гребаный тикток

      хочется поговорить, как настоящие друзья — сглазу на глаз, как это было раньше. но какие они к черту сейчас друзья, если между ними столько не дружеского? разве может между двумя друзьями быть столько напряжения? тут исхода два: либо драка, либо секс. ну или же одно, а после другое, как пойдет, конечно. и, к сожалению, другой альтернативы не предвидится.       и тут леша издает смешок от собственных мыслей, потому что это слишком пиздецово. но не только поэтому, а ещё потому, что прямо сейчас он стоит в обнимку с чужим рюкзаком в школьном туалете и ждет, пока артем справит нужду. такие мысли в такую минуту это стыд, ебаный стыд. — чего ты угараешь? — вдруг спрашивает голос из-за кабинки. похоже он слышал смех михайловского. — да хуйню одну вспомнил. помнишь, анекдот про споры? — первое, что пришло в голову сказал ему леша.       из-за дверей кабинки доносится легкий смех, который очень даже приятный, если говорить откровенно, а после слышится смыв унитаза, сопровождаемый звуком открывающейся щеколды. — пошли, а то если снова придем после звонка, она же снова будет бубнеть минут пять про опоздания, а потом ещё на перемене задержит, –с усмешкой говорит артем, забирая свой рюкзак из рук михайловского.       шевченко накинул рюкзак на одно плечо и подошёл к раковине. мыла как обычно не было, поэтому он просто сполоснул руки и вытер оставшуюся на них воду об брюки. — ты не пойдешь в туалет? — спросил шевченко, обернувшись и увидев фигуру парня позади себя. на его вопрос алексей лишь покачал отрицательно головой.       выйдя из туалета на третьем этаже, парни в быстром темпе направились на химию.       леша был такого же мнения, что и артем. действительно не хотелось снова выслушивать то, как химица будет причитать, что 11 класс не может за пятнадцать минут перемены поесть в столовой, после чего она, конечно же, скажет свое любимое, что школьная столовая это не ресторан и они не могут сидеть там столько, сколько захотят.       парни все-таки успели зайти в кабинет до звонка, вернее в одно время со звонком, но на долю секунды раньше, поэтому в этот раз отделались лишь недовольным «побыстрее, пожалуйста».       к слову, прошла уже неделя с тех пор, как они целовались на стадионе. чертова неделя, как леша на иголках, а артем издевается над ним. не в открытую, конечно, и не сказать, что прям издевается. просто это смущает, пиздец как смущает, потому что сердце в пятки, на лице краска, а изо рта только и может, что доноситься пык-мык, когда лешу вызывает химица и, видимо в наказание за почти что опоздание, опрашивает по параграфу. тот ей кое-как отвечает, и она вроде как отстает от него. но химица ведь не шевченко, она по крайней мере знает, что такое пощада.       за урок артем будто бы незаметно подкрался ближе к леше, придвинулся что-ли? а может михайловский уже просто придумывает себе то, чего нет. а все потому, что они сидят вместе из-за чего голова забита бредом, потому что на химии всем плевать на рассадку и потому что леше далеко не плевать на то, что было между ними тогда на том чертовом стадионе, на который он попросил артема придти в тот вечер, а еще потому что артем будто бы шутя, с внушительным звуком в этот самый момент опускает свою огромную ладонь на ногу алексея, которая от нервозности из-за всего этого дерьма, произошедшего за эти дни, начала непроизвольно дергаться.       в этот момент на сильный звук с их ряда обратила внимание химица, ее взгляд тут же устремился на двух парней, сидящих на четвертой парте первого ряда. — артем шевченко! — сказала она, — щас как пойдешь у меня решать задачу у доски. ты, наверное, выучил все кислоты и кислотные остатки? — да что сразу артем шевченко? — наигранная возмущенность, щенячьи глазки, все то, что так присуще его соседу по парте, — вон, алексея вызовите, он точно все знает. всю ночь напролет учил химию, я вам говорю.       по классу разнесся смешок. всегда, чтобы артем ни сказал, всем смешно. этакий клоун класса, хотя скорее больше человек-настроение. возможно, лешу бы тоже это улыбнуло, он даже что-то ответил бы артему, они бы вместе сделали что-то из-за чего бы все угарнули, если бы сейчас между ними не было всего того, что парень так усердно не мог переварить, забыть или хотя бы утихомирить внутри себя. леша не мог вести себя также, как раньше. не сейчас.       