Видишь звёзды?

Двадцать седьмое мая две тысячи пятнадцатого года. Пять часов тридцать восемь минут. Москва. Общеобразовательная школа "***" Когда бывает громкая музыка? Вечеринки, свадьбы, тусовки... А ещё первый звонок и выпускной. В шуме музыки, голосов, которые читают заученные тексты и громком голосе учителя практически не слышно шума ветра и пения птиц. Выпускались, очевидно, сразу несколько классов: девятые и одиннадцатые, так что вальс танцевали как обычно безумно долго. Многие ребята, которые стояли далеко позади давно отошли к стенам, дабы хоть немного снять напряжение в ногах. И одним из них оказался выпускник девятого "А" класса - Алексей Мутных, который всё думал о том, как бы ему выпросить немного выпивки у тех, кто постарше. Галстук неприятно поддавливал на шею, так что ему пришлось чуть ослабить узел. Короткие каштановые волосы чуть выше середины уха, широкие брови, чуть задранный кончик носа и хитрые, но уставшие карие глаза - образ того, кому сейчас до безумия хотелось сбежать от этого балагана. И не только ради алкоголя и табака. Дело было ещё и в родителях, которые пригрозили ему заявится в самом конце и забрать его, чтобы тот не шастал где попало, так что в груди неприятно жгло, а паранойя только усиливалась. Но отдохнуть хотелось не менее сильно, так что было принято решение подойти к первому попавшемуся старшекласснику и выпросить у него сбегать за бухлом: навряд-ли тот станет делится. И так, время пошло. — Пс-с.. Эй.. Чел. Подкравшись к темноволосому, достаточно высокому одиннадцатикласснику, парень нагло обнял его за плечи. Естественно, тот вздрогнул, на что Лёша незамедлительно начал его успокаивать: — Тиха-а-а... Норм всё.. Слушай, тебе ж есть восемнадцать? Можешь по-братски сбегать мне за пивасиком после всей этой чепухи, а? Голос у парня был зрелым и низким, так тот ещё и шептал всё на ухо, для чего пришлось приподняться на носочках. Он уже было хотел запустить руку в карман брюк, как услышал необычный ответ: — Пф. Бегать - эт не моё, я с собой всё ношу. Не боись, поделюсь, если хочешь. Брюнет повернулся, и лицо его стало видно в полной мере: смольные, короткие волосы почти доходящие до конца ушей и полукруглые очки с тонкой черной оправой. Он бы выглядел типичным прилежным учеником, если бы не серебряный септум с острыми концами, такое же кольцо на изгибе брови и прокол ушей, на одном из которых висела обычная булавка. Видимо он обладает железным терпением, раз все это время игнорировал придирки учителей насчёт внешнего вида. Для этого юноши ситуация с родителями обстояла кардинально другая: они просто не обратили на важное событие в жизни сына ни капли внимания. Ну и чёрт с ними. Лёха крайне удивился такой щедрости, но хищная улыбка невольно расползлась по его лицу, а ладонь ненавязчиво, будто с похвалой, похлопала старшего по плечу: — О-о, живём, спасибочки.. — Пауза. — Чё, куда твои уходят? Ты с ними, или как? Я чур с тобой. Реплику сопроводил смешок, после чего руки спустились в карманы. Но от подростка не отстали: почти в эту же секунду его снова легко толкнули в бок. — О, о, а это, — Слова вдруг стали тихими, будто речь шла о чем-то запрещённом. — а сигаретки не найдётся?? — Не, я каждую перемену просто так бегаю за школу, пробежечка нахуй. Щас. — Пауза. — Закончится это дерьмо - пойдём, дам всё. — Смешок. — Пасиб. Директор начинал читать последние слова, а на той стороне "линейки" стоял русый парень, тоже девятиклассник, но из класса "Б", который давным-давно положил глаз на нового знакомого Лёши, и второму был явно не рад. Уже тогда он начал пилить его взглядом. — М-м... — Старшеклассник отвёл взгляд в сторону, раздумывая. — Насколько знаю, они на хату к кому-то собираются. — Скрестил руки на груди. — Без приглашения туда хер проберёшься, так что я пойду скитаться по парадным. Хочешь - иди с ними, мэйби примут, хз. — Пожал плечами. — Но я пас если что. И нет, парень не был изгоем, скорее... Он сам никуда не принимал приглашения. Слишком шумно, прямо как сейчас. Тому коротко ответили: — Не-е. Я с тобой. Наконец, всех распустили, учителям были кинуты слова прощания, и одиннадцатиклассник, оглянувшись, слегка хлопнул нового друга по плечу: пора. — Ну, как знаешь. — Тот неопределённо пожал плечами, выдержав паузу. — Всё. Пошли быстрее, пока никто не