Демоны. Извращение разума.

Из чайника раздался пронзительный свист. Сладкий аромат ромашки и меда наполнил кухню. Последние несколько ночей она плохо спала. Тяжелые мешки висели под ее усталыми глазами. Она хотела выпить чаю и уснуть. Но она не могла. Она выпустила его. Свеча на тумбочке затрещала, ее слабое свечение было поглощено тяжестью окружающей темноты. Пламя свечи вспыхнуло высоко, отбрасывая дикие, вытянутые тени, прежде чем снова рассыпаться в слабое мерцание. Холодные пальцы обвивались вокруг ее позвоночника, не касаясь, но там внизу. под трусиками что то ползало... Она была не первой. Она не будет последней. Мысль пришла непрошеная, непоколебимая. Шепот, который был не ее собственным. Голос, затерянный в стенах, в темноте. Она бросилась к двери, нащупав руками замок. Ее пальцы скользнули по ручке, скользкие от пота. Она крутилась, тянула. Ничто. Дверь не двигалась. Это было так... неправильно. Тихий шорох позади нее. Она перевела взгляд на кровать. Простыни медленно, неторопливо отодвинулись, сворачиваясь в темноту. — Ты впустила меня. Тень шевельнулась под кроватью. Всего через несколько секунд она вспотела как сумасшедшая, а тело, казалось, горело. Сила в ногах почти покинула её. Её желудок болезненно сжался, и она почувствовала, как голова начинает болеть, как будто у неё лихорадка. Внезапно зрение её потемнело; Она всё ещё могла видеть вокруг, но почему-то все выглядело так, как будто у неё был какой-то странный фильтр в глазах, который заставлял её видеть окружающее в тусклом тоне. Её зрение также было немного размытым, и она чувствовала, что её чувство равновесия также нарушено. Лилия продолжала оглядываться по сторонам . Её окружение двигалось, как будто она находилась на борту качающегося корабля. Затем она увидела руки, черные, как пустота, выходящие из стен, и они пытались схватить её. Некоторые хватались за её одежду, и как бы Лилия ни пыталась вырваться, она не могла, и руки медленно тянули её ближе к стене, желая затащить внутрь, где могли жить только тени... В какой то момент она вырвалась из комнаты и уже стояла подле подвала, двери которого были открыты и приглашали её внутрь. Там ждал демон. Он никуда не уходил, а появлялся из темноты... Запах внутри был чем-то вроде плесени, смешанной с запахом чего-то давно умершего. Но один из них выделялся: запах демона. Запах проникал в ее ноздри, заставляя её инстинкты пробуждаться, и она знала, что он рядом. Ее сердце забилось быстрее, и по телу пробежала волна озноба. Она медленно стянула трусики и они остались болтаться на бёдрах. Сзади неё стояло нечто и дышало ей в затылок. В смеси ужаса и отвращения Лилия увидела, как слизь капнула на пол. Она увидела тёмную мерзость пениса с толстыми венами. Теребясь о её задницу, он искал её вход и вскоре нашёл. Она закричала, ее зрение потемнело....

***

Демон снова сношал её. Толстые вены пульсировали на стенках ее влагалища, ее плоть смыкалась вокруг этого горячего члена, поглаживая адское существо Демон медленно зашипел, его голос был похож на сухие листья, колышущиеся на осеннем ветру. сердце бешено колотилось, зная, что должно произойти, но не в силах пошевелиться, когда горячее, бурлящее семя вылилось наружу. его ядовитое семя вырвалось из потрепанного цветка и потекло по внутренней стороне бедра вонючей нитью, которая воняла хуже, чем существо, от которого оно исходило. Затем зверь вздрогнул, выдернул свой размягчающийся член из влагалища. Женщина устало посмотрела на существо, увидев, как его эрегированный ствол дрожит прямо над её губами. Слезы потекли по щекам, волна отвращения захлестнула её, когда она попыталась обхватить ртом этот ужасный член. язык скользил по стержню, взбалтывая струящийся поток, он превратился в бурлящий поток густой кислой слизи, стекающей по пищеводу. Слезы катились из глаз, силы убывали, когда она крепче сжала губы вокруг члена существа. Лилия не могла сделать ничего, кроме как проглотить его мощную слизь, позволяя ей скользить по горлу и стекать в раздутый живот. Густые капли мерзкого нектара капали с ее подбородка, капая на ее тяжелую грудь — Я же говорил, — сказал демон, поворачивая лицо женщины вверх, чтобы встретиться со его взглядом — несколько ночей я брал тебя. Теперь ты должна быть моей невестой. Лилия покачала головой, слезы потекли по ее влажным щекам. — Нет, я-я... Этого не может быть.... Это вызвало только глубокий, гортанный смех зверя. — О, но боюсь, что это так.