сказки на ночь путаются в волосах и плюются магией.

г л а в а п е р в а я. металлические бока автобусов прощально сверкают, а лагерь вновь обретает возможность дышать 2000 г. Лето набирает обороты, закручиваясь в спираль. Июнь только начал проклевывать себе дорогу к свету после весны, а знойная жара уже во всю вступила в свои законные права. Солнце нещадно палит и скалит улыбку, сжигая пустыри, кроны деревьев, кристально-чистую речку, находящуюся неподалеку, и автобусы, мерно приближающиеся к точке назначения. Вылизанный ,до блеска в глазах, в носках и в тротуаре, лагерь (пока еще пустующий), готовился принять в свои обьятья первую волну детей. Он славился своей хорошей программой, чистотой (награжденный, и не раз, почётными звездочками самого чистого лагеря), хорошим питанием, персоналом да и вообще идеальным расположением. Но конечно никто не скажет о том, что большинство грамот и сертификатов куплено. Идеальность трещит по швам, когда со стороны главного корпуса доносятся крики зам. управляющей - Исыль. Она за что-то отчитывает уборщицу, жмущуюся в углу. -Миссис Диксон? - Джуён, подходя и заплетая на ходу длинные волосы, обращается сначала к уборщице а затем и к заму, - в чем дело? Где пожар? -О, это не стоит того, чтобы напрягать твой слабый ум, - колкий взгляд Исыль уперся прямо в подошедшего парня, - просто миссис Диксон, разбила окно в кладовую и не хочет за него платить. -Я даже не прикасалась к этому окну! - встревоженно начала уборщица, - моя смена вообще только-только закончилась. -Это явное недоразумение, - констатировал факт Джуён, почесывая затылок. -Я видела кто его разбил! - заговорщески шепнула миссис Диксон, - рыжеволосый, с бородой, в зеленом костюме с медными пуговицами, и ростом примерно четверть метра! - она руками показала примерный размер. -Так это был гном лепрекон, - на секунду задумавшись, но тут же с уверенным видом отвечает парень. -Точно! -Хм, -Джуён глянул на Исыль, - я не знал что твой брат в городе, - думаю, мы вот как поступим. Запишем стоимость окна на мой счет, а когда встретите лепрекона, скажите Исыль, она полутролль. А тролли, вроде, едят лепреконов, так? Исыль недовльно цокнула. -Эта сьест. - напоследок сказала заметно осмелевшая миссис Диксон, и ушла. Сегодня магия витает средь ветвей и корпусов, задевая флажки на шпилях. И ветер перемен готов повернуть историю в самое необычное русло. Конечно, ведь лагерь был основан тем, кто любит хорошие истории. -Джуён, - серьезным тоном обратилась к нему Исыль, уже планирующему уходить, - у нас тут загвоздка. -Что, такое, малышка тролль? -Не язви, серьезное дело. -Я весь во внимании, - в доказательство этому, он слегка пригнулся, поравнявшись с ней ростом, и шуточно выпучил глаза, за что сразу получил наотмашь по лбу женской рукой. -И не дури. У нас буквально через считанные 30 минут открытие смены и сегодня как назло слёг в больницу один вожатый. Официальной подмены времени искать нет, поэтому выбор пал на тебя. -А если чуточку больше правды? - он хитро щурит глаза. -Мистер Нотингем с меня шкуру снимет если узнает что я еще не нашла замену. - сталь в ее голове слегка теряет жесткость. -Так он не знает что тот человек заболел? - с добродушно-легкой издевкой сказал Джуён. -Так ты согласен? - больше утвердительно чем вопросительно. -А у меня есть выбор? -Иллюзия выбора подойдет? -Неа. -Значит выбора у тебя нет. - она с нажимом произнесла последнее слово, и, развернувшись на одних только шпильках, зашагала прочь, оставив Джуёна наедине с мыслями и палящим солнцем. ✧✧✧ Автобусы шумно выдыхают, останавливаясь в точке назначения и выпускают наружу, кажущуюся удивительно свежей, по сравнению с духотой салона, детей. (и некоторых родителей). Разношерстные, пушистые и колючие, блестящие и мрачные, ворчащие и скалящие довольные улыбки. Все волшебные, все дети. Шумные комки вываливаются из автобуса наперегонки, как муравьи из разрушенного муравейника или мыши с тонущего корабля. Все волшебные. Все чудесатые. Все дети. Думаю, на правах рассказчицы, я могу позволить вам слегка заглянуть за завесу сказки, и дать узнать вам имена наших будущих героев, гордых (и не очень), почти поголовно пятнадцатилеток. Только никому не слово, хорошо? Зуб даете? Лучше заберите, я вам итак верю. Вот, ворча, оттащив свой чемодан подальше, стоит