химица же окинула шевченко напоследок своим любимым взглядом сверху вниз и отвернулась к доске, где сейчас очень старательно вспоминал формулу какой-то из карбоновых кислот борисенко. видимо, маленькая гадость сегодня еще больше не в настроении, чем обычно. потому что втыка получает сейчас именно борисенко, парня просто мешают на месте с говном за то, что он не так уравнял химическую реакцию.       а леша лишь думает о том, что, господи, спасибо большое, что у доски не он. в любом случае леша остался благодарен химице за то, что она из-за этого интересного с юлой в жопе, который ака артем шевченко, не вызвала его к доске на место борисенко, вымучав еще в начале урока и удовлетворившись этим сполна.       и, к слову, они с шевченко не говорили о произошедшем после. в тот день они нацеловавшись на стадионе, как-то скомкано разошлись по домам, лишь договорившись, что сядут вместе завтра в школе. вот и все. так было и после, а то есть как и всегда. честно говоря, леше казалось, что все изменится с тех пор, но брюнет не удивлен, что артем ведет себя так, как и прежде. на что он вообще надеялся? если так подумать то, что происходит сейчас это всяко лучше, нежели бы артем начал отдаляться от него. сейчас им двоим будет лучше, если они сделают вид будто бы ничего не было. вот только из них двоих у одного артема это получается неплохо. в отличие от него, леша не может вот так просто взять и выкинуть ту ночь из собственной головы, когда его губы обдало горячим дыханием артема, когда их языки сцепились в какой-то только им понятной схватке, когда руки скользили по чужому телу, а собственное тело ощущало касания больших, мозолистых рук.       артем заметный парень, видный, на хорошем счету у многих учителей, пользующийся большим вниманием у девочек. понятное дело, что ему не хотелось все терять из-за какого-то импульсивного поцелуя с лучшим другом. может быть он считает, что это было ребячеством, чем-то несерьезным, необдуманным, глупым. вдруг он вообще думает, что это было что-то вроде урока. ну, как девочки учат друг друга целоваться в губы, так и они тогда на том самом стадионе изучали, что такое французский поцелуй на практике. боже, думая об этом, леша понимает в полной мере, как же все это глупо. просто все его мысли в данную минуту одна большая глупость.       кто вообще понимает, что в голове у этого шевченко? уж точно не михайловский, на ноге которого все еще невозмутимо находилась ладонь этого самого шевченко, которая на этот раз решила побродить по бедру парня. алексей старается максимально игнорировать сей факт, но уши как назло все равно покрываются краской. сказать что-то артему он не может, потому что как бы не было стыдно признать, но ему нравилось, то что происходило в данный момент на чертовой химии. к удивлению, эти поглаживания не остановились на одних только бедрах, рука соседа скользнула дальше, к коленям парня. большой палец чужой руки прошелся отдельно по коленой чашечке, слегка надавив, чем вызвал легкую дрожь, но кажется обладатель руки этого не заметил, занятый тем, что параллельно отвечал кому-то в инсте. но несмотря на занятость, массивная рука вернулась назад к бедру, решая исследовать на это раз внутреннюю его сторону. леша ощущал эти касания так отчетливо, будто бы руку шевченко и голую кожу леши не разделяла плотная ткань джинс, будто бы эти самые пальцы на самом деле касались голой кожи леши, задевая слегка ткань трусов. ему казалось, что мозолистые пальцы шевченко даже с какой-то нежностью касаются его, что вызывает еще большую дрожь, чертовы мурашки с головы до пят.       в этот самый момент леша не смог больше сдерживаться, поэтому поднял руку, чтобы отпроситься в туалет. это было уже слишком. слишком для них, как для друзей, которыми они решили остаться, судя по поведению шевченко до этого. парень чуть удержал себя от того, чтобы не подорваться с насиженного места, как ужаленный, когда химица сказала: «да, выйди». шевченко, сукин сын, других слов просто не было.       