Ю+В

На улице завывает ветер. Он несётся, срывая листву с деревьев. Словно смерч, носится по улицам города и уносит с собой золотистые одежды с ветвей, оставляя их полуголыми. Тучи, сгустившиеся на небе, не пропускают солнечные лучи. Моросит дождик, попадая на лужи, и на них расплываются небрежные круги. В такую ужасную погоду хочется либо сидеть дома и пить горячее какао, либо грустить, лёжа под одеялом и читая Есенина. Парень ступает за порог и садится на ближайшую тумбочку, шмыгая носом. Смотрит вниз, а в голове крутится только одна мысль: "Как бы добраться до постели". Медленно, одну за другой, парень стягивает с себя обувь и верхнюю одежду: шарф, шапку и куртку. Шаркая ногами, он бредёт в ванную комнату, включает тёплую воду и греет под ней руки. Холодную кожу обдаёт приятным, даже обжигающим потоком. После темноволосый берёт платок и высмаркивается. Он шагает в комнату, скидывает с себя свитер. Мурашки бегут по телу табуном и Володя потирает руки. Из шкафа он достаёт домашнюю одежду и заменяет джинсы на удобные домашние штаны, свитер на футболку, а сверху накидывает мягкую, тёплую кофту. Хотя дома тепло, его тело всё равно мёрзнет. Голову пронзает непонятная боль, кашель вырывается изо рта. Володя ложится в постель под одеяло, и, беря в руки телефон, собирается написать любимому, чтобы тот купил каких-нибудь лекарств. Вместо этого на экране высвечивается сообщение: "Я сегодня не приеду. У нас с ребятами репетиция. Ложись спать пораньше. Целую." Иногда так бесило, что он постоянно работает. Володе хотелось элементарно провести с ним хоть один вечер. Хотелось накричать на него, предъявить за то, что он уделяет ему категорически мало времени. Хотелось напомнить о своём существовании, истерить, плакать, но в то же время темноволосый знал, что так делать нельзя. Он знал, что Юра любит его и дорожит им. Знал, что так же он любит своё творчество. И всё-таки сейчас ему было чертовски обидно. Конечно, ничего не стоило написать Юре о болезни, но тогда он незамедлительно примчался бы домой, а это было бы слишком эгоистично с его стороны. Володя написал: "Хорошо" и, положив телефон с очками на рядом стоящую тумбочку, укутался в одеяло и тяжело дыша попытался уснуть. Сон не шёл. Всё ещё было холодно, но не так, будто вы на улице или стоите под вентилятором. Холод шёл изнутри, будто тело всеми силами пыталось вобрать в себя тепло, отдавая холод, но результата не было. Резко, словно молнии, боль пронзала голову. Парень поднялся и, надев очки, пошёл на кухню. За окном немного потемнело. Заката сегодня не было, всё небо было в тучах. Володя взял в руки небольшую аптечку и начал рыться в ней, ища градусник. Как оказалось, там были ещё и таблетки от головной боли. После измерения температура оказалась довольно высокой — тридцать восемь и девять. К большому сожалению, ничего жаропонижающего дома не нашлось. Парень просто выпил таблетку от головной боли и вновь лёг в мягкую постель, сняв перед этим очки. Глаза закрылись сами по себе и он провалился в глубокий сон. Он видел перед собой Юру. Тот был настолько реален, что, казалось, можно прикоснуться к нему. Володя смотрел на него и улыбался, будто видел впервые. Парень потянулся к Юре, пытаясь ухватить кареглазого за руку, но тот отошёл от Володи со словами: "Не трожь. Не твоё." Глаза Володи быстро забегали и он подошел ближе, касаясь рукой груди любимого. Но рука прошла сквозь него, как сквозь приведение. Дыхание Володи стало тяжелее. Внутри нарастал страх, обволакивая парня целиком. Володя коснулся Юры второй рукой, но та тоже прошла насквозь. "Говорил же, не трожь!" — сказал кареглазый. Всё, что темноволосый успел крикнуть, было: "Юра!", а после проснулся. Володя поднял голову с кровати, тяжело дыша. Глаза бегали по всей комнате, а мозг пытался осознать, что это всего лишь сон. Уже наступило утро и птицы вовсю распевали свои песни. Он сел, свесив ноги и подперев руками голову. По ступням пробежал холодок и из горла вновь вырвался кашель. Нос не дышал вообще, будто в переносицу вставили пробку. Рука потянулась к тумбочке, на которой лежал градусник. Температура понизилась, но не сильно — тридцать восемь и пять. Голова закружилась, словно после проката на карусели и парень упал на перьевые подушки. Волосы распластались по белым наволочкам, усталые глаза закрылись, силы окончательно покинули Володю и он вновь уснул. *** Безусловно, писать музыку очень увлекательно, но также это требует огромного