Глава 15: АМБРИДЖ
16 августа 2023 г., 11:23
~~~
Обычно, первого сентября Гарри, тепло улыбаясь, садился в Хогвартс-экспресс, сопровождаемый волной облегчения и волнения (за исключением того случая, когда дементоры ворвались в их вагон и заставили его потерять сознание под крики матери, а второй год вообще не считался, поскольку он был в летающем автомобиле), но в этом году чувство облегчения было зыбким. Волдеморт не напал ни на него, ни на его друзей за лето… слава Богу! Но всё было не так просто. Пока Волдеморт был жив, не было и речи о полной безопасности, и даже если он находился под защитой Хогвартса, Орден не имел такого же убежища. При желании он мог бы задуматься о том, что ждёт его в будущем: возможная война, новые жертвы, потеря друзей и семьи. Или же он мог зациклиться на Амосе Диггори и думать о том, насколько тот скорбит. Ощущение вины при мысли об этом было слишком сильным, поэтому Гарри старался избегать этих мыслей, когда разум позволял ему отвлечься. Правда, кошмары редко давали ему такую возможность, ведь как только он справлялся со страхом, который сопровождал эти кошмары, чувство вины закрадывалось внутрь, не давая Гарри обрести покой. Вот тогда-то мысли о Драко и спасали его. Это было отвлечение, которое приносило тепло, обволакивающее учащённое сердцебиение Гарри и успокаивающее его настолько, что он мог пережить все эти дни в доме Дурслей. Поэтому он ожидал увидеть такую же сильную, хотя и едва уловимую радость в глазах Драко, когда они увидели друг друга при высадке из поезда, но ничего подобного не произошло. Гарри ждал подмигивания или хотя бы лёгкой улыбки… хоть какого-то признака того, что они всё ещё… вместе. Что прошлый год был реальностью. Что человек, которому он отдал свое сердце, все еще хранит его и нежно бережет. Что Гарри не зависел от придуманной им самим фантазии, чтобы справиться со всем, что произошло. Но ничего подобного не было. Вместо этого Драко покачал головой и ухмыльнулся. Гарри не мог сдержать тошнотворного ощущения, когда его желудок свело от беспокойства, даже при обнадеживающих мыслях, что он просто проявляет повышенную осторожность, особенно учитывая все происходящее, и это хорошо, ведь он просто защищает тебя. В конце концов, он здесь и выглядит здоровым и невредимым. Но он не мог успокоиться. То же самое продолжалось и за ужином, пока Амбридж, визгливо, произносила свою приветственную речь в Большом зале. Когда она закончила и все неловко захлопали, Гарри поднял глаза на Драко, а Драко уставился на него в ответ. Его глаза сузились, а челюсти сжались, когда он покачал головой. Гарри изо всех сил старался скрыть свое расстроенное лицо. Неужели он сделал что-то не так? Неужели Драко больше не хочет быть с ним? Он успокоился только через несколько часов, после того как поругался со своими гриффиндорскими сокурсниками из-за лживых статей в «Ежедневном пророке» и лег спать, сжав зубы от бессилия. Он был слишком зол, чтобы уснуть, когда, по привычке проверив карту, обнаружил, что Драко находится в их тайном месте в лесу. Вскочив с кровати, он накинул мантию-невидимку и помчался через Хогвартс, задыхаясь и покрываясь испариной от летней жары. Драко стоял посреди поля, под звездами и мелькающими светлячками. Рядом с ним горел небольшой костер, от которого исходило сияние. Зрелище было настолько притягательным, что он не мог удержаться от небольшой улыбки. Но когда Гарри подошёл ближе, он увидел, что Драко держит в руках целую охапку свёрнутых Ежедневных Пророков. — Привет, ты… — Ты, — Драко швырнул один из них в Гарри, — полный, — он бросил ещё два, — ублюдок! — Затем он стукнул Гарри последним. Это было не больно, но глаза Гарри расширились, когда он отступил назад. — Что я сделал? Драко поднял с земли один из них, снова стукнул им Гарри, развернул его и сунул ему в руки. Лицо Гарри скривилось. Движущаяся колдография показывала, как он выходит из суда. — Я ждал два месяца, чтобы увидеть тебя. Я затаился, насколько это было возможно. Я держался подальше от