Что бы ни случилось, я рядом...

Пак Чимин — обычный омега, не выделяющийся чем-то среди остальных. Спокойный парень, верящий в розовых единорогов и любовь с первого взгляда. Он обожает танцевать, выплёскивать свои чувства и эмоции в движения своего тела. Но слабое здоровье не даёт наслаждаться этим в полной мере. Всё дело в том, что Пак с детства имеет очень слабый иммунитет и плюсом к этому идёт ещё и астма, появившаяся в возрасте шести лет, когда очередная аллергия на строительный раствор, которым обработали крышу детского сада во время ремонта, дала такое сильное осложнение. Он научился жить со всеми своими болячками, поддерживая их бесконечными лекарствами. Это привычно с раннего детства, не заразно, но всё же количеством друзей омега похвастаться не может и по сей день. Он давно уже вырос, живёт в общежитии, несмотря на наличие квартиры в городе. Он бы и жил с папой, если бы тот однажды не привёл к ним альфу, который не особо горел желанием налаживать с парнишкой общение. Грубый, чёрствый, но в глазах папы Пак видел обожание. Поэтому и не решался мешать, предпочитая жить самостоятельно, получая стипендию. В принципе, благодаря некогда приложенным родителем усилиям, дорогие лекарства он получает бесплатно, достаточно лишь взять справку в поликлинике и отправиться с ней в аптеку. Период цветения весной — это его личный ад. Неизвестно, в какой момент схватит приступ, когда лёгкие будто наполняются водой и нечем дышать даже при огромном желании; когда глаза непроизвольно закатываются и слезятся одновременно: тело становится ватным, не способным удержать вес, а паника накатывает одной огромной волной, затапливая остальные рефлексы. И каждый такой приступ проходит в агонии, пока спасительное лекарство не попадает в организм. Каждый раз, как первый, когда мысленно умоляешь собственное тело остановить эти мучения, а так же прощаешься со всеми, кто был рядом. К этому невозможно привыкнуть. Но возможно научиться жить с этим.