выбежав в коридор, леша очень надеялся не встретить никого из учителей или знакомых. потому что картина, которую они могли бы сейчас увидеть была бы слишком впечатляющей: старшеклассник весь покраснел, внутри что-то распалилось, будто бы там начался пожар. а что делают с пожарами? их тушат. поэтому михайловский пулей полетел в туалет.       залетев в кабинку, он просто опустился на крышку унитаза. хотелось курить. и подрочить. блядский артем.       подрочить было бы хорошо, но леша решил не заниматься таким в школьном туалете, поэтому он достал сигарету и закурил. леша вообще редко курит, обычно только с артемом, но сейчас надо было. да и если его поймают, то сигарету будет легче объяснить, чем ладонь в сперме.       парень сел на унитаз и стал переваривать все, что произошло. просто ушел в раздумья периодически затягиваясь.       что, сука, это только что было? какого хрена артем только что вытворял?       леша склонил голову и запустил свои длинные пальцы в волосы. он совершенно не понимал артема. сначала они не говорят о том, что произошло между ними, делают вид, будто бы все в порядке, а затем он выкидывает такое. как это объяснить? сука, да никак.       хотя даже, если бы что-то и изменилось между ними сейчас, то если бы об этом узнали одноклассники, то леша не сомневался, узнали бы и все остальные. вся школа бы шепталась о них на каждом сраном углу, возможно, тыкали бы пальцем, как на красножопых обезьян в зоопарке. а там гляди дошло бы и до родителей, а там уже и леше настал бы тотальный пиздец. ведь отец темы хорошо общается с его отцом, их семьи дружат уже долгие годы, часто бывает такое, что они могут собираться у кого-то дома, чтобы поужинать, допустим. или обсудить всякие вещи произошедшие за несколько дней в обоих семьях, события в мире, работу, коллег, иногда даже родителей одноклассников леши и артема, а иногда даже могут собраться поиграть в настолки, но чаще взрослому поколению нравится выпивать и просто общаться друг с другом, слушая негромко музыку и изредка танцуя.       вообще мамы парней знакомы с института, они даже в какой-то момент снимали вместе квартиру, пока не познакомились со своими будущими мужьями, а там не за горами был уже и переезд, затем брак, дети. забавно получилось, что они почти в одно время забеременели. конечно, подруги надеялись на то, что у одной родится девочка, а у другой мальчик и в будущем получится свести их вместе, но вышло немного иначе. хоть дети родились и одного пола, но у них сойтись тоже неплохо получилось, как показывает практика.       у леши хорошие отношения со своими родителями, да и с родителями артема, но он даже представления не имеет о том, что могло бы случиться узнай они, что леша тащится по их сыну, как шланг по огороду, и по вечерам вместо того, чтобы решать задачи по физике, пересматривает тиктоки друга и удовлетворяет себя иногда по полчаса, иногда и дольше. потому что не может утолить это горящее в нем чувство, выжигающее просто все изнутри.       настал бы пиздец, если бы родители узнали о том, что они творят. причем обоим. возможно, запретили бы общаться. поэтому леша думает о том, что пусть уж лучше так, чем если бы что-то изменилось между ними. леша справится со своими чувствами, сможет утаить, скрыть, чтобы никто не узнал, подавить свою похоть. ему легче думать о том, что все не взаимно, чем допускать мысль о том, что артем тоже может его хотеть также сильно, как леша его вечерами, принимая душ. как же парень устал, у него тупо плавится мозг от всех этих нескончаемых мыслей и вопросов в его голове.       докурив, парень потушил сигарету и выкинул через окошко, которое было приоткрыто. возвращаться сейчас было не вариант, запах сигарет так скоро не выветрится. поэтому просидев в туалете почти до звонка, леша решил возвращаться. пока он брел по коридору в сторону кабинета химии, прозвенел звонок. зайдя в кабинет, он увидел, что артема уже нет на месте. это был последний урок на сегодня. видимо, шевченко убежал домой, решив не дожидаться его. в целом, так даже лучше. леша не хотел бы сейчас разыгрывать дружбу между ними, которая была когда-то.       