Муза для сумасшедшего

Здоровый зал, в котором мест было минимум на 1 000 человек, а может и еще больше. Наиболее на глаза попадалась гигантская сцена, на которой выплясывали роботы "Клоуны", если те резкие, быстрые и дерганые движения можно было назвать танцем. Слух агента пронизывала классическая музыка для балета "Лебединое озеро"... В общем, это было не главное. Внутри той "какофонии" находился виновник головной боли Нечаева, проклятый Виктор Васильевич Петров - инженер, роботехник и программист... Вообще тот ещё сверхум. "Сука, кому могла прийти идея в голову назвать этих консервных банок "Клоунами"... Они же стрёмные, что пиздец!" Эта мысль даже не успела зацепиться за ум зашедшего в зал, как тут же П-3 заговорил: – Ну все, попался, говнюк. Это твой последний номер!... Слышишь ты, ублюдок! Спектакль окончен. Майор медленно подходил к роботехнику, который кружил и прыгал разводя руки, словно он один из балетмейстеров. После выговора Сергея, подал голос Петров: - А вот и ты… Вечно дышишь мне в спину. В это время Виктор был развернут спиной к собеседнику и дирижировал. Сергей спросил: – Где врач? Недо-танцовщик защебетал свои наигранным голосом (на удивление у него был замечательный тембр) в котором было слышно грусть, отчаяние, раздражение и... Радостью? Конечно, П-3 не очень разбирался с эмоциями, но он точно слышал в словах "безумного" радость. "Блядь, он совсем поехал головой, если ему весело" пробежало в голове Нечаева. – Лариса, она… меня бросила, представляешь. Я даже не знаю, где она, может быть, уже мертва. А что с Молотовым? Неужели он поверил словам Сеченова? Тут же раздался голос спецназовца: – Молотов мёртв. После этого прозвучал холодный тембр Петрова: – Тогда всё понятно. – Чё тебе понятно? – "Коллектив" активируют, и на этом всё закончится. – Кончится? А что плохого в том, если все будут отдавать мысленные команды работам? Блядь, ведь ты же сам, сука, создал эту систему! – Потому что я не знал, как её собирается использовать Сеченов. – Ну уж точно не так, как ты: он не собирался никого убивать! – Серьёзно? Ты правда в это веришь? А с чего тогда эти мирные роботы кинулись крошить всех подряд? – Да из того, что ты их перепрограммировал! – ХА! Да неужели? Господи, какой идиот! Ты хоть представляешь, сколько времени занимает прописать функциональный алгоритм действий хотя бы для одного робота? А тут их – десятки моделей! – И чего? Петров резко разворачивается к агенту и прекращает свой "танец" глядя на своего преследователя начинает снова говорить: – А то, что боевой режим был заложен в них ещё на этапе конструирования. Другое дело, что никто не планировал применять его на территории СССР, и здесь действительно постарался я. Но, уверяю тебя, то, что задумал Сеченов, намного, намного хуже. Я просто обязан его остановить! - Хватит! Мне надоела этот бред, который творится у тебя в башкe! Ты сейчас же мне расскажешь, как вывести роботов из боевого режима. – Прости, этого не будет! – Ещё как будет! – Я всё подготовил, настроил. "Клоуны", которые к этому времени были довольно медленно начали набирать скорость. У Нечаева в тот момент что-то ёкнуло в сердце, а в голове появилась мысль "Ебучие пироги, неужто эти "консервные банки" тоже начали выходить из-под контроля. Блять, сука, нужно его остановить". – Стой! - Этот день должен был стать особенным для нас! - Стой, Я сказал! - В день запуска «Коллектива» я хотел сделать ей предложение. Символично, что это произойдёт именно здесь, в театре! Казалось, что танцевавшие вокруг Петрова роботы двигались со скоростью неплохо себе разогнавшегося автомобиля. А сам программист снова танцевал между ними и производил пируэты. - К сожалению, этого никогда не произойдёт и все из-за пса!... Если, блядь, тогда не увидел тебя, суку.... То мог бы полюбить Филатову, но ты никак не покидал мою голову... Я… Я хотел ею заменить тебя, но этому не бывать! Тем более, когда мучающий уже пару лет мой разум и моё сердце передо мной! Ха-ха.... Мысли майора быстро пробегали в голове пока не выдают нужную комбинацию действий "Черт, что будет то будет, пошёл!" Смех страдальца был прибит Нечаевым, которых с разбегу набросился на того и упал вместе с ним на сцену. Создалась картина: Сергей сидел на бедрах Петров и обеими ногами зажимал словно у "тиска" конечности "дурака" который лежал под ним и кажется начинал краснеть. Сейчас же один