Ну, здравствуй

      Прошло примерно три дня с момента, как Сал встретился с Фрэн. За это короткое время они успели списаться друг с другом. Сначала всё шло по задумке: в основном делились информацией, когда всем им будет удобно собраться на своеобразный «плэнер». Однако после интерес к друг другу всё рос, и вот, Сал уже знал о Мистере Полночи, о том, как спешно собиралась Фрэн в поездку, что второпях забыла почти половину важных инструментов и вещей, и теперь Ларри придётся жертвовать своим свободным планшетом.       Фрэн же узнала, что Сала часто мучают непонятные кошмары, от чего их переписка растягивалась чуть ли не до утра.

Сегодня, 3:40

Хэй, Фрэн, не спишь?

      Единственный глаз парня зудел от резкого пробуждения в столь ранний час. Сал безуспешно протирал сухое и ребристое от шрамов лицо, сгоняя этим последние признаки сна. Естественно, нет. Я ещё и не засыпала. Снова кошмары?       Девушка листала книгу, выискивая в ней полезную информацию. Книга была бы обычной, если бы не странный язык, которым изложен весь текст. Письмена больше походили на невнятные закорючки ребенка, впервые пытавшегося прописать английские слова.

Ага.

А ты вновь сидишь, уткнувшись носом в книги?

      Улыбка растянулась на лице Фишера-младшего. Книги – это знания, Салли. Они помогут мне найти ответы…       Фрэн переодически отвлекалась от чтения и печатала текст на довольно новом складном телефоне.

Так что ты ищешь, если не секрет?

Я тебе уже говорил, что могу попросить Тодда найти ответ на почти любой твой вопрос.

Вот именно, ПОЧТИ любой. К сожалению, Салли, этот вопрос нельзя найти в глобальной сети. Только книги.       В сообщении девушки проскочила небольшая нотка грусти.       Сал немного нахмурился. Он не представлял ни одного вопроса, который бы не знал Интернет. Хотя, порой всё-таки найти ответы на некоторые вопросы по математике — та ещё задачка.

Ладно, убедила

      Парень более не спорил с подругой. Сал уже было хотел вставать, как его телефон вновь завибрировал от нового сообщения Фрэн: Не хочешь поделиться сном?       Парень как-то напрягся. Он не любил делиться своими переживаниями. Особенно с еле знакомыми личностями. Хотя Сал и чувствовал какую-то незримую связь с Фрэн, его доверие она приобрела ещё не до конца. Его терзало чувство недосказанности. Хотя и она могла не делиться своими переживаниями с первым попавшимся. Эти мысли тупили чувство.

Да не бери в голову.

Знаешь, очередная

эпилептическая дурь. Не больше.

***

      Прошла ещё пара дней и вот, Фрэн уже собирала свой рюкзачок. Она успела приобрести немало принадлежностей для профессионального художника. Набор кистей, масло, растворитель, ватман и подобные приспособления. Единственное, чего не хватало — холст и планшет. Их должен был предоставить Джонсон. Её лицо растекалось в улыбке, ведь так давно она не общалась с нормальными людьми. Это так волновало и захватывало. Не сказать, что Фрэн скучала по общению с ними. В Иверсте было много её друзей, которые были готовы отдать свою жизнь ради малышки Фрэн.       Её волновала её история, которую она уже давно обдумывает. Ей нельзя было казаться какой-то тронутой на голову. Иверста, пять реальностей, хранительница ключа. Тут ей никто не поверит и, возможно, вновь попытаются запихнуть в дурную клинику. От одной подобной мысли бросает в дрожь.        Боу аккуратно отряхнула свою новую одежду: чёрная блузка с рукавами–фонарям и воротником. Поверх она надела белый, однотонный жилет. На линии пояса держалась светло-розовая юбка. На ногах белые чулки и те же туфли, что и при первой встрече с Салом. — Как думаешь, котик, это достаточно современный образ? — девушка красовалась перед зеркалом и оглядывала каждый сантиметр своего нового наряда. — Конечно, моя дорогая Фрэн, — промурчал чёрный кот, ластясь под ногами. — Он тебе к лицу.       Девушка лишь тепло улыбнулась. Она была крайне рада это слышать. Однако ей уже было пора прощаться с пушистым другом — такси подъехало к её месту жительства. Она быстро прихватила сумку со всеми инструментами и помахала напоследок коту. — Не скучай, Мистер Полночь!       Небольшой силуэт скрылся за парадной дверью. Говорящий кот промурлыкал «удачи» и вновь направился лежать на большой кровати нового жилища. Уж слишком понравилась ему эта мягкость под телом.

