Красная шапочка и Волк или сказки врут...

      — Отойди, ты мешаешь, — ворчала бабушка на Тэхёна.       — Я не мешаю тебе, — пробубнил он, но всё же немного отошёл в сторону.       — Чонгук, лежи смирно! — она ударила по руке, которую тот тянул в сторону чародея.       — Я не шевелюсь, — прокряхтел пациент.       — Так, вы можете отлепиться друг от друга? — она положила использованный ватный диск в миску и перевела взгляд с одного на другого.       Но Тэхён не мог. Ему было необходимо касаться Чонгука. Это было неосознано и не поддавалось контролю. Он крутился вокруг кровати и вздрагивал каждый раз вместе с оборотнем, когда бабушка прижигала раны каким-то раствором. Он стоял у изголовья кровати и перебирал его волосы, но Чон не мог его видеть, поэтому выгибал шею, чтобы посмотреть.       — Чимин приехал, — вдруг сказал он и посмотрел в сторону двери.       — Что? — Тэхён прислушался, но ничего не услышал.       — Вот и иди, встреть друга, — убирая его руки от волос оборотня, проворчала бабушка.       Тэхён вышел на улицу. У амбара стоял его друг. Руки скрещены на груди и морщит нос… Он пытался понять по его лицу, простил ли он Кима.       — Иди уже сюда, — сердито сказал Пак, но раскрыл руки для объятий.       — Чими, прости меня, — виновато скулил Тэхён, обнимая его.       — Ладно уж, но чтобы больше не врал, ясно? — и он отстранил его, чтобы посмотреть в глаза.       — Не буду.       — Вот и хорошо, — уже улыбался он.       Они прошли к дому и сев на крыльцо, Тэхён принялся рассказывать другу всё, что с ним произошло. Много извинялся за то, что по его вине Чимина похитили. И за то, что с Юнги всё так получилось.       — Ну, за это можешь не извиняться, — захихикал друг.       — Вы помирились?       — Можно и так сказать, знаешь…он меня так злил, что я его поцеловал.       — Логичный поступок, — хохотал Ким.       — А он оказывается так круто целуется… у меня аж ноги подкосились, — он лукаво прищурил глаза.       Но вот чародей уже смотрел ему за спину, потому что там стоял тот самый крутоцелующийся. И прожигал взглядом небесно-голубую макушку Чимина.       — Ты чего? — не понял Пак и обернулся.       — Я тебя больше не буду спасать, — пропыхтел Бастет, когда их глаза встретились и, развернувшись, пошёл прочь.       — Ну, Шугочка… Ну чего ты? — вскочил за ним друг. — А я тебе молока привёз и машину твою назад пригнал, — семенил он следом.

