Кошки - мышки

С неохотой забрав из руки брата телефон, Кира приложил его к уху, приблизительно представляя, что услышит. " — Кирилл! Сынок, ты как? В учебе не отстаешь? Я надеюсь, что ты нас не подведешь и отучишься как следует?» — не могла удержать словесных порывов мать. — Учусь нормально, — безразлично ответил парень, нервно перебирая пальцами края футболки, — вы по делу звоните, или как? " — Это что за разговоры? — Кира практически, физически ощутил, как женщина на линии всплеснула руками, — Нет Дима, ты это слышал? Отделаться от нас хочет. Свободу обрел и все, мы уже не родные сразу!» — Не перекручивай пожалуйста. Я просто не очень хорошо себя чувствую. " — Да как же! Небось совсем от рук отбился, пока нас с отцом нет! Быстро признавайся! Употребляешь что нибудь? Я знаю как оно у наркоманов бывает, я чи.» Исаков сбросил вызов и со злостью сунул телефон Максиму. — Я же говорил, что не хочу их слышать. Не мог соврать? — Надежда умирает последней? — неловко оправдался брат. — Да похуй уже. — пожал плечами Кира и поплелся назад в свою комнату. Он практически не спал всю ночь, разрабатывая стратегию для игры, да и как назло, с утра пораньше пришлось идти к психиатру. Поэтому к ночи, парень чувствовал себя нереально раздавленым. Теперь еще «эти» люди позвонили, окончательно убив у студента желание жить. Устало распластавшись на кровати, Кирилл в серьез задумался о будущем. Что им нужно в конце концов? Неужели я все это время делал недостаточно? Выполняя любую их прихоть, я надеялся, что они будут довольны. В какой момент все пошло по пизде? Макс им ничего не должен. Чем я от него отличаюсь? Я потратил восемнадцать лет жизни на то, что бы стать идеальным сыном! Так что же они не как не отстанут? Они же знают, что я больше не могу. Не могу. Парень расплакался, выливая в подушку всю свою боль и разочарование. Он даже не заметил как уснул, сжимая в кулаках края одеяла, будто единственного друга, в незнании куда деть бесполезные чувства. Так пролетела ночь. И так пролетел весь следующий день. Максим пытался достучаться до брата, но тот заперся в комнате не желая покидать утешителтную обитель, лишь изредка подавая голос на просьбы поесть, что бы старший знал — он жив. Соскребя себя с кровати и оторвавшись от просмотра очередного ролика на ютубе, Кира в конце концов устроился за компом, буравя взглядом анкеты участников «будующей игры». Пойти против незримого врага он смог, поддавшись эмоциям и импульсивно сделав шаг, но вот как поступить дальше, он не представлял. Парень мало что знал об этих людях и соответственно не мог найти причин как для ненависти, так и для симпатии. Терзая себя неразрешимой проблемой, Кирилл совершенно не заметил как наступило утро, грубо вырвавшее его из раздумий, противным звоном будильника. Шатаясь на ослабших ногах, студент совершенно не представлял как будет учиться. Вместо мозга в голове — жвачка, а вместо координации — ирландская, космическая чечетка. — Уууу. — с улыбкой протянул Макс, увидев в кухне шатающегося Кирила, — Делись чем травишься! — Иди в жопу. — зевая ответил студент, чуть не промахнувшись задом мимо табуретки, — Сделай кофе пожалуйста. Пятирной эспрессо. Или типо того. — От такой концентрации ты разве что проблюешься. — хмыкнул брат, — Че не спал то? — Да так. — пожал плечами Кира, — Думал кой о чем. Максим больше ничего не сказал. Молча поставил кружку с горячим напитком под носом у младшего и ушел на работу. Ничего же страшного, если сегодня я не стану их пить? Залпом проглотив кофе и поморщившись от жжения в пищеводе, парень пошел в комнату одеваться. Так как настроение у Кирила было весьма прескверное, то и одежду для похода в институт он решил подобрать соответствующую: широкие, черные джогеры, такая же толстовка оверсайз с капюшоном и