Слуга

Россия—Да бля, не учи меня жить. Хуй меня найдут. Ямайка—Я знаю. Просто не надо было идти снова по пути своего гнева. А вдруг снова проблемы будут? Ты помнишь молодость? Россия, это не шутки. Россия—Не будет у мне проблем. Ни у меня, ни у США, ни у Украины. Я с тобой общаюсь пол жизни, я тебе хату предоставил, меня че-то за содержание нарко притона не повязали. Менты меня в лицо даже не знают. Ямайка—Ты когда нибудь сядешь за одну такую вспышку. Россия—Ты будешь соучасником. Немного продлю твоё существование. Ямайка—об этом кто нибудь знает кроме меня? Россия—Нет конечно. Ты же знаешь, у Украины волосы на жопе дыбом встанут и он меня разорвёт, а Америка… Даже не знаю, за кого он считать меня будет. Ямайка—Я закурю, ты не против? Россия—Да поебать мне. Ямайка достаёт очередную сигарету за сегодня и прямо на только сделанной кухне у меня, закуривает свой билет на тот свет. Искренне в душе желая, что в этот раз сработает, и он её не сможет докурить. Что он тут делает? Меня съела паранойя. И я захотел поделиться своими страданиями с тем, кто хоть немного представляет как я провернул убийство несколько недель назад. Ямайка—Страшный ты человек, Россия. Опасный. От этого с тобой и интересно. Ты смерть за руку держишь что-ли. Россия—Ага, и сам сатана на проводе блять. Ямайка—Великая держава как говорится. Сделав очередную затяжку он улыбается своими уже жёлтыми зубами, после чего плюнул в руку и потушили сигарету о собственную слюну, как только услышал, что входная дверь открылась. Голос США, который заметил чужую обувь, разнесся по всей квартире. Америка—Россия, У нас гости?! —Радостный он вбегает на кухню, тут же целуя меня в губы, после здороваюсь с Ямайкой.—Привет, я США, мы вроде как не знакомы. Ямайка—Я Ямайка. Старый друг Росса. Приятно познакомиться. Америка—О, я часто слышал твоё имя от России. Выглядишь не очень, что-то случилось? Ямайка—Мой муж умер. До сих пор отойти не могу. Не бери во внимание. Пришёл к России за поддержкой. Америка—Оу… Мне очень жаль. Я сожалею твоей утрате. Хочешь, я тебе отпуск оплачу? Чтобы ты как следует отдохнул и набрался сил. Ямайка посмотрел на меня с недоумением, как бы спрашивая, прикалывает ли мой парень, я же сделал глоток чая, пожав плечами. Ямайка—Ты не шутишь? Россия—Когда речь идёт об оплате чего либо, США максимально серьёзен. Ямайка—Оплати мне нарко диспансер пожалуйста. И полное обследование у врачей. Я поперхнулся, начал кашлять так, как будто сейчас откажут лёгкие. Меня больше удивило не то, что ямайка спросил в лоб о решении проблемы своей зависимости, а то, что у него есть тяга к жизни. У США же округлились глаза. Он на пару секунд замолчал, пребывая в полном шоке. После чего Сел между нами. Америка—Хорошо. Ты знаешь, куда хочешь записаться? Сейчас решим все вопросы. Это быстро, не волнуйся. Ямайка—Че реально оплатишь? Да, знаю. Я отдам, как только на работу выйду. По частям только, сам понимаешь, я так много как ты, не зарабатываю. Лицо Аме сморщилось, ему не нравятся такие слова как «верну, отдам.» Он молча взял свой телефон из кармана, после чего спросил у Ямайки название диспансера, а затем ушёл с кем то разговаривать в другую комнату, чтобы мы ему не мешали. В это время я успел откашляться и тяжело вздохнув взглянул на своего друга. Ямайка—Че это он? Россия—Не говори ему, что отдашь что-то. Если он сам что-то предлагает, его невозможно отговорить не делать этого. И оплачивает он всё за спасибо. У меня тут ремонт чисто от его кошелька. Ямайка—Ничего себе. Россия—О да. Он много работает сейчас, да и до этого он на карманные получал столько же, сколько ты на наркотики потратил и умножить на три. Ямайка—Обалдеть. С кем ты связался Росс. Боюсь представить твою зарплату. Россия—Да, но в