Талида - хранитель леса

- И что? Пойдёшь? – Банчан на том конце трубки немного скучающе расспрашивал своего друга. У бедняги уже была ночь, но он всё равно стойко выдерживал рассказ и слипающиеся глаза. - Пока не знаю, если быть честным. Вроде как это хорошая возможность узнать что-то новое, но у меня всего ничего до выставки. Чан может в этом году не устраивать её? - Ты сдурел? – Кристофер аж сел, чтобы переубедить Сынмина. - Меньше двух месяцев осталось. Из двенадцати картин, что я обещал тебе, как своему агенту, сделано ровно две. И то они как дополнение больше! Я не знаю, что делать, - Сынмин сидел на кровати в доме и перебирал зарисовки и холсты. Всё было не то. Можно было конечно что-то своять из говна и палок, но для Кима это было бы непростительно. Это то, чем он занимался всю свою жизнь. С детства Сынмо был творческим человеком. Его отец был достаточно успешным художником как ни странно, а мать умерла ещё при родах. Достаточно банальный мотив – отец ушёл в себя после рождения Сынмо и только, что и делал что пил и рисовал картины, чтобы хоть на что-то жить. Поэтому бабушка ещё маленького Сынмина забрала к себе и пыталась помочь своему сыну, но после многих лет попыток сдалась. Всю жизнь комната мальчика была в рисунках, и в книгах о том как рисовать. У Кима не было таланта, но было огромное желание научить. Уже в четырнадцать лет у него прошла его первая выставка. Он закончил художественную школу, но так и не поступил в институт. К его двадцати годам он смог стать довольно известным художником и закрыть имя своего отца. Но если бы так было бы всё просто, то это бы смог каждый. Сынмин прошёл через пот, кровь и слёзы в буквальном смысле.       Каждая выставка проходила по-особенному. Было от десяти до пятнадцати картин, где всегда в центре внимания одна или две. Из них выстраивались все остальные, а так же было несколько дополнительных – не связанные с задумкой, а просто творчество автора от себя. Главным золотым правилом Сынмина было быть на выставке только два дня и после появляться в зале исключительно ради подписания бумаг. В первый день устраивается вечер для спонсоров и важных гостей, где происходят торги. Второй день общение с людьми в зале и нудные мероприятия. Но чем же выставки Мина отличались? Всё очень просто и сложно одновременно. Выставочный зал превращался кинотеатр в самом прямом смысле. В центральной комнате устанавливали около двадцати-тридцати стульев, а после ставили проектор. На экран выводилось видео, на котором был фильм о картине. Во время всего процесса рисования Сынмин снимал его на камеру, а после Чан и его команда делали из этого нечто. Видео длилось всего минут семь от сил, но в нём всегда присутствовал свой шарм. Последняя задумка была: «последней встреча у моря». Да, можно сказать банально, но под соусом стиля Сынмина и ловких рук Банчана с его командой вышло так, что плакала половина зала. Короткая анимация об истории любви и жизни двух людей и с их последующей смертью, Ким и выразил той самой картиной «последняя встреча у моря». Но тогда у Сынмина умерла бабушка по линии мамы и это было единственное, как он мог выразить свои эмоций. Хоть для Мина это была работа, которая не зависела морально, вдохновение и эмоции тоже играли свою роль.       Но сейчас всё рушилось. - У тебя есть какой-то план действий? – Это была первая попытка Криса уберечь от необдуманного решения. - Честно? Нет. Я думал, что стоит остаться тут на пару дней и выйти в центр на пленэр, но пока это единственная идея. - Сынмин, ты работаешь уже много лет и у тебя было много и ещё раз много неудач. Но сейчас ты возьмёшь и посмотришь сколько денег на твоей карточке, заваришь ромашковый чай по моему рецепту и ляжешь спать. Если это не поможет тебе успокоиться, то будем уже придумывать новый план действий, - Банчан встал и дошёл до кухни, а после начал по очереди открывать кухонные шкафы. Целью была книга рецептов самого Чана, - У тебя же есть мой рецепт? Если нет, то сейчас пришлю. Делал записи какие-нибудь или фотографии? - Ладно, я не умру от голода или нищеты, но сейчас пить чай с твоей настойкой я не буду, - Сынмин не то чтобы был против этой затеи, но если он решил отказаться от вредных привычек, то надо было это и продолжать, - Сделал пару фото, но на камеру даже смотреть не могу.       