леша вышел из школы с головой, полной мыслей. погода стояла приятная. теплый, лёгкий ветер щекотал лицо парня, пока он брёл в сторону дома. на улице было хорошо. почки на деревьях начинали потихоньку распускаться, дожди пару дней назад наконец закончились и сейчас уже по-настоящему ощущалось наступление весны, хотя от куртки было бы еще рано отказываться. поэтому брюнет решил неспеша пройтись от школы до дома, наслаждаясь.       пока он шел, волосы на его голове слегка шевелились от ветра, который забирался куда только мог. прямо как шевченко. одноклассник ассоциировался у михайловского с ветром. такой же легкий, дарящий приятные ощущения, но и неуловимый, делающий все, что хочется, проникающий прямо в легкие, но не позволяющий вдохнуть его полноценно, без остатка. показывающий, что всегда есть предел.       подходя уже к дому, алексей снова прокрутил в голове то, что произошло на химии. забавно, что он возбудился от одного лишь касания руки этого придурка. однако это был не предел, леша знал, что руки артема могли бы довести его до состояния не состояния, до судорог в ногах, до дрожи, медленно распространяющейся по всему телу. и это вызывало мандраж, но и легкий испуг. вот настолько алексей находился во власти артема.       на повороте за которым находился дом парня он встретил своего отца, шедшего в магазин. — о, лешка, привет, — воодушевился мужчина, — уроки уже закончились что-ли? — привет. не, я прогуливаю, — улыбнувшись, ответил парень. — да ты прям вандал, — по-доброму усмехаясь, сказал отец парня и потрепал слегка его по голове, — ну ладно беги, делай уроки. сегодня же вечером идем в гости к артемке, тебе мама говорила?       михайловский-старший был мужчиной высоким, но уже слегка осунувшимся в силу возраста, потому по росту уступал своему сыну. внешне они были мало похожи, от отца алексей взял только высокий рост и форму носа, в остальном же был полной копией мамы. хотя нет, чувство юмора у него тоже было от отца.       напрягнув память, младший пытался вспомнить говорила ли ему мама про вечер?       но так как тот был искренне удивлен, то вероятнее всего женщина и вправду забыла его оповестить. а он ведь планировал никуда сегодня больше не выходить, а просто засесть в комп, дрочась во что-нибудь до утра в этот вечер пятницы. да и ему нужно было все обдумать. — да не, не говорила, — просто ответил ему леша, помотав головой. — нет? забыла, наверное, ну и ладно, — посмеялся мужчина, — ты маму свою не знаешь? память девичья. — это точно, — ответил парень, — ну я пошел. во сколько мы там выходим? — часов в семь. — буду готов.       мужчина отсалютовав, двинулся дальше по дороге в сторону магазина. его жена хотела приготовить какой-то из своих фирменных десертов, чтобы угостить друзей сегодня вечером, так что отправила своего суженого, ряженого немного побегать по магазинам в поисках сиропов и сливок.       выйдя на своем этаже, парень первым же делом унюхал запах еды и, конечно же, он знал из какой квартиры доносился этот чудесный аромат. запах еды своей мамы он узнал бы из тысячи. парень был голоден, как волк, потому зайдя домой и поздоровавшись с мамой, попросил покормить его чем-нибудь поскорее. быстро поев, парень, решил вздремнуть, чтобы восстановить силы, иначе не вывез бы вторую половину дня, тем более в доме шевченко. да и ему следовало бы отдохнуть от роя мыслей, крутящихся в его голове.       как только русоволосый опустил голову на подушку, то мигом заснул. во сне он видел футбольное поле, артема, сидящего с сигаретой в губах возле него. дальше смута. и лишь ощущения прикосновений. чужие руки гуляли по всему телу алексея, касаясь шеи, спины. гладили нежно, затем жестче, обхватывая стальной хваткой руки, шею. дразнили, будто чего-то ждали, выжидали. заставляли просить о большем.                               ***       спустя время алексей проснулся от пересохшего горла. встав с постели, взглянув на время и сложив два и два, понял, что до выхода остался час. а ему нужно было привести себя в порядок. почесав голову и растрепав волосы ещё сильнее, чем было, он окидывает взглядом свой внешний вид в зеркале шкафа, который находился напротив его дивана. осмотрев себя и не поверив, он опустил свой взгляд вдоль тела и сделал вывод, что душ ему точно придется принять сегодня, а вернее прямо сейчас, потому что с таким лютым стояком показываться родителям, сидящим на кухне и о чем-то оживленно болтающим, не сказать, что хотелось. а сам бы он так быстро и легко не успокоился.       