приебался, отдам всё. Парень чуть пониже, на смешке протянул "Е-е-е!", направившись со старшим за рядом стоявшие дома. — Кста, тебя как зовут? Я Лёха, если чё. — Юра. Обращайся, если что. Думаю, найдёшь, если захочешь. Сегодня девятикласснику повезло встретить такого щедрого молодого человека, ведь обычно всё, на что он мог рассчитывать - это пинок под зад, ну или в лучшем случае промокшую сигарету. И Алексей тоже не был фанатом тусовок. Может, даже ходил бы из-за алкоголя и ночного неба, но возможности не предоставлялось. А впечатление Юры о нем было неоднозначным: с одной стороны, младший подошёл не "побычиться", а оказался очень даже общительным, а с другой - парень всегда был готов к стёбу и розыгрышам, так что слишком близко его не подпускал. Наконец, пришло время последний раз пройти по заученному пути, и больше он никогда не понадобится. Старшеклассник в открытую вручил другу банку светлого пива и практически полную пачку сигарет - видимо, в этом месте было максимально безопасно. Ну а от такой щедрости Лёша лишь протянул: — Еба-а-ать... В переулке был высокий парапет, который отделял двор от достаточно крутого спуска вниз, а около него были накиданы гнилые от влажности доски и коробки. Наконец отойдя от шока, девятиклассник сунул пачку сигарет в карман, а алкогольный напиток оставил в руках, садясь на парапет и снимая рюкзак. — Спасибо конечно, как-нибудь прийдётся с тобой рассчитаться. — Не обязательно: все свои. В долг не записываю. Если отдаю - бери пока добрый, потом хуй так получишь. Младший усмехнулся, а портфель оказался свешен между ног, баночка оставлена на прохладном бетоне, ладонь же подзывающе предлагает сесть рядом. — Спасибо. — Было бы за что. Важная фраза. Пускай слегка непонятная, но поистине важная. Птицы приятно щебетали, а между домами кипящей лавой по холодной глади неба разливался закат. — ... Постарайся, пж-шка, мне меньше показывать жестами что-либо. Это могло показаться странным со стороны Юры, но веские на то причины, очевидно, были. Раздалось лёгкое шипение и звук, характерный для открывания железной банки какого либо напитка. — Ам... Ладно? — Между тем, брюнет всё же сел рядом с девятиклассником, распечатав новую пачку сигарет и достав ещё одну порцию напитка. — А что не так, если не секрет? Лёше уже собирались ответить, как откуда-то из-за угла вышел тот самый парень из "Б" класса, который слащаво звал: — Юрочка-а-а! Оба обернулись, увидев юношу, русые волосы которого отливали рыжим на солнце, крупные веснушки усыпали его нос и лицо, а в светлых, голубых глазах зрачок был совсем маленьким от того же света. — Чё... — Прошипел Юра. — Ты.. Кто? Гость эту реплику не услышал, а сам же старшеклассник начал припоминать... *** Сентябрь. — Я люблю тебя! Прямо на уроке, в коридоре, Александр Птахин - рыжий парень, который только-только перешёл в девятый класс - сознался в любви одиннадцатикласснику - Юрию Левицкому. Фраза прозвучала слишком громко, так что брюнет кинулся закрывать тому рот.... *** — А-а... Это ты. Взгляд старшеклассника потупился в гниющих досках, и пальцами тот невольно сгинал-разгинал уголок пачки сигарет, тон голоса же казался невероятно холодным и ядовитым. Точно... Этот голос. Вот же ж... Гримаса Саши явно выражала неприязнь к его спутнику. — Я еле нашел тебя! — Следующее предложение намеренно было растянуто. — А это кто с тобой? Сам он.. Выглядел очень дружелюбно. Обычные короткие волосы, зачес на одну сторону, и яркая, даже милая улыбка. Но что-то было в нём не так. Настойчивость, привязанность, ненависть в обращении к Лёше.... Ревность. — А чё? Какая те-то разница? Алексей же решил вмешаться, и немного побесить незнакомца: — Я? Парень его, а что? Но шутку скрыть не удалось, и уголок губ предательски выгнулся вверх, что юноша старательно пытался скрыть за глотком пива. На такую смелость похвалы получить он не мог, лишь металлический взгляд исподлобья и до жути растянутую, противно-вежливую фразу: — Во-от как... Интересно... Девятиклассник случайно встретился взглядом с Сашей, и мурашки пробежали по коже. — Я повторяю ещё раз. — Между словами Юры был сильно выделен пробел, но взгляд он так и не поднял. — Какая тебе разница? Те вообще чё надо? За выпивкой тащись к другим, я и так последние деньги, блять, потратил.. Чуть отросшие ногти