На полу было несколько небольших стопок рисунков, на которые Альтар смотрел немного предательски. Из-за них он не мог подойти к хозяину. - Сынмина-а, не вредничай. Это мой самый рабочий способ между прочим, но если не хотите, то ладно. Заставлять не собираюсь, - немного обиженно прозвучало на том конце трубки. Чан за это время успел обшарить большую часть кухни и найти ту самую заветную книгу с рецептом, - На камеру не смотри, снимай Альтара. Он ведь у тебя только месяц, может про него напишешь? - Как идея хорошая, но что можно сделать с собакой? Я конечно попробую снимать Альтара чаще обычного, ну попытаюсь хотя бы, - отодвинув все работы, Ким поплёлся в ванную, чтобы хоть как-то освежиться. Счастливый взгляд Альтара проигнорировали. - Знаешь что? Предлагаю взять от этой деревни всё. Ты попал в эту деревню таким своеобразным образом, так и возьми от неё всё самым странным методом. Вдруг именно тут встретишь свою музу. Ладно, пока не началась лекция про арт блок, я пойду спать и тебе советую, - Кристофер медленно брёл к спальне и начинал засыпать на ходу. Разговор немного затянулся по их с Сынмином меркам и они оба уже были не такие живые, как в начале звонка. - Хорошо-о, но давай сразу спать, а то опять режим убьёшь. Но вот про музу, это было бы хорошо. - Ещё командует. Всё, бросаю трубку, биб-биб-биб…, - Чан, уставши, рассмеялся в трубку, а после уже по-настоящему нажал на кнопку окончания вызова и тут же уснул. - Не меняешься, - тихо сказал себе Сынмин и ухмыльнулся, стоя с зубной щёткой в руках.

***

      Хёнджин шёл по обочине дороги и размышлял о том, что делать дальше. Идти домой не хотелось абсолютно, а вариантов было немного. Хоть вечер и скрасил то самый «побег» и, неожиданно уже для самого Хорька, приятное знакомство с «туристом». Но всё это только оттягивало разговор с мамой.       На дворе стоял конец мая. Птицы выполняли работу оркестра на ура, а чем хуже, так это то, что началось цветение. Вся дорога была усыпана белоснежными хлопьями, а каждое дуновение ветра поднимало небольшую метель. Деревня никогда не доходила до курорта. Но всё равно была облагорожена максимально. Точнее только там куда мог зайти турист. Вообще каждый раз, когда речь шла о деревне, то это звучало скорее, как «Великий Устюг», а не как маленькая деревенька, где жителей было крайне мало. В основном снимали дома только те, кто приезжал сюда по работе. Для новых работников эта местность была поистине таинственная и завораживающая. Но никто из жителей или самых старших работников уже так не думал. Легенда приелась.       Ноги привели к знакомому дому, сами о том не задумываясь. Старый и добрый дом Ли Минхо. Хёнджин был совсем рядом с ним, но только сейчас сфокусировал на нём свой взгляд. Рядом с калиткой стояла знакомая до боли фигура с сигаретой в руках. Хо уже успел заметить друга и просто разглядывал его. Хорёк остановился. - Снова?       Врождённая проницательность или же Хёнджин приходил очень редко просто так. Тем более босым. Хван просто заржал. Не то чтобы ситуация была смешная, но что-то было в ней комичное. - Ты детектив? - А ты во мне сомневался? - Нисколько, – Хорёк сделал взмах рукой, который подтверждал его слова.       