отличие от США, я жадный. Всё деньги, получаемые мной, мои и только мои. Ямайка—Серьёзный дядька твой Америка. Сколько ему? Россия—девятнадцать скоро будет. Одна шутка про то, что я люблю помладше и придётся Америке оплачивать твои похороны. Ты лучше мне скажи, откуда желание жить? Ямайка—Да я по приколу сказал. Но раз так, че бы не посидеть на шее твоего. Парня. Это даже звучит стремно. Я привык видеть тебя самостоятельным омегой, которому никто не нужен. А тут ты стал содержанкой. Не понимаю, ты скатился или поднялся. Россия—Всё вместе друг мой. Через пару минут вернулся Штаты. Я встал со своего места, чтобы заварить себе чай и сделать своему хозяину кофе, за что он поблагодарил меня, вновь садясь за стол. Америка—Можешь собирать свои вещи, завтра утром мой человек отвезёт тебя туда. Документы заполнишь сам на месте. Главное, что я уже всё оплатил и договорился о том, чтобы к тебе был особый подход и высокое внимание. Ямайка—Нихрена себе, у тебя так всё легко решается. Один твой звонок и конец моему саморазрушению. Америка—Ты друг России. И раз уж я могу решить твою проблему, почему бы этого не сделать. Не хотелось бы видеть слезы моей любви, если ты умрёшь. У него и друзей то нет, кроме тебя. Семья и я не в счёт. Ямайка—огромное тебе спасибо, боже мой. Это какое то безумие. Я тебе по гроб жизни обязан. Америка—Друзья России и мои друзья тоже. Russia, you need to warn about it in advance. Ямайка—Че? Россия—Говорит, что ценит твоё существование в моей жизни. Ямайка—Ааа. Извини, я по английски ничего не знаю. Америка—Ничего страшного. Это вполне нормально. Ямайка—Пойду-ка я домой. Мне прям аж жить легче стало, хочу собраться и выспаться как следует. Спасибо ещё раз, Америка. Ты просто лучший. Пока, Россия. Мы быстро попрощались, после чего США тяжело выдохнув взял свой кофе, приготовленный мной, смотря на меня. Америка—Ты говорил о проблемах. но я не знал, что о таких именно. Россия—Он хороший человек, солнышко. Знает меру и никогда не переходит за рамки. Денег не просит, да и если честно, без Нидерландов ему и жить то не хотелось вообще. И о таком не предупреждают. Америка—Тоже верно. Пойдём в постель? Я ужасно соскучился по тебе, детка. Украина с Канадой у нас дома сегодня. Посмотрим что нибудь? Россия—Пойдём, посмотрим. Я так устал на самом деле сегодня. Мы вместе с кружками с горячими напитками пошли ко мне в комнату, где сначала глянули пару фильмов, а после утонули ненадолго в друг друге, перед сном. На самом деле… Поступок США отозвался теплом в моём сердце. Как бы я не готовил себя к смерти Ямайки, я бы попросту не справился бы. А так… у меня хотябы есть время. Чуть-чуть больше чем было. Ему ничем не помочь, но это уже хоть что-то. × × × × × Раньше я часто слышал от него любые оскарбления. Сейчас же… Почти каждый день я просыпаюсь с новым букетом цветов. Ласка и нежность буквально преследуют меня, он всегда говорит мне, как я прекрасен. Уже пол года прошло с того момента как я убил человека. Не сказал бы, что меня не волнует этот момент, но убийцу так и не нашли. Даже в дом моих работодателей никто не приходил, хотя их дом был последним местом, гже работал Китай. Видимо он настолько всех достал, что его дело даже полиция не будет рассматривать. Ямайка до сих пор в диспансере. Проходит миллионы сессий с психологом. Говорит, что уже пол года чист, даже сигарету в зубы не брал, но ещё пока не знает точно, возьмет ли он их как только выйдет. Мы иногда приезжаем к нему с Америкой и Украиной. Канада отказывается от подобного. Это его личное дело. Штаты рассказал о наших отношениях своим родителям. Было очень неловко слышать его долгий монолог о том, как сильно он любит и ценит меня. И что он будет судиться с родителями, если они против его