неприятностей. Я радовался каждую ночь, думая о том, что мы снова увидимся. Ничего подобного я никогда не испытывал. И вот как ты мне отплатил? Судом об отчислении! О, так вот что это было? Вот из-за чего он злился? Гарри пришлось скрыть смех, когда он заговорил. — Я могу объяснить… — Ты хоть подумал о последствиях применения магии вне школы? Насколько это глупо, черт возьми? Ты знал, что тебе нельзя, и все равно сделал это! Похвастался перед своей магловской семьей? — Я не… — А что, если бы тебя действительно исключили? Что, если бы ты не вернулся! Что, если бы я больше никогда тебя не увидел? Что если бы я никогда больше не смог тебя обнять? Что если я бы никогда больше не смог поцеловать тебя…мхммх... Гарри бросился к нему, обхватил его лицо руками и прижался губами к его губам. Застигнутый врасплох, Драко замер, но затем смягчился и с готовностью приник к нему, поцеловав его в ответ ещё крепче. Отчаяннее. Драко сжал в кулаке рубашку Гарри, а другой рукой зарылся в его волосы, сжимая их. Потому что он был зол. Он был так зол. Что, если у него больше никогда не будет этого? И Гарри это нравилось — быть настолько желанным. Так сильно желать кого-то. Он положил руки на бедра Драко и прижал его к себе. Все было хорошо. Даже лучше, чем просто хорошо, когда они встретились губами и прильнули друг к другу. Но этого было недостаточно, и они не могли этого объяснить. Они просто хотели больше друг друга. У них были долгие месяцы для того, чтобы наверстать упущенное теперь, когда их передышка, к счастью, официально закончилась. Их языки столкнулись и скользнули друг по другу, более уверенно и возбужденно, чем когда они впервые попробовали так целоваться несколько месяцев назад. Они как будто повзрослели, как будто это было то, с чем они теперь могли справиться. И это было приятно. Фантастически. Они словно парили, и мир вокруг них не существовал. Как не существовало всего, что случилось этим летом. Их разгоряченные тела прижимались друг к другу. Их сердца учащенно бились, а искры были не такими, как раньше. Более интимные. Более прекрасные. Они чувствовали себя настолько уверенно, что Драко отпустил его рубашку и волосы и обхватил Гарри за спину, чтобы их грудные клетки прижались друг к другу. А Гарри обхватил Драко за плечи, чтобы не упасть. Они отыскали подходящий ритм, и он был великолепным, необыкновенным, ярким. По позвоночнику пробегали горячие искры, пока они целовались, касаясь друг друга языками, снова и снова. Им не хотелось отпускать друг друга, но они должны были это сделать, ради собственного благоразумия. — Вот почему люди это делают, — выдохнул Гарри, прижимаясь лбом ко лбу Драко. Глаза Драко были по-прежнему закрыты. — Да. Да, это было потрясающе. Ты потрясающий. — Гарри улыбнулся и снова поцеловал его, чувствуя головокружение, разливающееся по телу тепло и счастье. Они продолжали обниматься еще несколько сладких мгновений. — Я скучал по тебе, — сказал Гарри, уткнувшись в плечо Драко. Черт возьми, он стал еще выше, чем Гарри. — Я скучал по тебе гораздо больше. — Драко погладил его по спине. Гарри потянулся и поцеловал его в щеку. — Прости, что напугал тебя. Теперь ты меня прощаешь? Драко отстранился, чтобы взглянуть ему в глаза. — Пока не знаю. — Там был дементор. Выражение лица Драко сменилось с подозрительного на вопросительное. — Что? — В Суррее. Там был дементор. Он пытался напасть на нас с Дадли. У нас бы высосали души, если бы я не вызвал Патронуса. Драко выдохнул. — Оу. Так ты не был показушным болваном? — Нет, не в этот раз. — Гарри мягко улыбнулся. — Но… — Ты умеешь вызывать Патронуса? Это магия седьмого курса! Так нечестно! — Но тут Драко оглядел его с ног до головы. — Но это также довольно… соблазнительно. Гарри не удержался и хихикнул, когда Драко облизнул губы. Они стояли так близко друг к другу, и Драко, казалось, вовсе не возражал. — Люпин научил меня, когда я узнал, что мой боггарт — дементор. Мне это не раз пригодилось. Слава Богу, что он это сделал. А то бы я потерял все, что мне было