Красная шапочка и Волк или сказки врут...

      Чонгук бежал уже очень долго. Его лапы устали, и приходилось иногда замедляться, чтобы восстановить дыхание. Но он должен успеть сегодня, потому что завтра Тэхён вернётся в город. Чонгук пропал на неделю и чувствовал, что если не поговорит с чародеем до его отъезда, тот может и не простить его никогда. Оборотень и сам не предполагал, что всё так затянется. Но он не мог ничего сделать. Они гнали ведьм до самой границы и не могли позволить потерять их запах. Поэтому сейчас он бежал через лес, и единственным желанием было увидеть его. Он даже не думал, что можно так скучать по кому-то. Осталось немного, и он будет рядом. Пусть даже злится, пусть язвит и ругает его за то, что нарушил слово и не вернулся, как обещал. Главное, Чонгук сможет слышать его голос и ощущать запах.       Оборотень пробрался тем же путём, что и в прошлый раз, и оказался рядом с сараем семьи Ким. Он обошёл строение, чтобы не напугать корову внутри, и сел напротив крыльца. Тэхён был в доме один.       Зайти? Но для этого придётся перекинуться в человека. Не прибьёт ли чародей с перепугу голого мужика, который ворвался в его дом? А что сказать в первую очередь?       Чонгук был так сосредоточен на том, чтобы добраться вовремя, что не подумал о том, как пройдёт их встреча. Поэтому сейчас просто сидел и пялился на дверь.       И затем она открылась…       Сейчас это было похоже на их первую встречу… Тэхён стоял и просто смотрел на чёрного волка. Тук… Тук… Тук… и внезапно сердце чародея застучало сильнее... быстрее…       Он сбежал вниз по ступенькам и кинулся к волку на шею. Чонгук чувствовал, как он запустил тонкие пальцы ему в шерсть, как гладит по спине. И как же он охренительно пахнет. Оборотень не шевелился, боясь спугнуть этот момент.       — Живой, — Тэхён смотрел на него, и в его глазах отражалось столько тревоги и волнения, что волк не удержался и лизнул его щёку.       — Ты в курсе, что хвостом виляешь? — и он засмеялся так звонко и ярко, что Чонгук осознал: …кажется он больше не сможет жить без этого Колючки.       — Раскидаешь шерсть, завтра будешь сам пылесосить, — Тэхён придерживал дверь пока чёрный волк входил в дом.       Оказавшись внутри, Чон перекинулся в человека. Он умел делать это быстро, потому что это первое чему учат оборотней после достижения подросткового возраста.       — Может, уже переки…? — Ким закрыл дверь и повернулся.       — Привет, — наконец сказал Чонгук.       — Привет.       Коснуться хотелось до покалывания в пальцах… хотелось поцеловать… но знал, что если он дотронется сейчас до Тэхёна, то уже не сможет остановиться. А ему нужно сперва в душ.       Но чем дольше чародей смотрел, тем больше оборотень не мог себя контролировать. Тэхён часто дышал и облизывал губы, а в глазах танцевали чертята. Член предательски дёрнулся, во рту скопилась слюна, возбуждение как бульдозер прошлось по всему телу Чонгука, не оставляя ни единого шанса сдержаться.       — Мне нужно в душ, — наконец выдавил он из себя.       — Угум.       Встав под душ, Чонгук наконец выдохнул. Горячая вода приятно расслабляла уставшие мышцы и смывала всю тревогу, что он испытывал всю неделю. Теперь всё хорошо, он тут… он рядом.       Дверь в душевую кабину открылась…       — Прости, но я, итак, слишком долго ждал, — Тэхён вошел под воду прямо в одежде.       Его горячие и влажные губы прижались в поцелуе. Язык бесцеремонно протолкнулся в рот и начал вылизывать. Он прижался всем телом к оборотню и, выставив руки вперёд, уперся ладонями в стену. Чонгука ломало от такого настойчивого и возбужденного Тэхёна. Он запустил руки ему под уже насквозь мокрую футболку. Горячее влажное тело вздрогнуло от его прикосновений. Он гладил его грудь и спину, наслаждаясь от того, как выгибается чародей под его руками.       — Гуки… — оторвавшись от губ, прошептал на ухо Тэхён.       Чонгук неосознанно зарычал, его просто вышибало от этого голоса.       — Ещё, — прошептал он, целуя шею.       — Гуки… — промурлыкал чародей.       