любимая маска, что бы спрятать лицо. Первые две пары по истории, Кира благополучно проспал, хотя честно старался не поддаваться, но монотонный голос преподавателя, сломил его выдержку. — Кира. — тихий девичий голос и мягкое касание к спине, побудили парня открыть глаза, — Нам пора в другую аудиторию. Марина смотрела на него неловко улыбаясь, словно страшась вызвать у Кирила гнев своим поведением. Исаков вздохнул, потер уставшие глаза и поднялся из-за стола. — Пошли. — ровно сказал Кира, чем вызвал у одногруппницы изумление, — Все давно в прошлом. — добавил он поровнявшись с ней, — Я тебя не сожру. Девушка мгновенно оттаяла и заулыбалась, поспешив за старым другом. Весь день Марина составляла парню компанию и тот собственно был не против. Она молчала, лишь изредка бросая на товарища заинтересованные, изучающие взгляды, но не докучала с болтовней и расспросами, за что Исаков был ей благодарен. Когда пары кончились, они также вместе покинули институт и к удивлению Кирила, возле забора их поджидал Дэн. — Ну что? Идем? — радостно объявил он, вогнав парня в ступор, — Ты что, не сказала ему? — Ну я. Не смогла. — понуро ответила девушка. — Короче, — взял инициативу в свои руки друг, — у Марины сегодня пробы, она попросила нас ее поддержать и поприсутствовать на отборе. Кира не мог ничего сказать, потому что пребывал в практически, паническом ступоре. Сердце бешено колотилось, барабанило в висках, от чего казалось, заклыдывало уши. — Да брось! — подбадривающе положил на его плечо свою ладонь Дэн, — Прошла целая вечность. Там из наших мало кто остался, да и в случае чего, ты же знаешь, я за тебя любому зад надеру! Парень улыбался, а Исаков перебирал в голове отмазки, ведь истинную причину его испуга, ни Марина, ни друг, не знали. — Ладно. Я поняла. Ничего страшного, правда. Я просто знала, что если все-таки не пройду, то ты сможешь объективно указать мне на недостатки. Ведь ты — лучший. — улыбалась девушка, а на душе у парня развивалась буря. Лед — страха и ужаса, сражался с пламенем — совести и достоинства, причиняя своей битвой без победителя, невыносимую и почти физически ощутимую боль. — Ладно. — сдался Кирилл, стремясь поскорее отделаться от неприятных чувств. — Ты уверен? — с подозрением спросил Дэн. — Уверен. Ты же будешь со мной. — через силу улыбнулся студент. — Ура! — взвизгнула Марина, но практически сразу прикрыла рот ладошкой. — Ну так чего стоим? Погнали! — скомандовал товарищ и троица двинулась в сторону балетной школы. Прошло почти пять лет, которые для Киры пролетели как одна неделя, но здание с тех пор притерпело не малые изменения. Юные артисты входили и выходили из центральных ворот, будоража воспоминания парня о том, что когда-то и он точно так же посещал это место со счастливой улыбкой и мечтами о великом, театральном будущем. С опаской войдя через главный вход, парень то и дело невольно озирался по сторонам. Это и правда было очень давно, но прошлое преследует его в мыслях каждый божий день, не желая отпускать из своих гнилых, цепких лап. Второй этаж и знакомое, светлое помещение для репетиций, с идеально отполированным до блеска паркетом, и кучей огромных зеркал, напротив которых стояли три стола и несколько стульев, по видимому для судей. В свое время Кире так и не посчастливилось побывать на Маринином месте, хотя и мечталось. — Скоро начнем! Кандидатам собраться за дверью в порядке списка! — громко объявила женщина, сопровождая свои речи громкими хлопками в ладоши. Артисты спокойно покинули помещение вместе с сопровождающими. Марина давно переоделась в боди и теперь разминалась, а Дэн нервно наворачивал круги по коридору, загадочно прошептывая одному ему ясные заклинания, в сложенные ладони. На минуту это даже позабавило студента, но он практически сразу вспомнил где