дорого. — Гарри снова нахмурился, и кажется, что теперь это происходит все чаще и чаще. — Разве это не странно? Волдеморт вернулся, а тут вдруг дементоры в маггловском районе. — Ты в порядке? — С нападением все обошлось. Немного испугало, но я справился. — Гарри облизал губы. — Ты видел статьи? Драко указал на окружающие их газеты. — Нет, совсем нет, Гарри. Он закатил глаза, прежде чем сделать глубокий вдох. — Я сегодня поссорился с Симусом, потому что его семья верит в их глупые россказни обо мне. Волдеморт не вернулся, а Седрик погиб от несчастного случая с Портключом. А я, оказывается, лжец, чокнутый ребенок, безумец, а теперь еще и преступник за то, что колдовал вне школы. Драко протянул руку и погладил его по плечу. — Такова работа журналистов. Фадж просто в ужасе. Гарри посмотрел вдаль и покачал головой, обдумывая все это. Затем он снова повернулся к Драко. — Ты ведь мне веришь? Драко поначалу замешкался. — Я видел его. Глаза Гарри расширились. — Волдеморта? — Драко кивнул. — Что? Ты в порядке? Он что-нибудь сделал с тобой? Почему он там был? — Он, видимо, использует наше поместье для собраний, о которых я не знал, — поморщился Драко, — и я наткнулся на одно из них. Не волнуйся, ты не сошел с ума. Он действительно жив. Губы Гарри в ужасе приоткрылись. — Не могу поверить, что ты видел его. — Я разговаривал с ним. Он хочет, чтобы я называл его «Мой Лорд», как какой-то психопат. — Он там постоянно находится? — Нет, он приходит и уходит. Не знаю, где он сейчас. Я видел его только один раз, но, честно говоря, я просидел в своем крыле все лето. — Ты слышал что-нибудь о его планах — подожди, Крыло? У тебя есть свое крыло? Драко кивнул. — Мы богаты. — Должно быть, это приятно. — Это был не завистливый тон, а скорее любопытный. — Просторно и свободно. — Не то что чулан под лестницей. Драко кивнул. — Временами ты вообще не осознаешь, что существует другая часть Мэнора. Я читал большую часть времени. Подальше от всего, что происходило. — Но в тот раз… как это было? — Быстро. Ему не было до меня никакого дела. Это больше волновало моего отца, который… — Драко посмотрел на землю. — Драко, он что-то сделал тебе? Драко не ответил, его сердце бешено колотилось. — Помнишь, ты сказал мне, что на тебе использовали круцио? — Гарри кивнул. — Ты прав. Это ощущается будто ножи. — О, Боже, — Гарри заключил его в крепкие объятия и прижал к себе, пока Драко упирался. — Я в порядке, — сказал Драко сдавленным голосом. — Я в порядке, правда. Я сейчас здесь, с тобой. Теперь все в порядке. — Твой собственный отец применил к тебе Непростительное? — Он никогда раньше этого не делал. Он был слишком зол. — Богом клянусь, однажды я засажу его в Азкабан. Драко обнял его. — Достаточно того, что встречаешься с его сыном. Если он когда-нибудь узнает… Я думаю, что даже Круцио будет недостаточно. Я серьезно, я думаю, он убьет меня. Гарри погладил его по спине. — Мне так жаль. Если ты хочешь… — Мы не закончим это. Ты мне нужен, — сказал Драко, отклоняясь назад, чтобы посмотреть Гарри в глаза. — Сейчас ты мне нужен как никогда. Я никогда не стану их частью, частью Темных. Я никогда не встану на сторону своего отца. Я хочу поддерживать тебя. Гарри кивнул. — Я в порядке, — сказал Драко, но его ладони были такими же липкими, как и в ту ночь, когда это случилось. — Помог плюшевый лев. А твое стихотворение — это точно Шекспир. Я выучил его наизусть. Гарри рассмеялся и отступил от него. — Я знаю, что ты любишь литературу. Извини, если было неловко. Драко улыбнулся, радуясь, что все еще может это делать. По крайней мере, отец больше не мог отнять у него эту возможность. — Было замечательно. — А потом: — Я так по тебе скучал. Не могу поверить, что говорю, что соскучился по Хогвартсу. Я никогда не думал, что буду. Никогда. Наверное, я просто скучаю по тому, какой я рядом с тобой. От этих слов Гарри стало еще теплее внутри, чем он мог бы себе признаться. — Я скучал по тебе больше, чем ты можешь себе представить. — Ты можешь остаться со мной сегодня? Мы можем… — он