Полуночный демон старшей школы

Жарко. Вокруг только разруха, кровь и предсмертные стоны. Тяжело здраво соображать, когда на твоих руках умирает собственная мать, которую ты сам и вытащил из-под обломков, ведь ей раздавило нижнюю часть тела. В горящем автомобиле находится отец. Ты наверняка знаешь, что не сможешь ему ничем помочь, ведь от удара он скончался на месте. И сейчас он находится там, а жадные языки пламени пожирают его безжизненное тело. Немного греет сердце тот факт, что виновник происшествия умер на месте от тяжёлых травм, не совместимых с жизнью. Быть может, оно и к лучшему, ведь иначе он поставил бы на своей жизни огромный жирный крест. Эти мысли хочется выкинуть из головы, ведь твоим родителям всегда хотелось бы, чтобы твой детский невинный разум не был запятнан такими ужасными мыслями. Но уже слишком поздно, и вряд ли они в силах что-либо изменить. Врачи уже совсем рядом, но ты понимаешь, что это тот самый момент, который многие люди называют «точка невозврата». Тот самый момент, после которого уже ничего нельзя изменить… Царапины невыносимо жгут, разбитые очки почти сползли с лица, а ты всё сидишь и держишь на своих руках маму. Слёзы, идущие ручьём, падают без остановки на её окровавленное лицо, стекая вниз по щекам. Она держит тебя за край футболки, но тут подбегает бригада врачей, которая уносит её в сторону фургона реанимации. Жадным взглядом ты наблюдаешь издалека, как она вцепилась в железные перила носилок, пока вокруг неё суетится команда врачей, но тут её рука обвисла и больше не пошевелилась. -«Смерть от массивной кровопотери», - констатировал санитар, и после этих слов вся твоя жизнь была перечёркнута. Навсегда… - Кацу, я не чувствую ног... - Мама, пожалуйста, борись… - Сынок, выживи ради нас с отцом. Потому что мы, к сожалению, не сможем… - Мама, не надо… - Не бойся, я всегда буду присматривать за тобой. Обещаю… - МАМА! С момента гибели родителей Кацу прошло уже семь лет, однако он до сих пор помнит этот день, словно это было вчера. Он точно знал, что больше никто не держит его в этом мире, однако не уходил из него только потому, что этого не хотела бы его мама. Поэтому он шёл по тропинке, засунув руки в карманы своей толстовки и стыдливо прятал под ними порезы, замотанные бинтами. Жизнь после смерти родителей перевернулась с ног на голову, когда его забрали в детский дом. Тот был окружён высоким забором, на котором раскинулась колючая проволока, предостерегающая юных авантюристов от побега. Так Кацу и стал мальчиком, изолированным от внешнего мира, приносящего ему столько добра. Нет, конечно, там были и другие дети, но навряд ли Кацу стал бы водить с ними дружбу. Обозлённые на весь мир, брошенные родителями, они превратились в самых настоящих сволочей и отморозков, забыли чувства жалости и сострадания и не брезговали применить грубую силу, лишь бы доказать свою правоту. Нередко такие драки заканчивались разбитыми носами и реками крови, что приводило в ужас воспитателей, следящих за ними. Здесь, в этих бетонных стенах, ограждённый колючей проволокой от спасительной свободы, Кацу медленно терял остатки рассудка, внемля древним инстинктам и желая крови. Чуть позже, когда дети подросли, детский дом стал походить на самую настоящую колонию для несовершеннолетних. Стоило лишь на секунду ослабить бдительность, и уже кого-то бьют, кого-то унижают, а кого-то бойкотируют. Иерархия этого места ужасала, ведь никто не мог возразить сильному, а слабые подминались под них очень и очень быстро, становясь бездушными куклами для исполнения приказов… Что-то щёлкнуло в голове Кацу в тот день, когда на него решили обратить внимание. Но стоило взглядам участников инцидента встретиться – и Кацу стоит над почти бездыханным телом, сплёвывающим без остановки идущую кровь на землю. На руках Кацу и его обуви виднелись свежие следы крови, а из руки обидчика торчал циркуль. Тот самый циркуль, который нападающий схватил со стола, поняв, что молчащие могут дать отпор. Глаза Кацу горели животной ненавистью, а руки сжимались в кулаки от ярости. Он был готов разорвать обидчика на части, и непременно бы сделал это… Но увы. Об инциденте узнало руководство детского дома, и 13-летний Кацу Такэучи, обвинённый в покушении на убийство на фоне нестабильного психического поведения, был выставлен на улицу. Оставшись без семьи, крова и круга общения, Кацу не знал, что делать. Казалось, что мир хочет выбить его из колеи, раздавить, как ничтожное насекомое. Кацу жил на улице полгода, укрываясь в водостоках по ночам. Воровство на улицах, карманные грабежи и любая грязная работа, за которую можно было получить хоть немного денег, будь то поджог, грабёж или избиение, стали для него обыденностью, повседневной рутиной. Его тело окрепло, руки огрубели и заучили незамысловатые простые движения, а в глазах погасли последние огоньки счастья и надежды на счастливую жизнь. Жестоко… Поднакопив немного денег, он снял себе небольшую комнату, которую отныне и называл домом. Его дом, в котором он жил вместе с родителями, был отнят у Кацу банком в качестве платежа за долги, с которыми родители Кацу не успели рассчитаться при жизни. Кацу брёл по пустой тропинке в свою новую школу, вспоминая прошлое, к которому не хотелось бы возвращаться. Его мысли бежали впереди него, при этом совершенно не отражая его внутренний хаос на лице. Новая школа взяла его на обучение, когда Кацу был пойман на поджоге местными правоохранительными органами. Те посчитали, что каждый человек заслуживает второго шанса и отправили его обучаться с условием ареста при следующем столкновении. И теперь он шёл, а его мысли понемногу наполнялись размышлениями о том, какой может быть школа в самом неблагополучном районе Токио. Дойдя до ворот, Кацу оглядел здание сверху вниз. Вполне обычная школа, ничем не выделяющаяся из тысяч таких же школ. Внешне всё выглядело очень безобидно, однако Кацу чувствовал, что здесь спрятан какой-то подвох. Он ступил на порог и уже было потянулся к ручке к двери, как вдруг… - Эй, четырёхглазый! – раздался крик из-за спины. Кацу нехотя развернул тело на пол-оборота, исподлобья взглянув на окликнувшего. Им оказался высокий и крупный лысый парень с серьгой в ухе в окружении четырёх подпевал.- Добро пожаловать на первый день обучения, парень. Позволь рассказать тебе правила поведения…