My fiary and my safety

26 декабря 2000

Придя в себя, Астория уловила движение в кресле напротив. Сидящий в нём мужчина смотрел на нее с отвращением, которого никогда раньше не бывало в его взгляде. — Я знал, что Малфоевское отродье — это шутка сатаны, ошибка природы. — Ты… что… — Каково это, Астория? Трахаться с родным братом? Астория резко поднялась, но от этого движения закружилась голова и она снова опустилась на подушку. Все тело болело и, вероятно, залеченные разрывы давали о себе знать острой болью. — Я не понимаю, о чем… — Я должен был догадаться еще в нашу первую ночь. Ты не была невинной невестой, а Драко слишком ревностно к тебе относился, чтобы позволить кому-либо к тебе прикоснуться. Астория судорожно пыталась понять, откуда Долохову все известно, чтобы продумать дальнейшие действия. — Где Драко? Что с ним? — А почему ты не интересуешься, где плод вашей любви? — Нашей... я тебя не понимаю. — Тот самый, которого ты родила в отключке — копия своего папочки, такой же белобрысый. — Ребенок Драко? — Астория прижала ладони к глазам и разрыдалась. Хрипло, навзрыд. Она семь месяцев ненавидела этого малыша, а оказалось, что Долохов не имеет к нему никакого отношения. — Прошу тебя! Что с нами будет? Где Драко? Как ты узнал? — Он тут. В подземелье. Я аппарировал в Менор, чтобы привести его к тебе, и застал за любопытным занятием. У него в руках была родовая книга, она светилась. Ты же знаешь, что это означает? На странице появился мальчик с фамилией Малфой. Моя родовая книга так и осталась без изменений. — Мальчик... Что с нами будет? Пожалуйста, не губи нас! — Поздно. Суд уже вынес решение. — Решение? Какое решение? — Помнишь, что в средневековье делали магглы с волшебниками и ведьмами, считая их бесовскими слугами? Вы должны были это проходить на истории магии. — Нет… Нет, пожалуйста!!! Антонин! Какое средневековье? Какие магглы? Причём тут мы? И тут, словно по щелчку, ее страх растворился в злости и отчаянии. — Кем вы себя возомнили? — она хрипло кричала, выброс адреналина отключил боль. Астория встала и направилась в сторону Долохова, яростно размахивая руками. — Святой инквизицией? Может, я тебя разочарую, но мы не в семнадцатом веке, а вы не поехавшие от страха магглы! И кто бы говорил о службе Дьяволу — ты, человек, пресмыкающийся перед змееподобной тварью, самопровозглашенным Лордом, открывшим врата в преисподнюю! — Ты сама виновата. И он ушел, заперев дверь. — Что с Драко? Что с моим братом? Выпусти меня немедленно! Мне нужен брат! Мне нужен мой Драко! Драко!! Драко-о!!!! Она тарабанила в дверь и кричала. Но без палочки Астория была беспомощна. Что же делать?

27 декабря

This I Love —Guns N' Roses Ни Астория, ни Драко не могли поверить в реальность происходящего. Даже, когда их вели к кострищу. Несмотря на холодное время года, на них надели лишь нижнее белье — на Асторию что-то, напоминающее хлопковую ночную сорочку, в пол и с длинными рукавами, а на Драко — слишком свободного кроя рубашку и длинные штаны. Мерлин перевернулся бы в могиле, узнай, что их ведут на то самое место, где всего четыре века назад массово сжигали ведьм. История повторяется, но теперь кровь на руках волшебников. Невинная чистая кровь. Это был маггловской район, но видимо, на место казни были наложены чары, отпугивающие магглов, подобные тем, что применяли на Чемпионате по квиддичу. Сотни людей пришли поглазеть, как род Малфоев прервётся. Ведь их белокурого мальчика ожидает та же участь. Их не простили. Из толпы слышались выкрики, вроде: "Дьявольские отродья", "порождение Сатаны", "сжечь их", "кровосмесители", "ошибка природы", "горите в аду"... Астория еле передвигала босыми ногами по холодной, заснеженной земле. Словно в бреду она повторяла: "Я люблю тебя, Драко... Люблю тебя... Мы будем вместе... убежим... целительница поможет...". Адреналин накрыл Драко волной. Он вырвался из цепкой хватки аврора, положив ещё двоих тройкой ударов и подлетел к Астории, сжав ее плечи: — Ничего не бойся, любимая! Это наш шанс быть свободными! Навсегда вместе! Несколько авроров пытались оттащить мужчину, но он сопротивлялся, вжимаясь в плечи сестры. Пока ему в спину не прилетело жалящее заклинание. Лишь тогда его смогли снова схватить. Под улюлюканье толпы их привязали к деревянному столбу, спинами друг к другу. — Я не буду кричать, Драко... Не доставлю им такого удовольствия. — По щекам девушки катились слезы. — Нет. Кричи, Тори! Кричи, во имя нашей любви! Во весь голос! Мы обрушим гнев древних ведьм на их головы! Появившийся из ниоткуда Министр магии вдруг заговорил, усилив голос при помощи Соноруса. — По протоколу я обязан дать вам последнее слово. — У любви нет стыда. — Подала голос Астория. — Нет запретов. Я ни о чем не жалею! Слышите?! Будьте прокляты! А Драко прошептал, чтобы услышала только она: "Я же обещал, вместе до самого конца... Я буду любить тебя вечно..." — Приговор привести в исполнение! К их ногам упал небольшой свёрток. И человек в черной мантии и капюшоне, скрывающем лицо, поднес факел к сухой траве под ногами близнецов. Огонь разгорался быстро. Сначала обжигающие языки облизали их замёрзшие пятки. А после пламя поглотило целиком всех троих. Неистовый, словно поднимающийся из самой преисподней крик Драко и Астории заставил замолчать, жаждущую мести толпу. Но вскоре и он стих. Они сгорели. Покинули этот мир точно так же, как и пришли в него. Вместе.