стоя уже минут с пятнадцать в душе и медленно удовлетворяя себя, парень воспроизводил в деталях свой сегодняшний дневной сон. уж слишком он был неплох, раз его трусы промокли от спермы, образовав небольшое пятно. закончив мыться, парень выпрыгнул из ванны, обернув вокруг пояса полотенце. ему нужно было побриться. взяв в руки бритву, брюнет стал рассматривать себя красивого в зеркале. прошелся взглядом по спутанным, мокрым волосам, после по лицу, затем перешёл к рассматриванию своего тела, которое было в хорошей форме, подтянутым, накаченным.       закончив бритье, он был доволен. да он прям прелесть сегодня. «прелесть», — обычно так про него говорила мама артема. эта женщина действительно любила его чуть ли не больше родного сына.       немного покорчив рожицы в зеркало, парень натянув свои так называемые репетузы, и пошел в комнату одеваться и укладывать свою гриву, которая спуталась у него за время сна не хуже проводных наушников. через десять минут парень уже был полностью готов. он выглядел просто, но вполне себе привлекательно в обычной белой футболке и джинсах. сейчас ему осталось лишь дождаться, когда соберутся родители. а пока они собираются, парень решил посмотреть тикток, чтобы побыстрее скоротать время. и как назло первым в рекомендациях вылез тикток артема шевченко, ебись он конем сто раз. увидев знакомую физиономию, леша лишь заблокировал экран телефона, тяжело вздохнув.       когда все были готовы, то семейство спустившись вниз, село в машину. папа был за рулем, леша сел к нему вперед, а мама на заднее сидение вместе со своими пирожными, за сиропами и сливками для которых сегодня ходил папа. они тронулись и буквально через пять минут уже были под домом друзей. хорошо, что они жили в одном районе. припарковавшись, михайловские вышли из машины и направились к розовой девятиэтажке. отец леши не успел толком набрать в домофон, как дверь тут же открылась и они вошли в подъезд. пока они поднимались на лифте, леша сильно призадумался, на что внимание обратила его мама: — леша, ты чего? плохо себя чувствуешь? — а? да не, все нормально, мам, просто проснулся недавно совсем, — отмахнулся от родительницы парень. она не успела ничего ему ответить, так как раздалась трель, оповещающая о том, что они поднялись на нужный этаж. из знакомой двери уже выглядывала темноволосая женщина, которая и была мамой артема, и по-видимому, ожидала она гостей уже достаточно долго. когда они подошли к квартире, то женщины с порога тут же давай обниматься, целоваться друг с другом, будто бы не виделись тысячу лет, хотя на самом деле михайловские были у них не так уж и давно. или все-таки прошло уже слишком много времени с их последней такой посиделки? леша как-то призадумался по этому поводу, что разуваясь в такой знакомой уже прихожей, даже и не заметил, что рядом с ним стоял артем и с улыбкой наблюдал за двумя женщинами. когда леша поднял голову, то взгляд артема сместился с женщин на михайловского. они молча поздоровались за руку и артем повел лешу в ванную мыть руки.       они особо не говорили, пока леша мыл руки. михайловский не решался даже и слова сказать другу, пока артем стоял у него за спиной и следил за каждым его движением, вдохом, взглядом, отчего было жуть как напряженно. а если учитывать утреннюю ситуацию, то вообще. кажется, лицо алексея покраснело. снова. решив посмотреть на себя в зеркало, он поднял голову, но тут же встретился глазами с цепким взглядом артема. этот его взгляд был настолько тяжелым, что выбил весь воздух из легких михайловского. парню хотелось взвыть, молить, что угодно, лишь бы они поговорили, а не обменивались непонятными взглядами, после которых артем делал какую-то необъяснимую хуйню, из-за которой леша ходил, как в воду опущенный.       леша взгляда не отвел, продолжая через отражение зеркала смотреть прямо в глаза темноволосого. не хотелось доставлять артему удовольствие. этот индюк был слишком самоуверен моментами, и леше это не всегда нравилось. артем же посмотрел в глаза друга всего несколько секунд от силы, а затем молча вышел из ванной, оставив друга наедине. как только шевченко покинул ванную, алексей облегченно выдохнул. такое лютейшее напряжение. и ему здесь еще нужно было как-то провести несколько часов и не умереть от накаленности атмосферы между ними, с ума сойти просто. и за что ему это все?       