личное исключение

      Каждый человек руководствуется правилом: стараться не понижать градус, если сразу поднял его высоко. И все почему-то свято верят, что это поможет им избавиться от головной боли на утро. Этому утверждению Эля не верит давным давно. Если ты пьешь как не в себя, то на утро однозначно будешь страдать от головной боли. Поэтому теперь Эльза спокойно могла после водки сразу же выпить пиво, а потом вернуться к коньяку, запивая его шампанским, зная, что в любом случае будет умирать на утро.       От седативок отходняки тоже не очень, но не такие, как отчего-то более серьезного. Седативное может отпустить уже через пару часов, пройдя бесследно, если принять мало. А вот если и с ним переборщить, то головокружение обеспечено на весь следующий день.       С той вечеринки прошло уже полторы недели, а Эльза до сих пор на алкоголь с таблетками смотреть не может. Там она так перебрала, что на следующий день не могла соскрести свое тело с кровати. Ритка в таком же состоянии рядом лежала.       У парней все было чуть лучше, они хотя бы встать могли самостоятельно. Гена долго записывал издевательские кружочки в телеграмм, где пил пиво и курил косяки. Эля чуть содержимое своего желудка не оставила прямо на коврике рядом с кроватью.       Сейчас, лежа на кровати и болтая ногами в такт музыке, играющей на колонке, она с отвращением смотрит на фото Зуева, где тот четыре косяка себе в рот вставил. Скидывает в беседу пару смайликов, которыми свое отвращение и показывает. Киса шутит что-то про то, что Матвеева святой стала, и можно смело ее из беседы удалять.       Отец шумит кастрюлями на кухне, заставляя Эльзу прислушиваться внимательнее, ожидая зова. Сегодня он впервые трезвый за эти дни, поэтому Матвеева молча наслаждалась спокойствием, которое царило в квартире.       — Эльза! — стучит в ее дверь. — Убавь свою шарманку.       Эля послушно звук на колонке сбавляет и на спину переворачивается, ленту Вконтакте листая. В комнате горит лишь фиолетовый цвет светодиодной ленты, освещая каждый уголок приятным свечением.       Эльза широко улыбается, видя сообщение в беседе. Киса скинул фотографию своего балкона, где валялся старый шкаф. Вокруг осколки, разбросаны книги. Киса решил достать заначку, достал, нахуй

Мотя ебать ты лох

Мел + Хэнк + Гендос + Киса спасибо за поддержку, суки

Мотя скоро ночь, а ты шкафы роняешь? теть Лариса тебя как не придушила еще?

Киса с подружанями из салона укатила бухать в рестик       Дальше следует длинный рассказ о том, как Кислов шкафом этим чуть себя не придавил. Его эмоциональные голосовые смешили Эльзу до боли в животе. Потом начал снимать кружочки, где материл «советскую хуйню», у которой ножки сгнили. Реплики в беседе состояли лишь из его голосовых и их смеющихся смайликов.       Матвеева кидает взгляд на пробковую доску и, быстро просканировав ее, находит фотографию, где все сидели на балконе Кислова рядом с этим шкафом. У каждого в руках по сигарете, а сам Ваня сидит на широкой полке этого шкафа.       Эльза поправляет шорты своей пижамы и забирается под одеяло, записывая парням голосовое с пожеланием спокойной ночи. Сердечки от Гены тут же заполонили чат, вызывая смех девушки.       Убирает телефон на тумбочку и щелкает кнопку выключения на пульте, и светодиодная лента тут же гаснет, погружая спальню в кромешную темноту. Шторы плотно задернуты, потому свет фонаря не проникает в комнату. Эля скользит взглядом по потолку, пытаясь к темноте привыкнуть.       Спать совсем не хотелось, но уже практически полночь, а завтра в планах прийти к первому уроку. Но Матвеева знает, что сейчас она не уснет, будет просто пялиться в потолок, считая овец. Наверное, это нужно делать с закрытыми глазами, но Эля редко следует правилам.       Вон, все правила с Кисловым вообще нарушены. Эльза не может представить, что она смогла бы так целовать и Хэнка. Или Мела, к примеру. А уж про Гену так даже думать неправильно. Но почему-то с Кисой это не казалось чем-то слишком невозможным. Запретным — да, но и этот запрет был стерт.       Тяжело вздохнув, вновь берет телефон в руки и снимает блокировку. Там висит сообщение от Хенкина. Хэнк Спишь?