И снова волна мурашек. Он хотел покрыть поцелуями всё его тело. Хотел, чтобы Тэхёну было так хорошо, как никогда в жизни. Чтобы он никогда не посмотрел на кого-то другого. Чтобы принадлежал только ему. Навсегда.       Чонгук поднял его руки и потянул наверх футболку. Вода струилась по его плечам и стекала вниз по телу. Он наклонился и поймал каплю воды на его соске и затем слегка его прикусил. Чародей застонал и запустил пальцы в мокрые волосы оборотня.       — Я так скучал… — прошептал он и потянул его наверх, заставляя подняться и, жадно поцеловал, когда их губы оказались на одном уровне.       Чонгук развернул его, меняя их местами, и прижал к стене. Затем опустился на колени и, слегка касаясь губами, поцеловал живот. Взявшись за резинку, он медленно потянул вниз, стягивая штаны вместе с боксерами, и продолжал целовать, следуя вниз за одеждой. И от каждого его прикосновения тело Тэхёна вздрагивало, а из груди вырывался лёгкий стон. Когда, наконец, перед губами Чонгука оказался набухший твёрдый член, он просто сдёрнул штаны вниз, помогая Тэхёну избавиться от мокрой одежды.       В прошлый раз ему не удалось хорошо рассмотреть эту часть тела, поэтому сейчас он запоминал каждую венку и каждый сантиметр тонкой нежной кожи. Он взял его в руку и огладил по всей длине. Посмотрев снизу вверх, он увидел, как трясёт Тэхёна. Тот стоял, закрыв глаза, кусал и облизывал губы. Не сводя с него глаз, он провёл губами по головке.       Сделал круговое движение языком, слизывая предэякулят, и провёл рукой снизу вверх по всей длине.       — Ещё… пожалуйста… — прошептал Тэхён и дёрнул бёдрами.       От перевозбуждения собственный член требовал трения. Но Чонгук готов был потерпеть, лишь бы видеть, как наслаждается сейчас Тэхён. Ощущать его вкус на своём языке. Он приоткрыл свой рот и обхватив губами член, немного подался головой вперёд, позволяя ему пройти глубже. Чародей запустил пальцы в волосы Чонгука и сжал их. Оборотень сделал несколько движений головой, стараясь расслабить горло, чтобы избежать рвотного рефлекса. Затем обхватил член Тэхёна рукой и провёл несколько раз по всей длине. Тот настойчиво толкнулся в его ладонь.       — Тэ, посмотри на меня.       Горящие карие глаза смотрели на него сверху. Приоткрытый рот, раскрасневшееся лицо… такой красивый. Не прерывая контакта глазами, он открыл рот и насадился на член, пропуская его так глубоко, насколько позволяло горло. Он начал двигаться быстрее и почувствовал, как руки Техёна надавили ему на затылок. Головка упёрлась в глотку, вызывая приступ кашля, неконтролируемо выступили слёзы.       — Прости, — спохватился Ким.       Но Чонгуку не было некомфортно. Приступ быстро прошёл, и он хотел продолжать. Поэтому он снова плотно обхватил губами сперва головку, а затем, пропустив член дальше, принялся активно отсасывать, помогая себе рукой. Теперь он ощущал, как приятно тот двигается на языке, как смешивается естественная смазка с его собственной слюной. А с каждым встречным движением бёдер Тэхёна его размазывало по полу. Он обхватил свой член свободной рукой и начал двигаться в одном темпе. Ким держал его за волосы и, глядя прямо в глаза, трахал в рот. Представив, как это выглядит со стороны, он чуть сдержался, чтобы не кончить.       Позволив Техён управлять, он спустил руку ниже и начал ласкать его бёдра. Провёл пальцами по яичкам и двинулся дальше по промежности.       — Гуки прошу, не останавливайся, — как в бреду простонал Тэхён и, закрыв глаза, откинул голову назад. Он уперся руками в стенки кабинки, продолжая толкаться бёдрами снова и снова. Когда Чонгук почувствовал, как начал пульсировать на его языке член, он не выдержал…       Все мысли и эмоции устремись вниз, и затем взорвались, накрыв оборотня покрывалом наслаждения. А через мгновение чародей отстранился и кончил, покрывая грудь и живот оборотня теплой белой жидкостью.       Опустившись к нему на пол, Тэхён улыбнулся.       — Это было пиздец, как охуенно, — сказал он и поцеловал опухшие губы Чонгука.