Хёнджин подошёл к дому поближе. Хо почти докурил сигарету стоя на крыльце и начал вопросительно смотрел Хорька. На что тот немного растерянно не знал с чего начать. – Интересно, а вы когда-нибудь собачиться перестанете? – с выдохом сказал Ли, который видимо устал ждать хоть какого-то ответа. Так-то он почти сразу всё понял, но всё же подтверждение своих догадок хотелось услышать. - В мечтах если только. Мама хочет, чтобы я поехал вожатым в лагерь работать ради Чонина. - Заходи, - Минхо докурил сигарету, кинул в кусты окурок и жестом показал на двери. Он начал свою мысль: - Если вспоминать твою прошлую смену, туда соваться как минимум невыгодно. - Да и страшно. Я в лагере тогда понял насколько я детей не люблю. К чёрту любовь, я просто не хочу ехать!       Хёнджин снова начинал злиться, как при ссоре с мамой. Хотя тогда скорее он чувствовал ощущение беспомощности, а сейчас же весь гнев, что сдерживал. Хван уже прошёл в дом и надевал свои вязаные тапки-носки, которые ему подарила бабушка Ли. Дуни медленно вышел к гостю и рассматривал его, как будто видел впервые. -Дуни, это Хёнджин, - Минхо шёпотом дал «подсказку» коту, на что тот с тем же выражением мордочки вернулся к своему прежнему занятию – видимо сну. Хёнджин немного забылся о чём вообще говорил и лишь обиженно смотрел Дуни в след. - Эх, мне бы его равнодушие. Даже забыл о чём и говорил… - Цени, что вообще вышел. Отцу звонил? - А? Отцу? Нет, но не думаю, что он поможет. Мы в последнее время немного в ссоре и общаемся чисто по работе. Не знаю помнишь или нет, но это по поводу моего уезда и поступления. Тем более я телефон не захватил. - Могу свой дать. Есть будешь? Папа недавно тоже про лагерь говорил, мне предлагал. Вроде до конца подбора вожатых осталось дня четыре. Так что советую решать эту проблему, как можно скорее, - Хо, пока его друг остановился в гостиной, пошёл на кухню. Вечер подходил к концу, а как бы кушать ещё никто не собирался.       Хорёк успел сходить умыться на кухню и выйти в гостиную семейства Ли. Ничего не менялось из года в год. Светлые обои, мебель цвета кофейного зерна, которую знатно успели ободрать коты. Возле окна стояли очередные поддоны с рассадой, а по всей комнате были утыканы фикусы и тому подобные растения. Вдоль стен всегда были массивные книжные шкафы с научной литературой, которая принадлежала главе семейства Ли. И всю картину дополняли детские рисунки и поделки Минхо, который были либо на свободных местах стены, либо же на книжных шкафах. Как только Хёнджин вышел из коротких раздумий, сразу пошёл на звук. - Есть буду. А вот звонить… Завтра всё равно мне проводить экскурсию, Нана ведь заболела. Так что поговорю с ним лично, он должен быть в это время в офисе. Просто я так хочу уехать отсюда, а если не поступать, то как мне ещё уехать? А с этим лагерем всё полетит в тартары, - Хорёк сел за стол и подпёр голову руками. - Смотри, есть бабушкин суп, какой-то ПП салат сестры или мамы и по мелочи. Ещё и папины пробирки, фу. А в чём проблема просто переехать в город, ты же по сути только в интернете и зарабатываешь. Может вообще манделью будешь. - Сам ты мандель, блять. Давай суп, я очень хочу есть.       Минхо медленно достал кастрюлю и поставил на плиту. Хёнджин после того как проследил за движениями Минхо, решил продолжить: - Наверное проблема в том, что меня никто не собирается отпускать. Или я за что-то держусь. Не знаю. Сегодня туриста какого-то встретил и прям после этой ссоры. - Так ты не сразу ко мне пришёл? - Я сбежал из дома. В буквальном смысле. Решил побежать в поле, а тут случайно на него наткнулся. Перед мордочкой хорька поставили тарелку с супом. Куриным, судя по виду и аромату. - Вот ложка. Что тебя в это поле так тянет всё время. И что турист делал в жилой части деревни? Они тут скорее, как зверьки из красной книги. - Без понятия. М-м, а супчик в духе госпожи Ли.       Хёнджин с первой ложкой вспомнил, как же вкусно умеет готовить госпожа Ли. Горячий, наваристый бульон с отваренной куриной грудкой, которая на вкус была дополнена идеально подобранными специями. Морковка, лук и с тайным ингредиентом добавляли в эту картину особые штрихи. Лапы Хорька стали быстрее кушать это нечто. - Ешь молча, я пока котов покормлю. - А если ты меня сейчас кормишь это считается за «кормление котов»? - Скорее грязных псинок.

