От ненависти до любви

      За три месяца «совместной» жизни с Питером Лафейсон смирился с третьим членом семьи. На его плечи легла забота о моральном и физическом состоянии подростка. Локи никак не мог допустить, чтобы открытые раны пускались на самотёк, не доверял он чудо регенерации.       — Стоять! — прикрикнул Локи, краем глаза заметив Паркера, который собирался проскочить мимо него. — Мыть руки и за стол, — приказало Божество.       — Локи, ну я не голоден, — из-за стены показалась кудрявая голова, улыбаясь во всём тридцать два.       — И слышать ничего не хочу!       Грустно выдохнув, Паучок скинул рюкзак и поплёлся к раковине.       — Мясо или рыба? — спросил Локи, выкладывая на тарелку жуть какие полезные овощи: брокколи, варенную морковь, кукурузу.       — Мясо, — ответил Питер, стряхивая остатки воды с рук в раковину.       — Хорошо, — теперь рядом с овощами красовался кусок запечённой говядины.

      ***

      — Правый Один, — выдохнул Локи, устало потирая виски.       В мастерской, по всей видимости, пробежал табун слонов, не меньше. За столом, прислонившись друг другу, спали два инженерных гения.       — Вот и что с вами делать? — спросил сам себя принц, подходя ближе.       Осторожно отцепив Питера от Тони, Локи поднял подростка на руки, удивляясь, что парень в семнадцать лет может быть таким лёгким.       — М-м, — недовольно промычал Питер, уткнувшись носом в плечо Божества.       — Джарвис, пусть какая-нибудь железяка Тони к комнату отнесёт, — попросил Лафейсон, выходя из мастерской с ребёнком на руках.       — Не хочу, — по-детски хныкал Питер во сне, непроизвольно дёргаясь и случайно попадая рукой принцу на голове.       — Не сомневаюсь, — Локи попытался сдуть выпавшую на лицо прядь волос. — Как дети малые…       Бог Коварства заботливо уложил Питера в постель, накрывая одеялом. И удостоверившись, что паукообразное не свалится с постели, ушёл укладывать супруга.