Мотя не сплю

      Ответ от него приходится ждать продолжительное время, что настораживает. Хенкин всегда отвечал в течение пяти минут, даже когда в сети не был. А тут добрых двадцать минут приходится ждать. Хэнк Мы завтра собирались на базу, и у Кисы четкий план вновь тебя утащить туда насильно Поэтому надень завтра штаны, а не юбку))

Мотя Киса, блин завтра я сама с вами тусить собиралась, поэтому он может не утруждаться спасибо за предупреждение, солнц)

      Эльза посмеивается с плана Кисы и заботы Хэнка. Конечно, в юбке ей может быть неудобно при похищении, поэтому лучше и правда предупредить.       Хенкин после этого мгновенно исчезает из сети, его примеру следует и Матвеева. Вновь убирает телефон и пытается уснуть. Заворачивается в одеяло, на гусеницу становясь похожей, и головой подушку приминает.       Она не помнит, как заснула, но утро наступило очень быстро. Эля ненавидит мелодию на своем будильнике, но именно эта ненависть заставляет подниматься и выключать телефон. Вот и сегодня так. Эльза разлепляет глаза и блики прогнать пытается, нащупывая смартфон на тумбочке.       — Исчадие ада, — бубнит Матвеева и спускает ноги с кровати.       Прикрывает рот ладонью, зевая, и потягивается до боли в шее. Приходится приложить все усилия, чтобы встать и дотащить свое тело до ванной. Все время трет глаза, пытаясь начать видеть всю комнату, а не маленькие кусочки. Эльза не любит ранние пробуждения, ненавидит просто.       Федор все еще спит, из его спальни доносится приглушенный храп. Матвеева уже довольно спокойно относится к присутствию отца. Стараются просто друг друга не замечать, живя обычными соседями.       Эльза выдавливает на зубную щетку такое большое количество пасты, что та падает, оставаясь большим комочком в раковине. Вздыхает и вновь повторяет действия свои, сразу же щетку в рот запихивая. Недовольным взглядом скользит по своему отражению в зеркале и трет шею, татуировку по контуру обводя.       Утренний душ бодрит, особенно когда он холодный. Элю всегда кидало из крайности в крайность — либо кипяток, либо лютейший холод. Либо все, либо ничего. Матвеева сушит волосы и покидает ванную комнату, оставляя там всю теплоту от горячего воздуха фена.       По совету Хэнка надевает черные джинсы и такого же цвета блузку с сетчатыми рукавами. Золотую цепь на шею цепляет, а та красиво на черном фоне выделяется. Садится за туалетный столик и ставит перед собой телефон, подпирая его стаканчиком с кистями, чтобы тот не упал. Включает на фон какую-то документалку и начинает краситься.       Тональником сегодня решает не пользоваться, оставив веснушки неприкрытыми. Устало на себя смотрит и просто волосы в хвост собирает. Волосы у нее длинные и кудрявые, поэтому каждая прическа — мучение. Сейчас хвост — лучшее, что можно сделать за такое время.       Матвеева в рюкзак учебники закидывает и цепью его цепляется за угол стола. Та натягивается и чуть ли не рвется, из-за чего Эльза недовольно по столу ударяет.       Смотрит в зеркало и выходит из комнаты. Обычно она не завтракает, поэтому сразу же в прихожую идет, куртку надевая. Обувается, берет ключи от квартиры и выходит в подъезд, дверь закрывая на замок. Спускаясь, достает телефон из кармана и заходит в диалог с Хэнком. Хэнк Я подошел, можешь выходить       Матвеева и Хенкин часто в школу вдвоем ходят, ведь живут почти в одном дворе. Он всегда заходит за ней, а уже потом где-то по пути встречают Мела и Кису.       Быстро спрыгивает со ступеней и открывает дверь подъезда, а та неприятным писком отзывается. Боря на лавочке сидит, предусмотрительно ее от снега отряхнув. Когда подругу видит, улыбается ей сонно и обнимает.       — Выглядишь помято, — усмехается она и ерошит его волосы, под шапкой не скрытые.       — Ты тоже, — смеется и обнимает ее за плечи.       У всех парней из компании была привычка обнимать ее за плечи, ближе к себе притягивая. У Кисы порой что-то в голове щелкало и, обнимая так, удушающий свой на ней репетировал.       На улице сегодня не так холодно, как прошлые дни. Можно спокойно даже без шапки обойтись, которой у Эльзы и не было уже. Сейчас идет мелкий снежок, из-за чего на улице еще теплее. А вот завтра будет ветер, так что шапку сегодня желательно купить.       Боря банку из-под колы находит и пинать ее начинает, пасуя Эле иногда. Из-за этого шли они дольше, долго на одном месте задерживаясь. Около школьных ворот Хэнк сильнее замахивается и банку в эти ворота запускает. Эльза с громким «ура» Хенкина со спины обнимает, а он ее за ноги берет, поднимая. Матвеева шею его руками обхватывает и подтягивается.       