леша еще раз зачем-то вымыл руки и только после вышел из ванной. а на входе в кухню его сразу же начинает засыпать вопросами мама артема, спрашивая как дела, учеба, подготовка к экзаменам. он учтиво ответил на все ее вопросы, после чего, выслушав его, она сказала, что артем ее вообще балбес, ничего делать не хочет, а леша молодец, хороший мальчик. после чего в их разговор вмешался шевченко-старший, отвлекая женщину вопросом, какие тарелки нужно достать. а она стала причитать уже на него, что мол понятно в кого сын балбес.       а там слово за слово и между взрослыми завязался какой-то разговор про новости, какую-то аварию в центре, так что лешу пока что оставили в покое. но парень так и остался стоять в дверях, пока взрослые дружно накрывали на стол, чтобы не мешаться под ногами. — кстати, а куда уже артем делся? — спросил было между делом михайловский-старший, вышедший с балкона с сигаретой в тонких губах. — леша, будь другом, сбегай позови этого балбеса, — кинула леше тетя оля.       далеко идти не пришлось. ведь леша прекрасно знал где был его друг, потому что уже как пару минут спиной ощущал чужое присутствие.       и михайловскому-младшему не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. когда брюнет только подошел, то алексей хотел было пройти чуть в кухню, чтобы они не щемились вдвоем в дверях, но чужая рука остановила его, обхватив слегка талию. несколько секунд они стояли в таком положении, пока леша не издал лёгкий кашель, а артем не додумался убрать наконец свою ладонь с чужого живота. точно балбес, все правильно говорит его мама. — я вообще-то здесь и все слышу, мам, — улыбнувшись саркастично женщине, сказал он, обойдя лешу и зайдя в кухню, — нужна помощь? — да нет, уже все готово. курица еще запекается, скоро будем кушать. леша, ты чего стоишь там? проходи, садись. хочешь чаю? — уже столько лет знакомы, а лешка все еще ведет себя, как бедный родственник у нас в гостях, — сказал шевченко-старший, по-доброму посмеявшись. — да ну, неправда. спасибо, тетя оля, но я не буду чай, — парень смутился, но сел за стол. следом за ним на соседний стул опустился артем.       тем временем отец темы вышел на балкон к отцу алексея, пока женщины заканчивали приготовления на кухне, а парни сидели в телефонах, ожидая пока все соберутся за одним столом. спустя пару минут курица была готова и уже все сидели за столом, обсуждая события недели.       отец артема рассказывал какой-то смешной случай с работы, пока все внимательно слушали его и смеялись с его манеры рассказывать, леша решил под шумок сбегать в туалет.       он быстро шепнул об этом маме и встал из-за стола. пока он шел по коридору, понял, что порядком подустал за сегодняшний день, хоть и вздремнул после школы, а когда споткнулся об обувь в прихожей, то убедился уже точно, что зверски устал.       проходя мимо гостиной, подросток обратил внимание, что на улице уже порядком темнело и лишь последние лучи солнца освещали улицу, а с кухни тем временем доносился гогот отца леши, которого очень рассмешил случай с работы друга. у отца парня был очень смешной смех, потому леша рефлекторно улыбнулся и зашёл в туалет.       когда парень справил нужду и вымыл руки, а затем выключил свет, стал направляться назад на кухню к веселящейся компании, то почувствовал чью-то цепкую хватку на своем предплечье, а в следующую секунду ощутил сильный рывок. его затащили в темную комнату и с силой толкнули к стене. больно приложившись головой, алексей не сразу понимает, что происходит, чувствуя лишь звенящую боль.       не нужно гадать, кто это. все и так понятно, ведь они в комнате артема. у русоволосого проскакивает мысль, что его наконец захотели отпиздить.       в эту же минуту артем шевченко стоит перед михайловским с задумчивым выражением лица, тяжело дыша. после чего сжимает в кулак часть футболки парня, что у шеи, и тянет с большой силой на себя. — ай, ты что, — лишь успевает вырваться из уст алексея после удара головой, как слова быстро сменяются чем-то нечленораздельным, так как его с грубой силой затыкают чужие губы, вновь толкая к стене.       