Тайна поместья Аддамс

Энид ехала уже часа 3, и хоть она обычно и не страдала от укачиваний, но в этой поездке приступы тошноты накрывали её всё чаще и чаще, из-за чего не получалось даже посидеть в телефоне. Она не любила оставаться со своими мыслями наедине, но сейчас, когда в наушниках играла музыка, а она смотрела на сменяющиеся кадры через окно машины, то мысли непроизвольно лезли в голову. Конечно первое, что приходило в голову, это причина, по которой она собственно находится в пути. Вернувшись на каникулы домой, Энид думала, что жизнь с матерью должна быть теперь в разы легче, ведь она обратилась, а значит, что она уже не "позор семьи". Но всё оказалось только хуже. Чуть ли не с порога мама начала спрашивать у неё о семье и о детях, если раньше Энид часто проводила время с братьями и отцом, которые пытались дать ей советы насчёт обращения, то теперь почти всё её время было проведено на кухне с мамой, которая учила её хозяйству. И может быть это было бы и не так плохо, если бы та не твердила вечно про то, что теперь Энид обязана обзавестись мужем и родить детей, в общем, создать свою стаю. Больше её мать не видела никакой цели в жизни Энид, ей было совершенно наплевать на её интересы и планы. Энид терпела это, терпела как могла, но когда родители на одном из ужинов сказали ей, что собираются забрать документы из Невермора, Энид не выдержала. - Да когда ты поймёшь, что это МОЯ жизнь. Я уже не маленький ребёнок, а взрослая волчица, которая вправе сама распоряжаться своей судьбой. И я не хочу сейчас заводить семью, я хочу сперва разобраться со своей карьерой, получить образование, устроиться на престижную работу, а не сидеть дома и варить борщи под сопровождение вечного детского плача, - Энид говорила исключительно с мамой, ведь знала, что отец тут совершенно не при чём. Она говорила то, что столько лет копилось внутри неё, и чувствовала, как снимает с себя зависимость от мнения мамы. - Да какая ты волчица, шавка без мозгов. Я пытаюсь наладить твою жизнь, чтобы у тебя были хоть какие-то шансы. Иначе же ты так и будешь сидеть на шее у нас с отцом. Карьеру она хочет свою видите ли, - мать Энид сплёвывала все эти слова как яд, в такие моменты становится понятно, что никакой враг не сможет сделать тебе больно, ведь ты слышал такие слова от человека, который казалось бы должен быть самым родным, - Какая тебе карьера, ни ума, ни таланта, только и можешь, что волосы свои перекрашивать по сто раз. Все за столом понимали, что Эстер (мать Энид) переборщила, кроме самой неё. Она, казалось, была наоборот довольна своей речью. Энид не плакала, обычно ей сложно было сдержать слёзы в такие моменты, но сейчас, услышав всё это, в ней скорее поселилось безразличие. Будто в один момент что-то щёлкнуло и отключило чувство вины перед родителями за малейшую оплошность, чувство зависимости от чужого мнения, боязнь кого-то опозорить, всё это перестало существовать в один миг. Энид почувствовала, что больше её ничего не связывает с этими людьми, ведь назвать их настоящей семьёй слишком большая "честь". Даже сейчас, сидя в машине со всеми своими вещами, которые она смогла забрать, никакого чувства жалости не было. У Энид было много друзей, но написать она решила почему-то именно Уэнсдей, номер которой попросила у Ксавьера. Уэнсдей сыграла не последнюю, а скорее даже главную, роль в становлении Энид как личности, да и как оборотня. С Уэнсдей Энид чувствовала себя морально спокойно, как бы абсурдно это не звучало для других. И, по какой-то неведомой причине, Уэнсдей ответила ей и разрешила приехать в гости, чтобы та подробно объяснила всю свою ситуацию. Наконец машина подъехала к большим, мрачным воротам и остановилась. Водитель был явно озадачен, что такая яркая девушка забыла в столь мрачном месте, но решил промолчать. Заплатив ему немалую сумму, Энид вышла из машины, забрала багаж и начала осматривать территорию. Особняк был выполнен в старинном стиле и чем-то напоминал заброшенный