из "Клоун", который находился ближе к "стерве", вытащил лезвие и прошел по воздуху со свистом. Алексеевич с гневом кричал: - Пиздец, ты, что "шут" хотел, чтобы тебя оставили без твоей глупой башки!?! Виктор только смог тихо в шоке произнести: - Зачем... Ты это... сделал? – Это сейчас так важно!!! Наконец Сергеевич смог собраться и прокричать: – Нет, нет, нет, это совсем не важно! Скорее побежали, а то получим от Наташи! В эту же секунду Виктор скинул и схватил Нечаев за руку, и они уже летели через коридоры. Поворачивая в ближайшее и более безопасное помещение, он останавливается, некоторое время не понимая, что до сих пор держит "собаку" за "лапу". Комната в которую "враги" забежали явно принадлежала кому-то важному, её размеры были не маленькие, посредине был дорогой ковёр, а на нём стол (который точно был сделан на заказ) из дорогого дерева, пару шкафов и диван, который был неплохих себе размеров.... В общем тот еще вип-офис. Внезапно П-3 разворачивается и вырывает свою руку, и быстро тычет указательным пальцем в грудь Петрова, и говорит с искрами в глазах: - Ебучие пироги, ты совсем конченый! Тебе, что в прикол себя убивать! Нет, я подозревал, что ты совсем сумасшедший, но ведь не настолько! Наступила тишина, начавшая буквально есть ученого изнутри, пока Нечаев снова не заговорил: - О чем ты, тогда говорил? Какая еще… замена? Кажется, только что Васильевич почувствовал, как его сердце упало в пятки. Он не подозревал, что будет... жив... сейчас... Петров был уверен, что на той "проклятой" сцене его мучения завершится... Ему тогда бы не пришлось объяснять свои слова, а точнее признание... Виктор сделал пару шагов назад так чтобы палец Сергея не был на его груди и разводя руки в стороны, что они стали одной линией с плечами, заговорил: - Я...блядь...Люблю тебя! Я обожаю тебя с ног до головы! Мне нравится в тебе все: глаза, нос, губы, голос, руки! Даже твой отвратительный характер! Мне импонирует когда ты меня проклинаешь, ругаешь и хочешь убить!... Господи, я явно сошел с ума... Агент точно такого не ожидал от своей цели... ненависть? Что этот "придурок" за которым он гонял его возвеличивает... Нечаев с твердостью заговорил: - Пиздец, так ты меня заменял Филатовой?! Блядь, ты же ей врал! – Да мне на неё плевать, пусть себе, что хочет делает и мыслить! Мне главное ты! Прошу...скажи сколько раз мне нужно это повторить?... Чтобы ты мне поверил... Прошу, скажи?... В данный момент спецназовец был в ступоре. Медленно мозги начали отходить от удивления "Петров точно хочет запудрить мне черепную коробку.... Ебучие пироги, но его голос звучит так отчаянно и...искренне?" - Блядь, ты точно шутишь... Сергеевич медленно подходил к майору, который начал сдавать заднюю, пока не уперся в стену. Раздался голос ученого: – Нет, нет, нет что ты! Насчёт этого я с тобой в жизни не играл бы! - Ха, ты... Сергей был заткнут прикосновением к его губам. Виктор смог сделать этот шаг, он прикоснулся к соблазнительным, потрескавшимся и тонким губам своей забытой настоящей любви. Глаза П-3 были широко открыты, он старался оттолкнуть "врага", но тело не слушалось и все силы словно покидали его: каждый последующий толчок становился слабее и слабее и в уме пробежало "Черт...". Пухлые, нежные и розовые губы Петрова настойчиво пытались углубить поцелуй, однако майор не хотел этого допустить. Через несколько секунд агент сдался и разрешил Виктору проникнуть языком ему в полость рта. Программист сразу начал хозяйничать во рту Сергея, сначала он провел своим языком по зубам и небу, через некоторое время их языки уже переплетались в безумном "танце". В этот момент сильные, грубые и шершавые руки Алексеевича начали зарываться в волосы прекрасного проклятого Васильевича. Петров понемногу клал свои конечности на бедра, а затем перевёл на ягодицы П-3, сейчас же раздался горловой стон: - Ммхх... Внезапно Виктор устраняется от сладких уст, от которых протягивается тоненькая линия слюны, у него на лице появляется ехидная улыбка. Он приближается к уху майора и шепчет: - Проклятие.... Я готов прямо в этот момент...трахнуть тебя...