Красная шапочка и Волк или сказки врут...

      Чонгук осматривал швы в зеркале ванной комнаты. Скорее бы уже регенерация проявила себя в полном объёме. Он встряхнул влажные после душа волосы, и натянув серые широкие штаны, которые снова позаимствовал из шкафа чародея, вышел в зал.       Тэхён распихивал банки с молоком по холодильнику и мурлыкал себе под нос какую-то мелодию.       — Не поможешь? — оборотень достал чистый бинт из аптечки. Ким закрыл дверцу и обернулся. — Мне самому неудобно сделать, они всё время перекручиваются, — Чон указал пальцем на свой бок.       Но чародей как будто завис, он просто стоял и смотрел. Было слышно, как нервно тот сглотнул, а его сердцебиение немного ускорило темп.       — Тэхён?       — Да, конечно давай, — тот резко дёрнулся и протянул руку, чтобы забрать бинты.       Чонгук взял самодельную мазь, которую Сохён оставила специально для него со столешницы, и прошёл к дивану в зале.       — Где мне встать? — осматривая комнату, обратился к чародею.       Тэхён прошёл и сел на диван.       — Подойди ближе, — он немного развернул скрученный бинт, и указал глазами на место, куда нужно встать пациенту.       — Погоди, я сперва мазь нанесу, — Чон принялся второпях откручивать крышку.       — Давай сюда, я всё сделаю.       Он передал ему открытую баночку с мазью и встал, куда прежде указал Ким. Когда немного холодные пальцы коснулись кожи на животе, Чонгук непроизвольно дёрнулся, а по телу разлетелись мурашки, словно бабочки из коробки.       — Ты чего? — Тэхён поднял голову и посмотрел снизу вверх.       — Щекотно, — улыбнулся тот.       — Как ребёнок, — ухмыльнулся чародей и снова уткнулся взглядом в раны.       И для Чонгука начался личный маленький ад. Каждый раз, когда Ким касался его кожи и медленно водил пальцами, внутри него всё скручивалось. Он сжал кулаки и закусил нижнюю губу. Словно разряды тока, прикосновения Тэхёна отдавались в каждой клетке тела. Но ему не хотелось, чтобы это прекращалось. Он был готов снова пойти в логово ведьм, если после этого он сможет опять ощущать его касания. Чон посмотрел вниз и когда увидел, как близко лицо чародея к его паху, был готов завыть. Как это выдержать?       Ему хотелось запустить руку в эти волнистые каштановые волосы. Внизу живота тянуло. Он сунул руки в карманы и немного оттопырил штаны, чтобы не было заметно, как член предательски твердеет. Тэхён заёрзал на диване и потянулся к бинту. Он завёл руку за спину Чонгуку и почти прижимался губами к его животу. Затем отдалился, делая оборот вокруг тела. Дыхание чародея было частым и горячим. Чон слышал, как бьётся его сердце, и этот звук эхом отдавался в мозгу. Во рту пересохло, а губы болели от того, как сильно оборотень их кусал. Член дёрнулся и прорезались клыки, когда он почувствовал волну возбуждения, которая исходила от… от Тэхёна? Он втянул носом воздух и откинул голову назад, как же охренительно тот пахнет.       — Я закончил, — неожиданно раздалось снизу.       — Спасибо, — Чонгук сделал шаг назад, и развернувшись, рванул в свою (госпожи Ким) комнату.       Тэхён надеялся, что после душа ему станет легче. Нихрена… Перед глазами стоял образ Чонгука. Ещё когда Ким увидел мокрого оборотня, вышедшего из ванны, он понял, что ему пиздец. Но когда тот, стоявший так близко к его лицу, подался бедрами вперёд, Тэхёна накрыло. И сейчас уже полночи чародей ёрзал по своей кровати, как уж. Рука тянулась к возбужденному члену.       Он представил, как за стеной лежит Чонгук, и повернувшись на бок, приложил руку к холодной поверхности. Так близко. Ему хотелось снести эту преграду к чертовой матери и дотронуться до горячей кожи оборотня. Хотелось провести языком по каждому сантиметру его тела. Тэхёна выкручивало, как одержимого от желания прикоснуться и увидеть прямо сейчас лицо Чона. И он не выдержал…       Вскочив с кровати, он поправил стоявший, уже как камень член в боксерах, и открыл дверь из своей комнаты. И упёрся взглядом в чёрные глаза… Чонгук стоял прямо перед ним.       — Я блять больше не выдержу! — прорычал он.       — Я тоже, — произнёс Тэхён и, протянув руку, обхватил оборотня за шею, вовлекая того в поцелуй.       