***

      Утро было… Восхитительное. Сынмин встал довольно рано, что дало ему небольшое преимущество. Он успел застать рассвет. Сейчас он ощущался как то по-особенному. Весь пережитый стресс на кону стёр хороший сон и сопящий рядом Альтар, а сквозь маленькую щёлку между штор пробивались янтарные лучи солнца. Ким медленно встал и, чтобы не разбудить своего щенка, на носочках прошёл к двери. Выйдя на улицу и обойдя трейлер, Сынмин увидел одну из самых красивых картин, что могла написать природа. Сверху небо немного оставалось синим, говоря о том что ночь ещё не успела уйти до конца. Оранжевые переливы создавали градиент между солнцем и луной, давая побеждать солнышку. Огненный шар на горизонте смешивал же все цвета вокруг. Где-то можно было увидеть розовые оттенки, которые грелись рядом с медовыми лучами. А совсем близко к ним удобно располагались оранжевый с тёмно-фиолетовым, который медленно уходил с ночью.       Трейлер Кима стоял рядом с лесом и можно было увидеть утренний туман и непривычную тишину. Всё это могло звучать под песню из фильма «Назови меня своим именем», но лицезреть эту живопись в успокаивающей тишине было… уютнее?       Сынмо глубоко вздохнул и немного размялся. В голову пришла мысль запечатлеть этот короткий, но воодушевляющий момент на полароидный фотоаппарат. Парень быстро пошёл к двери своего трейлера, но она была открыта. В мыслях пробежала картина, что Ким точно закрывал дверь, чтобы Альтар не выбежал. Небольшое чувство тревоги поселилось в сердце Сынмина сейчас. Самым разумным вариантом было полагаться на свою рассеянность. До двери оставалось буквально пара метров, но было принято решение максимально тихо до неё пробираться. Сделав буквально один шаг, из дома резко донесся смачный деревянный хруст. По опыту «рукожопства», Ким понял, что скорее всего это был карандаш или же кисточка. Мин решил перенести размышления на потом, о том как этот предмет, который издал такой характерный звук, попал на пол. В голову мгновенно прилетела догадка, что это точно был не Альтар. - Если в доме кто-то есть, выйдите, пожалуйста, - толи страх, толи обычная глупость заставили Сынмо почти что выкрикнуть эти слова. Буквально первое правило всех ужастиков – не выдавать свое местоположения, но кто не хочет жить? Правильно, Сынминка. - Я знаю, что вы там! -Сынмин максимально понизил свой голос, чтобы тот казался хоть бы на пару лет старше.       Стоит сказать, что Ким хоть и пытался быть уверенным в голосе, но на самом деле он испытывал самый настоящий животный страх. К нему домой кто-то зашёл, и что, что на колёсах! Коленки тряслись будь здоров, почти что как у Аоки в «Первая исчезающая любовь». Славная дорама так-то, но вернёмся к сути.       В ответ прозвучала тишина. Чувство паники чуть ли не съедало Мина изнутри, но всё же собравшись с мыслями и трясущимися коленками, сделал шаг. Преодолев всё, что его отделяло от картины, он увидел немного не то, что себе представлял. Первым, что врезалось в глаза был клочок какой-то бумаги, а рядом с ним маленький карандаш разломленный пополам. Альтар всё так же спокойно сопел рядом с кроватью. С одной стороны Сынмин испытал нереальное облегчение, покруче туалета будет. Но с другой откуда там это лежит? Ким бегло осмотрелся по сторонам, пытаясь подмечать детали вокруг. Всё лежало на местах, но что-то совсем неуловимое отличалось. Парень уже более уверенно поднялся на одну ступеньку. Глаза быстро пробежались по всей комнате. - Ну-ка поехал я отсюда нахер… - это было первое, что сказал после всего этого Сынмин.