отношений. Конечно это было тяжело принять его родителям, но они успешно справились с этой задачей. На данный момент я не работаю по документам. По словам франции, мамы США, это Бессмысленно. Он большую часть свободного времени проводит со мной, убираться мне в его комнате не нужно, да и терпеть его истеричный, не принимающий меня характер, тоже. Я его кормлю, он спит со мной в одной постели, так же он постоянно что-то да оплачивает для меня или Украины. Недавно например зашёл разговор о поступлении Украины. Он хорошо сдал все экзамены, в 11 класс идти не хочет, поэтому мы вместе присмотрели ему адекватный Колледж, все расходы на себя взял Америка. Вплоть до лёгкого ремонта в комнате общежития, которую ему выделили. Лёгкого, по меркам США если быть точнее. Канада же учится на дому. Поэтому он постоянно сидит у Украины в общаге. Говорит, что его там не особо любят из-за того, что он любит до одури чистоту, а в таком месте её трудно добиться. Ну что поделать. Взрослеют наши младшие. Меня больше интересует другое. Последнее время, Штаты всё больше думает. И пока он это делает, он всегда смотрит на меня. О чем он думает узнать не реально, сколько бы я не пытался, выяснить, что у него в голове не возможно. Мне от этого немного стремно. Сколько я его знаю, он никогда так не делал. Не вылетал из реальности. Постоянно разговаривал, даже если не хотел. Даже если это высказывания не касающиеся меня никаким образом. Сегодня он особенно задумчивый. Уже пять минут он жует один кусочек хлеба. И всё так же на меня смотрит. Россия—Ты хоть моргай, когда так делаешь. Аме, прекрати меня кошмарить. Мне стремно становится. Америка—Ты бы любил меня, если бы моя семья обанкротилась? Этот вопрос меня даже чем то оскарбил. Я слегка нахмурил брови, глянул на США, а после усмехнулся. Россия—Я люблю тебя, потому что ты у меня есть. Знаешь, деньги деньгами, но пока ты выбираешь очередной подарок для меня, ты делаешь это с душой и особым подходом. Хотя мне было бы достаточно открытки на день рождения. Мне нравится просыпаться в твоих объятиях, а не в твоём кошельке. Поэтому да, я в любом случае тебя бы любил. Америка—Хорошо. А если я буду так загружен на работе, что у меня совсем не останется на тебя времени? Россия—Зная тебя, ты бы отрастил себе крылья, чтобы провести со мной время. Но даже если и так. загруженные дни бывают у всех, я просто подожду пока твой график станет менее плотным, вряд-ли ты всегда будешь занят. Америка —А если бы… Я заболел бы раком, ты был бы со мной, пока я не умру? Россия—США, что у тебя за стремные вопросы? Если бы у тебя был бы рак, конечно я был бы с тобой. Читал бы тебе книги, пока ты лежишь под капельницами, надеялся бы на то, что ты победишь эту болезнь. И после твоей смерти я бы никого не искал. Мне и до тебя никто кроме Украины не был нужен. А если ты умрёшь… Я буду лучше до конца жизни приходить к тебе на могилу, чем искать во всех похожих на тебя. Америка—Хорошо. А если бы я был бы дождевым червем, ты бы всё равно меня любил? Россия—Ну ты уже хуйню какую то несёшь. К чему этот разговор? Америка—Неважно. Ответь на вопрос. Россия—Ну. Если бы ты превратился в червя, Я бы и так тебя любил. Кормил бы тебя, гладил, в земельке бы у меня жил, я бы тебя овощами кормил и водичкой прыскал, чтобы ты жив оставался. Америка—Ладно. Хорошо. Завтра мы кое куда поедем. Одеться в самую любимую одежду. Поедем рано утром, поэтому хорошо подготовься. Россия—Как меня напрягает этот рандом. Ну ладно, если хочешь, так и будет. Ты со своей книжкой про каннибализм решил меня на мясо сдать? Америка—Боже, нет. Просто я хочу провести с тобой время вдвоём. Поедем, отдохнём. Россия—Допустим… Я с недоверием и скорее даже с непониманием посмотрел на США, после чего