Апартаменты Эдиссона

      Шатен нарезал круги вокруг двух мольбертов. Его терпение испытывал стоящий рядом друг. С ними так же «тусовалась» Эшли. Её позвал сам Джонсон, от чего Фишер не мог найти себе место. Его сердце колотилось как сумасшедшее. Салли чувствовал, как кровь пульсирует под кожей. С какой-то стороны, Ларри так отомстил за поступок Сала.       Она была как всегда прекрасна. Длинные шоколадные волосы собраны в хвост. Фиолетовая майка облегала розоватую кожу. Короткие шорты открывали обзор на слегка крупноватые бедра. — Мальчики, может объясните, что тут происходит? — спросила Эшли, которая искренне недоумевала, почему все они собрались возле мольбертов в такую рань. Не сказать, что она была против. Иначе бы её тут не было. Но ей толком и не рассказали смысл данного собрания. — Мы с тобой стали рабами, — прорычал Ларри, всем своим видом показывая недовольство. — Да как ты задрал! Мог бы и отказаться, вообще-то, — усмехнулся виновник сего действа, голос которого слегка подрагивал. — И не причисляй сюда Эш, её звал именно ты. Не в обиду, подруга.       Эш в ответ улыбнулась, будто говоря: «Я не обижена». Ларри уже сидел напротив мольберта, немного дёргая ногой в ожидании неизвестной. Кэмпбелл до сих пор ничего не понимала и старалась найти ответ в глазах Сала. Но в глазах того было лишь волнение и смущение. — В общем, если кратко, мы ждем Фрэн, ведь… — но его прервали. — Мы? Тут ждешь только ты. Мы вообще не знаем её! — снова высказывал свое недовольство Джонсон. Однако в ответ его плечо ощутило удар кулаком. С уст длинного сорвалось краткое «эй!», пока глаза не поймали образ хрупкой девочки за углом апартаментов.       Фрэн стояла за углом, наконец найдя место встречи. Её лицо преобразилось в искренней улыбке. Уверенным шагом Боу стремительно приближалась к троице. Каждый стук её каблучков менял всё недовольство длинноволосого на какую-то хитрую ухмылку. Сал в это время протирал свой кулак после удара и краем единственного глаза наблюдал за реакцией друзей. Это странное преображение эмоционального фона Джонсона напрягало. Опять что-то удумал?       Хотя, в отличие от дылды, менялась в лице больше всего Эш. Она словно изучала новый организм под микроскопом, поднося большой палец руки к губам. — Боже, простите меня. Я немного заблудилась, — произнесла новоприбывшая, вдребезги разбивая молчание, повисшее в воздухе. — Я ведь не опоздала?       Первым вернулся в сознание художник. Он всё ещё странно улыбался и косился на своего приятеля, пытаясь ему на что-то намекнуть. — Нет, ты как раз вовремя!       Джонсон помогал новой знакомой закрепить ватман на планшете. Сал и Эш же остались в какой-то степени наедине. Два художника уже во всю увлеклись процессом создания шедевра. — Так это та, из-за кого мы тут собрались? — риторически спросила шатенка. В ответ послышалось краткое «угу».       Зелёные глаза не сходили с образа Фрэн. Эшли подметила, что стиль у нее довольно древний. Но это ничуть не оскорбление. Наоборот, она считала, что подобная одежда прекрасно дополняет саму девушку. — Хах, а у тебя хороший вкус на девушек, Сал? — Кэмпбелл улыбнулась, явно подшучивая над другом, отчего уши парня ярко вспыхнули. — Нет! То есть, да! То есть… — Фишер не мог сплести и двух слов в единое предложение, дабы защититься от подобных мыслей со стороны объекта воздыхания. Он не хотел сеять в её голове мысль, что был кем-то увлечён.       Девушка прикрывала рот ладонью от смеха, стараясь не отвлекать художников от их занятия. — Успокойся, я просто пошутила. Это не в твоём духе, знаю, — с улыбкой произнесла Эш, смотря прямо в голубые глаза Сала.       