про ханджи зоэ

      Ханджи Зоэ – один из очень важных второстепенных героев. От неё зрители и герои узнают всю известную, на момент первого сезона, информацию о титанах. Именно через призму её восприятия добавляются в повествование новые факты об этих тварях.       В отличие от всех остальных, с кем она стоит на одном уровне повествования, Ханджи ничего не рассказывает о своём прошлом. Эрвин, ребята из 104, конечно главная тройка, даже кандидаты в шифтеры в Ребелио – у каждого есть своя пусть иногда небольшая история о семье, прошлых травмах через которые они продираются вперёд, постоянно оглядываясь. У Ханджи в начале повествования нет этой персонифицированной мотивации, она смотрит в будущее, горит своим делом и, вероятно, пытается забыть о пережитом за столько времени в разведкорпусе. Пытается настолько успешно, что об этом кроме пары фраз, брошенных невзначай, читатель не узнаёт ничего.       Каждый из персонажей атаки титанов жертвует чем-то сокровенным за время сюжета; так Эрен отдаёт свободу, Микаса любовь, Райнер, как бы это не звучало – желание сдаться,  и т.д.       Ханджи, помимо очевидной любви к титанам и их изучения, которые для нее равноценны жизни жертвует этой "беззаботностью", которая была у нее при жизни Эрвина. Принимая после него должность командора разведки она берёт огромную ответственность, теперь за её спиной десятки живых людей и сотни мёртвых.       Это передаётся и визуально, весь образ Зоэ в четвёртом сезоне намного более сглаженный, уставший и спокойный. Вся её арка, как и арка Эрвина – про отказ идти к своей мечте, ради общего блага, только если у Смита этот отказ происходит за одну серию, за один разговор с Леви, то у Зоэ это планомерное действие, растянутое на весь сюжет четвертого сезона, с момента, когда она впервые заговаривает о мёртвых товарищах и до её последующей встречи с ними, уже после смерти.       Про образ Леви, его отказ от ответственности и принятие роковых решений вообще можно говорить бесконечно, но я очень хочу обратить внимание, что капитан и в этот раз провожает командора, давая, пусть и номинальный, приказ отдать своё сердце. Леви дал и Ханджи и Эрвину возможность уйти героями, не сломаться от такого страшного выбора, преодолеть страх смерти, пусть и затупленный постоянной войной. Считая себя не в праве и боясь брать ответственность капитан всё же принимает самое страшное решение за командоров, делавших в своей жизни очень тяжелые выборы, добровольно отправляя самых близких себе людей на смерть, чтобы им было легче.       Образ Ханджи буквально метафора выгорания на работе и мне правда очень стыдно за эту шутку. Она во многом неожиданно для себя переходит из архетипа безумного учёного, местами даже трикстера, который может и поступиться моральными принципами ради науки, в архетип лидера, от которого все ждут взвешенных и мудрых решений. Из тройки старших разведчиков у Ханджи самый высокий показатель командной работы, но она не умеет быть посредником и дипломатом, которым умел быть Эрвин. Должность командора давит на неё вероятно даже сильнее чем на Смита: Эрвин пришёл, когда разведкорпус был в плачевном состоянии и провёл эту горстку солдат от бесконечных потерь до победы в Шиганшине. Ханджи же приходится это наследие хранить. Хранить, когда мир неожиданно оказывается огромным и страшным, когда черно-белый путь предыдущего командора, размывается в серую мораль.       Трагедия Ханджи в неожиданной ответственности, от которой невозможно отказаться, которую можно принять и пронести короткое время, пока не сломаешься. И постараться уйти достойно, когда придёт твой час.