Любовь? Серьёзно?

Попивая кружку пунша и одновременно читая очередную, нашедшую ею в библиотеке книгу по современным заклинаниям, Гермиона всерьëз задумалась над вопросом: «А что же мне делать дальше?» За все прошедшие годы, это был единственный раз, когда она не смогла ответить на свой же вопрос и это было несколько странным ощущением. Сидишь, главное, подложив руки под голову и обдумываешь все возможные варианты, а потом понимаешь, что это всё полный бред, не то, что надо. Бьëшь себя рукой по лбу, а потом болезненно морщась, пытаешься не обращать внимание на полученную боль. И это всё случилось именно с Гермионой Грейнджер. То ли сам Мерлин послал ей такую сложную задачку, то ли она просто ничего не смыслит в любви, что было куда вероятнее. За все пять лет, проведённые в Хогвартсе, Гермиона не испытала настоящую любовь. Была симпатия, это правда, но она также быстро проходила, как и начиналась. Если честно, девушка очень долго ломала голову, почему еë возлюбленным стал именно Северус Снейп, почему не Рон или Виктор Крам, с которыми всë было гораздо проще, ведь они и так были в неë влюблены. Это был именно тот случай, когда великая всезнайка не искала сложных путей. Если бы сейчас еë спросили: «Что бы ты выбрала карьеру или любовь?» она была со скрепящим сердцем ответила «любовь».. Гермиона не понимала, когда желание получить похвалу хотя бы один раз от Грозного профессора зельеварения переросло в зависимость от его оценок. Все остальные предметы отошли на второй план, делала их девушка спустя рукава, наспех, лишь бы отделаться, так сказать, зато над зельеварением она корпела без передышек, стараясь найти как можно больше интересной информации, чтобы Северус подумал о ней, как о потенциальной девушке, он ведь любит умных, наверное. Сколько раз она хотела признаться ему в любви, но каждый раз останавливала себя, боясь быть отвергнутой. Отказ для неë был бы выстрелом прямо в сердце. Уж лучше молчать, представляя в голове его тëплые губы, чем решиться на признание. Ох, Северус..От одного его вида по теле Гермионы пробегали сотни мурашек, ноги подкашивались, не желая сдвинуться с места. Она стояла, как влюблëнная дурочка со странной улыбочкой, натянутой до ушей. Когда же мужчина спрашивал еë о чëм-то, что иногда бывало на его уроках, то девушка не могла связать ни слова. Она становилась маленьким зайчиком, которого вот-вот собирался съесть огромный волк. Сколько он ни бился, не мог вытащить из неë ни слова и в конце концов просто переключался на другого ученика, так и оставшись ни с чем. Друзья, конечно, видели странное поведение Гермионы и интересовались, не заболела ли она горячкой?, но та их лишь отдëргивала, утверждая, что им просто-напросто показалось. Никто естественно в это не верил, но вопросы мигом исчезали. Видимо они просто решили оставить еë в покое, понимая, что она им ничего не скажет. Гермиона пыталась отвлечься от своих мыслей, ходя на свидание с Крамом, но это ни капельки не помогало. Кроме Северуса ей был никто не нужен, чëртов Мерлин. Она пыталась себе внушить, что есть большое количество красивых парней, которые были бы не прочь с ней познакомиться или просто сходить прогуляться, но всë еë нутро считало, что Снейп явно лучше, чем—понятие не имеет. Просто вот так вот и точка. Любовь безумна. Она заставляет людей совершать непонятные и бессмысленные поступки. Такое ощущение, что сердце рандомно выбирает того, в кого надо влюбиться. Сколько людей на Земле страдают от неразделённой любви, в попытках заглушить боль в сердце другим парнем, но у них, конечно же, ничего не получается. Результата никакого. Грустно вздыхая, Гермиона откладывает свой дневник и, надевая на себя, кожаную синюю куртку, спешит к Чëрному озеру, чтобы очиститься от проблем и переживаний. Яркий свет падает на озеро, сверкая различным серебристыми оттенками. Несколько кувшинок медленно плавают по воде, расправляя свои белые лепестки по направлению к свету. Девушке вспоминаются еë родные края и весëлые посиделки с родителями в детстве. Как жаль, что всë это уже никогда не вернуть, ведь родителей еë больше нет и только она сама сможет сохранить светлую память о них. —Я не подведу вас, любимые мои, обещаю.—вновь произносит Гермиона, направляя свои руки к небу.—Я люблю вас.—слëзы льются по еë щекам, она пытается заглушить их, но они продолжают литься большими каплями. Еë жизнь уже никогда не станет прежней, но сможет ли Гермиона Грейнджер изменить еë к лучшему или нет, будет только еë решением.