Сердце парня вновь заскакало. Сколько бы лет не прошло, эти глаза заставляют его полыхать изнутри, как и в первый день их встречи. Самый счастливый день в его мрачной жизни.       Так и пролетали часы, совершенно незаметно для всех. Фрэн и Ларри рисовали маслом по холсту, изображая картины разного характера. Если в случае с девушкой всё понятно: она рисует здание перед глазами. То вот с Джонсоном было сложнее. Холст пестрил сюрреалистичными образами неизвестного происхождения. Каждый мазок кистью преображал все имеющиеся фигуры и очертания, создавая тем самым единую композицию.       Эшли с Салом решили так же не отставать от последователей Боба Росса. Девушка предложила Фишеру тоже попрактиковаться в рисовании, на что тот с неохотой согласился. Сал не был выдающимся художником, его рисунки обгоняли, наверное, только младшеклашек. Но расстраивать подругу и любовь своей жизни тоже не хотелось.       Пока Кэмпбелл запечатлевала в скетчбуке деревья, птиц и цветы, Сал аккуратно и с усердием копировал черты лица подруги. Почему-то возле неё вся красота вокруг затухала. В его глазах, ничто не могло сравниться с этим идеалом. Ему даже казалось, будто выходит что-то достойное. Хотя мутный от любви разум мог и ошибаться. — Что ж, я устала. Думаю, на этом можно остановиться, — произнесла тихо Эшли и отложила карандаш в сторонку.       Салли поднял голову от скетчбука к своей музе. — Покажешь? — с интересом спросил парень.       И без того розоватые щеки девушки немного покраснели. Она согнула край листа меж пальцев и продемонстрировала иллюстрации на бумаге. — Только не смейся, — почти что пропищала та.       Глаза Салли округлились. Бумага была вся разрисована различными набросками. В одном углу громадное дерево с домиком, в другом птица. Весь этот творческий хаос выглядел в массе крайне лаконично. Парень разглядел образы каждого участника компании. Даже свою. — О, это я? — указав пальцем в небольшую зарисовку, спросил парень. Подругу кивнула, с какой-то надеждой разглядывая протез парня. — Мне очень нравится. Ты действительно хорошо рисуешь. — Спасибо, но ты мне льстишь, — девушка прикрыла свои губы, что тянулись уголками к верху. — А ты что нарисовал?       Парень полыхнул, как спичка. Он осознал, что всё это время вырисовывал с большим трудом только очертания лица девушки. Сал неуверенно показал ей свой лист и зажмурился, стараясь не смотреть на реакцию. — Оу, это мама Ларри? — голова шатенки слегка склонилась на бок. Та щурилась, стараясь найти в линиях образ того, кого рисовал Сал. — или Ларри?       Сала будто молния ударила. Он и не думал, что его старания могут двумя словами разбить вдребезги и растоптать осколки в пыль. — Нет, это… — парень не смог договорить, ведь подоспевшие Ларри с Фрэн начали так же оглядывать небрежные линии на листе. — Да не похоже на меня! — возразил Джонсон, — похоже на накрашенную миссис Пакертон.       Сал в ответ лишь склонял голову, стараясь скрыться от стыда. Благо, это заметила Фрэн. Она понимала, что если не остановить эти догадки, Сал навсегда забросит карандаш и бумагу. Благо, она прекрасно знала, кого хотел изобразить голубоволосый. — А мне кажется, что рисунок изображал Эшли, — легко вымолвила девушка поменьше.       Новичок в художестве словно набрался энергии и поднял голову к своей спасительнице. Джонсон и Кэмпбелл вновь начали выглядывать рисунок, наконец замечая все детали, что присутствуют только у шатенки. Им обоим стало как-то неловко. Однако Сал уже убрал лист с поля зрения друзей. — Фрэн права. Но, похоже, мне еще есть куда расти, — уже более спокойно произнес Сал, хоть и был слегка огорчен своим провалом. — Да не расстраивайся ты, чувак, ты всё равно молодец! — пытался подбодрить Ларри своего друга.

