От холодного к горячему

Часы уже давно пробили полночь. В кабинете Тёмного какао всё ещё горел свет. Он сам не заметил что засиделся допоздна. От работы его оторвал только неожиданный стук в дверь. Этот стук выделялся на фоне ночной тишины. —Мой Король, могу я пройти?–Это был Аффогато. Он приоткрыв дверь заглянул в комнату и, получив одобрительный взгляд, элегантно скользнул внутрь.– Вы снова засиделись допоздна, поэтому я решил что вы не откажетесь от чашечки сладкого кофе. —хмх..–тихо произнёс Тёмное Какао.– чего же ты тогда не спишь? Король принял напиток, делая хороший глоток, и снова посмотрел на своего советника. —Я уже собирался идти в свои покои, но тут я заметил свет из вашего кабинета и решил зайти.– Аффогато отошёл немного в сторону.– Ваше Величество, может вам нужна моя помощь? —Нет, ты можешь идти, я закончу со всем сам. Аффогато перед уходом поджёг новую палочку благовоний, и выскользнул из комнаты так же бесшумно как и вошёл. Обычно, когда советник ходил по дворцу его шагов никогда не было слышно. Он как ночной кошмар подкрадывался из ниоткуда, а после исчезал в никуда.

***

—Мой господин, проснитесь...– тихо и словно ласково, с некой нежностью в голосе говорил Аффогато. Тёмное Какао резко открыл глаза, поднимая голову со стола. —Что... Похоже я задремал ненадолго...– Он проморгался, поворачивая голову на кофейное печенье, и краем глаза увидел как тот поспешно убрал руку с плеча Короля. —Уже утро, Мой Король, вы всю ночь проспали за столом, у вас ничего не болит? Тёмное Какао перевёл взгляд на стол и выпрямился, сверяясь со своими ощущениями. —нет, всё в порядке... Наверное из-за запаха твоих благовоний я хорошо расслабился.. Аффогато самодовольно улыбнулся.

***

Ближе к обеду эти двое уже были в тронном зале. Тёмное Какао восседал на троне, а Аффогато в свою очередь стоял с правого бока от него. Иногда "змей", так чаще всего Карамель называла Аффогато, обжигающим ухо шёпотом, что-то говорил Его Величеству, при этом он ехидно и даже с ноткой издёвки смотрел на жертву своих ложных обвинений. Король почти всегда прислушивался к своему советнику, за исключением некоторых случаев.