу!
Несмотря на то, что он строго отчитывал меня, я не могла вместе с остальными девочками не вылизывать его глазами.
Высокий, стройный, широкие острые плечи, с явно выраженными шариками мускулов под рубашкой. Строгий пиджак, повешенный на спинку стула… А ремень… ремень в его брюках отливал обсидиановой чернотой. И мне кажется я не единственная на этом семинаре, кто была готова встать перед ним на колени и поднять сложённые запястьями руки вверх, чтобы он связал их этим кованными ремнем.
Джейсон продолжал что-то рисовать на доске мелом. Пункт за пунктом он пытался ввести нас в мир международной экономики, но…
Вот зачем ему такая красивая задница? Стройная талия под треугольником спины, обёрнутая в белую рубашку, словно самый желанный подарок на Рождество в детстве в красивой упаковке. Полы рубашки заправлены в брюки. А там черный ремень и дальше два огромных полушария.
Если бы мне позволили прикоснуться…
Думала ли я в тот момент, что уже сегодня вечером мой преподаватель заставит меня вылизывать ему между булок сзади в самом дорогом ресторане Москвы?
Что я буду захлебываться от возбуждения, боясь прикоснуться к собственному клитору, чтобы не кончить, пока мой язычок будет полировать его анус?
Нет, я была просто влюбленным Бемби. Сидя за партой в родном институте. Одной из миллиона, которые втрескиваются в него в начале каждого учебного года.
– Эй, балда, слюни подотри! – Малина швырнула в меня бумажкой и попала точно по башке.
– Отстань! – я обернулась и увидела свою розовощекую подружку-эскортницу. Наверное единственную у кого из глаз не сыпались бабочки глядя на Джейсона.
Может быть он не в ее вкусе, а может она просто уже насытилась тем, что взрослые мужики ставят ее раком и имеют в задницу по очереди, пока она не издаст последний обессиленный стон оргазма. Но его чары на нее не действовали.
В глубине души я любила её именно за это.
Девочки, с размалеванными глазищами, наращёнными ресницами, выкрашенными губами, с укладками (в восемь часов утра!!!) таращились на «доску», как загипнотизированные.
Джейсон переминался с ноги на ногу, выписывая каллиграфическим почерком на доске законы, по которым живут богатые мира сего, а мы пялились на его ягодицы. Сочные мощные и такие недоступные.
Самое удивительное, что наши парни ничего не замечали и продолжали трепаться и прикалываться пока Джейсон в очередной раз не повернется и не гаркнет на них так, что даже самые жесткие выпендрежные хулиганы не подберут сыкливо свои конверсы под стульчик.
– Амина к доске!!! Ты опять отвлекаешься!
Без громкости в голосе, но неотвратимо приказал он. Я вжалась в стул.
Моя спинка инстинктивно выгнулась, словно меня ударили указкой. Я еще раз с ненавистью посмотрела на Малину, которая подставила меня.
Вот на секунду отвернулась и меня тут же наругали!
Скрипя зубами, я вышла к доске.
Джейсон осмотрел меня с ног до головы.
– Амина, как ты одета? Впрочем, какое мне до этого дела. Вы молодые – одеваетесь как проститутки. У вас так принято. Моё дело, вложить в ваши головы хоть какие-то основы… Посмотрим, возможно ли это…– он закатил глаза явно не веря в то, что у меня есть хоть какие-то мозги.
Я сгорала от стыда, не зная куда себя деть. Любимый препод при всех опустил меня, назвав проституткой. А проглотила это. Только слезы на глазах навернулись и ком в горле встал.
Все разглядывали мои ноги в этих ужасных синих колготках. В очках, водолазке и с зализанными волосами я реально выглядела как заучка.
– Ну… допустим, – продолжал свою экзекуцию он, – напиши нам причины «мыльного пузыря» доткомов в 2000 году.
У меня до боли сжалась гортань. Я не могла ни сказать хотя бы слово, ни сглотнуть.
Вместе с тем мои соски отвердели и я чувствовала, что и в трусиках уже не совсем себя контролирую.
Джейсон смотрел на меня не отрываясь. Глаза в глаза, а я дрожала перед ним как школьница.
В голове варилась последняя мысль: «Но ведь в Тиндере я ему понравилась…?»
Хотя сейчас от этой цифровой симпатии не осталось и следа.
Глянцевые черные башмачки из Зара, как намагниченные, липли один к другому. Ножки складывались крестиком у доски.
– Ну давай, «не родись красивой», напиши хотя бы пункты 1…2…3… – продолжал издеваться он.