находится и по телу пробежал табун мурашек. Вибрация телефона в кармане штанов, мгновенно отвлекла студента от тяжелых дум и заставила досадно прошипеть. — Я отойду, надо ответить. — предупредил он друзей и побежал вперед по коридору, скрываясь за стенкой, что бы гомон людей не заставлял его кричать. — Прости, я забыл. — сходу стал оправдываться Кирилл, — Сам не ожидал, что так получится. " — И что мне с тобой делать? — снисходительно сказал брат, — Когда придешь?» — Честно говоря не знаю. Может быть часа через три. " — Ладно. Когда домой пойдешь, позвони.» — Хорошо. — с облегчением закончил он разговор. — Исаков? — раздался из-за спины знакомый, мужской, хриплый голос, — Какими судьбами снова к нам? Внутри Киры все похолодело. Ноги приросли к полу, сердце рухнуло в пятки, ладони вспотели, а губы задрожали. — Виктор, это и есть тот самый самородок о котором вы мне все время рассказываете? — спросил другой мужчина на мгновение парня отпустило и он наконец нашел в себе силы обернуться. — Все так! Хотя и прошло столько лет, никто так и не смог занять его место в моем сердце! — улыбнулся пожилой мужчина и подошел вплотную к студенту, приобнимая того за талию, — Как поживаешь Кирилл? — Сносно. — дрожащим голосом ответил Кира. — Какой интересный молодой человек. — сказал незнакомый мужчина, — Я Родион Федорович Павленко. Я бы хотел предложить вам стажировку в качестве преподавателя в своей школе. Услышав рассказы и похвалу о тебе, со стороны твоего наставника, я бы очень хотел предотвратить потерю такого выдающегося таланта. Мужчина говорил, а между тем глаза парня ползли все выше, выдавая растерянность. Нет дело было не в том, что он услышал, потому как все слова стали для него шумом, а в том, что рука его бывшего педагога неприметно сползла с его талии на ягодицу, осторожно поглаживая пальцами. — Ты так вырос и стал еще прекраснее. — тихонько шепнул ему мужчина так, что бы другой не услышал. — Мне срочно надо идти! — взорвался Кира и рванул с места, не разбирая что кричат ему вслед. — Браво! — мужчина похлопал в ладони, чем напугал подростка, — Твой па де пуасон* лучше чем у большинства прим с которыми я знаком. Кирилл смущенно опустил глаза в пол, шаркая пяточком пуанта по паркету. — Ни к чему так смущаться мой цветочек. Ты должен знать себе цену. Хотя, движение правой руки я бы все же немного поправил. Подойдя к парню, Виктор пристроился к нему сзади, плотно прижимаясь к его спине, кончиками пальцев проводя по его ладони и мягко обхватывая руку своей. — Если ты вывернешь ее вот так. — томно замурлыкал мужчина, — То во время прыжка, ты покоришь сердца всех. Неожиданно дверь в зал распахнулась и группа учениц хихикая, прошла к станку. — Ты же тоже это видела да? , — услышал однажды их разговор Кира, — Он сто процентов подставляет свою задницу Виктору Николаевичу. Этот старый извращенец на нем помешался. Теперь то ясно, каким именно «местом», он получает признание. Сидел бы в уголочке тихо, нот нет, возомнил из себя невесть что! Пацан в пуантах! Вот нахера Маринка тогда ему их дала?! Из-за него я теперь постоянно получаю от Виктора критику! Кирюша то, Кирюша се. Тошнит от этой мерзости! Только тогда, увлеченный балетом подросток, понял что все действия по отношению к нему состороны педагога, были домогательством. И как он, наивный еще этого не понял? Может он и правда, не так хорош как ему казалось? Но почему тогда Марина после очередного провала, попросила парня показать ей как правильно выполнять фуэте? Зачем одолжила свои пуанты, заставив Кирила желать порхать по сцене так же, как это делают девушки? После этого жизнь стала стремительно набирать обороты, втаптывая в грязь все мечты и все стремления мальчика, который просто любил танцевать. — Я кастрирую тебя. — рычал себе под нос Кира, — Привяжу