***

      В офисе стояла духота. Никакой кондиционер толком не помогал, а жара не собиралась уходить. Хёнджин мельком перебирал какие-то бумаги и старался думать хоть о чём-то. Нужно было попасть к отцу в кабинет любым способом. Как сказал его секретарь Ёну – «У него так-то встреча потом будет, в четыре часа. До этого он сто процентов будет на своём месте». Так как для Джинни это была железобетонная информация, он быстро сложил в стопку все документы и направился в другую часть офиса.       На часах было двенадцать часов дня и времени было в обрез. Ноги Хвана увеличили скорость в несколько раз. В голове был чёткий план. Первое – прямо сказать свою причину прихода, чтобы застать жертву врасплох. Второе – когда жертва осознает смысл сказанного, начать говорить первые аргументы. Третье – импровизация. Ладно, возможно он был не такой чёткий, но всё же у Хорька не было выбора.       Дойдя до пункта назначения, Джинни коротко постучал. - Войдите, - отреагировал громкий и басистый голос. Хёнджин уверенно открыл дверь.       Хван зашёл в привычный для него кабинет. Это было совсем небольшое, но очень светлое помещение. Посередине стоял солидный массивный стол из тёмного дерева, а позади него были полки для разных документов и наград, в том же стиле. Окна были в пол, что пожалуй было необычно для обычного офиса. Но сейчас же они были зашторены. Сделав шаг вперёд раздался скрип под ногами. Хван старший поднял свои глаза и сделал немного удивлённый взгляд. Хорёк мигом закрыл дверь и начал исполнять свой «нечёткий» план. - Папа, помоги мне не поехать в лагерь.       Мужчина, что только что держал в руках ручку, выронил её. Папа выглядел так же официально, как и всегда. Аккуратно уложенные волосы, стильные рабочие очки, ровно подстриженная борода и строгий костюм. Но видимо из-за жары пиджак лежал где-то рядом со шкафом. По всему виду кто угодно бы сказал, что он строгий и справедливый человек. От части это так, но есть одно но. - Что, прости? – тон мужчины немного смягчился и он перестал держать толком осанку. - Я знаю, что мы сейчас в ссоре, но прошу, отмажь меня перед мамой. Она требует, чтобы я поехал в лагерь в этом году. У меня нет такой возможности и желания. Но ты можешь меня загрузить… - Ты пришёл только ради этого? – Отец мягко перебил сына. В голосе была слышна лёгкая обида. - Если говорить прямо, то да.       Последовала тяжёлая пауза. Казалось бы, их разговор длился секунд десять от силы, но что-то уже шло не так. - Мама мне рассказывала про лагерь, но ничего про тебя. Тебя ведь туда уже по возрасту не пустят. - Пап, вожатым. - А-а-а-а…       То самое но выражалось в том, что он был простой, как лист бумаги. Чтобы разрушить образ серьёзного и образованного бизнесмена хватало сказать деталь, которая была не связана с работой. На самом деле отец был самым добродушным человеком на планете. И мухи не обидит и людей любит. А про животных стоит промолчать, дома у него целое хозяйство. Только вот на своём посту он превращался в справедливого и собранного босса. За это его ценили больше всего. Он умел разделять работу и семью, поэтому увидеть настоящего папу разрешалось только друзьям и семье. Но видимо из-за объёма работы мужчина растерялся. - Так в чём проблема поехать? Ты же в прошлом году так рвался туда поработать. Не, ну если так нужно я могу сказать матери, что ты будешь занят подготовкой праздника. Но только если ты вправду этим займёшься. Только так, – что ж, ненадолго спала карнавальная маска. Недолго песенка играла, недолго фраер танцевал. - Я и так тут больше всего работаю после тебя, но праздником заняться нужно именно мне? - К нам поступили новые сотрудники и возможно сегодня я подпишу очень выгодную сделку. А про её суть думаю Ёну расскажет тебе лично. Но если всё пройдёт удачно, то летом к нам приедет море людей. А это надо подготовить. Не хочешь ехать в лагерь – делай так как я тебе скажу. Прошу, Джинни…, - под конец папа видимо не выдержал, так как понимал, что только Хёнджин лучше всего сможет это подготовить.       На мгновение Хорёк перестал думать о предстоящем объёме работы и коротко поржал в кулак. Хван старший явно почувствовал облегчение и немного неловко улыбнулся в ответ. - Хорошо, но тогда ещё одно. Ты мне выделишь работника в помощники и сам лично расскажешь всё. Но уже вечером, а сейчас мне пора на экскурсию. - Разве ты их проводишь? Обычно ты это делаешь только в крупные праздники. - Нана, работница, что должна была этим заниматься, заболела. На замену смог выйти только я, - Хёнджин театрально схватился за грудь и драматично выдохнул, прикрыв глаза.       На это Хван старший только закатил глаза в той же манере. - Герой! Иди, а то опоздаешь. Ёну скажет точно, когда я буду свободен. Если, что предупреди, что мы оба заинтересованы в этой встрече. - Обязательно. Покеда.       Джинни почувствовал что-то мемолётное, но тёплое в груди впервые за последнее время. Теперь со спокойной душой он направился обратно к своему рабочему месту. Нужно было прийти заранее.