продолжил есть. Сам же Аме продолжил прожигать меня взглядом, он уже мне своими глазами залез в душу. Это напрягает. После еды, я ушёл мыться, мне всегда нравился этот небольшой ритуал перед свиданием с США, долго собираться, прям до абсурда долго, чтобы он улыбнулся тому, что я тоже стараюсь выглядеть идеально. Хотя я прекрасно знаю, что даже если я буду весь в коровьем навозе, он подойдёт ко мне и Взяв на руки отнесёт меня купаться, параллельно с этим расцеловав меня с головы до ног. А ещё мне нравится вообще не представлять куда меня отвезут и у самого Америки я об этом никогда не спрашиваю. Он всегда придумывает что-то новое. Мне нравится смотреть на то, как он старается, хотя я не считаю, что я достоин такого количества трат на самого себя. Но кто будет спрашивать моего мнения, верно? Проведя больше двух часов в ванной, я наконе таки вышел, весь такой чистый и красивый в одном полотенце. Штаты же, по всей видимости так и сидел в одной позе, серьёзно рефлексируя над чем то. Но стоило мне подойти к нему, он наконец то отвлёкся на меня и моё чистое, свежее тело. Это было моей ошибкой. Я совершенно забыл о том, что Штаты ужасно заводит впринципе всё, что так или иначе касается меня, а уж тем более моё тело после долгого отмокания. Он пару секунд оглядывал меня, после чего кавезно улыбнулся, тут же подхватывая меня на руки и усаживая мою, всё ещё мокрую ,тушку на стол, сразу же начал меня жадно целовать. Одним рывком он сорвал с меня полотенце. Мне ужасно нравится видеть, как он звереет в такие моменты. Он становится очень жадным и неистово требует желанного. И абсолютно всегда получает того, чего хочет. В какой то момент он начал целовать мою шею, я улыбался, хихикая и выгибаясь в спине от того, что было попросту щекотно, вместе с приятными ощущениями. Параллельно с этим я наслажденно вздыхал, отвечая на различные ласки от Штатов, с каждой секундой всё больше желая раствориться в нём. Америка довольно быстро окунул свои пальцы в меня, по нему очень заметно, что он на пределе, желание разорвать меня у него держится на одной ниточке. Я тут же поцеловал любимого альфу, прижимая его голову к своему лицу, лишь бы этот момент был как можно дольше. Слабо сжав волосы любимого человека в своих ладонях я продолжалего целовать. Схватил я его за волосы не с целью сделать больно, скорее наоборот, показать что мне всё очень нравится. Я обхватил ногами торс США, наконе отстраняясь от его сладких губ и параллельно укладываясь на поверхнусть стола спиной, держась одной ладонью за его плечо. Свободная рука тут же потянулась к брюкам Аме, аккуратно, но довольно нетерпеливо растегивая их, после гуляя по торсу Моего "Хозяина", притягивая его к себе как можно поближе, не без помощи самого США, ведь сам я даже с места не сдвину такую лошадь, каким бы сильным желание не было. Америка—Как же ты меня заводишь.. У меня сейчас член взорвётся.. Почти прорыва сказал он, поглаживая бедра руками , целуя мою грудную клетку иногда закусывая ,проводя языком по своим же укусам спускаясь к животу, после чего немного отстраняясь от меня, стягивая с себя футболку, просто сбрасывая ее на пол наблюдая за тем, как я медленно схожу с ума в его руках. Я прекрасно знал, как ему хотелось буквально съесть меня живьём ,но он явно не планировал доставлять мне болезненные ощущения ,скорее ему хотелось довести меня до блаженного оргазма. Чтобы у меня тряслись ноги до самого утра. Россия—Я сейчас сам взорвусь, кончай мучить меня! Америка тихо усмехнулся, несильно закусывая кожу на моей белоснежной шее, после чего отвечая на очередной мой поцелуй, достаточно быстро отстраняясь, осматривая уже полностью оголенное моё несчастное тело, затем, снова принимая поцелуй углубляя его чуть сильнее, медленно