***

      Подростки сидели на траве в небольшом кругу, не замечая, как пролетают часы. Они весело обсуждали разные истории из жизни, играли в Уно и попивали колу, что принёс Джонсон. — Мать твою, у вас что, одни приколы в карманах?! — вопил высокий шатен из-за очередной отмены хода в его сторону. — Прости, — извинялась Фрэн, ведь именно её ход служил причиной полыхания парня. — у меня не было другого. — Фрэн, не пали свои карты, — сделала замечание Кэмпбелл. — Ах, точно! Прошу прощения.       Эта манера Фрэн извиняться за каждую мелочь забавляла её друзей. За эти часы они уже и привыкли. Фишер лишь порой улыбался на подобное поведение подруги. Даже в переписке с ним она часто просила прощения, если парень бурно реагировал на какое-либо высказывание. — Эй, ребят, время идёт к девяти вечера, — вдруг подметил протезник, заглянувший в телефон. — Нам пора бы закругляться. Становится холодно.       Остальные согласились с ним, и Джонсон уже начал собирать карточную игру обратно в коробку. Эшли же собирала художественные принадлежности, а Сал помогал ей. И лишь Фрэн не знала, как ускорить процесс сборки, ведь и делать более нечего. Девушка выдохнула прохладный воздух и вспомнила, что ей ещё как-то идти до дома с довольно увесистым холстом, а такси в такое время найти проблематично. — Ох, чёрт… — тихо произнесла Боу, но даже шёпот в тишине становится громким звоном громкоговорителя.       Троица обратила внимание на девушку в сторонке, и та прекрасно чувствовала эти взгляды даже спиной. — М… Мне неловко вас просить о таком, но мог бы кто-то из вас помочь мне донести этот холст домой. И не волнуйся, Ларри, я завтра верну его!       Шатен усмехнулся в ответ. За тот сеанс пленэра они с Фрэн хорошо поладили и нашли немало общих интересов не только в искусстве. — Не парься, чувиха. Но, к сожалению, я не смогу помочь. Обещал матери помочь с установкой новой полки в квартире. Она как раз должна скоро закончить с вечерней уборкой. — Ничего, мы с Салли поможем тебе. Мне всё равно по пути, а Салли поможет донести до конечной, — предложила Эшли. Во время их встречи Фрэн рассказала, где живёт и с кем. Потому Эш уже знала, что половину пути сможет пройти с ней.       Однако Сал удивлённо смотрел то на Ларри, то на Эш. Он не думал, что его вот так кинут. Хотя, наверное, это тоже часть мести. — Правда? Ох, я была бы крайне благодарна вам! — с радостным ликом произнесла хранительница.       Сборы заняли у них всего пять минут. Ларри уже ушёл к себе, буквально топая от тяжести в руках. Ему бы кто помог донести все принадлежности обратно домой!.. Вслед глухо раздалось: «Давай, петух, шагай!» от Сала, на что шатен лишь рыкнул и скрылся.