парень снова ударяется головой, но в этот раз соприкоснуться голове и стене мешает чужая рука, от чего леша теряется, но не надолго. рука темы оказывается на его затылке, проникая пальцами глубоко в волосы и притягивая ближе к себе, вовлекая глубже в поцелуй. спустя пару секунд леша разрывает поцелуй, чтобы с ухмылкой сказать: — ну ты и мразь.       а затем меняет их положение за долю секунды, оказываясь над артемом и прижимая уже к стене его. «не на того напал ты, дружище», — думает про себя алексей. теперь головой об стену бьётся шевченко, но не издает ни звука.       они находятся в таком положении всего ничего, так как темноволосый вдруг начинает очень решительно толкать друга в сторону своей кровати. леша плюхается на нее, чуть подскакивая, а артем стоит перед ним, рассматривая растрепанного друга и загнанно дыша. шевченко дышит так, как после пяти километров бега без передышки на тренировках.       чуть переведя дыхание, артем подходит к алексею и располагает одну свою ногу в щель между его ног, коленом упираясь в так называемое достоинство михайловского. леша откидывается назад и, упираясь локтями в кровать, чуть двигает бедрами навстречу колену шевченко. слегка трется, вызывая легких стон из собственных губ, пока артем начинает в быстром темпе расстегивать ремень.       михайловского не смущает то, что он сейчас сделал, ведь ебаный шевченко вообще собирается оголиться перед ним. а леша всё ещё одет и может в любой момент подняться, чтобы уйти, оставив друга самостоятельно решать его «проблему». поступив также гадко, как темноволосый сегодня в школе.       но, кажется, стон, сорвавшийся с губ алексея завел шевченко ещё сильнее, потому что тот оставляет ремень небрежно болтаться на своих бедрах и наваливается на михайловского сверху, вновь вовлекая в поцелуй. артем, проникнув своим языком внутрь чужого рта, делает их поцелуй еще горячее, жестче, грязнее. до ушей обоих доносятся лишь громкие, пошлые причмокивания. в моменте леша забывается от наслаждения и прокусывает губу парня, вызывая кровь, после чего зализывает собственным языком ранку.       медленно шершавая ладонь шевченко опускается с затылка михайловского на его шею и, чуть царапая самые нежные участки молодой кожи, двигается по вспотевшей груди к ремню джинс друга. пока артем разбирается с этим, алексей решает закончить с джинсами шевченко. поэтому чуть приподнимается, чтобы было удобнее это сделать.       господи, этот придурок собственные до конца расстегнуть не смог, а полез уже к нему в штаны, ну даёт. в этом весь шевченко, ему нужно все и сразу. объяснить ему что-ли позже, что в жизни все немного по-другому происходит.       с кухни тем временем донёсся всеобщий смех, сидящих на кухне родителей, но гогот старшего шевченко был слышен отчётливее всех. наверное, отец михайловского перешёл к рассказу анекдотов. отец темы слышал эти анекдоты уже хуеву тучу раз, но всегда смеялся, как впервые. оно и понятно, анекдоты были годными. именно от отца леша впервые услышал анекдот про папоротник, к слову.       тем временем михайловский любезно вытащил ремень с джинс друга, после чего расстегнул пуговицу и ширинку, а затем спустил джинсы с его накачанных бедер по колени и сейчас лицезрел намокшие трусы брюнета. шевченко тоже закончил с джинсами михайловского. удивительно, ведь леше казалось, что пока тот закончит, то уже рак на горе свистнет или же михайловский кончит от ожидания и животного желания. одно из двух.       если бы сейчас кто-то из родителей решил пойти на их поиски, то они увидели бы очень интересную картину: двое запыхавшихся парней на одной кровати, с взъерошенными волосами, растянутыми джинсами, красными и припухшими губами, горящими глазами. благо, пока их не начали искать, можно было закончить начатое. леша очень хотел дойти до конца, артем не меньше. оба уже были на пределе, нужно было лишь спустить курок.       