проводя свободной рукой по бёдрам к паху, продолжая достаточно нежно иметь меня, пытаясь понять готов ли я к чему то большему. Медленно вынимая пальцы , чуть приподнимая мои ноги, для своего же удобства, решая больше не ждать, Аме медленно входить в узкое, но влажное пространство, которое заставило его издать тихий рык от удовольствия. Почти сразу он начал двигаться внутри меня, начиная медленные движения, постепенно ускоряя темп буквально с каждым толчком. Америка—Мы занимаемся любовью очень даже часто, а ты всё такой же узкий, как будто впервые вхожу в тебя. Это превосходно... Россия—Это не я слишком узкий, это просто у кое кого слишком большая палочка радости..~ Америка—палочка радости? Ну ты выдал конечно, Россиюшка. Чувствуя внутри себя что-тобольше, чем пальцы, я тихо простонал, прикрыв тыльной стороной ладони себе рот, слабо сжав ноги, но тут же их расслабив, наслаждаясь движениями любимого человека, которые доставляли максимум удовольствия. Смотря на своего альфу, я тихо мычал от удовольствия, наблюдая за его действиями, осматривая, словно впервые, каждый сантиметр его тела, заостряя внимание на органе, который всегда кажется намного больше, чем вся моя квартира. От этого тело слегка начало потряхивать, само сжимало внутри орган своего мужчины, простанывая его имя прибывая в полном экстазе, отвечая на новые поцелуи, тихо мыча уже в его губы, с каждым разом всё прирывестее, в зависимости от скорости темпа, прикрыв глаза от удовольствия. Нехотя разорвав поцелуй, я расслабленно и очень возбужденно, смотрел на Соедененные Штаты, схватившись теперь уже за его руки обеими руками, лишь бы не отпускать ни на секунду разноглазого любимчика. Откинув голову назад, я продолжал издавать сладкие звуки, периодически только сильнее сжимаясь внутри, уже от довольно резких толчков, которые становились только быстрее. Мой же альфа, чувствовал незабываемые ощущения, влагу и несильное сжатие, которое совсем чуть-чуть тормозило его, но при этом доставляло ему удовольствие. Америка—Один твой вид заставляет меня двигаться в тебе, пока сознание не потеряю. Ты издаешь такие непристойные звуки, это лишь сильнее меня заводит, заставляя утопать в процессе ,не останавливая свои же ласки. Америка издал смешок ,подобное высказывание ему показалось забавным. Он и правда не планировал останавливаться, продолжая целовать моё тело в области грудной клетки не стесняясь оставлять на ней свои метки в виде засосов. Но оргазм подступал быстро. Поэтому было решено перенести меня на постель. Со скоростью света одевая его на себя презерватив, как только я оказался на кровати, он сразу же на полной скорости вошел в меня, продолжая драть меня как последню тварь. Благодаря контрацептиву, я понимал, что США сленка не удобно, он не чувствовал всю влажность ,но прекрасно чувствовал сжатие ,что впринципе не снижало возбуждение. дыхание сбилось обоих. Мне казалось, что это длилось вечно, меня не хватает на США даже чуть чуть, но я старался хотябы держаться в сознании, дабы мы просто смогли адекватно закончить. Благо, он и сам знает, что я слишком старый, для такой долбежки. Потому он делает уже привычные для меня несколько довольно грубых толчков и я чувствую, как внутри меня пульсирует его орган, параллельно с моим. США наконец выходит из меня и сняв презерватив, кинул его в мусорку, рядом с моей кроватью, а после, валится в кровать, рядом со мной. Америка—О боже.. Ты как, солнышко? Ты хорошо себя чувствуешь? Россия—Лучше некуда. Это бвло замечательно. Я повернулся к Америке, весь мокрый, но это не помешало ему обнять меня, хотя будь на моем месте кто угодно другой, Америка бы заставил этого человека встать и пойти помыться. Я поцеловал его в губы, после чего прикрыв глаза уснул.