***

— Чтобы я ещё раз согласился на это дерьмо... — недовольно бурчит Чимин, поправляя лямки рюкзака на плечах и отмахивается от насекомого, что так и норовит залететь ему в ухо. — Хватит ворчать, хен. Будет весело. Посмотри вокруг, свежий воздух, природа, красота и тишина! — воодушевлённо причитает Чонгук, идущий рядом с рюкзаком в два раза больше чиминова и двумя сумками с палатками и спальными мешками. — Цветочная пыльца, грязь и сырость, от которой я окочурюсь быстрее, чем ты разложишь свою палатку! Ты забыл, что для меня это как добровольно выпить яду? — шипит Пак, наступая прямо в кучку грязи и расстроенно поджимает уши. И черт дёрнул его напялить белые кроссовки? Ведь прекрасно знал, куда шёл. А всё этот долбанный лучший и единственный друг, названный брат и просто хороший альфа Чон Чонгук. Чимин в очередной раз ненавидит свой мягкий характер, не позволяющий отказать младшему и их куратору университета, который буквально умолял второкурсника-Чимина сопровождать первашей в этот сраный поход в начале апреля. Успокаивает лишь тот факт, что этот ад будет всего лишь два дня, после которых он закроется в своей небольшой общажной комнате и не выйдет оттуда до конца весны. Ну и ещё в рюкзаке куча лекарств, которые спасут от неминуемой гибели в случае чего. Когда группа студентов выходит на небольшую поляну, залитую солнечным светом, омега невольно замирает на месте и неконтролируемо машет хвостом из стороны в сторону. Как бы он не ненавидел период цветения, но никогда не умалял красоты леса и всего живого в этом мире. Это настоящий рай для уединения и создания картин. Это Чимин понимает, переведя глаза на друга, что застыл рядом с широко распахнутыми глазами, а руки невольно дрожат от желания схватить холст с красками и начать творить. Что ж, Чонгук прав, возможно, не будет всё так уж плохо, как Пак уже нафантазировал себе по пути сюда. Пока старшие студенты занимаются установкой палаток, младшие не без труда отправляют фотоотчёт куратору и раскладывают вещи. Альфы, что так же были в числе таких же "везунчиков" как и Чимин, притащили пару поваленных деревьев, чтобы было, где сидеть. В принципе, омега всегда мечтал о подобных посиделках в кругу друзей возле костра, жаря мясо и зефир, пока кто-нибудь играет на гитаре. Это своеобразная романтика таких походов и особая атмосфера. К сожалению, Пак таким опытом похвастаться не мог ни разу, но ведь это можно сделать сейчас, верно? Ближе к вечеру, когда всё было готово к отдыху, студенты разбились на небольшие группы и отправились вглубь леса за хворостом для будущего костра. Чимин кидает в карман ингалятор и следует за Чонгуком. Вокруг тишина, нарушаемая лишь щебетанием птиц и шелестом распускающейся листвы. Закатное солнце так красиво играет в верхушках крон величественных деревьев, что омега не сразу замечает, как отбился от своей группы, залюбовавшись на эту красоту. Медленно, но верно, паника подкатывает к горлу. Внезапно Чимин слышит за спиной хруст сухих веток и чьи-то шаги. — Эй! — выкрикивает дрожащим голосом студент, натыкаясь спиной на ствол дерева и прижимается к нему в страхе. В ответ ему слышится рык. — Тут есть кто-нибудь? Чонгук! Нос вылавливает запах мёда. Приторно-сладкий и резкий одновременно. Из-за крупного дерева показываются горящие глаза. Волк. Чёрный. Огромный волк медленной поступью приближается к нему, обнажая острые, словно кинжалы, клыки. За ним показывается ещё один, чуть меньше по размеру, с рыжеватой шерстью, так же скалясь и не отводя хищного взгляда от напуганного мальчишки. Омега пугается не на шутку, хватаясь за горло, что не даёт вдохнуть свежего воздуха. Глаза от недостатка кислорода резко распахиваются, а затем наполняются слезами. Хвост и уши так же поджимаются, а в носу запах мёда, вызывающий ещё большее удушение. Кажется, так не было страшно даже во время первого приступа злосчастной астмы. Он шарит руками по карманам, пытаясь достать ингалятор и когда это получается сделать, баллончик выпадает из ладоней. — Пожалуйста... — хрипит Чимин, оседая на влажную траву. — Не нужно... Идите, куда шли... Не трогайте меня... — задыхается в страхе он, а руки дрожат настолько, что невозможно даже взять валяющийся рядом ингалятор. "Смотри, какой хорошенький" — рычит чёрный волк, мельком смотря на рыжего. "Мы отлично развлечемся. Милашка омега сам пришел в наши лапы. Лишь бы личико не поцарапать случайно" — рычит довольно второй, ближе приближаясь к студенту, что уже ничего не соображает. Страх и паника за свою жизнь перекрывают все инстинкты самосохранения, парализуя тело с головы до ног. Он может лишь жалобно хрипеть, будто ему уже прокусили шею, и биться в судорогах из-за недостатка воздуха. Вот и всё. Его недолгая жизнь с редкими моментами счастья закончится здесь и сейчас из-за двух волков, что уже достаточно близко подошли к нему.