Джейсон повышал голос, и я от этого только впадала в оцепенение. Мне хотелось провалиться под землю. Парни пялились на мои сиськи обтянутые тесной черной водолазкой, что заставляло меня краснеть еще сильнее. Девочки подсказывали что-то, но я как ошарашенная не слышала и не видела вокруг себя вообще абсолютно ничего.
Стыдно признаться, но я почему то испытывала от всего происходящего сильное сексуальное возбуждение.
– Пиши пункт первый, второй, третий…
Я хлопала глазками из последних сил стараясь не заплакать.
Соски и клитор были твердыми и казалось, если я сожму ножки так, как обычно делаю это у себя в кроватке, то брызну прямо здесь при всех. От этого физического перенапряжения я боялась даже шелохнуться и выглядела абсолютной дурой.
Красавец преподаватель взбешенно вскочил со своего места, швырнул в меня листами своих конспектов, схватил со стола мел и стал писать на доске за меня.
– Вот, так понятно!? Цифры то вы в школе проходили!?!
Он просто писал на доске 1…2…3… и я понимала, насколько же я тупая.
По лицу Джейсона была видна смесь раздражения и презрения. Конечно ни о каком свидании с Тиндера уже не могло идти и речи.
Я полностью потеряла его и потеряла шанс заслужить его внимание.
Оказавшись просто тупым биомусором женского пола, которая ни черта не понимает и умеет только обтягивать шмотками свои сиськи.
– Это всё, что ты можешь, Амина!? – он просто орал мне прямо в лицо.
Мои зрачки дрожали, а в глазах наворачивались слезы.
– Стоять! – как только я попыталась выйти из класса, приказал он.
В классе притихли, потому что видно было, что он уже не шутит. Вены на руках надулись и пульсировали и… краем глаза… я заметила… что его ширинка тоже немного припухла.
Видно было, что эти классические черные брюки уже с трудом удерживают твердеющую плоть.
И это пугало меня. Я вытянулась от пяток до затылка по струнке.
Высокий статный мужчина подошел ко мне.
Я и мечтать не могла о том, чтобы он позволил мне сделать ему минет. Кто я? Обычная прыщавая студентка первокурсница из общаги и он: умный красивый успешный богатый молодой холостой красавчик, перед которым наверняка раздвигают ноги все аспирантки нашего ВУЗа.
Да к тому же он любит умных девочек, а меня считает тупой.
Но уже вечером этого дня. Я обнаружу себя стоящей на коленях и глотающей всё, что выходит из его великолепного большого твердого сочного члена.
– Класс, пишем! – вернул меня в реальность его строгий властный голос.
Все, как один, уткнулись лицом в тетрадки и мне стало страшно, потому что на меня не смотрел никто. Даже самый отпетый хулиган.
– Амина, пиши!
Он бесшумно взял меня своей большой горячей рукой за запястье и развернул лицом к доске.
Его рука легла на талию, а голос стал ласковым.
– Я подскажу… Пункт первый, падение индекса Насдак на две тысячи пунктов на нью-йоркской фондовой бирже 10 марта 2000 года…
Я плыла как в тумане. Его рука касалась моей талии, а я выгибала спинку, как балерина, чтобы понравиться ему. Ладонь буквально излучала тепло, которое прогревало меня насквозь.
– Класс, пишем! – еще раз прикрикнул он, оглянувшись и проверив, что на нас никто не смотрит.
Я была поражена тем, как мой красавец голубоглазый препод в белой наглаженной рубашке способен одновременно хладнокровно читать лекцию и тереться своим огромным набирающим силу достоинством о мое бедро.
Все это было как бы случайно. Мел дрожал в руке, но я продолжала карябать доску.
– Как следует пиши! – прямо на ухо заорал он.
Я содрогнулась и… в общем не знаю как это правильно сказать, но меня поразил первый оргазм без рук в моей жизни. Я намочила трусики так обильно, что мне казалось Джейсон почувствует это.
– Пункт 2: Коэффициент Грема для первых пятидесяти акций списка ЭсЭндПи 500 составлял меньше единицы…
Пользуясь тем, что диктует он быстро и никто не успевает записывать, он засунул мне руку под юбку и с силой сжал мои булочки.
Я не знаю почему, но вместо пощечины и попытки привлечь внимание всей группы к тому, что девятнадцатилетнюю студентку лапает тридцатилетний препод прямо на уроке, но… в общем я прогнулась и чуть раздвинула ножки.
Чтобы ему удобнее было гладить мои дырочки через ткань колготок.