русый мальчик в красной беретке, Минхо, недовольно щуря глаза, и держа в руках переноску. Судя по узорам лапок и ушек на ней, там сидел кот. Что ж, у богатых свои причуды. Вот, две неловкие фигуры, с самыми огромными сумками, вываливаются из автобуса, один , Банчан, ловя сумки, второй, Джисон, почему-то издали похожий на белку, ловя гитару. Шоколадного цвета волосы у обоих, красиво отражают солнце. Вот чей-то неугомонный и до одури смешной смех (масло маслянное), звучит с другой стороны автобуса, Гониль, заставляя всех окружающих, как по команде, смеяться. Вот из автобуса легкой походкой выходит девочка с длинными волосами и в солнечных очках, больше похожая на ангела спустившегося с небес, Хвиин. Но, услышав заразительный смех, тоже не сдерживается и начинает громко смеяться. Не менее громко и заразительно чем изначальный его источник. Последним из этого автобуса неловко выходит мальчик, с выцветшими рыжими волосами, Джунхан, обнимая гитару в чехле и синего плюшевого кролика. Второй автобус с небольшим замедлением открывает двери, и оттуда сразу же вываливаются два тела, одно, светловолосое, спокойно и размеренно спускается по лестнице, Чонсу, на пути дожевывая какую-то булку, и спотыкаясь о последнюю ступеньку. Его сразу же хватают две руки, Сынмин (он же Од), удерживая от потери булки и носа, и давая слабый щелбан, ругая за невнимательность. Вот, солнечные очки отражают блики, а светлые, почти белые, волосы по шею, развеваются на ветру, Хёнджин. Юноша драматично щурится, закрывая лицо от нещадного солнца. Вот, сонное женское лицо, со вмятинами от подушки и недавних цепких сладких снов, пахнущих малиной, (или это были духи?), выглядывает из автобуса. Почему-то одетая в пижаму русоволосая, Мунбель, с рюкзаком наперевес,вытекает из салона зевая и подставляя заспанные помятые щеки ветру. Вот, почти сразу и следом, одетая в спортивные шорты, майку и черную кепку, выходит еще одна девушка, Сола, тихо матерясь под нос, пока спотыкается об необычайно неудобные маленькие ступеньки. Сама грация, Хваса, выпрыгивает из салона и сразу же летит к багажному отсеку, не по детски волнуясь за сохранность вещей. Вот, самым последним из автобуса выходит мальчик, Сынмин, черные волосы которого закрывают пол лица, делая его взгляд еще более недовольным. Кажется по дороге кого-то стошнило. Все волшебные. Все чудесатые. Все дети. Наконец автобусы облегченно вздыхают, избавившиеся от тяжести внутри, в лице детей и их многочисленных сумок с чемоданами. Отсалютовав фарами, и оставив последнюю надежду отсюда выбраться, они налегке уезжают, отблёскивая солнце металлическими боками. Помимо уже перечисленных детей, в огромной цветастой кучке находилось еще очень много детских голов, и все они создавали какофонию звуков. Ругани, смеха, чьего-то тихого сладкого сопения, шуршания пакетов с едой-запрещенкой, предусмотрительно припрятанной бывалыми детьми на дно своих рюкзаков. Наконец в поле их зрения появляются люди, заметно отличающиеся от присутствующих ростом. Взрослые. Те же дети, если быть точнее, просто на пару сантиметров выше и в идиотских желтых кепках с галстуками. Все волшебные. Все чудесатые. Все дети. Вход в лагерь лежит через высоченную деревянную арку, ласково обнимаемую ветром и старостью, с надписью: «Terra Nostra Нотингем». ✧✧✧ -Ответственный момент, Джуён. Женский голос, доносящийся откуда-то свысока, заслоняет солнце заставляя парня поднять голову. «Исыль», догадывается он. -Да, да, я знаю, - отряхивая руки об шорты и поднимаясь из под стола, конечно же надежно закрепив последний провод, улыбчиво отвечает Джуен, - не хочу чтобы нашего босса пришибло током. Джинсовые шорты, скорее называемые бриджами, ловко контрастировали с с белой футболкой, желтым галстуком, и идиотской желтой кепкой, которую он бы добровольно никогда бы не надел. -Конечно, конечно. Починил? -Проверим. Стук по микрофону, мужской рукой, привлекает всеобщее внимание людей, в частности детей и их родителей, столпившихся в одно большое жужжащее голосами полу-кольцо перед сценой. -Йоу, йоу. Раз раз, проверка связи. Как дела? Всем меня слыхать? Не зевать, - глаза Исыль недовольно закатываются, а недовольное цоканье доносится до ушей юноши. - Я спел «Берри», вы все «Нотингем». Берри. -Нотингем! Хор смеющихся детских и взрослых голосов