осмелился сказать это, — пообниматься? — Да, звучит неплохо. Но мы должны уйти до восхода солнца. — Договорившись, они сели к дереву и придвинулись так, чтобы прижаться друг к другу, но тут Драко сделал паузу. — Мы можем еще раз поцеловаться? Гарри ухмыльнулся и кивнул, потянувшись вперед, но как только их губы соприкоснулись, он начал смеяться, а Драко толкнул его и проворчал. — Придурок. — Засранец. — Говнюк. — Сучка. — Бойфренд. Враждебное выражение лица Драко расплылось в улыбке. — Бойфренд. Гарри потянулся вперед и поцеловал его, Драко ответил на поцелуй, и на этот раз все прошло успешно. Они чувствовали тепло, уют и удовлетворение после слишком долгой разлуки друг с другом. И оба были вынуждены признать, что это замечательно — иметь кого-то, по кому можно скучать. Драко крепко обхватил Гарри руками и сжал его. — Ой, — сказал Гарри, — не надо меня ломать. — Мм. У плюшевого льва нет костей. Просто привычка. Ослабив хватку, Драко провел рукой по груди Гарри, заметив, что чувствует под одеждой его ребра. Драко нахмурил брови. Неужели он чувствовал их и до каникул, когда они обнимались в Больничном крыле? Разве они должны быть такими? Под кончиками его пальцев дыхание Гарри стало поверхностным. Драко мог бы спросить его об этом, но он не хотел ничего портить, особенно учитывая то, как напрягся Гарри. Может быть, все дело в том, как было сложено его тело, и Драко был настолько захвачен совершенно новыми ощущениями от объятий, что в прошлом году его не так уж сильно волновала фигура Гарри. Он просто не думал об этом, потому что был занят своими ощущениями. Может быть, Гарри просто сильно переживал из-за того, что Волдеморт возродился, и поэтому не ел так часто. В любом случае, Драко убрал руку и прижался к нему поближе. — Ммм, — сказал Драко, его дыхание коснулось шеи Гарри, и по телу Гарри пробежал холодок. — Это приятно. Гарри погладил Драко по спине и расслабился лишь несколько мгновений спустя, когда понял, что Драко не собирается ничего говорить. — Хорошо быть дома, — сказал он. — Определенно.~~~
Не терпится увидеть тебя сегодня вечером. Гарри провел большим пальцем по безупречному почерку Драко. Возвращение в школу было довольно затруднительным без поддержки своих сокурсников, а также остальных учеников. В коридорах царило напряжение. Он не чувствовал себя желанным гостем в месте, которое называл своим домом. И это была та грань одиночества, с которой он никогда раньше не сталкивался. Ведь он никогда не чувствовал себя дома у Дурслей. Хогвартс был его домом. Он считал его таковым. Но сейчас он чувствовал себя чужим в нём. Впрочем, записка Драко перевешивала всё это. Он увидит его через пару часов. Всё будет хорошо. Гарри сжимал записку Драко в кармане, направляясь на первое занятие с Амбридж. Просто пройди через это. Просто пройди через это. Она не может быть настолько плохой. А потом ты проведешь ночь с Драко. Но от одного только вида Амбридж у Гарри сводило живот. Что-то было не так. Всё, что ему нужно было сделать, это затаиться. Он погрузился в мысли о квиддиче с Драко, пока Рон не вывел его из транса. — Мы не будем использовать магию? Гарри нахмурил брови. — Вы будете изучать защитные заклинания безопасным способом, без всякого риска. — Голос Амбридж напоминал звук гвоздя по меловой доске. Он был слишком высоким и слишком сладким, чтобы быть нормальным. И тут Гарри понял, что она сказала. Что? — Ну, и какой от этого толк? — громко спросил Гарри. — Если на нас нападут, то совсем не таким образом, не безо… — Студенты должны поднимать руку, когда говорят на моём уроке, — огрызнулась Амбридж, и Гарри вспыхнул, настолько быстро и агрессивно, что никакие мысли не смогли его остановить. — Министерство считает, что теоретических знаний вполне достаточно для сдачи экзаменов, что, в конце концов, и является целью занятий. — И как теория может подготовить нас к тому, что происходит снаружи? Ее голос стал таким мягким, что стало тошно. Как если бы от переизбытка сахара у вас заболели зубы. — Там ничего