замок, вокруг дома была проложена каменная дорожка, которая явно куда-то вела, но Энид это ещё предстоит узнать, если её вообще впустят. Ворота были открыты, но Энид не решалась войти, кажется однажды Уэнсдей упоминала о ловушках на переднем дворе... - Ты приехала, чтобы постоять и посмотреть на дом? Энид подпрыгнула и выпустила когти от неожиданности, около неё стояла Уэнсдей, руки как всегда были скрещены на груди, а взгляд будто направлен прямо в душу. - Уэнсдей, привет! Так мило, что ты вышла меня встретить, - Энид несомненно была рада видеть подругу. - В этом месте такие слова как "мило" могут вызвать катаклизм. Если бы я не вышла, то ты бы даже не смогла подойти к воротам, один неверный шаг и в тебя прилетит стрела, - Уэнсдей была как всегда безэмоциональна, однако её взгляд выдавал интерес к происходящему, - Так что у тебя произошло? - А мы можем сперва войти в дом? Или нет..? - Энид, несмотря на слова Уэнсдей о стрелах,чувствовала себя более расслабленно в присутствии подруги. Может окажется, что она ехала сюда ради 5-минутного разговора, но всё равно она рада даже такой короткой встрече. Уэнсдей молча пошла в противоположную сторону от дома, но оглянувшись и увидев в глазах Энид непонимание, объяснила: - Система охраны у главного входа намного сложнее. Так что проще будет тебе показать проход через задний двор. Вещи кстати можешь оставить, Ларч их занесёт. Уэнсдей развернулась и пошла дальше, и Энид начала её торопливо, но по возможности очень аккуратно догонять, чтобы не оставаться одной в таком месте. Зайдя в какие-то заросли, Энид увидела маленькую, еле приметную калитку, куда и последовала Уэнсдей. Когда наконец обе девушки попали на территорию особняка, перед Энид открылся вид на весь задний двор. Помимо трёх закрытых пристроек, во дворе стояла небольшая оранжерея и кажется кресты... - Это наше семейное кладбище, - Уэнсдей будто читала мысли Энид, - А там мамин сад, - также добавила она, показывая на оранжерею. Что ж, в принципе Энид была не так уж и удивлена, она ожидала чего-то подобного, но всё равно немного поёжилась. Наконец войдя в дом, их встретили родители Уэнсдей. - Здравствуй, Энид, мы так рады, что наша грозовая тучка позвала тебя в гости, - Гомес и Мортиша мило улыбались. - Мы в комнату, нам не мешать, - отрезала Уэнсдей и пошла куда-то на второй этаж. Энид смущённо улыбнулась и побежала за Уэнсдей. ~~~~~~~~~~~ - Думаешь у них всё серьёзно, amore mio? - спросил Гомес. - Более чем, только они пока сами этого не поняли, - улыбнувшись, ответила Мортиша. ~~~~~~~~~~~ - Оу, это твоя комната? Очень похожа на нашу в Неверморе, только без моей части, - сказала Энид, осматривая комнату. Большая кровать с чёрным постельным бельём, массивный тёмный стол с печатной машинкой на нём, небольшой шкаф и комод, - У тебя даже есть свой выход на балкон. - Ты очень наблюдательна, но ты расскажешь, что всё-таки привело тебя сюда? - Уэнсдей почему-то была чень нетерпелива. Энид, с разрешения Уэнсдей села на кровать, после чего тоже самое сделала и Уэнсдей, и начала рассказывать всё как было. После окончания повествования в комнате воцарилось недолгое молчание. - Ты молодец, - задумчиво сказала Уэнсдей, - А вот твоей маме стоило бы повырывать все когти и клыки. Приятное тепло от похвалы Уэнсдей растеклось по телу Энид, такого внутреннего ликования у неё не было ни после победы в соревнованиях, ни после начала отношений с Аяксом. - Теперь меня с ней больше ничего не связывает, так что оставим ей когти и клыки, - лучезарно улыбаясь для убедительности, сказала Энид. - Но почему ты решила приехать сюда? Как же Йоко, Аякс и другие? - Уэнсдей наконец задала интересующий её вопрос. Энид задумалась, Уэнсдей всё-таки не рада её приезду? И что ей ответить, что какая-то неведомая сила тянет её к Уэнсдей, что ей хотелось бы каждое утро просыпаться в одной комнате с ней, что она готова ходить с ней по всем заброшенным домаа мира в поисках монстра, который может их убить... Что она любит её? - Я..