***

      Красное небо выглядело, как раскаленная лава. Белый шар под названием «Солнце» уходил за горизонт обратно на боковую. Но город, казалось, только просыпался. Музыка лезла из всех щелей, весёлые и пьяные в хлам подростки и взрослые занимали скамейки. На них лишь иногда ворчали бабки из окон своих домов, а порой и вовсе выкрикивали разные едкие слова. Во всей этой шумихе выделялась пара подростков. Среднего роста парень с голубыми волосами и холстом в руках, и невысокая девушка. Они уже как пару минут идут по дороге в тишине. Эшли давно покинула их, ведь достигла конца своего маршрута. — Так ты познакомишь меня со своим котом? — с ухмылкой спрашивал Сал. — Только после того, как ты познакомишь меня со своим, — с такой же усмешкой ответила Фрэн. — Договорились.       Они прошли ещё пару шагов, пока Фрэн вдруг не решилась спросить, наверное, самый роковой вопрос в жизни Сала. — Так Эшли твоя девушка?       Что-то в груди Сала ойкнуло, и он застыл на месте, провожая взглядом девушку. Фрэн сделала лишь пару шагов после остановки собеседника и, не заметив его возле, развернулась. — С чего ты так подумала? — Ну, просто, ты так на неё всё время смотрел. В твоих глазах читалась нежность и любовь. Да и вроде, ей ты тоже не безразличен, — ответила Боу.       Сал на какое-то время потупил взгляд в асфальт и с большой тяжестью выдавил из себя слова, что ранили его самого лишь сильнее. — Нет, ты не права. И правдой этой никогда не станет.       Фрэн по голосу собеседника поняла, что задела его ранимые чувства. Она прикусила нижнюю губу, собирая в голове способы, как бы могла его утешить. — Не говори так печально. Ты не можешь знать наперёд. Вдруг у вас с ней всё получится, — подбадривала та, но Сал был безутешен. — Она не сможет полюбить такого урода, как я, Фрэн. Никто не сможет.       Девушка подошла к парню поближе и положила свою лёгкую ладонь на его плечо. Она смотрела прямо в глаза друга, стараясь дать ему поддержку и опору. — Не давай плохим мыслям поглотить твои мечты и надежды. Поверь, они намного материальнее, чем ты думаешь. Так что не говори наперёд. Красота человека не состоит только из лица и тела. Важна и душа! — с улыбкой произнесла Фрэн, из всех сил сияя позитивом для Сала.       Волей неволей, но он приободрился и поднял поникший нос. Однако отвечать ничем не стал, лишь подметил, что они почти дошли до места проживания Боу.       Перед ними стоял двухэтажный дом. Совсем узкий, словно там умещалось лишь четыре квартиры. Бежевые кирпичи, плитка крыши в цвет темного шоколада и такого же цвета рамы окон. Что сказать, новостройка. На пороге их уже ждал высокий человек.       Салу понадобились ещё пара шагов, чтобы точно разглядеть этого человека.       Под два метра, одетый довольно элегантно и старомодно. Тёмный пиджак покрывал жёлтую рубашку. Штаны со стрелками в тон пиджака. Натёртые до блеска туфли стучали носком по лестнице. Слегка обросшие, белые, как снег, волосы были зачёсаны назад. Жёлтые зрачки словно искали что-то или кого-то. Ответ не стал долго себя ждать. — Итворд! — вскрикнула Фрэн и устремилась прямиком к мужчине за сорок. Тот помахал бегущей навстречу девушке и поймал её в крепкие объятия. — Моя дорогая Фрэн, заставила же ты меня поволноваться, — с улыбкой произнес мужчина, ласково поглаживая девушку. — О, а это твой друг, верно?       Сал кратко кивнул и быстро сократил дистанцию между ними. Он вежливо протянул руку мужчине. — Сал Фишер, приятно познакомиться.       Уголки губ слегка приподнялись, и мужчина пожал руку парня. — Не нужно формальностей. Итворд. Спасибо, что помог моей племяннице, — высокий мужчина поспешил забрать у Сала холст с картиной. — Мне не сложно. Что ж, пора бы и домой возвращаться. Было очень здорово с тобой повеселится. Надеюсь, повторим, — задорно высказал Салли и уже спешил обратно, ведь температура быстро падала.       Фрэн и Итворд махали на прощание парню, и, когда тот был уже достаточно далеко, мужчина прервал тишину своим басистым голосом. — Так это и есть ключ этой реальности? Не думал, что им является человек, — два пальца поглаживали подбородок. — Да, я тоже поражена. Но, мы об этом знали с момента его рождения. Я хотела лишь убедиться, — с какой-то нотой грусти в голосе произнесла девушка, — Давай зайдем в дом, Итворд. Не хочу подхватить простуду. — И то верно.       Они вместе перешагнули порог тёплого дома и закрыли за собой дверь. В это время Фишер неспешно шёл к апартаментом, погружённый в свои мысли.