нет, дорогой. Кто, по-вашему, может напасть на вас и на таких же детей, как вы? Гарри поджал челюсти, костяшки пальцев побелели от того, как сильно он сжимал край стола. — О, не знаю, может быть, Лорд Волдеморт. Напряжение в воздухе завибрировало так сильно, что его можно было практически увидеть. Все в комнате напряженно замерли, устремив взгляды на Гарри. Но ему было всё равно. Никто из них не видел, как умер Седрик. Никто из них не понимал. Они ничего не знали. — Позвольте мне объяснить всё предельно ясно, — начала Амбридж. — Вам сказали, что несколько тёмных волшебников снова на свободе. Студенты, я знаю, что говорят, что некий тёмный волшебник возродился, но это… ложь. Гарри не выдержал, кровь закипела. — Это не ложь. Я видел его, я сражался с ним! — Наказание! — Значит, по вашим словам, Седрик Диггори умер сам? — Руки Гарри дрожали. — Смерть Седрика Диггори была трагической случайностью, — процедила она в ответ. — Это было убийство, Волдеморт убил его! — Если бы Рон не потянул Гарри за руку, он бы встал. — Вы должны это знать… — Хватит, — крикнула она в такой ярости, что на шее выступили вены. Но затем она заметно расслабилась, что Гарри раздражало еще больше. — Мистер Поттер. Я буду ждать вас в пятницу вечером на отработку, — со смехом произнесла она. Да пошла ты, подумал он.~~~
Драко закусил губу, сверяясь с карманными часами: 22:38. Сегодня была пятница, верно? Они должны были встретиться в 18:00, верно? Драко поёрзал на бревне, на котором сидел, — от долгого сидения у него затекла поясница. Каждый треск или сдвиг ветки дерева заставлял его оборачиваться назад, сердце бешено колотилось от предвкушения возможности обнять Гарри и желания наброситься на него с кулаками: Извините, я не приемлю опозданий, если только они не вызваны модными веяниями, а также мне всё равно, какое поручение, и какой гриффиндорский кризис имел место, я не заслуживаю того, чтобы меня бросали в одиночестве. Но он так и не смог этого сделать. Было уже за полночь, и Драко успел сосчитать немало комариных укусов, прежде чем окончательно сдался. Беспорядочные мысли никак не помогали ему идти обратно. Гарри должен был быть хорошим. Хорошие люди не опаздывают, потому что, опаздывая, ты заставляешь человека, который тебя ждет, чувствовать, что он не стоит твоего времени. Его отец никогда не опаздывал, а он любил причинять людям боль. А опоздание причиняло боль. А вот Гарри, мистер Сердце из чистого золота, пример доброты, считает, что это совершенно нормально. Чертов говнюк. Драко уснул на диване в гостиной Слизерина и, только проснувшись, почувствовал недовольство. В груди горело. Не так сильно, как в прошлом году, когда они с Гарри расстались, и не так сильно, как когда отец издевался над ним, но это было сильнее, чем Драко думал. Гарри меня продинамил. — А вот и ты, — сказала Панси позади него. — А вот и я. — Он нахмурился и уставился на русалок, проплывающих мимо окон. Она подошла к креслу напротив него. — Кто-то встал не с той ноги. — Я только проснулся. Не в лучшем настроении. — Он покрутил фамильный перстень. — Ну, я уверена, что у Поттера есть веская причина. Он же Поттер. — Он — придурок. — Сегодня утром он выглядел расстроенным. — Он расстроен, — Драко сел, сжав челюсти. — О, я уверен, что он расстроен! Должно быть, он провел замечательную ночь, избегая меня. — Даун. Я слышала, что его ненавидят собственные однокурсники. Похоже, он одинок. При этой мысли сердце Драко защемило еще сильнее. Забавно, в прошлом году Драко сделал значки, чтобы Поттер чувствовал себя одиноким, но теперь от этой мысли ему стало больно. — Ну, он не был бы одинок, если бы не продинамил меня. — Может, ты перестанешь? Ты ведешь себя как ребенок. Сам-Знаешь-Кто вернулся, а ты переживаешь из-за того, что он не пришел на одно из ваших прелестных маленьких свиданий. — Он не сказал мне, что не придет. Может быть, отец был прав все это время, может быть, Поттер заставил меня думать, что он прав… — Даже не смей начинать это. Почему ты не сказал нам, что он снова морочит