сука к дереву и кастрирую! Пелена гнева охватила все его естество, полностью отключив логику и здравый смысл. Единственное желание которое он сейчас мог испытывать, это безумно, больно и желательно навсегда, изувечить некогда любимого учителя, дабы в его старом мозгу больше не смело зародиться мысли, прикасаться к детям. Возвращаться к Дэну с Мариной он резонно не стал. Сейчас любое неровное слово, могло вывести его из шаткого равновесия. — Какие люди, — парень одного с ним возраста, стоял рядом с выходом и злобно скалился, — не наша ли это «прима»? — Отвали Иванов. — ответил с такой же злостью Кирилл и прошел мимо. — Ах да. Ей же подрезали крылышки и она больше ни на что не годна! — не унимался артист и Кира остановился. — За-ткнись. — Ой ой, правда глаза режет? Я знаю, это из-за тебя тогда Данька с крыши упал. Ты же от зависти небось задыхался, когда его на твое место поставили. Ты тварь, был уверен, что это он тогда сцену намылил, но хочу огорчить, это был я. Кирилл больше не мог себя контролировать и развернувшись, налетел на оппонента с кулаками, но его товарищи перехватили парня, крепко схватив за руки. — Ну-ну, разве люди искусства рвут друг другу волосы? Докажи что чего то стоишь и я так и быть, заберу свои слова назад и может быть даже брошу балет, признав свою никчемность. Как насчет например. Хм. Тридцать два фуэте? Исаков хотел совсем не этого, он хотел вмазать по самодовольной роже с ноги, разбить ему нос и окрасить все вокруг кровью, но нутро предательски цеплялось за возможность утереть парню нос. — Я — лучший! Пуанты! — гаркнул студент, после чего под озорные смешки, был освобожден. Странные чувства ностальгии и горечи от утраты, посетили его пока он бережно и со знанием дела, обувал на ноги одолженые у одной из проходившей мимо ученицы пуанты. Посмотреть на парня в столь необычном амплуа, собралась небольшая кучка зевак, но Кира был слишком сосредоточен на ощущениях и поэтому совершенно не обратил на это внимания. Немного малы. Но так даже лучше, да ведь? — Повторяю при свидетелях! Если Кирилл сможет сделать тридцать два фуэте, то я признаю его лучшим и покину балет, а если нет, то он признает, что он никчемный балабол! Толпа загудела и Исаков вышел в центр холла, разминая ноги. Вдох. Выдох. Вторая позиция. Взгляд сосредоточен на отражении в зеркале. Я должен сделать это. Я должен. Чего бы ни стоило. Толчок, поворот, затем еще, один за другим повторяющиеся туры, вызывающие внутренний восторг и какафонию в глазах. Давным давно позабытая усталость мышц и напряжение в пальцах ног. Еще четыре. Раз, два, три. Ликование от осознания скорой победы и хруст в ноге на последнем обороте, адской болью вынуждающий ее подкоситься. Кира с грохотом рухнул коленями на пол, с огромным трудом сдерживая себя от крика. — Браво! — с ухмылкой сказал Иванов, — Признаю, зрелище было отпадное. Ах да, я уже давно ушел из балета, поэтому твои трепыхания были бессмысленны. — парень гогоча вместе со своими друзьями пошел на выход и последнее что услышал от удаляющейся фигуры Исаков было, — Я же говорил, что он поведется. — Ты в порядке? — спросила обеспокоена девушка у которой он одолжил пуанты. — Да. — соврал Кирилл, — Сейчас я тебе их верну, погоди немного. Парень попытался встать и зашипел. Ученица помогла ему подняться и под руку довела до диванчика. Переобувшись Кира ее поблагодарил и с трудом сдерживая слезы, набрал брата. — Забери меня. Пожалуйста. В такси ехали молча, хотя младший знал, что на самом деле Максим ужасно зол и если бы не подавленное состояние Кирила, то отчехвостил того по самые помидоры, во всех подробностях расписывая какой он безответнный и глупый. — Ох и повезло же тебе парень, что это обычное растяжение. Повредил бы спицу и все, финита ля комедия! Вспоминал он