***

      Всё остальное утро проходило довольно весело. Сначала Сынмо возможно и поддался панике, но после решил занять позицию наблюдающего. Он взял на поводок очень сонного щенка и решил «прогуляться до магазина». На самом же деле он прошёл пару домов, постепенно сдвигаясь к кустам. После мигом запрыгнул в траву, которая была по пояс и стал пробираться армейским способом обратно к дому. Альтар же смиренно двигался с хозяином рядом и спал на ходу. Это было довольно странно для него, но Мин даже не обратил на это внимания. И так юный шпион с горем пополам подобрался к трейлеру и пытался увидеть хоть что-то сквозь траву. Сынмин в положении тюленя продолжал лежал где-то около часа. Перестал он это делать тогда, когда чуть не уснул и ровным счётом ничего не увидел. Тогда Ким быстро встал, тем самым рассекретив своё место расположения и чувствуя себя очень глупо пошёл к машине, чтобы поехать по деревне. Парень не знал, что он ожидал увидеть. Зверя или человека, который хотел вернуться на место преступления? Возможно, но видимо пока что Мин подхватил к себе только какого-то призрака. Страха и тревоги как таковых не осталось и начала побеждать сонливость. Положив щенка в машину под переднее сидение, художник сел за руль и завёл её. Сынмин посмотрел на уровень бензина и напрягся. Его было крайне мало, а расположение ближайшей заправки Киму было неизвестно. Карту он так и не купил. Быстро проверив все свои запасы, Мин понял, что попал. Ни капли бензина. И тут уже началась самая настоящая паника. Ким быстро взял телефон и набрал номер Бана. Спустя несколько долгих секунд трубку взяли. - Слушаю, - на том конце послышался полусонный голос. Но даже сейчас он сохранял рабочую интонацию. - Чан, никакого бензина нет! Утром произошёл какой-то пиздец, а я даже уехать не могу. Что если… - Так это ты…,- почти сразу его перебил Крис. Потом он сонно перевернулся на спину, лёжа на кровати и держал в руке телефон. После он продолжил: - Минни, золото, у меня сейчас, - Крис быстро посмотрел на экран телефона, - пять утра. Если это что-то менее важное, чем мой сон, то я кладу трубку. - Прости. У меня крайне мало бензина, а заправка хрен где пойми. - Та-ак, по порядку, - Чан уже открыл глаза, поняв, что ему не дадут дальше спать и сел на кровать.       Ким рассказал всё, что произошло утром. За этот рассказ Крис успел заварить кофе и просто сидел на кухне. Он копался в своём планшете что-то ища. - Теперь всё понятно. Короче, я нашёл карту этой Талиды. Если ты никуда не уезжал с тех координат, то заправка и правда далеко. Но ты можешь туда добраться на своих двоих или попросить тебя отвезти. Хотя на такси… Не, с такси промах. Короче, сейчас давай так. Ты возьмёшь и пойдёшь в центр деревни, он в сорока минутах ходьбы от тебя. Там поспрашиваешь кого, сможешь. - Хорошо, я прямо сейчас пойду вместе с Альтаром туда. Только может ты мне объяснишь маршрут? А то этот навигатор… Сука, я вспомнил, что эта экскурсия ещё будет… Помяни мои слова, я помру в этой деревне. - Не дождёшься, выставку тебе посмертную устраивать я не буду. Кстати, лучше сходи на эту экскурсию и попробуй поговорить с гидом. Может он сможет тебе помочь. Если логически рассуждать, то там много туристов, которые там на пару дней. Думаю кто-то из них точно заправляется. Вот и шанс, - последнее предложение Чан проговорил с ноткой победы в голосе. Кофе уже казался более вкусным. - План хороший, только может всё-таки ты меня по телефону проведёшь? – не теряя надежды Мин сделал последнюю попытку. Он безусловно был благодарен и просто уже наглел, но он ведь у Криса любимчик. - На день рождение я тебе подарю навигатор и сто карт, - Крис понял, что всё-таки с кроватью он увидится только вечером. Томно вздохнув Чан просто решил сдаться, - Сынмин-а, а вот прикинь у тебя бы не было такого замечательного друга, как я, чтобы ты делал? Подцепляй Альтара, я подожду. - Я за тебя свечку в церкви поставлю!       