Хенкин мимо Кисы и Мела пробегает, специально чуть подпрыгивая, чтобы Эля хваталась за его куртку крепче.       — Это что, блять, за езда верхом? — усмехается Кислов.       — Такси класса комфорт, — смеется и с друга спускается, куртку поправляя. — Вы че тут стоите?       — Вас ждем, — отвечает Меленин, приобнимая подругу. — Идем в школу, ветер поднимается.       Компания заходит в раздевалку и пытается крючки свободные найти. Тут их гораздо меньше, чем учеников в школе, поэтому многим приходится просто друг на друга куртки вешать. Поэтому Эля сразу же вешает свою куртку на куртку Мела, а Киса на куртку Бори.       Первым уроком химия, потому все вяло плетутся туда. Когда Эльза видит Наташу, усмехается. Даже странно как-то представлять, что она на тусовку к ним пришла. Ну не выглядит она той, которая по таким местам ходит. Розовый свитер, блузка белая, брюки пудровые, выглядит, как пятиклассница. Плюшевая девочка — как называет ее Киса.       Рядом с ней ошивается Илья. Чуть кивает в знак приветствия одноклассникам, а Эля ему улыбается.       Войдя к кабинет, кудрявая сразу же с Ритой глазами встречается и к ней бежит практически вприпрыжку. Целует подругу в щеку и на парту учебник с тетрадью выкладывает.       — Бро, я с Анжелкой сяду, — слышит тихий голос Мела.       Киса лишь кивает и садится за свою парту, зевая и телефон доставая из кармана. Ему в общем-то все равно, с кем сидеть, все равно все время в телефоне.       — Спать хочу, — Эльза ложится на парту, а Рита ее по спине гладит, маленькие катышки с блузки убирая.       Звонок вырывает Элю из полудремы и заставляет через силу подняться, чтобы учителя поприветствовать. Вместе с Тамарой Васильевной в кабинет входит какая-то девушка. Весьма милая на лицо, чем-то похожа на Наташу.       — Садитесь, — машет на них рукой. — Ребята, знакомьтесь, это Осипова Алина. С этого момента учится в вашем классе. Ирина Петровна попросила сказать кому-нибудь из вас, чтобы ввели ее в курс дела. Познакомитесь потом. Алина, присаживайся на свободное место. Вон, к Кислову иди.       Ваня голову поднимает, от телефона отвлекаясь, и чуть хмурится. Убирает рюкзак с соседнего стула и позволяет ей присесть рядом.       — Смотри, чтобы наркошу твоего не увела, — шепнула Рита на ухо Эле, а та ее по бедру ударила.       Тамара Васильевна быстро пробегается по материалу прошлого урока и раздает самостоятельную работу. Химию Эльза немного понимает, ведь в восьмом и девятом классе по ней пятерки имела. А программа одиннадцатого класса строилась на повторении, потому сейчас была реальная возможность получить пятерку.       Матвеева уже знала, что придется решить все и Рите с Кисой, потому сразу же пробежалась взглядом по заданиям подруги. Приступает к своим, в голове степень окисления проставляя. Сосредотачивается в полной тишине класса, но на шепот сзади отвлекается.       — У тебя здесь четверку надо поставить, — Эля чуть разворачивается и видит, что Алина ручкой своей четверку в тетради Вани выводит.       Улыбается ему, а тот лишь ухмыляется и кивает в знак благодарности.       — Хочешь, помогу решить? — и вновь ее шепот.       Матвеева ручку в своих руках чуть крепче сжимает и пытается на своих заданиях сосредоточиться. Путается в валентности и из-за этого коэффициенты неправильно расставляет.       Слышит какое-то шептание Кисы, а потом тихий смех Осиповой. Сжимает губы в тонкую линию и, не рассчитав силу, черкает в тетради, элементы удаляя. Рита насмешливо на подругу смотрит и к заданиям своим возвращается.       Достаточно быстро разбирается со своими заданиями, но не проверяет их даже. Сразу же работу Елизаровой в руки берет, повторяя те же действия только с другими элементами. Рита порой поглядывает назад, на Алину с Ваней смотря.       — Перепроверь, — возвращает подруге лист и немигающим взглядом в свою тетрадь смотрит.       — Они там че-то улыбаются друг другу, — Елизарова тетрадь свою закрывает и к Матвеевой ближе придвигается.       — Пусть улыбаются.       — Он даже не в телефоне сидит.       — Круто, значит, разговор между ними интересный.       — Она в его тетради рисует.       — Художница, — хмуро кивает Эльза.       Она не понимает своей реакции. Ей обычно все равно на девчонок, с которыми крутится Киса, а тут на обычную соседку по парте такая злость. Может, это из-за того, что целуются они на вечеринках с ним? Может, из-за того, что Ритка ей тогда наговорила?       Матвеева телефон в руки берет и сообщение от Хэнка читает. Хэнк Че Киса так новенькой лыбится?