шевченко медлить не стал, потому в быстром темпе освободил член михайловского от натирающих трусов и обвил его одной рукой, а другой толкнул алексея назад на кровать. парню ничего не осталось кроме, как послушно лечь и ожидать действий со стороны шевченко. в целом долго ждать не пришлось. чуть поводив рукой по члену леши, особенно темноволосому понравилось касаться большим пальцем головки и, чуть надавливая на нее, срывать лёгкие стоны с губ алексея. чуть подразнив, артем опустил голову над пахом михайловского. неспеша, он вбирал в рот член парня.       по ощущениям алексея это было просто неописуемо словами. настолько срывало крышу, что тяжело было дышать. а держать в голове то, что буквально в этой же квартире находятся их родители, было еще сложнее, чем сдерживать стоны, потому парню приходилось прикусывать нижнюю губу, чтобы не издавать слишком громких звуков.       но артему видимо это не нравилось, потому еще чуть пососав, он подключил одну из своих рук снова, касаясь яиц парня и наконец срывая надрывный, победный стон с чужих губ. алексей не знал куда деть руки, потому запустил одну из них в волосы артема, задавая движение и в особенно приятные моменты толкаясь парню в рот. артем не отстранялся, хотя было видно, что ему слегка неприятно. леша хотел было закончить, но артем остановил его, оттолкнув назад на кровать.       почти доведя алексея до оргазма, артем остановился и перешел к другим участкам тела михайловского. он провел дорожку мокрых поцелуев от паха до шеи парня и, вытерев губы рукой, наконец дошел до желанных губ. пока они целовались, артем стянул полностью с алексея его джинсы, оставив того лишь в одной футболке, которая в скором времени тоже стала лишней. освободился от своих собственных джинс и тогда началось самое интересное.       во время очередного поцелуя, михайловский подвинулся чуть дальше на кровати, чтобы артему было удобнее. теперь положение парней сменилось и уже алексей навалился на артема сверху всем телом. хватит ему доминировать, леша тоже хочет. леша чуть потерся тканью намокших трусов об чужие, вызвав подёргивание члена артема и дрожь в его теле. одним рывком он стянул с шевченко трусы до колен и обхватил тонкой ладонью его член, параллельно другой освобождая свой член от собственных трусов.       придвинувшись ещё ближе к артему, он обхватил одной рукой два члена и начал тереть их друг об друга, подрачивая. и одновременно с этим ловя очень громкий и утробный стон артема своими губами.       парней хватило всего на пять минут, разрядка к обоим пришла слишком быстро. за это время их положение несколько менялось. артем даже умудрился оставить очень насыщенный засос над левым соском алексея. грёбаный собственник.       неспешно одеваясь и попутно целуясь, парни и вовсе забыли, что на кухне по-прежнему находятся их родители. только покинув комнату артема, они вспоминают об этом.       зашли на кухню они в ту самую минуту, когда мама леши пела «руки вверх — он тебя целует» в микрофон. кажется, сегодня у них вечер караоке. что ж, в целом довольно иронично то, что мама леши выбрала эту песню, учитывая то, какой клип у этой песни.       посидев еще какое-то время в компании взрослых, парни умудрились тоже исполнить по одному треку, как уже наступило девять вечера и пора уже было собираться.       все столпились в прихожей, пока михайловские собирались домой. пока женщины прощались, а мужчины обсуждали какие-то вопросы касательно гаража и шашлыков на следующих выходных, леша неспеша обувшись, повернулся к артему, как ему тут же протянули ладонь: — ну что, до понедельника? — довольно улыбаясь, спросил у парня шевченко. — почему же? до завтра, тренировка ведь, — с такой же довольной усмешкой ответил ему алексей и пожал протянутую руку, конечно же, не забыв, что буквально час назад эти самые руки вытворяли с ним.       наконец полюбовно попрощавшись, семья вышла из квартиры и зашла в лифт. леша решил не застегивать куртку, потому что им нужно было дойти от подъезда до машины, а это всего минуту заняло бы, да и весна ведь началась. но его мама все ещё его мама: — леша, застегнись, заболеть хочешь? — да нормально, тут быстро — отмахнулся парень. — и футболку где-то вымазал уже, — проворчала она. — где? — удивился парень. — вон, снизу.       парень опустил взгляд и действительно увидел светлое пятно. — да майонез, наверное. аккуратнее надо есть, а не как свин, — посмеявшись сказал глава семейства. — да, наверное, майонез.. грёбаный артем шевченко, ай да сукин сын.