Мне хотелось поговорить именно с тобой, так как ты самая рационально-мыслящая из всех, - Энид не обманывала, ведь так и есть, - А с Аяксом мы кстати расстались ещё до ухода на каникулы. - Допустим я тебе поверю, - ответила Уэнсдей и отвернувшись, еле заметно улыбнулась, - тогда пойдём, я покажу тебе твою комнату. Они зашли в соседнюю комнату, которая в принципе была точно такая же, как и комната Уэнсдей, только без чёрного постельного белья. - У нас редко бывают гости, а если и бывают, то живыми отсюда не выходят, так что одну комнату можно выделить тебе. Ты можешь сделать с ней всё, что захочешь, - Уэнсдей говорила это с некоторой опаской, представляя себе полностью розовую комнату в их доме. - Правда-правда????? - глаза Энид горели, она может сделать комнату своей мечты, так ещё и живёт совсем рядом с Уэнсдей, - Спасибо большое, Уэнсдей, ты лучшая! - Кстати у нас совмещённый балкон, но если ты будешь чересчур часто ходить ко мне, то однажды можешь случайно свалиться с этого балкона. Энид готова была запищать от счастья, наброситься на Уэнсдей, расцеловать, заключить в свои объятия, но надо держаться, иначе она может вылететь из этого дома, не успев до конца заселиться. Поэтому Энид в который раз одарила Уэнсдей сияющей улыбкой и побежала к своим вещам, которые Ларч уже принёс в её комнату. Уэнсдей же вернулась в свою комнату, села за стол и задумалась. Может быть она и не любила принимать свои чувства и порой даже не понимала их, однако свои необычные чувства к Энид она поняла сразу. Это проявлялось ни раз и ни в одной сфере, то она участвует в каких-то соревнованиях, то скучает, во время их ссоры, то переживает... Энид заставляет Уэнсдей чувствовать, и Уэнсдей даже не против, так как хочет чувствовать ради Энид. Энид могла бы полностью погрузиться в процесс создания комнаты мечты, но почему-то ей пока этого не хотелось, поэтому где-то через час она оставила это дело и вышла на балкон. С балкона открывался вид на задний двор и на лес, он казался необъятным, наверное в таком легко заблудиться... Вдруг на балкон вышла Уэнсдей, она выглядела озадаченной, всё-таки что-то в ней изменилось, теперь она будто более живая... - Уэнс, а ты можешь провести мне экскурсию по дому? - Энид хотелось побыть с Уэнсдей, но она не знала, какую ещё причину можно выдумать, чтобы казаться не такой навязчивой. - Если ты уверена, что готова к этому зрелищу, то да, - Уэнсдей была даже не против, всё равно для написания романа мысли были слишком сбивчивые. Энид шла по коридору и осматривалась, он выглядел достаточно жутковато, для полной картины кажется не хватало только летучих мышей. Большая часть комнат были пустые, в одной из соседних комнат, по словам Уэнсдей, обычно хранят гробы, они с Пагсли там раньше часто играли в прятки. Уэнсдей показала кухню, целых 3 ванных комнаты, кладовую, в общем-то казалось бы самый обычный дом. Но потом они направились в сторону построек, первая из них была наполнена различными колбочками, это была комната зельеварения, Энид была в восторге от такой комнатки, она выглядела очень уютно, с таким вайбом добрых ведьм. Вторая постройка была полностью наполнена различными видами оружия: луки, арбалеты, кинжалы, сабли, револьверы и множество других, которые Энид даже не знала. Перед третьей постройкой Уэнсдей сказала: - Это моя гордость. Они вошли в слабоосвещённую комнату, посреди неё стояло кресло, похожее на кресло стоматологов, только с ремнями. На стенах висели разлчиные орудия пыток начиная с плёток, заканчивая "грушей страданий", также Энид заметила какие-то цепи с оковами. Всё это повергло в шок, Энид стояла с открытым ртом и не знала, что сказать. - Комната для пыток, мои родители начали дарить мне подобные вещи лет с 6, и теперь у меня есть полноценная комната, - Уэнсдей говорила это с неподдельным восхищением и гордостью. - Оу, это достаточно...Необычно. И ты тут..Частенько бываешь? - Энид говорила это с некой растерянностью. Однако больше всего её смущало то, что всё это её кажется..