***

Мин Юнги с детства воспитывался в строгости, ведь он — будущий вожак, который обязан ценой собственной жизни защищать и оберегать свою стаю и их щенков. Обязан принимать верные и мудрые решения, от которых будет зависеть всё. Его отец уже стар для вылазок в лес на охоту и обход территории, поэтому сейчас молодой волк выхаживает по траве, вглядываясь вдаль и вслушиваясь в звуки природы. Теперь и эта обязанность легла на его плечи. Посёлок волков находится глубоко в лесу, подальше от лишних глаз и опасности. Гибриды о них знают, но никогда не суются на их территорию. А всему виной заложенная веками вражда двух видов, ведь волки по своей природе животные сильные, величественные, а гибриды — лишь их жалкое подобие. Так считают только оборотни, способные принимать облик волка полностью. Гибриды же этим качеством не наделены. Всё, что в них есть волчьего — это уши и хвост. В остальном же, как считает сильный вид, они бесполезны. Внезапно острый нюх вылавливает запах черники. Слабый, едва уловимый, с ноткой горечи. Кто-то в опасности. Скорее всего, это омега, ведь так сладко пахнут только они, а таких ягод в этом лесу не водится. Мин знает эту территорию вдоль и поперёк и ни разу не натыкался на них. Мощные лапы срываются с места, неся волка в сторону черники с горчинкой. Он быстро огибает деревья и натыкается взглядом на двух подростков своей стаи, что не уважают омег, считая их бесчувственными игрушками. По небольшому участку леса проносится властный рык, заставляя волков замереть на месте и медленно повернуть морды в сторону будущего вожака. "Что, Мин, тоже захотел с омежкой поиграть?" — скалит клыки чёрный волк, делая пару шагов назад, давая старшему получше разглядеть до смерти напуганного гибрида. "Оставили омегу в покое и скрылись нахрен с глаз моих. Думаю, отцу не понравится, если на его территории из-за вас погибнет даже гибрид. Вы знаете, что я не стану вас прикрывать и вы знаете, какое следует наказание за подобное" — рычит Юнги, медленно подходя к Чимину, но тот его будто не видит, бьётся в истерике, тихо всхлипывая. Альфа загораживает его собой, развернувшись к волкам. Снова рычит, показывая, кто здесь сильнее. Чёрный и рыжий против воли склоняют морды к передним лапам, принимая поражение, а затем сбегают в лес, оставляя будущего вожака с омегой. Мин вновь поворачивается к парню, что всё так же трясется, и смотрит в напуганные карие глаза. По телу резко будто лёгкий ветер проходится, а внутренний зверь альфы покорно ложится в ноги омеги и счастливо виляет хвостом. По зрачкам обоих бегут искры. Юнги видит, как омежка прижимается к нему, вплетая маленькие пальчики в густую шерсть на голове; как льнет всем телом, чувствуя защиту своего альфы; как бесконечно доверяет. Внезапно картинка сменяется и вот вокруг них бегают три прелестных щеночка, весело тявкая в сторону родителей, которые в обнимку наблюдают за ними. Чимин же видит перед собой властного волка, что загораживает собой от других, защищая, словно омега — самое ценное сокровище. Он дарит ему своё тепло, счастливо виляет хвостом и поджимает уши от проходящейся по шерсти ладони. Пак никогда не видел волков в своей жизни. Лишь слышал о них, но так же знал, что те живут по соседству с гибридами. Не обижают, не нападают. Только в случае защиты своей семьи. Но так же не особо жалуют их, считая слабыми и неравными себе. — Мой альфа... — хрипит омега, смотря прямо в жёлтые, налитые словно золотом, глаза. Кажется, будто приступ резко прошёл, а в нос забивается запах смолы. Сильный, подавляющий. Такой, какой может принадлежать только альфе с мощной аурой. Волк несколько раз недоуменно моргает, а затем замечает возле ног Чимина ингалятор и двигает его носом к руке. Медленно, осторожно, боясь спугнуть. Пак сначала недоуменно наблюдает за зверем, а потом, словно очнувшись, тут же вдыхает спасительное лекарство в себя, после благодарно улыбаясь. Руки чешутся прикоснуться к сверкающей в свете закатного солнца шерсти. Волк принимает улыбку, но не подходит близко, всё ещё пытаясь свыкнуться с той мыслью, что его истинный омега не волк, подобный ему, а жалкий гибрид. — Помоги мне, пожалуйста. Я заблудился. У нас небольшой лагерь на поляне с друзьями. Мы собирали хворост, а потом они... — запинается омега, вспоминая двоих волков и паника снова накатывает. — Мы будем здесь два дня. Если хочешь, мы увидимся ещё. Юнги кивает, соглашаясь на встречу при более спокойной обстановке и дождавшись, когда парень окажется на ногах, ведёт его до поляны, но не выходит, чтобы не светиться. Он одаривает омегу задумчивым взглядом, а затем скрывается за деревьями, оставляя Чимина недоуменно смотреть вслед, прижав небольшие уши к голове.