как суку... Хаа... Раздался выдох, а глаза Петрова были устремлены в зеркала души Сергея. - Блядь, сам ты сука! Выжег Нечаев, да, он до сих пор сопротивлялся, но это было недолго. Резко тот кто держал его за задницу переместил рука на пах там был выразительный бугор. Глаза агента увеличились и сейчас он заговорил с дрожащим голосом: - Ты... Блядь, что ты хоче... Его слова были перебиты резким толчком на диван, который, к счастью, был недалеко от них. Майор растянулся на диванчике. Виктор навис над ним и с мурлыканьем заговорил : - Серёжа.... Тебе не нужно думать, очень скоро ты все почувствуешь.... Поэтому не забивай себе головушку... Просто доверься мне! - Пиздец, черт бы тебя взял! - Да, да, да, проклинай меня больше... – Ты, бесов, мазохист – Может быть, что да… Это важно? – Иди в жопу! - Если ты так говоришь... Улыбка Петрова стали ещё шире чём раньше. Он хватается за ремень щелкнув, снимает с Нечаева который находился в шоке и выбрасывает на пол. И снова раздается голос сверхразума: - Раздевайся... "Пиздец...какой приятный голос..." Агент потянулся к пуговицам и чём скорее стал их расстегивать. Тут же с тихим шуршанием был слышен звон металла, а после Петров начал делать то самое что и майор, но медленно, наблюдая за своим объектом ненависти любви. Виктор стянул только верх одежды к бедрам, а Сергей уже был без комбинезона, на нем остались только водолазка и белье. Приятный холод пробегал по его коже, а вместе с ним ощутилось прикосновение чужой ладони на щеке. Виктор говорил словами, которые были исполнены нежностью и любовью: - Боже, ты идеален. - Ебучие пироги, давай без шуток... - Ты до сих пор думаешь, что я шучу? То есть те слова, которые ты слышал до этого момента, тоже были для тебя только шутками?! – Знаешь, в твои слова сложно верить - Блядь, если бы их тебе сказал Сеченов то не бойсь ты без проблем в это поверил! - Нет... Я не настолько тупой, чтобы каждому слову доверять! - Сергей, если ты так уверен, что это насмешка... Так, я тебе покажу, что это не так... Сейчас ученый опустил конечности на торс агента, который был ярко виден через водолазку. Одним резким движением одежда была поднята к шее, Нечаев задрожал. Указательным пальцем Петров медленно провел от живота до груди и осторожно взял один из соски и принялся его массировать. - Ха-ха.... Это что игрушка для тебя Виктор буквально набросился на соски начав их сосать они медленно твердели, а позже он оставлял багровые засосы по груди и прессе. Прекратив свое занятие он увидел прекрасную картину с майором: грудь быстро поднималась и опускалась, губы полуоткрыты, глаза в туманы были направлены на него они не выглядели злыми как раньше, а наоборот мягкими. Петров решил заговорить: - Я думал, что у тебя нет такого взгляда... – Что? Инженер прильнул к сладким устам Нечаева, создавая поцелуй, на этот раз он был без упрямства. В это время руки "сумасшедшего" спустились к боксерам агент и достали возбужденный член. Сергеевич начал водить по органу ладонью вверх-низ, через некоторое время показалась головка нежно-розового цвета, вены на стволе набухли и было ощущение, что вот-вот должен был излиться. Но Виктор не позволит этому состояться, потому что так будет не азартно, он отпускает гениталию и отцепляет, казалось, от бесконечного поцелуя и тихо говорит: - Перейдем к самому интересному... Прошу, расслабься и не волнуйся... После своих слов он облизывает собственные пальцы на одной из рук, достаточно смочив останавливается. В голове Сергея успевает пробежать мысль: "Сука... что он творит?" Сейчас же его оставляют без нижнего белья и удивление Нечаева настолько велико, что мозги на минуту выключаются и снова включаются. - Что ты... В очередной раз произошло прикосновение к устам агента чужих. В очередной раз ему не дают договорить, это уже начинает надоедать, но Сергей не готов спорить, поэтому терпит. Впервые за жизнь он не хотел, чтобы что-то заканчивалось... Поэтому он ждет что на этот раз вытворит "шут"... Вот он чувствует что-то скользко проникает в его нижнее отверстие и ему удается только выдать злые мычания: - МмМмм... Виктор начинает медленно растягивать проход одним пальцем, а затем решает добавить еще один. В этот момент он чувствует резкую боль, Нечаева прокусывает ему губу, по подбородку течёт теплая красная капля, а во рту появляется вкус металла. Петров отстает и говорит: – Блядь, я сделал тебе больно? - Мгх... Пиздец, да! Конечно, больно! - Мне жаль... Если ты хочешь, я остановлюсь. - Сука, нет... Продолжай! - Хорошо, я буду ещё осторож... - Не болтай, давай ближе к делу! Технолог понял, что майор полностью ему доверяет, поэтому он продолжает его разрабатывать: разводя пальцы в ножницы, поворачивая их, попадая по простате. Сергей извивается и насаживается на пальцы и издает стоны, которые удивляют его... Он бы никогда не подумал что...