И так в течение часа две тушки в виде Сынмина и Альтара, шли строго по указаниям Бана. Мин всё это время про себя размышлял над всем происходящем. Возможно его некая безответственность привела его к этому. За этот же промежуток Альтар уже более бодро шёл и даже начинал играть. На часах было уже около девяти утра и вот два героя наконец-то увидели этот завидный центр деревни. Но вот если в голове у Сынмина была картинка торгового квартала с гирляндой, то в реальности всё кардинально отличалась. Это был довольно большой парк с множеством деревьев. Вход обозначали большие массивные ворота с надписью «Талида – знает все твои мечты». На взгляд Сынмо это выглядело немного колхозно, но не ему это было решать. Как ему объяснил позже Крис, то деревня делилась на ровно три части – западная часть, на которой располагались дома для туристов и главный офис. Центр, в котором проходили все основные мероприятия и все развлечения собственно были там. И Восточная, где жили жители самой деревни и те, кто приезжал по работе. Можно сказать, что там и жила основная часть сотрудников. Но что было необычно так это то, что туристы никак не могли попасть в Восточную часть. Как сказал Бан, то их максимум соединяла одна служебная дорога, куда приезжие обычно не совали нос. Поэтому наверное тот «гид» так удивился ему, подумал об этом Ким.       Чан всё ещё не клал трубку и терпеливо ждал, пока его горе-друг дойдёт до нужной ему точке. - Ты у ворот? – Кристофер держа Кима на громкой связи, быстро сверял маршрут на планшете. С кухни он так и не вышел. - Да, тут ещё написано «Талида – знает все твои мечты». Треш какой-то.. - Так, ты у нужного входа. Сейчас идёшь прямо и сразу увидишь издалека большое дерево, дуб вроде, - Чан нажал на «фото снаружи» и быстро отправил скриншот Киму, - Так вот, буквально в этот дуб встроена сцена тире танцпол. Хер пойми как они это сделали и зачем, но иди сейчас туда. Рядом с дубом есть трибуны и довольно много магазинов. Там можешь привязать Альтара и пойти опрашивать людей. - Да, вижу. Это не дуб, а баобаб какой-то. Мы это не утащим. - Глаза боятся, а руки делают. Вперёд Ким Сынмин. - Наверное, Альтара не буду привязывать, а то он, как и я тут впервые, - Ким шёл прямо и всё больше приближался к заданной ему точке.       Парень впервые видел такое. Если бы его спросили на что это было похоже, то Сынмо мог ответить без замедлений. Эта сцена была будто домом на дереве. Как в тех самых программах. Заказчик кажется хотел оставить древо целым и максимально сохранить его. И поэтому когда ты подходишь ближе, начинаешь видеть могучий ствол рядом с кулисами. Сцена будто разделяла дуб на две части. Кроны дуба создавали всевозможные тени, что дополняло картину происходящего. На самых низких ветках дерева была прицеплена гирлянда. Всё это нечто дополнял размер дуба – он будто соединял в себе несколько деревьев вместе и пускал корни по всему центру.       Альтар бодро прыгал рядом и радовался всей картине вокруг. В этом месте можно было гулять с животными, а дети вообще были от них в восторге. Несмотря на утро людей тут было довольно много, а у знаменитого дуба больше всего. Настроение уже было не такое плохое, а прекрасная погода скрасила всё окончательно. Можно сказать умиротворение было именно тут. Две туши подошли к дереву просто глазели на него, как на льва в зоопарке, пока тот вылизывается. Лучше не знать, что особенно часто вылизывает. - Хей, это ведь ты? – где-то справа послышался знакомый голос. Мин вздрогнул, а Альтар от неожиданности коротко гавкнул. Оба повернули голову в сторону звука. Щенок быстро закрутился возле ног человека, а Сынмин немного шокировано улыбнулся. - Хёнджин? - Приятно, что ты запомнил моё имя, - голубые глаза сверкнули на солнце, а ветер развил чёрные волосы. «Гид» показал своё удовлетворение улыбкой, - До экскурсии ещё довольно много времени, что делаешь тут?       Ким вкратце рассказал всю ситуацию. Возможно он и упустил свой первый опыт в роли шпиона, но кому нужны лишние детали? - Думаю, я смогу тебе помочь. Но только за услугу, - гид посмотрел прямо в глаза Мину, ожидая ответа на свой вопрос. На губах не было ухмылки или улыбки, что говорило о серьёзности слов.       Мин лишь вопросительно ответил взглядом, не до конца понимая про что он говорил. Альтар даже перестал в этот момент прыгать рядом с Хёнджином. - У меня есть машина и я могу тебя лично отвести до заправки с канистрами, но есть одно «но». Ты сможешь что-нибудь написать о нашей деревни?       «Что блять?» - первая, возможно не самая положительная мысль, которая возникла у Кима в голове.