Когда их губы встретились, для него всё вокруг замерло. Он провёл языком по губам оборотня и приоткрыл рот, впуская того внутрь. Чонгук целовал его жадно, словно дорвался до самой желанной добычи. Он положил свою руку на затылок и прижал сильнее к себе. Второй рукой сделал тоже самое с телом Кима. Он буквально вжал его в себя, и ему это безумно нравилось. Тэхёну было даже мало, он хотел больше… ближе, чтобы коснуться самой души.       Проведя языком по его зубам, Ким ощутил прорезавшиеся клыки, и это было так чувственно и сексуально. Он обнимал оборотня за шею и ласкал его спину. А когда тот просунул ногу между его бёдер, Ким начал тереться об него, уже не контролируя себя.       Когда они перешли эту грань? Когда их пререкание и желание задеть друг друга перешло в желание обладать друг другом?       Свет от луны попадал в комнату, создавая полумрак, в котором двое, сгорая от желания, уже не могли контролировать силу притяжения между ними.       — Ты такой красивый, — оторвавшись от губ, прошептал Чонгук.       Тэхёну говорили эту фразу много раз, но никогда она не вызывала такого эффекта. Его так возбуждала одна только мысль, что это ему говорит он, что был готов кончить от одного его голоса.       — Ты не представляешь, что делаешь со мной, чёртов оборотень, — промурлыкав в самое ухо, и слегка прикусил мочку. Он запустил свои пальцы ему в волосы и сжал их.       Оборотень зарычал, и подхватив под бёдра чародея, двинулся к кровати. Он положил его и навис сверху. Затем прижал горячую ладонь к щеке, и наклонившись, медленно провёл языком от кончика подбородка вверх по скуле. Его рука скользнула по шее вниз. Пальцами он сделал оборот вокруг соска и слегка ущипнул. Из груди Тэхёна вырвался стон. Его трясло от возбуждения. Он ощущал влагу на собственном члене от выделившего предэякулята. Когда рука Чонгука продолжила спускаться и достигла низа живота, он напрягся как пружина, а когда почувствовал, как тот царапает его когтями, выгнулся словно кошка и громко застонал.       — Ты такой потрясающий, Тэ, — и поцеловал влажные, искусанные губы чародея.       Тэхён обхватил его руками за шею и раздвинул ноги, позволяя опуститься ниже. Он ощутил, как чужой стояк прижался к его собственному и потёрся об него, приподнимая бёдра. В этот момент одежда показалась Киму самым идиотским изобретением. Ему хотелось ощутить каждую вздутую венку и каждую пульсацию члена оборотня. Прикоснуться к горячей плоти и прижать его к себе. И он запустил руку в штаны Чонгука.       — Боже… — тот зарычал прямо в поцелуй, его дыхание стало ещё более частым и горячим.       Ким видел его член прежде и уже тогда понял, что он охренительный. Но сейчас, когда сжимал его в руке и чувствовал, как дрожит сверху возбужденный оборотень, ему просто сносило крышу. Он провёл рукой по всей длине, размазывая естественную смазку, погладил большим пальцем налитую головку и слегка сжал его у основания. Чонгук застонал.       — Тебе нравится? — Тэхён смотрел на такого красивого, взъерошенного и изнемогающего оборотня.       — Да… боже да… — и он толкнулся в его ладонь.       Продолжая ласкать его пальцами, он стянул штаны с бёдер Чонгука, второй рукой. Собственный детородный орган уже болезненно натягивал ткань боксеров. Чон, будто прочитав мысли и ухватившись за резинку, стянул с него их. Он провёл языком по своим пальцам, оставляя ниточку из слюны. И затем мягкая ладонь обхватила член, принося непередаваемое ощущение блаженства. Он закрыл глаза и издал гортанный звук. Тэхён задыхался от жгучих прикосновений Чонгука. Тот сжимал и двигал рукой именно так, как ему нравилось. Когда они убирали руки и тёрлись друг об друга, смешивая предэякулят, это казалось таким пошлым и возбуждающим, что Тэхён еле сдерживался.       Затем они снова ласкали друг друга, стараясь двигаться в одном темпе. Жар от их тел распространялся по комнате, словно от костра. Они стонали и жадно целовались, поочерёдно проникая языками в рот друг друга. Ким ощутил, как огромная волна, которую он не в силах больше сдерживать надвигается на него…       — Гуки, я… я сейчас кончу, — простонал Тэхён.       Оборотень, ускорив движения своей руки, стал ещё быстрее толкаться в ладонь чародея. Он почувствовал, как запульсировал член Чонгука и как напряглось его тело, а через несколько секунд тот весь задрожал.       …и тогда их обоих накрыло этой волной.