слова врача снова и снова, сидя на полу под окном в своей комнате в руках, с нагло вытащенной из-под носа брата, бутылкой пива. Слово допрыгался, будет самым точным определением для его ситуации. За что небеса сотворили меня таким жалким ничтожеством? Как я согрешил в прошлой жизни, что до сих пор не могу расплатиться? Для чего тогда ты дал мне почувствовать себя счастливым, если все равно планировал все отобрать? Ты там! Если ты есть, то знай, я — ненавижу тебя! Теперь о балете придеться забыть навсегда. И просто танцевать целый месяц. Какой же я кретин. Он снова поднял с пола мобильник, но сообщений по прежнему не было. Сразу как приехал домой, парень написал сообщение с извинениями другу, но тот не ответил. Кирилл пытался звонить, но Дэн не брал трубку. Если даже он отвернется, то как ему жить дальше? Кира пробежал взглядом по столу и нерешительно задержал его на канцелярском ноже. *** — Да едрить твою налево! — ругался мужчина, когда из турки на его руку вылился горячий кофе, — Нахуя я решил тебя варить! Срань злоебучая! Охладив ожог в проточной воде, он блаженно зажмурил глаза. Хотя предыдущая ночь и была без сновидений, но на настроение это никак не повлияло. Предстоит очередной рабочий день в окружении шумных молодых людей. Очередной дурацкий и плохо понятный график, наряду с тупорылыми требованиями ректора. Мол ты — физрук, делай мне супер-физруков! На улице поливало как из ведра и желания делать хоть что-нибудь, у Владимира не было. Вот нахера он за это взялся? Жил бы дальше своей бытовухой и ни о чем не парился. Но нет же! Чувство долга, справедливости и прочая чепуха, которой он еще с юности забил свою голову, ни как не желала отпускать, даже спустя много лет. — И вам доброе утро. — с фальшивой улыбкой пролебезил в ответ на приветсвие вахтера Фримен. Заполняя методичку, желая чтобы бесконечно удушающий день наконец закончился, мужчина то и дело поглядывал в экран телефона, ожидая новых сообщений. Мысль о скорой поимке преступника, волновала его намного больше, чем предстоящие уроки. Раскрыв свой блокнот и забив на учебные документы, Владимир стал записывать то, что уже успел выяснить, для того что бы позднее не ошибиться в докладе. «Преступник находится в городе N. На это указывает большинство улик. Во-первых, игр было всего три за последние несколько лет. Во-вторых, большинства участников находились в непосредственной близости, или же в самом городе. В-третьих, выбор новых участников так же пал лишь на местных жителей. Преступник вероятнее всего человек не старше двадцати пяти лет и именно поэтому выбор поиска зачинщика, пал на учащихся: школьников или же студентов вузов. Кандидаты для новой игры отобраны, но по какой-то причине их роли до сих пор не определены. Либо организатор подозревает о слежке, либо ни как не может решиться сделать ход.» Тяжело выдохнув Фримен понял, что все дни прошли даром, хотя объем проделанной работы со стороны и выглядел весьма велик. После очередной пары, преподаватель зацепился взглядом за карамельку, который выглядел ужасно плохо и дело даже не в том, что он хромал, а его лицо давало понять всем окружающим, что если они к нему прикопаются, то в живых останется лишь один. Но как известно, Фримен ничего не боится и поэтому решил поднять настроение студенту шуткой, ведь хуже же не будет? Ой, как же он ошибался. Первое что заметил мужчина, так это полное отсутствие запаха от Кирила, ведь тот обычно не пропускает этот тонкий момент для создания своего образа, душась очень сладким и приятным парфюмом. Да и взгляд которым одарил его Исаков, даже в театре не сыграешь, : пустой, потерянный и невосполнимо печальный. — Неужели ты настолько не хочешь заниматься на моих уроках, что решил притвориться больным? — подмигнул парню Владимир и понял, что