возбуждало. Энид представила Уэнсдей, такую властную, ходящую вдоль стены с различными орудиями пыток (лучше конечно, чтоб она имела немножечко другой вид, чуть менее болезненный), - А что там за дверька? За одним из каких-то стеллажей была небольшая дверь, непримечательная на первый взгляд. - Это не важно, там просто ненужные вещи, - нахмурившись ответила Уэнсдей, - Пойдём отсюда. Уэнсдей поспешно вывела их оттуда. Она шла всю дорогу до дома молча, заметно помрачнев. Когда они уже дошли до комнат, Уэнсдей наконец сказала: - Лучше держись подальше от той комнаты, боюсь то, что там находится, тебя может разочаровать, - её голос был тихим и более низким, чем обычно. Энид покрылась мурашками от такого, но вновь подметила, что подобное заставляет низ её живота свернуться в узел. Придя в комнату, Энид села на кровать и пыталась переосмыслить всё, что сейчас произошло. Обычно Энид старалась избегать такого контакта, уж больно противно ей было. Но сейчас, она бы хотела заполучить Уэнсдей целиком и также всецело отдаться ей. Быть может виной тому является приближающееся полнолуние... Прогнав такие мысли, Энид начала думать о другом, что за комнатка всё-таки там находится? Спустя какое-то время Энид услышала какой-то грохот, будто двигали какой-то огромный шкаф, а затем дверь Уэнсдей открылась, и та кажется куда-то пошла. Выйдя на балкон, Энид увидела подругу во дворе, она зашла в свою "комнату для пыток". Энид было немного не по себе, однако любопытство брало верх, по крайней мере может родители Уэнсдей всё-таки не дадут ей убить Энид, в случае чего. Энид пошла во двор, она подходила к этой пристройке очень тихо, чуть ли не на цыпочках, а свой слух "включила" на максимум, чтобы слышать каждый шорох. Как только Энид подошла к пристройке, дверь распахнулась, благо она успела спрятаться за угол, Уэнсдей с фонариком и каким-то мешком пошла в сторону дома. Проскочив в ещё не закрывшуюся дверь, Энид вновь оказалась в этой комнате. В одиночестве она казалась более жуткой. Не желая оставаться здесь надолго, Энид сразу пошла к той самой дверце. Глубоко вдохнув и выдохнув, она схватилась за ручку и открыла её. За дверью оказалась маленькая комнатка, в которой не было совершенно ничего связанного с пытками. В комнате стояли горящие свечи, а на полу были раскиданы лепестки роз разного цвета. Посреди комнаты стоял маленький столик, на котором сидел плюшевый чеширский кот, в руках которого была записка. Энид подошла к столику и взяла записку. "Я ненавижу чувства, но то, что заставляешь меня испытывать ты - лучшая пытка" Энид тихо вздохнула, перечитывая записку снова и снова. Быть может она спит? Иначе она просто не верит во всё происходящее... Наконец придя в себя и осознав, что всё это реальность, она побежала к Уэнсдей, но бежать пришлось недалеко, Уэнсдей стояла на пороге этой маленькой комнатки и внимательно смотрела на Энид. Сердце колотилось как бешеное, Энид стояла и боялась, что всё это может раствориться, но не в силах больше ждать, захватила Уэнсдей к себя в объятия. Да, Уэнсдей готовилась. Ещё до того, как Энид приехала, Уэнсдей начала думать о том, как можно признаться в своих чувствах. Придумав достаточно лёгкий план, Уэнсдей приступила к его осуществлению, ведь точно знала, что любопытство Энид не даст ей покоя. - Я так полагаю это значит, что мои чувства взаимны? - хрипло спросила Уэнсдей, говорить было сложно, так как воздуха не хватало. - Уэнсдей, - Энид выпустила её из своих объятий, по её щёкам текли струйки, это были слёзы абсолютного счастья, - Я полюбила тебя чуть ли не с первой нашей встречи... - Тогда предлагаю пройти в дом, на наше первое свидание, - сказала Уэнсдей, одаряя Энид такой безупречной и прекрасной улыбкой, что та потеряла дар речи. - Ты...