Красная шапочка и Волк или сказки врут...

      — Тэхён, не смотри! — Намджун тянул руки, стараясь вырвать телефон. Он сам отдал его прежде чародею, чтобы тот ответил на звонок, если позвонит Феликс и сообщит о каких-нибудь проблемах в округе.       Бледное лицо, синяки под глазами… подвешенный в неестественной позе за руки Чонгук, сжимающий зубы от боли.       — …Буду присылать по частям… — отвратительный голос распределителя.       Ветер, вокруг стоявших рядом с ним людей, усиливался, поднимая в воздух листья и ветки. Молнии у ног чародея поджигали сухую траву. От его тела исходила золотистая энергия, которая обжигала тех, кто пытался дотронуться, чтобы привлечь его внимание.       Однажды Чонгук рассказал, что испытывает волк, когда преследует свою добычу. Что для него в этот момент есть только цель, и он достигнет её любой ценой.       Тэхён не был волком. Но в тот момент, когда он услышал голос той, кто сделал это с Чонгуком, весь мир словно замер. Ярость, которую испытывал сейчас чародей, была словно его огненный конь, нёсший его к цели. Бешенство, которое разрывало собой каждую клеточку его тела, было оружием, что он направил на свою добычу. Тэхён не был волком. Но сейчас никто и ничто не могло остановить его.       Он шёл вперёд и ожесточённо бил каждого, кого видел перед глазами. Он безжалостно выпускал стрелу в любого, кто возникал на его пути. И если толпа охотников, стоящая у дверей, ведущих к его цели, решили сгореть, то так тому и быть.       — Сконцентрируйся. Представь место, куда хочешь попасть и своего проводника.       Концентрация… Помещение базы… Чонгук.       И словно вся энергия, скопившаяся в нём, ударила невидимой волной по строению, разрушая всё на своём пути. Он ощутил, как дрогнула земля под ногами и как с грохотом обрушилась стена и потолок первого и второго этажей центрального здания, погребая под собой всех, кто был внутри.       И как только пыль от разрушения немного осела, он вошёл внутрь и, стоя на руинах, позвал ту, чью смерть жаждал увидеть больше всего.       — КАН ХАЁН!!!       Оставшиеся в живых охотники убегали прочь, а те, кто решил, что хочет помешать Тэхёну пройти дальше, отлетали от уже небольших волн энергии чародея.       Перед глазами стоял образ Чонгука. И если все эти дни он представлял оборотня смеющимся или как тот надувает щёки, когда злиться, то сейчас не мог стереть из памяти картину, где тот испытывает боль по чьей-то вине.       — Тэхён! — голос Намджуна прозвучал, словно эхо в голове.       Он обернулся и увидел подбегающих к нему друзей. Они остановились в нескольких метрах от обжигающей ауры.       — Ты в порядке? — взволнованный кузен постарался заглянуть в глаза чародея.       — В полном, — выдохнув, он сжал кулаки, пытаясь прийти в себя.       — Нам сюда, — показал рукой направление Хосок.       И когда он почти повернул за угол, то увидел выбегающую на улицу женщину и несколько охотников. Он рванул за ними и почти сшиб спрыгнувшего откуда-то сверху Юнги.       — Иди за Чонгуком, я поймаю её! — крикнул Бастет и, обогнав Тэхёна, скрылся за обломками перекрытий.       Доверившись Мину, Тэхён побежал обратно в направлении, куда прежде двинулись Хосок и Намджун. Идя по длинному коридору, он обратил внимание на несколько дверей со странной нумерацией. «Первая дверь: Объект No 3. Имя: Мунён. Вторая дверь: Объект No 4. Имя: Кацума».       Заглянув через маленькое решётчатое окошко, он окинул взглядом комнату. Стены были исписаны символами и иероглифами, но этого языка чародей не знал. Одноместная кровать и письменный стол. Почему нет номера 1 и 2? И что за объекты? И хотя Тэхёну было любопытно, сейчас его больше волновало другое. Поэтому, оставив таинственные двери позади, он побежал дальше.       Дойдя до конца коридора, он спустился по лестнице, уходящей на несколько этажей вниз, и, наконец, вышел в более просторное помещение, в котором уже лежали перебитые его друзьями охотники. У дальней стены располагалась большая металлическая дверь, возле которой топтались Хосок и Намджун.       — Что такое? — Тэхён не понимал почему они не открывают дверь.       — Там заперто изнутри и она не поддаётся, — кузен подёргал ручку для большей убедительности.       — Хосок, тебе слышно что-нибудь?       — Нет, похоже, это что-то типа бункера. И его специально оборудовали звукоизоляцией.       — Я попробую открыть, — чародей отошёл чуть дальше.       — Стой! — Намджун выставил руки вперёд. — Тэхён, во-первых, ты уже не светишься, а во-вторых, ты уверен, что сможешь контролировать силу и не снесёшь тут всё?       — Ох, — об этом он и правда не подумал.       Но как тогда ему попасть внутрь? Он начал судорожно осматривать помещение на наличие того, что может помочь. Но зал был почти пуст. Только пожарное оборудование на стене. Вот оно! Тэхён рванул к щитку и, открыв ящик, достал оттуда топор.       — Отойдите, — скомандовал он, собираясь замахиваться на замок.       Он был готов хоть всю ночь наносить удары по бункеру, пока не попадёт внутрь. Он расставил ноги пошире и перехватил рукоять топора, но…       Двери внезапно открылись. Чародей бросился к ручке и потянул дверь на себя. Прямо перед ним стояли чёрные глаза. Перед дверьми стоял Чонгук. Вся его грудь и руки были покрыты кровоточащими порезами и глубокими ранами. Тэхён уверен, что так выглядит всё его тело. Но чёрные штаны, которые явно были ему коротковаты, не давали обзора.       Они смотрели друг на друга, как делали это всегда. Как делали это в тот день на крыльце, и в ту грозовую ночь, и в тот момент, когда не могли больше сдерживать притяжение друг друга. Сердце хаотично прыгало внутри, очевидно забыв, что такое ритм. От осознания того, что Чонгук точно жив и он стоит прямо тут, к глазам стали подкрадываться слёзы.       — Ты снова с топором?       — А ты снова в чужих штанах?       — Могу снять если тебе прин…       — Я так сильно люблю тебя, — прошептал Тэхён и притянул его к себе.       Ким не знает, когда этот последний забор внутри него рухнул. Но сейчас он был абсолютно уверен в том, что испытывает, и больше не хотел об этом молчать. Хотя он чувствовал тепло кожи и дыхание оборотня, ему было мало. Он хотел впитать каждой своей клеточкой это ощущение. Он жадно прижимал его к себе, боясь пошевелиться. И когда руки Чонгука обхватили его, он, наконец, осознал, что это не сон. Он нашёл его.       — И я люблю тебя, — сильнее сжимая в объятьях, произнёс оборотень.       Они стояли, словно два магнита, которые никто бы не смог оторвать друг от друга. Тэхён смотрел на комнату, из которой вышел Чонгук, и теперь понимал, откуда все эти раны. Стены и пол бункера были в крови. Разорванные тела охотников лежали в разных углах. Гильзы от пуль, словно рассыпанный горох, покрывали пол. Порванные цепи свисали с креплений, которые частично были вырваны из стен. Всё помещение было похоже на то, будто его пропустили через мясорубку. Через что он прошёл, чтобы вернуться к нему?       Почувствовав, что тело Чонгука расслабляется и он начинает давить весом на Тэхёна, он постарался придерживать его, не давая упасть.       — Пошли домой, — улыбнулся чародей и повернулся к остальным, продолжая выступать в качестве опоры.