облажался. — Даже если захочу. Не могу. — с намокающими от слез глазами процедил Кира и пошагал куда подальше. — Твою мать. — корил себя физрук. Похоже что реально случилось что то серьезное, а он проявил минус ноль от тактичности. Поняв что жестко облажался, Фримен весь день искал повода выйти из спортзала, что бы взглядом отыскать Исакова, удостовериться, что с ним все не так плохо как он успел уже нафантазировать. Во время обеда в институтской столовой, мужчина застал такую картину, после которой окончательно уверился в том, что со студентом происходит неладное. — Я слышала о том, что случилось. Ты ни в чем не виноват. И я не сержусь на тебя. — лепетала невпопад студентка, обращаясь к Кирилу, — Дэн просто. Понимаешь. В мгновение ока столовая заполнилась звоном столовых приборов о кафель пола и жалостливым треском тарелок с едой, которые некогда были на столе, что только что опрокинул Кира. — Что это еще за безобразие! — резонно возмущалась кухарка, но парень переступил через «теракт» который только что учинил и прихрамывая, вышел из столовой. Владимир пошел за ним следом, не представляя как стоит вести себя дальше, ведь любое неверно произнесенное слово и в травмированной голове студента, может начаться необратимый процесс. — Кира! — окликнул он парня решившись, — Давай поговорим. Но тот продолжал идти вперед по коридору, не подавая признаков заинтересованности. — Я не буду допытываться или же утешать тебя. Просто выговорись, я прошу. — не сдавался физрук, поравнявшись с Исаковым. — Отвали. — обратил он наконец внимание на преследователя. О! Пять минут, полет нормальный! Внутренне ликовал преподаватель. Если ответил, значит связь с землей еще не потеряна. — Владимир Игоревич! — перехватил Фримена ректор, — Пройдемте в кабинет, мне надо кое что у вас уточнить. Преподаватель чуть не задохнулся от возмущения, провожая взглядом удалающуюся фигуру карамельки, мысленно обкладывая матом старого мужчину. Из кабинета ректора он вылетел как ошпареный, все еще не теряя надежды наладить контакт с Кириллом. Чувство неминуемой трагедии зародилось в нем в тот момент, когда он упустил его и послушно оставил одного, по воле другого человека. Он ловил его между парами, стремясь наладить общение вновь, но парень был неприклонен и просто игнорировал Владимира, сбегая от него при любой удобной возможности. Должен же быть какой то способ вернуть утраченное доверие. Ведь должен? Пока он то и дело бродил по этажам института, то ему как назло все время попадался Кира, который по мастерски находил возможность улизнуть, так же, как это происходило ранее. Неужели на коленях надо его умолять? Так ладно, найди силы и произнеси это вслух! Последней парой был урок физкультуры и даже Исаков на него явился, с отрешенной миной устроившись на скамье. Фримен нервно покусывал свои губы в кабинете, криво заполняя отчеты для ректора, начатые в промежутках между парами, не в силах перестать метать загадочные взгляды на студента. «Неужели я и впрямь, выгляжу столь устрашающе? Поговорили бы как обычные люди. Как тогда. Почему же он ерепенится?» Негодовал Владимир, начиная сердиться на собственную беспомощность. Прозвенел звонок, студенты выстроились в ряд, все кроме Исакова и физрук не обратил на это внимания, хотя в душе очень сильно переживал. Ну на скамейке сидит и то неплохо. По крайней мере, у него появилась возможность за ним наблюдать. — Десять кругов по залу! — скомандовал мужчина и обмер, цепляя глазами образ Кирила. «Не исчезай. Дождись меня! Я все понимаю!» Кричал преподаватель в своих мыслях, растеряно озираясь вокруг, не понимая, как же грамотно начать диалог. Круги кончились и его мысли тоже. Нужно быть рациональным, трезвым, взрослым, зрелым. Но. Карамелька сидел в наушниках и слушал музыку, нарочито игнорируя все