Мотя не ебу

Хэнк ну понятно, новенькая скоро девственности лишится, если уже ее не лишилась       Матвеева лишь усмехается. И правда, Киса не встречается, он не для отношений. Поэтому Алине даже думать о таком смысла нет, если она, конечно, думает. Эта мысль как-то расслабляет Эльзу. Да и новенькая просто дружелюбная. Пытается найти друзей, быть новенькой в одиннадцатом классе сложно. Все компании уже сформированы.       Когда звонок противной трелью ударяет по ушам, все сразу же встают со своих мест и отдают тетради учителю. Матвеева сдает и свою, и Риты, а потом выходит из класса, подругу под руку взяв. После первого урока уже традиция сходить на перекур.       — Кислый твой заинтересовался, походу, — Рита, электронкой затягиваясь, кивает на Кислова, который в дверях школы рядом с Осиповой стоит.       — Наверное, — пожимает плечами и сигарету большим и указательным пальцем зажимает.       — Девчат, а вы че ушли так далеко? — Хэнк садится на спинку лавочки рядом с подругой.       — Всегда вроде тут курим, — Эльза пожимает плечами.       К компании подходит Меленин и просит сигарету у Матвеевой. Закуривает, затяжку делая. Кислов все это время с Алиной стоит на крыльце школы. Даже не курит, просто с ней о чем-то говорит.       — Сейчас английский же?       — Ага, — кивает Эля.       — Элек, ты че? — Егор в глаза ее заглядывает. — Из-за Кисы, что ль?       — Голова че-то побаливает, — отмахивается и тут же улыбается. — Все еще от той тусы отхожу.       Ее она вспоминает зря, ведь и поцелуй с Кисой вспоминается. Как он руками по бедрам ее водил, как целовал, крепко к себе прижимая.       Эле правда стало сложнее находиться в обществе Кислова. Странные чувства накатывают. Вот и какие им отношения? Лучше и правда им ничего не начинать.       С этими мыслями Матвеева еще одну затяжку делает и окурок выкидывает, носком ботинка его придавливая. Спрыгивает со скамьи и рядом с Ритой встает.       Кислов к друзьям подходит, чуть Эльзу приобнимая, но она выскальзывает из его рук и по другую сторону от Елизаровой становится, обнимая ту за руку.       — Че, Кис, новенькую окучиваешь? — Хэнк кивает на девушку, которая к ним направляется.       Киса лишь хмыкает и голову к подошедшей Алине поворачивает. Девушка хмуро Риту с Элей оглядывает и на парней взгляд переводит.       — Привет, ребят, — машет им. — Я Алина.       — Да мы слышали, — хмыкает Рита.       — Егор, — представляется Меленин.       — Боря, — Хэнк кивает ей.       — Приятно познакомиться! — Елизарова с Матвеевой лишь переглядываются.       Знакомство с ними в ее планы, кажется, не входило. Девушки, посмеиваясь, отходят от парней. Алина не такая уж и миловидная, какой изначально казалась. Рита и Эля уходят в школу, оставляя новенькую на парней.       — Неприятная она, — комментирует Елизарова.       — Наверное, — хмыкает и раздевалку покидает.       Девушки к кабинету идут, в котором у них следующий урок пройдет. Парни заходят минут через пять, за ними плетется и Алина. Но Меленин уже на свое место садится, и Осиповой приходится к Бабич пересесть.       Когда урок начинается, в беседу сразу сыплются сообщения. Матвеева сначала не отвечает, но когда ее упоминают, заходит и читает все. Хэнк Она, блять, выбесить меня успела Нахуя ей знать, кто и с кем тут встречается Ей с такими вопросами к Ритке Мел Очень активная она Ты че скажешь, Кис? Киса симпотная       Матвеева хмыкает. Гендос вы про кого ваще? Мел Новенькая в классе Гендос секси? Киса жопа зачет Хэнк Даже у костлявой Ритули задница круглее будет, какой зачет, бля Киса @Мотя, тебе как?

Мотя редко смотрю на жопы одноклассниц и да, Ритку мою не оскорбляйте тут сегодня на базу идем, не? или у Кисули рандеву намечается?

Киса рандеву у меня намечается с тобой       Идиотский подмигивающий смайлик заставляет Эльзу глаза закатить.

Мотя либо с рукой со своей развлекайся, либо с новенькой) так че, на базу идем?

Гендос а че, я товар заберу и могу за вами заскочить Киса че, Эльчонок, тебя опять на руках утаскивать?       Эльза бы могла сейчас пошутить, но голова и правда болит ужасно, поэтому коротко отвечает:

Мотя ноги есть, дойду

      Кислов хмурится и голову поднимает, в затылок ее глядя. Обычно в такие моменты она поворачивалась к нему, но сейчас просто телефон откладывает в сторону и голову на сложенные руки кладет. К Мелу поворачивает и на подругу кивает.       — У нее голова болит, — тихо поясняет Меленин.       — А че она на уроке сидит? — хмурится сильнее. — Пусть бы домой шла.       — Братан, она нас как-то не спрашивала, — Егор плечами пожимает.       — Че с вами всеми?       — Не пойми меня неправильно, Кис, но ты вчера Эле в любви признавался, когда мы ее домой провожали, а сегодня рассуждаешь в беседе о том, что у новенькой жопа зачетная. Эльза все понимает, это не необычное явление, но просто как-то хуево выходит, не считаешь?       — Я ей каждую тусу о любви говорю, — фыркает. — Это же типо это, братские чувства.       — Давно люди с братскими чувствами языками рты друг друга трахают? — Мел усмехается.       Киса взгляд на класс поднимает, тут же сталкивается глазами с Алиной. Она улыбается ему, а Кислов на автомате подмигивает.       Урок отсиживает Эля еле-еле, в голове пульсирует с какой-то немыслимой силой. Только звонок услышав, первая из класса вылетает и к медпункту бежит. Если ей сейчас же не дадут обезболивающее, она точно умрет.       — Здравствуйте, — рюкзак на кушетку кидает и к медсестре подходит. — Дайте что-нибудь от головы, пожалуйста, она точно сейчас взорвется.       — Ты бледная, — хмурится женщина и ладонь к ее лбу прикладывает. — Да у тебя температура, Эльза!       И только сейчас Матвеева понимает, что дрожит. Ей и правда холодно очень, а боль в голове только усиливает неприятные ощущения.       — У нас в аптечке нет ничего совершенно, — вздыхает женщина. — Я предупрежу учителей. Иди домой, Эль, лечись.       Женщина берет ее за плечи и выводит из кабинета. Идут они прямиком в кабинет физики, где сейчас все одноклассники сидят. Эля приваливается к доске, пока медсестра с учителем говорит насчет нее. Глаза прикрыты, потому взволнованных взглядов друзей она не видит.       Когда учитель кивает, медсестра выводит ее из кабинета, отправляя в раздевалку. Матвеева идет медленно, боясь резкими движениями боль усилить. Словно через слой воды слышит свое имя. Оглядывается и парней видит.       — Эльчонок, бля, че с тобой? — Ваня в глаза ее с тревогой смотрит.       Хенкин приобнимает подругу за талию, чтобы та облокотиться на него могла.       — Блять, она горячая, — вздыхает Хэнк. — Заболела.       — Доигралась в снежки, идиотка, — сплевывает Кислов и в гардероб забегает.       Вместо одной куртки, выносит все четыре. Парням их верхнюю одежду отдает и на Элю бережно ее пуховик натягивает.       — Мы тебя проводим, — говорит Мел и шарф на шее завязывает. — Ты ходишь, как накуренная.       — Ощущения, как при отходняке, — кивает она и шапку Мела на себя надевает, капюшон сверху накидывая. — Все не идите, зачем? Меня Хэнк отведет, — чуть слабеет в его руках, морщась от нового приступа боли.       — Тебя никто не спрашивал, — Киса с другой стороны от нее становится и тоже за талию придерживает.       — Я Гендосу наберу, — спохватился Мел и сразу же друга начал набирать.       Парни ведут подругу на улицу и усаживают ее на лавочку, около которой сегодня курили. Хэнк постоянно ее шарф поправляет, чтобы шею полностью закрыть. Гену приходится ждать минут пять, не больше.       Доезжают они в полной тишине. Эльза уговаривает парней, чтобы один Хэнк ее до двери довел, ведь отец явно не обрадуется, увидев всех. Боря крепче ее за руку берет и ключами дверь открывает.       — Так, Эль, я входить не буду, — пропускает ее в квартиру. — Напиши, пожалуйста, когда получше станет, хорошо? Выпей таблетки и поспи.       Эльза вяло кивает, а Хенкин квартиру покидает. Быстро в машину к парням спускается и тяжело вздыхает.       — Че? Чай сделал? В кровать положил? — сразу же спрашивает Мел.       — Блять, у нее там батя, он нас терпеть не может, — хмурится Боря. — В квартиру завел и ему на глаза не попался, чтобы он на Эльку не орал.       — Сука, говорил же, надо всем идти! — ругнулся Кислов.       — Она большая девочка, — успокаивает его Гена. — Напишет позже.       Эльза тем временем обувь и куртку снимает, на кухню проходя. Сильно шумит, таблетки найти пытаясь. Когда парацетамол видит, сразу же в рот таблетку кладет и водой запивает, от горечи морщась.       Отец входит на кухню и хмурым взглядом на нее смотрит.       — Почему не в школе?       — Заболела, отправили домой лечиться, — обходит его стороной и в спальню свою заходит, дверь закрывая.       Прямо в школьной одежде ложится на кровать и в одеяло кутается. Вся дрожит, но парацетамол должен скоро подействовать. Матвеева глаза закрывает и пытается свернуться в клубочек сильнее, чтобы тепло вообще не выпускать.       Она совсем не замечает, как погружается в сон. Сон этот неспокойный и прерывистый. Еще и поднявшаяся температура сыграла свою роль.       Просыпается она уже вечером. На часах восемь тридцать, что говорит о том, что Эльза проспала весь день. Постель неприятно мокрая, из-за этого Матвеева морщится. Голова уже не болит, но слабость в теле просто дикая.       Эля находит в себе силы и меняет постельное белье, снимает с себя школьную одежду и надевает растянутую футболку, которую после очередной ночевки оставил Гена, и шорты. В ванной смывает макияж и возвращается в спальню.       На тумбочке около кровати стоит тарелка, которой тут до этого не было. Эльза хмурится и ближе подходит. Куриный суп, а рядом таблетки и бутылочка с сиропом.       — Поешь, — отец в дверях появляется, а Эля, испугавшись, разворачивается. — Таблетки все тоже выпей, — и после этого выходит из спальни, а Матвеева удивленно на дверь продолжает смотреть.       Садится на кровать и на суп смотрит. Откуда такая забота? Разве ему не лучше, чтоб Эля тут мучалась лежала? Девушка телефон в руки берет и блюдо фотографирует, в беседу парням фото скидывая.