***

      После того, как бабушка обработала раны и отпустила пациента, все четверо поехали в дом Чонов. Всю дорогу в машине Тэхён ощущал на себе голодный взгляд волка и еле сдерживался, чтобы не залезть на него прямо там. К моменту, когда они добрались, на кухне уже вовсю шла война с мясными закусками. Как выяснилось, ни Намджун, ни Хосок не умеют готовить. Поэтому, когда в дом зашёл Чимин, они облепили его с двух сторон.       — Юнги, положи нож, — обратился к нему Хосок, когда тот сидя на столешнице, вертел опасный предмет и буравил взглядом Намджуна, который, очевидно, стоял слишком близко к Чимину.       — Ты уже видел мою комнату? — открывая туда дверь, спросил Чонгук.       — Нет, я не хотел сюда заходить без тебя.       Они зашли внутрь, и оборотень включил свет. Но Тэхён не успел ничего рассмотреть, потому что, как только за ним закрылась дверь, его припечатали к стене.       — Ты так охренительно пахнешь, — Чонгук наклонился к его шее и шумно втянул носом воздухом.       От этого действия у чародея внутри всё задрожало, а ноги, будто пластилиновые, подгибались, не удерживая вес всех чувств, что он испытывал.       — Чем?       — Раньше был запах леса, а сейчас ты пахнешь, как лес во время грозы. И меня это просто с ума сводит, — он поднял голову и провёл кончиком носа по щеке Тэхёна.       — Мне это нравится, — улыбнулся Ким и запустил пальцы в чёрные волосы.       — А если я совсем свихнусь? — прошептал он в самые губы, прижимаясь ещё сильнее к нему.       — Значит, нас будет уже двое, — и чародей, надавив на его затылок, поцеловал мягкие горячие губы.       Они были рядом, они обнимали и целовали друг друга, но им всё ещё было мало друг друга.       — Нам нужно спуститься к остальным, — почти задыхаясь, прошептал Тэхён.       — Не нужно, — вовлекая обратно в поцелуй и не отрываясь, Чонгук шагнул в сторону кровати.       Он лёг на спину и потянул на себя чародея. Сев сверху и ощутив, как упирается в него член оборотня, Ким уже представлял его у себя во рту. От этих мыслей его повело так сильно, что он непроизвольно начал двигать бёдрами. Наклонившись, он протолкнул свой язык в горячий рот, и когда оборотень обхватил его губами и начал посасывать, он застонал. Никогда Техён не был таким развратным, но сейчас рядом с ним больше не было границ. Он отдавался в это безумие с головой, и ему было мало. Расстегнув молнию на ветровке Чонгука и сняв свою футболку, он начал целовать каждую уже начавшую регенерироваться ранку на его груди. От каждого касания губами оборотень выгибался и сильнее сжимал руками бедра Тэхёна.       — Кажется, я могу кончить только от твоих поцелуев.       Эти слова ещё больше подхлестнули чародея. Он спускался ниже, облизывая и прикусывая кожу на животе. Ему хотелось, чтобы Чонгуку было хорошо, чтобы он погрузился в блаженство и утонул в нём также, как Тэхён тонул от этого. Он снял с него штаны и, обхватив рукой такой твёрдый и перевозбужденный член, мазнул языком по уздечке.       — Тэхён… — оборотень дёрнулся и подался бедрами вверх.       — Такой нетерпеливый волк, — он улыбнулся и скользнул губами, целуя головку.       Тэхён взял в рот и сделал несколько движений. Ощущая вкус Чонгука на своём языке, он был сам готов зарычать словно оборотень. Он двигался медленно, помогая себе рукой, и наблюдал, как сжимает простыни и выпускает когти его любимый. Он ждал момент, когда тот не сможет больше сдерживаться. Он был готов принять его внутри, потому что пробка, вставленная ещё в его доме, уже хорошо подготовила мышцы. Внезапно Чонгук потянул его вверх, отрывая от себя.       — Иди сюда, — он подталкивал его пах к своему лицу.       Тэхён скинул штаны и вернулся в прежнюю позицию. Оборотень продолжал лежать на спине, приподнимая голову, а чародей, стоя на коленях, упирался своим стояком в его губы. До этого Ким был уверен, что сможет продержаться до конца, но когда влажный рот поглотил его, плотно обхватывая губами, вся его бравада пала. И затем Чонгук нащупал колечко от пробки. И если сперва его глаза округлились от удивления, то через секунду он хитро прищурился и, продолжая насаживаться губами на член, повернул пробку внутри и немного надавил на неё. Глаза Тэхёна вспыхнули янтарём, и каждая из тысяч молний удовольствия пронзила его тело.       — Гуки… ещё… — он двигал бедрами навстречу, сжимая волосы оборотня и проталкиваясь глубже.       И каждый раз, когда тот нажимал на кольцо пробки, из его груди вырывался стон. И вот этот момент, когда у волка закончилось терпения, настал. Он буквально скинул чародея с себя и, швырнув его на кровать, навис сверху. Его глаза стали полностью чёрными, ноздри раздувались. Сейчас он был похож на настоящего хищника. Он метнул взгляд на прикроватную тумбочку и быстро достал из ящика небольшую бутылочку с массажным маслом.       — Прости, но я затрахаю тебя сегодня в прямом смысле этого слова.       И Чонгук это слово сдержал. Он брал его жестко и много. Тэхён не успевал отойти от одного оргазма, как его снова накрывала волна безумства. Стоны и рычание заполнили собой всю комнату, а может и весь дом. С каждым разом ему казалось, что Чонгук входит еще глубже, наполняя его собой. Их губы опухли и болели от поцелуев, а тела были покрыты следами мифической страсти друг друга.       До встречи с НИМ, Тэхён не думал, что можно кого-то так любить и что с кем-то может быть так… так восхитительно хорошо…