происходящее. Фримен улыбнулся и размял свои плечи. — Давно я не практиковался. Вы как? Поставите оценку? — игриво сощурился мужчина и удовлетворенно, потер ладони, — С чего начнем? — Отжимания! — выкрикнула парень из толпы, — Тридцать раз! — Отлично! — без сомнений ответил Владимир и приступил к выполнению обещаного. Данное упражнение далось ему с легкостью, хотя он все-таки ожидал от студентов более беспощадных испытаний. — Теперь турник! — робко объявила девушка, — Пятнадцать раз. — Будет исполнено! — радостно отозвался мужчина и повис на перекладине. Очередное задание выполнено, но Кирилл по прежнему не смотрит в их сторону. — Прыжок. — неуверенно начала Марина, — Прыгните, как тогда это сделал Исаков. — девушку трясло толи от страха, толи от хронической нервозности, но она продолжила говорить, — Вы ведь поставили тогда перед ним невыполнимую задачу. Расплата. — тихонько сказала студентка последнее слово. Фримен улыбнулся и занял свое место на обозначенной полосе. Кирилл впервые проявил свой интерес к происходящему, оторвав от мобильника свой вдгляд, который мужчина ощущал практически — физически, ожидая реакции одного в его мире — единственного подопечного. Разгон с пятки на пятку, взлет и. Звонок с пары. — Бля! Я ничего не увидел! — с досадой опечалился один из учеников, проморгавший прыжок учителя. «Проиграл.» Смиренно канстатировал Владимир, провожая студентов из зала. Ему хотелось верить, что он лучший, или по крайней мере один из них, но нет. Всегда есть кто то — лучше. Всегда нужно уметь принять — поражение. И Фримен принял. Спокойно и улыбаясь, зная что где-то там, есть карамелька, которому пришлось пойти против себя, дабы совершить невозможное. Маленький — герой. Маленькое, сладкое — совершенство. Пары наконец закончились, так же как и бумажная волокита которую нужно было предъявить ректору в ближайшее время. Фримен хотел было пойти домой, но голос знакомой и обеспокоенной студентки, порушил все его планы. — Кирилл он.— задыхаясь мямлила девушка, схватив физрука за края куртки, — Я знаю! Если вы не придете, то он что-нибудь сделает! Владимир Игоревич! Мужчина выслушал девушку, осознавая попутно, что страхи его были не беспочвенны и надо действовать. — Где? — Он сказал что идет в уборную! Но не появляется уже пол часа! — губы ее дрожали, а руки нервно тряслись, — Я заходила за ним, но он заперся в кабинке и прогнал меня. — Где? — уверенно уточнил Фримен. — На втором этаже. Мужчина быстро зашагал по коридорам, надеясь что карамелька, все еще не собрался с духом и сидит в ожидании, что кто-нибудь его переубедит. Переведя дыхание, Владимир тихонько скрипнул дверью туалета, в котором стояла гробовая тишина, разрушенная шарканьем ботинка о кафель, по видимому принадлежащий испуганному студенту. — Кира. — стал говорить преподаватель, — Давай поговорим? Ему показалось, что из первой кабинки раздался возмущенный вздох и он встал на против нее, грустно улыбаясь. — Уходи. — строго донеслось с обратной стороны. — Я не буду доказывать словами, что полностью понимаю твои чувства, тем более обращаясь на таком расстоянии. Пожалуйста открой дверь. — Уходи. — парень был непреклонен. — Ладно. Тогда мне стоит к примеру, снять эту дверь с петель и открыть ее самостоятельно? Думаешь я не смогу? — хмыкнул Фримен. Щелкнул замок и дверь отворилась, сопровождаемая возмущенным бурчанием Исакова, — Заколебал. Парень сидел на ободке унитаза с закатаными выше локтей рукавами, на запястьях сквозь тусклый свет, мужчина разглядел старые шрамы, расположенные хаотичной чередой из абстрактных, белых полос. Рядом на полу стояла его сумка, на которой лежал канцелярский нож. Кирилл смотрел в пол перед собой, по видимому, выстраивая в голове одному ему понятную цепочку из действий и событий. Владимир снял свою