смешался с шелестом деревьев и скрипом микрофона, постепенно оживляя лагерь. -Берри! -Нотингем! -Бееерри любит Нотингем, Нотингем, Нотингем. Бееерри любит Нотингем, он с белой бородооой, - счастливая и самодовольная улыбка во все 32 зуба не сползала с лица Джуёна, пока он разыгрывал этот спектакль, отчетливо чуя гневное дыхание Исыль на спиной, -Поприветствуем нашего босса! Одобрительные хлопки и возгласы эхом взлетели к небу, наблюдая за восходящим на сцену самим Нотингемом. -Ну вот, я их разогрел, - юноша протянул мужчине, на вид явно ровеснику самого старого дуба, руку, - желаю удачи. -Микробы. - коротко и ясно выразился дуб, ой, мужчина, доставая из кармана салфетки и судорожно протирая руки. Исыль ловит недоумевающий взгляд Джуёна и тут же поясняет: -Понимаешь, мистер Нотингем боится...нет, нет, не боится. Опасается! Микробов, потому что они опасны, если мы их.., -ей явно некомфортно тут находится, - не боимся. Вот, что я хотела сказать. -Даа, вы правы. Я сегодня не мылся — соврал Джуён и демонстративно понюхал подмышку, краем глаза поймав испуганным взгляд старика,- так что да, мне пора. И убежал. Точнее немного отдалился, так как тут же пристроился к кучке других людей в таких же уродских, на его взгляд, желтых кепочках, с надписями «Вожатый». ✧✧✧ Наступает до жути ответственный, как для детей, так и для вожатых, момент деления на отряды. Вторые кажется волнуются больше всех, никто же не захочет получить в отряд лентяев? Или захочет, кто их взрослых детей знает. Вам любопытно? По глазам же вижу что да, что ж, не будем томить, потому что я тоже сгораю от интереса. Небольшая импровизированная платформа — сцена, располагается прямо под кронами массивных древних деревьев, наверняка видавших эти места еще не тронутыми. На деревянных лавочках, выставленных вокруг полумесяцем, восседали несколько десятков любопытных, и не очень, глаз. Сонных, и не очень, носов. Лохматых, и идеально расчесанных голов. Напротив же, на самой сцене, стоял десяток взрослых детей, одетых в вожатскую форму, и эти, о боже, ужасные желтые кепочки. Буду с вами честна, в свое время я и сама их не любила, но по настоянию Джуёна, они стали обязательным атрибутом. Забавно что он это врятли вспомнит. Цветастая кучка, постепенно рассасывалась, разбредаясь на небольшие группки и пристраиваясь к вожатым, приставленным к ним. -Итак, девятый отряд! - Исыль, в костюме, явно неподходящем под антураж места, выделялась, уже двадцать минут зачитывая имена и фамилии. - Ли Минхо, Ким Сола, Хан Джисон, Бан Кристофер Чан, Мун Бёль И, Ким Сынмин и Хван Хёнджин, Перечисленные фигуры, переглядываясь, толпятся у сцены, ставя подписи под своими именами. -Ваши вожатые на эту смену: Ли Джуён и Квак Джисок, постарайтесь их не убить. - с натянутой улыбкой произносит Исыль. Они подходят, здороваясь со своими подопечными на эту смену. Названный Джисоком, слегка недовольно поправляет женщину, говоря что детям стоит называть его Гаон. Затем глядит на самих детей, щурится, рассматривая контингент. Ли Джуён же, без задней мысли спрашивает есть ли среди ребят курящие, за что получает подзатыльник от Исыль, смешки из кучки детей, и искреннюю улыбку Гаона, увидев которую, Джуёну становится еще теплее. Странно, солнце же тут вроде не так сильно печет? -Идите уже, -фыркает Исыль, на мгновение теряя самообладание, но тут же возвращаясь к своему обычному состоянию, - сначала в медпункт, Джуён покажет дорогу, а потом в столовую. Это тоже на тебе Джуён, - она сразу отворачивается на последних оставшихся на лавочках детей, чувствуя спиной как удаляется девятый отряд, - так, теперь последний. Десятый отряд! Гу Гониль, Ан Хе Хваса, Хан Джунхан, Ким Чонсу, О Сынмин, Чон Хвиин. Перечисленные фигуры, переглядываясь, толпятся у сцены, ставя подписи под своими именами. -Ваши вожатые на эту смену: Со Чанбин и Ян Чонин, этих, даже если очень постараетесь, не убьете. Итак! - хлопнула женщина в ладоши, - перекличка закончена. Хорошей всем смены, - привычно натянута произнесла она, и скрылась из виду. К ребятам подходят, сонный Чанбин, уже успевший задремать стоя и выделявшийся своим низким ростом, и Чонин, улыбающийся так сильно, что казалось ямочки в щеках сейчас самоуничтожатся под напором. Эта смена обещает быть интересной. О да, эта смена обещает быть очень интересной.