– Не отвлекайся, Амина! – вновь неожиданно вскрикнул он и тут же продолжил ласково, – Ты много пропустила, тебе надо быстро, – тут он надавил пальцами на мой анус, – …навёрстывать.
Честно говоря быть игрушкой в его руках мне нравилось гораздо больше, чем учиться и отвечать на сложные вопросы. Я таяла и абсолютно теряла контроль.
Его большая лапища гладила мои булочки, сминала их и щипала. А я только выворачивала пяточки в надежде, что он вновь проведет своими чувственными толстыми пальцами по моей промежности.
И чем больше Джейсон читал под запись семинар тем больше тишина поглощала семинарный класс. Студенты-одногруппники все больше упирались лбами в тетрадки, оставляя нас с преподавателем «наедине».
Он властно поставил меня раком у доски. Зная, что никто ничего не заметит, если всё тем же хладнокровным тоном продолжать диктовать текст под запись.
Его рука уже во всю хозяйничала у меня по колготкам. Он просунул руку под резинку и спустил их оголив мою попочку у всех на виду.
Мне было неловко и стыдно, что я так сильно возбудилась и вся кипела между булочек.
Мой препод погладил по трусикам и отодвинул их в сторону. Его пальцы нырнули в писечку и я издала бы протяжный стон, если бы он вспохватившись не заткнул мне рот ладонью.
Одной рукой он затыкал мне рот, удерживание неудержимое мычание, а второй насаживал на свой большой палец мою попку и на два пальца киску.
Я не могла не сжимать его скользкие толстые пальцы дырочками. Все было так жарко и мокро, что я просто сходила с ума.
А он методично диктовал:
– Таким образом к октябрю 2000го года на рынке скопился полный стек ликвидности и инвесторы потеряли не только дивиденды, но и недополученную прибыль в объеме…
Я вертела попочкой пытаясь сняться с его толстого большого пальца, но от принудительного проникновения становилось только кайфовее и испытала первый в жизни анальный оргазм.
Он грубо долбил меня пальцем, чувствуя как плотно он входит в мою узенькую студенческую попку.
Слюни размазались по его ладони от стонов, задыхающихся вздохов. А пися текла на умелые пальцы моего преподавателя. Жесткий и суровый он наказывал меня прямо перед всей группой. Колготочки были только приспущены на бедра и он ритмично стал иметь меня пальцами.
– Последствиями пузыря доткомов стало усовершенствование алгоритмов биржи, а именно появление и дополнение функционала биржевого стакана…
Одногруппники писали в тетради и не подозревая, что их тихоня одногруппница стоит раком у доски в запотевших очках. И самый красивый молодой препод ВУЗа умела долбит ее куску толстыми пальцами.
Я брызгалась и кончала, впиваясь зубами в его ладонь.
Чувствовать себя игрушкой, музыкальным инструментом в руках маэстро – это чувство глубоко (во всех смыслах) проникало в меня.
Бедра тряслись, я вставала на цыпочки пытаясь освободиться от сладкого плена, но от этого насаживалась только сильнее. Он не выпускал их своих сильных рук наслаждаясь каждым мгновением моего принудительного оргазма.
Если бы не ладонь затыкающая мне рот, то я бы не сдержалась и закричала: «Да, да, да. Выеби меня. Я хочу быть твоей шлюхой», но в классе надо было сохранять тишину и я только туже сжимала попку, кончая от его настойчивого большого пальца.
Боже, что я наделала.
– Ты тупая!? – внезапно разрезал тишину класса Джейсон, – У тебя после третьего пункта сразу пятый? Ты считать не умеешь?!!!
Он тут же разорался как сорвавшийся с цепи. Руку вынул из под юбки и весь класс смотрел на нас.
Я вжала голову в плечи и зажмурилась, а он продолжал!
– Тебя и так взяли в этот ВУЗ по знакомству, а ты даже не удосужилась выучить цифры?!!!
На доске и вправду корявейшим почерком было выведено: 1, 2, 3, 5.
Такой дурой я себя еще никогда в жизни не ощущала.
– Пошла вон! И без записки от декана не смей появляться на моих семинарах!
Меня выгнали. Выгнали публично унизив. И что же я?
По идее я должна была взяться за ум, но я… О боже, какая же я дура. Я пошла в туалет к «алтарю» Джейсона и сделала это с игрушкой торчащей из его паховой области.
Мне просто нужно было как то снять стресс.
А потом я зашла в Тиндер и увидела сообщение, которое изменило всю мою жизнь…