труда, поддержки близких и литры кофе. Ничего не приходит просто так, всегда нужно прикладывать больше усилий, чего бы ты не добивался. Бесчисленные бессонные ночи, проведённые за музыкальным инструментом и бесконечное желание лечь в постель и совершенно ничего не делать. Звучит ужасно, не правда ли? Но иногда это стоит того. Огромные концертные туры, много людей, слушающих музыку, над которой артист неустанно трудился, являются лучшей отдачей, которую только можно получить. Когда исполнитель понимает, что люди слушают его музыку, душа ликует от осознания того, что за счёт музыки он приносит людям хоть немного радости в жизнь. Сейчас парень с растрепанными волосами собирался уходить из студии, в которой просидел всю ночь. Оборудование уже было выключено, пианино закрыто крышкой, ноты собраны. Время подходило к шести вечера. Юра ещё раз оглядел пространство вокруг себя и взял в руки телефон. Он напечатал сообщение и вышел из студии на улицу. Лёгкий ветерок играл в его волосах. Приятно пахло сыростью, но лужи, вечно хлюпающие под ногами, раздражали. Парень сел в машину и поехал по направлению к дому. Сейчас город казался каким-то серым и невзрачным, хотя и был довольно красивым. Люди, будто приведения, медленно плыли по тротуарам, аккуратно переступая через лужи. Прошло полтора часа и машина подъехала к дому. Юра вышел из автомобиля и подошел к воротам дома, открывая их. Он зашел на территорию их с Володей дома и направился прямо ко входу в дом. Он позвонил в дверь, но ему никто не открыл. Тогда он позвонил снова, но ответа не было. Парень достал ключи и открыл дверь самостоятельно. Ступая за порог, он с осторожностью метнул взгляд вдоль коридора. Дома было настолько тихо, что он казался опустевшим. — Володь? — сказал он в пустоту. — Володя, ты дома? Но ответа на вопрос не последовало. Юра направился в спальню и увидел лежащего на кровати парня, который был укутан в одеяло. Он подошёл ближе и коснулся его плеча. Тёмноволосый вздрогнул от прикосновения Юриной холодной руки и открыл глаза. — Юра... — хриплым голосом проговорил он. Кареглазый посмотрел на него с испугом. — Почему ты не написал мне, что заболел? Я бы приехал домой вчера. — Вот поэтому и не сказал. — Володя закашлялся — Я не хотел отвлекать тебя от работы. — Володенька, — мягко протянул музыкант, присаживаясь рядом с любимым. — Ты важнее. У тебя температура? — Да, тридцать восемь и пять. Может, уже меньше. — Юра направился в прихожую и начал обуваться. — Куда ты? — В аптеку за жаропонижающим. С постели не вставай. — не прошло и двадцати минут, как кареглазый вернулся. — Спасибо тебе. — промолвил Володя, выпив таблетку. — Не за что. Ложись, поспи ещё. — Юра поцеловал любимого в макушку и удалился на кухню. На улице стало значительно темнее. Звёзд на небе ещё не было и оно выглядело будто чёрная пелена. Володя спал уже второй час и Юра, сидевший всё это время на кухне, думал, что он проспит всю ночь. Но не тут то было. Из комнаты послышались тихие шаги. Володя вошёл в кухню и пристально посмотрел на Юру. Его губы растянулись в довольной улыбке, сна не было ни в одном глазу. Володя снял кофту и оставил её в комнате. Юра вскинул брови, как бы спрашивая: "Что случилось?", а тёмноволосый лишь продолжал смотреть. После он подошёл в Юре ближе и, набрав в лёгкие воздуха, поцеловал его. Юра не придал этому особого значения и ответил взаимностью, но Володя не остановился. Володя стал снимать с Юры футболку. Ошарашенный, Юра отстранился от него. — Володь, что случилось? — напряженно спросил он. — В смысле? Ничего. — непонимающее ответил тот. — Я просто хочу этого. Сейчас. — Так, так, подожди. Ты никогда так не делал. — А теперь сделал. Это что, плохо? — Послушай, давай не сегодня. Володя обиженно вздохнул. — Это потому, что ты не хочешь? — спросил темноволосый с опаской. — Нет-нет, я хочу, правда. Просто ты болеешь, и я не думаю, что это хорошая идея прям сейчас. Хорошо? — Володя кивнул, Юра взял его за руку и посадил рядом с собой. — Мне сегодня приснился сон, в котором я не смог прикоснуться к тебе. Это было ужасно. Пожалуйста, скажи, что ты не оставишь меня. — тёмноволосый заглянул Юре прямо в глаза, проникая внутрь и пронзая самые глубокие частички души. — Конечно, я не оставлю тебя. Никогда. Володя с облегчением выдохнул и прижался к любимому. Так приятно было чувствовать его тепло и ощущать, что он нужен ему. Так приятно было чувствовать его прикосновения, которых иногда так не хватает.