умеет издавать такие звуки... Кажется, что перед глазами начинают бегать звездочки, а дыхание полностью сбивается, как будто агент пробег целей марафон.... Но, нет, ему было бы в тысячу раз лучше пробежать, чем извиваться под объектом своей... ненависти? Наверное, Виктора так уж не назовешь... Он явно не враг для Нечаева, но и не друг... Он что-то больше... Он любимый?.... "Черт, это полный бред.... Но как хочется, чтобы это было правдой" из размышлений П -3 извлекает Петров: - Как ты? - В норме - Ты готов? - Да... В этот момент Виктор хватается за обе лодыжки ног Сергея, подтягивая его поближе и одновременно закидывая их себе на плечи. Петров тянет свои руки к собственным боксерам, доставая из них член и проведя по нему. Он медленно начинает входить в спецназовца который от этого выгибается в спине из его уст вырывается болезненный стон: – АаХх! - Чччшшш... Инженер дает время привыкнуть, майору, а после начинает медленное движение. Пока кроме дискомфорта Нечаев ничего чувствует, но Виктор решает изменить угол и попадает по простате. По всей комнате раздается грубый голос, а из улыбающихся губ Петрова звучит: - Ха, нашел... Руки Сергеевича хватают бедра Алексеевича, он буквально вбивается в находящееся под ним тело. Каждый толчок сопровождается громкими стонами. В горле П-3 пересохло, глаза слезятся, дыхание совсем сбилог, в ушах звонят шлепки от ударов чужих бёдер об свои, а диван под спиной намок от пота. Конечностями Нечаев хватается за плечи "театральщика" впиваясь в них ногтями и оставляя красные линии. Петров шипит испытывает приятную боль от царапин, сейчас же он облизывает и тянет, а затем впивается в губы агента. Они оба чувствуют что очень скоро все кончиться. Резким движением Виктор переходит от губ к одному из плеч и всаживает в него зубы с горлым ревом, словно собака, которая хочет отметить суку... Чтобы показать, что она его и больше не чья.... И вот Сергей вздрагивает и кончает на свой живот, а вслед за ним Виктор. - Пиздец... Сука, как теперь...быть с этим С одышкой произнес спецназовец показывая на белую жидкость на теле. Сразу после этого Петров встает, идёт к столу, взяв с него какие-то документы, возвращается и вытирает ими Нечаев. - Блядь, а если это что-то важное!? - Мне на это плевать. Я здесь больше не работаю, поэтому мне похуй на эти бумажки. - Хаа... Не думал, что из таких уст может звучать ругательство - Ххммм... Все когда-то в жизни бывает впервые. - Ага, недо-философ... - Ах, да. Теперь ты мне веришь? - Ебучие пироги, после такого точно верю... Роботехник надевает назад верх комбинезона, спокойным лицом, будто ничего и не происходило, но в душе его переполняли радость с облегчением. "Удивительно что не слышно ещё одного надоедливого голоса" майор вспомнил о перчатке. Его мысли перебивает ИИ, который после шага на сцену сразу отключился и был недееспособным все это время. – Товарищ майор, извините, мои системы были отключены. Надеюсь за это время с вами ничего серьезного не случилось? - Вот тебе на, вспомнишь о херне и она появляется... – Сергей Алексеевич Нечаев, прошу, так меня не называть – А что обидишься?! – Все возможно, товарищ майор. - Ага! – Товарищ Сергей, профессор Дмитрий Сеченов, пытался с вами связаться, но из-за отключения не удалось. Поэтому он оставил сообщение, не хотите его послушать? - Давай "П-3, надеюсь, что ты смог поймать Петрова и чём быстрее доставишь его живого и невредимого. Если же он не в твоих руках, то я, попрошу, поскорее его поймать, потому что время идёт.... Не разочаровывай меня, сынок..." Весь их разговор Виктор молчал, сидя возле медленно одевающегося Нечаева. Взгляд ученого был направлен в одну точку на стене и совсем не двигался. Он понимал, что это могут быть его последние разы пребывания вместе с агентом... Что все возможно для него закончится завтра, а хуже всего... сегодня. "Ха, а я надеялся, что мы будем вместе вечность.... Я уже и забыл что натворил..." Легкая нервная улыбка появляется на лице Петрова, но тут же исчезает после слов Сергея, теперь чувствуется спокойствие... – Не бойся, всё будет хорошо. Все-таки, сейчас мы есть друг у друга... Ха, как-то по тупому прозвучало? - Нет... Звучит, отлично...