тебе голову? — Она скрестила руки. — Морочит мне голову? — Мы так старались, я, Блейз и Поттер, чтобы ты стал нормальным человеком. Не смей возвращаться назад только потому, что тебе больно. Ты еще не знаешь всей правды. Перестань вести себя как глупый сопляк. Это Поттер. Он не слизеринец. Он не такой, как ты… — Эй! — Ты прекрасно понял, что я имею в виду. — Глаза Драко сузились. — Поговори с ним. Возможно, у него есть веская причина. Поттер совершает одну ошибку, и ты тут же превращаешься в королеву драмы. Но Драко все равно не сдвинулся с места. — Он мог бы поговорить со мной вчера вечером. — Угх! — Она схватила его за руку и потянула за собой. — Эй! А как же мои волосы? — Забей на них! Он уперся каблуками в ковер, но она дернула его. — Нет, я не могу выйти без геля… — Заткнись! Она тащила его всю дорогу, пока Драко пытался причесаться второй рукой. Но вместо того, чтобы отправиться в Большой зал, как ожидал Драко, они продолжили подниматься по движущимся лестницам на этаж выше, пока не добрались до двери обычного чулана для метел. Она открыла дверь и втолкнула его внутрь. — Ах ты, засранка! — Развлекайся! — Она захлопнула дверь, и та едва не ударила Драко, который развернулся с поднятым вверх кулаком и открытым ртом, чтобы возразить. Он потянулся к ручке и подергал ее, но ручка не поддалась. Сзади раздался робкий и тихий голос: — Привет, ты. — Драко подпрыгнул и обернулся, но никого не обнаружил. Он прижался спиной к двери, широко раскрыв глаза. И тут голос рядом с его ухом заставил его вскрикнуть. — Бу! Драко сразу же захотелось ударить то, что там было, но вместо того, чтобы рука пролетела по воздуху, она столкнулась с чем-то твёрдым. — Эй, — Гарри сбросил мантию. Он держал кулак Драко, который находился в нескольких дюймах от его глаза. — Ай! Это не смешно. — Драко смотрел на него с удивлением на лице. — Я думал, что «привет, ты» подскажет тебе. Сколько ты знаешь людей, которые тебе говорят «привет, ты» или владеют мантией-невидимкой, если уж на то пошло? — С каких это пор ты владеешь мантией-невидимкой… — задохнулся он и толкнул его, — Вот как… снег! Это был ты! В Хогсмиде на третьем курсе, ты, законченный болван! — Я тебе её ещё не показывал? Я использовал ее, чтобы добираться на наши свидания. — Гарри жестом указал на нее, и Драко потянулся к ней. — Я просто подумал, что у тебя появился хоть один приличный элемент гардероба, когда ты его вешал на дерево! Какого черта? — Извини, я думал, ты знаешь. Драко скрестил руки. — Так ты действительно был там на нашем вчерашнем свидании? Я просто не мог тебя видеть. — Прости, — начал Гарри, позволяя мантии упасть на пол. — Я думал, что ты знаешь, и я был так расстроен, что просто забыл об этом. — Ты забыл о нашем свидании. — У меня была отработка с Амбридж. Это длилось несколько часов. Но Драко такой ответ не устроил. Он наклонил голову. — Это первая неделя. Как можно получить отработку на первой неделе? — Почему тебя не было в классе? Я думал, ты был там. Я думал, ты слышал. — У меня была встреча с Абелем Джонсом. — С кем? — Староста этого года, Рейвенкло. Какие-то Слизеринцы с первого курса подложили бомбу-вонючку, и я видел, как она взорвалась, так что мне нужно было их вычислить. — Мм. А я уж подумал, что у тебя появился… другой одеколон. — Гарри поморщился. Драко стиснул челюсти. — Это очень любезный способ сказать мне, что я пахну как скунс. — Не совсем. Так, легкий запашок. — Я принимал душ дважды. — Третий раз не помешает, — сказал Гарри, и глаза Драко сузились. — Прости, что не написал тебе или что-то вроде того, — вздохнул Гарри. — Перенесем свидание, я просто… — Панси была права: у Гарри были мешки под глазами. — Как все прошло? — Ужасно. Она — худшее существо, которое я когда-либо встречал. Я ее терпеть не могу. — Она не может быть настолько плохой. Гарри ничего не сказал. Никому не нужно было знать о том, что произошло на отработке. — Нам не разрешается использовать магию на уроках, ты знал? — Гарри скрестил руки, а затем быстро убрал их, заведя за