Глава 24. war. part 3.
29 октября 2023 г., 10:00
Мияко замерла, глядя на Достоевского. Внутри словно мир разрушился, а из глаз резко потекли слезы.
— Какого черта, ты это сделал?! — воскликнула Накахара и, достав из сумки пистолет, направила его в голову мужчины. — Ты обещал не убивать моего брата!
— Во-первых, контракт ещё не подписан, — спокойно ответил Фёдор и повёл глазами. — Во-вторых, я обещал не убивать его мафию. Точнее, ты сама так поставила условия. К тому же, твой брат в любом случае бы напал на меня. Рано или поздно. Лучше убери пистолет, чтобы не стало хуже.
— Ты… — девушка не знала, что ответить, однако решила все же опустить пистолет, но не убрала его. — Отзови своих людей. Я больше не хочу слышать выстрелов сегодня.
— Остальные остались в твоём бывшем поместье, так что можно сказать, нас никто не побеспокоит больше, — и снова этот взгляд в телефон Достоевского убедил того, что можно продолжить начатое. — Я отзову людей с улицы, чтобы они не напрягали тебя.
— Спасибо за милосердие, — процедила Накахара и на негнущихся ногах переместилась к столу Достоевского и оперлась на него. Девушка очень хотела бы убить Фёдора прямо сейчас, но у него было преимущество перед ней. — Так на чем мы остановились?
— Ты хорошо ознакомилась с условиями? — мужчина убрал телефон в карман брюк. — Согласна ли ты с ними?
— Выбора у меня не осталось, так что я согласна, — согласилась Накахара, а затем присела на стул. Мужчина обошёл стол и выудил договор из стола.
— Хорошо, можешь тогда почитать договор, — Достоевский был самым довольным человеком на данный момент, в то время, как Мияко хотела спокойствия. — Там некоторые пункты условия расписаны более подробно.
Девушка ничего сказала, а просто придвинула договор к себе и начала читать. Пункт за пунктом. Кажется, что прошло много времени, когда она подняла голову на мужчину, который стоял перед ней, только под другую сторону стола. Мияко ещё некоторое время колебалась, а затем взяла в руку ручку и…
И позади послышался звук резкого открытия двери, а затем выстрел. Накахара даже сообразить не успела, как договор окропился кровью, а её взгляд все ещё был прикован к точке, где был Достоевский. Теперь же его тело распласталось на полу с простреленный головой. Повернув голову, девушка встретилась с голубыми глазами.
— Ты жив! — радостно воскликнула Мияко и хотела уже подбежать к брату, как он притормозил её.
— Учти, я ранен, — произнёс Чуя и улыбнулся.
— Ты убил его, какое счастье, — произнесла девушка и улыбнулась. — Я уже почти подписала этот чёртов договор.
— Сейчас нам просто нужно убираться отсюда, — лишь сказал Накахара и пошёл в сторону выхода.
— Стой, я заберу одну вещь, — девушка быстро обошла стол и наклонилась к трупу Фёдора. Она аккуратно просунула руку в его карман и вытащила телефон. — Это ещё пригодится Фукудзавы. — И последовала за братом, оставляя позади весь тот ужас, который она чувствовала в этом кабинете.
— Как ты прошёл сюда? Ты убил всю охрану? — тут же решила задать вопрос Накахара, когда они вышли на улицу.
— Некоторых да, но в основном многие просто просили пощады, — ответил Накахара. — Тут многие люди совсем не убийцы. А лишь инструменты Достоевского, которым он угрожал.
— Хочешь сказать, что он вербовал людей под угрозами? — удивилась Мияко и села за руль своей машины. Чуя не настаивал, выглядел он не очень.
— Да, теперь они свободны, — Чуя, поморщившись, сел на пассажирское сидение рядом с сестрой. — Всё мы свободны от Достоевского.
— Как-то даже не верится, — девушка уже выехала за территорию мафии. — Он мёртв. Достоевский мёртв. И все так легко вышло.
— Я рад, что все обошлось, — произнёс бледный Чуя, держась за живот. Девушка заметила состояние брата и ускорилась. — Дазай там, наверное, задался тебя.
— Ой, не говори, — усмехнулась девушка, возвращаясь взгляд на дорогу. — Я все ещё зла на него.
— Нет, ты простила его, — тихо сказал Чуя. — Это очевидно. Он действительно хороший человек, несмотря на прошлое. Всё мы тут с кровью на руках, так что это нормально.
— Боже, — красноволосая закатила глаза. — Всё равно ему нужно будет время заслужить моё доверие. После всех этих приключений нам нужен большой отпуск. Всем. А тебе помощь. Будешь как новенький. Вот увидишь.
Девушка ожидала в ответ колкость от брата, но её не последовало.
— Чуя? — Мияко отвлеклась от дороги и посмотрела на брата. — Чуя…
Накахара был бледен, а его голубые глаза были открыты. Сидение машины пропиталось кровью, вытекавшей из живота Чуи. Девушка приложила дрожащую руку на шею брата. Тишина. Хотелось кричать, но Мияко кое-как сдержала всхлип, а горячие слезы уже потекли по лицу вновь. Никого. Теперь в её семье нет никого. Родители, а сейчас и брат. Это был кошмарный сон, который не хотел заканчиваться.
Едва девушка подъехала к «Айкюсэ», то тут же вышла из машины. Ноги не держали её вовсе, так что Мияко просто рухнула на колени на асфальт. Её трясло и болело сердце.
— Нет. Нет. Нет, — повторяла Накахара, как сумасшедшая, опустив голову к земле. Её слезы капали на асфальт, не прекращаясь.
Послышались приближающиеся шаги, а затем кто-то присел рядом с девушкой.
— Мияко? Что случилось? — это был Осаму. Он обхватил плечи красноволосой, а так кое-как подняла глаза на мужчину. — Что? — Взгляд Дазая быстро пробежался по машине. И тут он заметил Чую.
— Почему? Почему все родные мне люди умирают? — словно саму себя, спрашивала девушка, смотря красными глазами на Дазая. — Но Фёдор отплатил за это… отплатил.
— Милая, все хорошо, — Осаму притянул к себе Мияко и обнял. — Ты жива. Хотя бы ты жива. Все будет хорошо.
— Что теперь делать? — прошептала девушка. — Что теперь делать?
— Все дела завтра, — в ответ прошептал Дазай. — Сейчас нужно все принять. Нужно… я и сам не знаю.
— Завтра… — повторила за ним Мияко. — Действительно. Сегодня нужно почтить память. Нужно отпустить.
— Правильно, милая, — Осаму аккуратно поднял на руки девушку, понимая, что она не в состоянии идти.
***
Брат и сестра сидели в гостиной на полу и играли. Девочка держала в руке плюшевого медведя, а мальчик с короткими рыжим волосами играл солдатиком. — Мы же будем вместе всегда? — спросила красноволосая девочка у своего брата. — Даже, когда ты станешь главой? — Я стану главой только, когда папа отдаст мне полномочия, Мияко, — ответил брат. — Мама говорит, что у глава много забот и на игры нет времени. — Тогда я не хочу, чтобы ты стал главой, Чуя! Пусть папа всегда будет главой, а ты будешь со мной, — недовольно воскликнула девочка и обиженно сложила руки у груди. — Ладно, я обещаю, что всегда буду приходить к тебе, чтобы поиграть, — пытался подбодрить сестру Чуя. — Обещаешь? — с подозрением спросила Мияко. — Обещаю.