Мотя папа приготовил суп мне, я в бреду или как?

      В сети все парни появляются просто моментально. Гендос нихуя себе ты его еще и папой назвала, а не отцом Киса да хуй с этим ты как себя чувствуешь, Эльчонок?

Мотя голова прошла, но слабость ужасная и сладкого хочу а еще нос не дышит ваще короче, завтра я дома зависаю и ближайшую неделю тоже, походу

Хэнк да ебаный твой рот ну, не твой Мел Мы завтра придем? Ритку приведем тоже

Мотя не, я заразная наверное

Киса мне похуй, я уже одеваюсь ща заскочу в магаз, куплю тебе сладенького и приду       Матвеева для самой себя отрицательно головой качает. Ее болезнь является хорошим поводом для того, чтобы Кислова не видеть несколько дней и чувства свои притупить на самом начальном этапе. Да и есть ли что вообще притуплять?

Мотя не нужно правда не надо, Кис, я вновь лягу спать и не открою

      Киса ничего ей не отвечает, но парни тоже говорят ему, чтобы дома сидел. На базу они без нее решили сегодня не ходить и ждать сообщения от Эльзы. В один момент Кислов скидывает в беседу сообщение от новенькой. В нем она спрашивала, почему парни так за Элей сорвались. Киса откуда у нее ваще мой номер? Хэнк Твой номер у каждой собаки в городе есть Гендос она че свой нос сует в наши дела Киса бля, она зовет меня завтра погулять Мел Пойдешь? Киса да делать-то нехуй, схожу       Хенкин в это время по лбу себя бьет, тупость Кисы не перенося. Эти идиоты точно никогда не сойдутся, если он так и будет к каждой юбке метаться. А Боря первый, кто Эльзе счастья желает. Хэнк Завтра на базу идем Киса нахуя? Хэнк Просто зависнем там Гендос че ваще Элюха молчит? Мел Уснула, наверное Киса она в сети Мел С включенным телефоном уснула, у нее такое бывает Киса короче, чуваки, завтра пройдусь с Алиной, а потом сразу к вам       Эльза не спала в это время, читала сообщения в беседе. Хмурится, когда Киса соглашается с новенькой погулять. Давно ли он с девушками просто так гулял? Не гулял вообще. Прижать кого-то на тусе к стене и уговорить на приятное времяпровождение — вот, что обычно он делал. Гулял из девушек только с Элей.       Новые люди, новые изменения в Кисе.