спину. Он убедился, что рукав его рубашки прикрывает верхнюю часть кисти. — Что? — Она — марионетка министерства, поддерживающая идею о том, что я сошел с ума, а Волдеморт — это сказка. Смерть Седрика — всего лишь трагическая случайность, за которую никто не несет ответственности. Все в порядке. — Мерлин, а я думал, что Грюм плохой, раз превратил меня в хорька. Она кажется ужасной. Гарри улыбнулся воспоминаниям. — Это было эпично. И на самом деле, это был Барти Крауч-младший. Готов поспорить, что настоящий Грюм был бы еще хуже. — Никогда больше не говори о том, что я был хорьком. — Драко прижал руку к груди, стараясь не думать об этом. — Я не могу этого обещать, но, если позволишь, я сказал всем своим друзьям, что сегодня я на отработке, чтобы компенсировать наше свидание. — Ничего себе, пропуск свидания, отработка, а теперь еще и ложь друзьям. Мистер Поттер, да вы в ударе. — Заткнись, Хорёк. — сморщил Гарри нос. Драко игриво толкнул его. — Эй! — Я всегда могу сказать им, что отработку отменили, и снова оставить тебя в одиночестве. — Нет! — Драко схватил его за руку, и Гарри ухмыльнулся. — Кстати, отличная прическа. — Я поражен. — Драко тут же попытался ее поправить. — Нет, оставь как есть. Это мило. Они выглядят такими мягкими. — Это выглядит как беспорядок. Я ненавижу это. — А мне нравится. — Итак, мы собираемся поговорить об отработке? — Пожалуйста, нет, — сказал Гарри. — Извини. Я не хочу говорить только о своих проблемах. Пожалуйста, мы можем пойти полетать? — Да, можем. — Есть одна загвоздка. После того, как мы полетаем, ты должен объяснить мне сегодняшний урок Снейпа, потому что я ни черта не понял и был так занят на отработке, что не успел сделать и половины домашнего задания. — Тогда почему мы идем летать? — Потому что я соскучился по этому и по тебе. Я хочу прогуляться, взявшись за руки, — он переплел их пальцы, — до самого леса с тобой. И я хочу целовать тебя, говорить с тобой и забыть об этой жабе. Драко моргнул, уставившись на их руки. — Ты с ума сошел? Ты хочешь показаться? — Мы не обязаны показываться, — сказал Гарри. — Но мы точно сможем держаться за руки на глазах у всех студентов. — Это бессмысленно! — Прежде чем Драко успел что-то сказать, Гарри поднял с пола мантию-невидимку и накинул ее на них обоих, крепко схватив его за руку. — О, черт возьми, мы могли бы пользоваться ею весь прошлый год! Как и было обещано, они дошли до леса, держась за руки, на глазах у злобных, но ничего не понимающих студентов. Все это время им приходилось молчать, потому что студенты были повсюду, как в замке, так и за его пределами, наслаждаясь своей первой субботой вдали от дома. И в этот момент они поняли, почему не делали этого. Потому что они не могли говорить. Они не могли рассмеяться, когда Гарри споткнулся о ветку, а Драко поймал его прежде, чем он выкатился из-под мантии и разрушил их прикрытие. — Раньше ее здесь не было, — прошептал Гарри, заставив Драко прикусить кулак, чтобы не рассмеяться. Они остановились у поля для квиддича, чтобы взять свои метлы, но Драко положил свою обратно. — Может, мы просто полетаем немного? Гарри кивнул. — Но ты должен быть сзади. — ухмыльнулся он. Драко высунул язык, но внутренне он улыбался, когда они взлетели. Обнимать Гарри было словно во сне. Он прислонил голову к плечу Гарри, потому что так было удобно, и смотрел на горизонт, наблюдая, как волосы Гарри шевелятся от ветра. Они поднялись далеко за самый высокий пик башни. Гарри протянул руку, и его рука исчезла в облаке, и Драко потянулся за ней, холодный туман щекотал кончики его пальцев. Драко захихикал ему в ухо, и Гарри было действительно приятно услышать что-то радостное вместо криков в собственной голове. Но тут Гарри понял, что это его левая рука, та, где остался шрам после Амбридж. Он быстро отдёрнул руку и ухватился за древко метлы. — Это потрясающе, — воскликнул Драко. Он ничего не заметил. — Верни ее обратно. Но чтобы избежать этого, Гарри нырнул в облако, и туман накрыл их, заставив Драко рассмеяться. Гарри это