Ты восхитительна, Уэнс, твоя улыбка просто невероятна, - заикаясь подметила Энид. Они вернулись в дом, когда Уэнсдей открыла перед Энид дверь своей комнаты, та кажется забыла как дышать. Посреди комнаты стоял стол, украшенный букетом чёрно-розовых роз, которые будто олицетворял их пару, помимо букета там стояли несколько блюд, бокалы и вино. Атмосфера была лучше, чем в самом шикарном ресторане. Уэнсдей, подобно джентльмену, подвинула для Энид стул и, усадив её, стала разливать вино по бокалам. - Уэнс, это всё...Это всё так волшебно. Ты...Ты бесподобна, - Энид была так потрясена, что не только не могла подобрать слов, но и не могла даже выразить эмоции. Всё это было словно в сказке. - Всё для тебя, la mia anima, ты заслуживаешь намного больше, - нервное напряжение Уэнсдей пропало, и теперь она сидела расслаблено, попивая дорогое красное вино, и любуясь дамой своего сердца. За столом они сидели недолго, по словам Уэнсдей это была официальная часть их свидания, и по итогу они переместились на кровать Уэнсдей для просмотра фильма. В совокупности с горячительным напитком и приближающимся полнолунием, Энид всё больше теряла концентрацию. Она никогда не задумывалась о всяких значениях альфа и омеги у оборотней, но сейчас ей казалось, что она чувсвует какой-то сладкий, манящий, возбуждающий запах, исходящий от Уэнсдей. Внутренний зверь Энид нервно вилял хвостом, но она старалась держаться. Однако когда рука Уэнсдей легла на бедро Энид, она больше не смогла сдерживать волка, что сидел внутри неё. Резко оказавшись поверх Уэнсдей, Энид схватила её запястья и сложила у изголовья кровати. Осматривая свою "добычу", Энид довольно улыбнулась, та лежала под ней, стараясь выровнять сбившееся дыхание и придать себе невозмутимый вид. Энид прильнула к губам Уэнсдей, затягивая ту в страстный поцелуй, полный желания. Она сминала и прикусывала её губы, по-хозяйски изучая свои языком каждый уголок рта, от чего Уэнсдей нервно выдыхала. Отстранившись из-за нехватки воздуха, Энид почти сразу спутстилась к шее, оставляя на ней множество засосов и укусов, которые сразу же зализывала. Она сорвала с Уэнсдей рубашку, с корнем вырвав пуговицы, и издала довольно-возбуждённый рык, увидев, что та была без бюстгальтера. Её руки разгуливали по прекрасному телу своей теперь уже девушки, а язык играл с сосками, которые уже набухли от возбуждения. В комнате становилось всё жарче, и Энид сбросила с себя всю верхнюю одежду, оставив лишь нижнее бельё. Её язык спускался всё ниже, дыхание Уэнсдей становилось более частым, избавившись от её нижнего бель Уэнсдей, Энид без раздумий спустилась к заветному месту. Послышался первый стон, Уэнсдей была больше не в силах держать себя в руках, из-за чего просто решила поддаться всем эмоциям и ощущениям. Язык Энид двигался всё интенсивнее, вырисовывая узоры, увидев, что Уэнсдей уже на пике, Энид остановилась. - Синклер, какого чёрта, - нервно проговорила Уэнсдей. - Я просто хотела полюбоваться тобой, - строя невинные глазки, с ухмылкой проговорила Энид. - Если ты сейчас же не продолжишь, то я оторв... - Уэнсдей не успела договорить, как в неё вошли два пальца. Уэнсдей закатила глаза и громко застонала. Подключив к пальцам язык, Энид ускоряла темп, стоны перешли к крикам, Уэнсдей хваталась за простыни, нервно их сминая. Добавив третий палец, Энид продолжила свои действия, тело Уэнсдей резко напряглось, прижалось как можно ближе к Энид, после чего наконец обмякло. Удовлетворённый зверь Энид заснул, а она, смущённо улыбаясь, сидела и смотрела на Уэнсдей. - Хорошо, ты можешь поспать сегодня со мной, но советую не привыкать, - сказала Уэнсдей, смотря на щенячьи глазки и понимая, что это откровенная ложь и вторая комната будет большую часть времени пустовать. Энид заснула в объятиях Уэнсдей, наполненная умиротворением, гармонией и спокойствием, сейчас у неё впервые в жизни было ощущение, что она дома. Вечер и ночь прошли изумительно, вот только Энид пока так и не узнает, что план Уэнсдей был немного другим и под кроватью лежал мешок с плёткой, кляпом, наручниками и другими вещичками. Однако он обязательно дождётся своего часа...