куртку и швырнул на пол, поднося татуированное запястье к носу студента. — Знаешь ведь, что такое косметическое тату? — спокойно спросил преподаватель, — Потрогай. Киру словно ударило током, глаза широко распахнулись, а рука с опаской потянулась к предложенному участку чужой кожи. Он аккуратно прощупывал пальцами грубые шрамы, которые грамотно были скрыты от любопытных глаз, рисунком дракона. — Мне тогда было четырнадцать. — начал он издалека, — В детдоме у меня была подруга Катя, хотя к чему лукавить, я был влюблен в нее. Конечно же безответно. — печально улыбнулся Фримен, — Однажды она ночью сбежала с другими ребятами, мечтая ощутить запах свободы. Я тоже хотел пойти, но был пойман с поличным. Да, я не всегда был таким крупным и сильным. В общем, когда к утру они возвращались обратно и перебегали дорогу, которая как раз отделяла их от детдома, то ее сбила машина. — мужчина замолчал на мгновение, ловя на своем лице заинтересованные, серые, понимающие глаза, — Начался переполох, я на кой то черт побежал проверять, ведь может меня разыгрывают. Никогда не забуду ее лицо. Директору дома влетело по самые кочарыжки, ее потом уволили. Ну а я. Я придурок хотел уйти вместе с ней. До сих пор не понимаю о чем тогда думал. Моя любимая воспитательница прикрыла мою задницу, поэтому допроса у психиатра, мне удалось избежать. — закончил он улыбаясь, — А в другой раз, я. — Хватит, — перебил студент, — я понял. — Ну вот и славно. — снова улыбнулся Владимир, — Пойдем, отвезу тебя кое куда. Кира согласно кивнул, поднимаясь с места, попутно хватая свою сумку и юркнул мимо преподавателя. — Идешь? — спросил он не дожидаясь мужчины. — Бегу бегу! — посмеялся тот, хватая с пола потерянный парнем нож, запихивая его в карман поднятой с пола куртки. — Тебе не идет. — сказал Кирилл надевая мотоциклетный шлем. — Костюм. Ты в нём на гопника похож. — Так это же хорошо! Если ночью гулять соберешься, зови. Со мной тебе не чего бояться! — убедительно заверил мужчина. Хотя дождь так и не прекратился, моросью закрывая обзор через забрало, это не особо беспокоило физрука, не первый раз как никак. Изначально он хотел вывезти Кирила за город, но все-таки приняв во внимание погодные условия, решил с этим повременить. Остановившись за углом одной девятиэтажки, Владимир стянул шлем и загадочно подмигнул студенту. — Не помешали бы пиво и чипсы, но это как нибудь в другой раз. Идем. Набрав код от домофона, преподаватель запустил парня в подъезд и пройдя следом, остановился возле лифта. Они поднялись на девятый этаж, все время сохраняя тишину, словно боясь быть пойманными. Когда физрук остановился напротив чердачной лестницы, Кира скептически посмотрел на Владимира, мол, «Ты прикалываешься?», но был проигнорирован. Мужчина открыл дверь и поманил за собой парня. — Не ссы, у меня сил хватит. — посмеялся Фримен, принимая неуверенно поданую руку и подтягивая студента, аккуратно ставя на лестнице, помогая тому взобраться наверх. Крыша встретила их бурным потоком холодного воздуха, с иголками маленьких капель, оседающих на лицо. Но это их не пугало, пара уверенно шагала по мокрой, неровной поверхности, все ближе подходя к краю. С той стороны на которую они вышли, можно было разглядеть лес, бескрайний и черный, окутанный хмурым, предвещающим грозу небом. — Ахуеть. — сказал завороженный Кирилл. — Это еще че. Вон там, — мужчина показал куда то в центр лесного массива, — есть классное озеро. Хочешь как нибудь прокатимся? — Хочу. — сказал карамелька, робко улыбнувшись и поежился от холода. Владимир снял слегка намокшую куртку и закинул на плечи парня. — Всяко лучше чем ничего? — А ты? — А я заколенный, таким ветерком меня не сломить. Так они и стояли глядя вдаль, наблюдая как стихия медленно окутывает город, освещая небеса разрядами молний.