не волновало. Ведь все, о чем он мог думать, — это Амбридж. И Волдеморт. И Седрик. Он изо всех сил старался отогнать от себя эти мысли, но они словно зациклились в его голове. Они летели на протяжении нескольких часов, двигаясь в направлении, противоположном замку. Солнце почти зашло, и они вернулись в свое тайное место только с наступлением ночи. Несколько раз Драко приходилось окликать его. — Эй, пожалуйста, не врежься в дерево! — Извини, — отвечал Гарри, избегая столкновений чаще, чем мог признаться. — Ты хочешь нас убить? — Драко притянул его к себе покрепче. — Нет, — процедил Гарри в ответ. Тупой Волдеморт… долбанная Амбридж. Все его сокурсники думали, что он лжет, когда он говорил о том, какую травму получил тогда… Уже стемнело, когда Драко напомнил ему, что нужно отвезти их в их тайную бухту в лесу. Когда они приземлились, Драко спросил его: — Что случилось? — Ничего, — машинально ответил Гарри. — Было весело. — Хочешь, я сейчас объясню тебе урок Снейпа? — Нет, я хочу тебя поцеловать. — Он потянулся вверх и прервал речь Драко поцелуем. Драко отстранился. — Но как же твои оценки? Но Гарри было все равно, ведь поцелуи могли вытеснить весь тот шум. Вытеснить голоса из его головы. Они делали это лучше, чем что-либо другое. Но Драко занимали другие мысли. — Ты же знаешь, что у нас будет тест на эту тему. — И что? — Оценки важны. Пойдем. Гарри хмыкнул, когда Драко повел его к одному из деревьев. Гарри устроился рядом с ним, хотя лицо его оставалось хмурым. — Итак, раковины моллюсков содержат особый тип белка, который хорошо сочетается с волосами кентавров. — Мне все равно. — Так вот, когда этот белок соединяется с желтком яиц докси… — Гарри прервал его поцелуем. — Эй, внимательнее! — Думаю, я бы понимал зелья лучше, если бы ты был моим учителем. — сделал комплимент Гарри, прежде чем еще раз поцеловать его. Драко улыбнулся, но покачал головой. — Мы повторим урок, нравится тебе это или нет. Они уселись прислонившись спиной к поваленному дереву. Гарри прижался к руке Драко и уткнулся лицом в его плечо. — Смесь этих двух веществ обладает успокаивающим свойством. — Ммм… — И, кроме того, если соединить его с шерстью оборотня, он может служить в качестве анестетика, но может оказаться весьма смертельным, если дать слишком большую дозу, поэтому большинство запасов в мире хранятся только в госпиталях, под замком. Итак, задание, которое должно быть выполнено к следующей неделе, представляет собой анализ и теоретическое обоснование того, что произойдет, если это не контролировать. Я, например, думаю, что оно станет ядом, но не используй это в качестве ответа, потому что Снейп поймёт, что ты списал у меня. После нескольких мгновений без ответа, Драко посмотрел вниз и обнаружил, что глаза Гарри закрыты, и он глубоко дышит. Очки перекосились на его лице, и Драко снял их, положив рядом. Он глубоко вздохнул и прислонил голову к голове Гарри, наслаждаясь его теплом и присутствием, проводя пальцами по его руке и гладя его по волосам, до тех пор, пока Гарри не проснулся несколько часов спустя. Гарри зевнул и потянулся, открыв глаза, и обнаружил перед собой размытого Драко. — Что ты здесь делаешь? — И тут лицо Гарри поникло, вспомнив, как он даже не удосужился провести с ним время, слишком увязнув в проблемах с Амбридж и Волдемортом, вместо того чтобы наслаждаться моментом. — Боже мой, у нас же свидание. Я заснул на нашем свидании. — Должно быть, я скучнее, чем я думал. — Нет. Нет, ты совсем не скучный. Прости меня. Я просто очень устал. — Он нахмурил брови. — Это первый раз после Третьего испытания, когда я спал без кошмаров. — Серьезно? Гарри кивнул. — Я слишком встревожен. Я просто не могу… — Может, я сварю тебе успокаивающее зелье, которое мы готовили в прошлом году? Возможно, это поможет тебе успокоиться. А еще есть зелье сна без сновидений, которое я могу попробовать приготовить. — Нет, не беспокойся. Я в порядке. Просто устал. Думаю, мне пора идти. — Ты в порядке? Честно? Гарри кивнул, но Драко знал, что это неправда.~~~