впились в кожу, когда брюнет сжал кулак, чтобы отвлечься от эмоций. Боль всегда их мастерски глушит. И нежданному гостю ещё повезло, что тот не бросился в драку по старому доброму обычаю. Если уж он действительно знает Юру - должен был привыкнуть к его манере общения. Особенно с теми, кто ему не нравится. Никаких исключений быть не может. Сидящий рядом юноша застыл, кинув виноватый взгляд на компаньона. Он действительно потратил последние деньги? Руки опустились к коленям, пальцами крепко сжимая эллипс верхней части жестяной банки. Если же это были последние, тогда почему? Почему он не послал его так же? Не похоже, чтобы Юра не умел отказывать - как раз наоборот. И конечно же это было не так. Только вот теперь голову Лёши окутала вина. — Ю-юрочка, я совсем не за выпивкой к тебе пришёл. — блондин резко переменился в лице, как и его голос, который теперь излучал только любовь. — Я просто хочу провести с тобой время, только и всего. Вернувшись в реальность, Алексей снова решил вмешаться, так как друг его выглядел крайне подавленно. — Слушай, чувак. — Тот чуть подался вперёд. — Ну ты что, с первого раза не понимаешь? — Тон был мягкий, и лишь слегка выражал недоумение. — Чего приебался? Иди кого-нибудь другого в компаньон подбери. Саша огрызнулся: — А тебя не спрашивали! "Соперник" его успел только раскрыть рот, как гость подошёл, и медленно начал поглаживать Юру по плечу, ласково приговаривая: — Ну с кем же ты тут водишься, Юрочка? Неужели действительно променял меня? Безумно хотелось ответить за нового друга. Но, если все обернется бойней - лучше не станет. На прикосновение Левицкий без промедления ответил: сдержавшись от удара сбросил веснушчатую ладонь с плеча. Ещё немного - и не выдержит, и тогда вся вина будет на этом рыжем недоумке. Оставлять так было нельзя.. Шатен всё раздумывал, насколько они близки, и теперь, по реакции Юры всё было понятно. Ни на секунду не сомневаясь, Лёша оставил банку пива на парапете, а сам он встал, по росту оказавшись немного выше чем Саша. — Ну чё ты лезешь, а? — Тон всё ещё был сравнительно мягким, а руки были скрещены на груди. — Тебе русским языком объяснили. Ответ от оппонента прозвучал почти сразу же, и он даже не отодвинулся от возлюбленного. — Встречный вопрос. Голос звучал жутко, металлический его отблеск тихо звучал над ухом брюнета. Через какое-то время Александр всё же отвлекся от жертвы, пребывая в полусознательном состоянии, будто после шока. Лёша с претензией ответил: — Я-то? Слышь, кого из нас тут посылают, а? — Пара шагов вперёд. — Нет - значит нет, иди уже. Девятиклассник ненавязчиво толкнул рыжего в плечо, на что получил удар в то же место, только в несколько раз сильнее, отчего пошатнулся и отступил. — Не лезь, рот закрой!!! Не подходи к Юре, понял?! — По началу голос его звучал резко и громко, но следующая же фраза снова затихла, а между словами стали чуточку дольше. — И не шути со мной. Друг Левицкого ненадолго опешил, а его визави успел обратиться к виновнику спора: — Юр, что он тут делает? Ты хочешь отпраздновать с ним? Последнее слово было выделено с отвращением. Ответил ему Лёша: — Да блин, выпить мы пошли, что такого? Чё ты бесишься, будто он игрушка твоя? Снова резкий, холодный ответ: — Закрой пасть, тебя не спрашивают!! — "Враг" Саши округлил глаза, а тон голоса гостя переменился. — Юра??? Юра же... С самого начала хотел остановить своего друга, но не успел. Смотря в пол, он вслушивался в каждое слово, внимательно и четко, стараясь не сорваться. — Завались.... Прошипел тот, после чего резко встал. — Да блять, я сказал завались уже! Подойдя вплотную к Александру, тот грубо схватил его за грудки, пока ему ласково улыбались. — Чё тебе, сука, сказали? Какого хуя ты вообще лезешь!? — В ответ все ещё была лишь улыбка. Голос стал чуть тише, но не потерял ноты раздражения. Лёша же отступил, боясь испортить ситуацию. — Почему я блять не могу нормально провести время со своим другом? Какого дьявола ты вообще приебался с пустого места?! Почему, блядь, я обязан по-твоему либо остаться на всю жизнь один, либо проводить время с тобой, а?! Чел, мы даже не знакомы толком, какого, блять, хуя?! — Рыжий мягко позвал его: "Юр..", но его отпустили, а затем резко ударили в грудь, отчего тот сделал шаг назад. — Чел, блять..! В голову одиннадцатиклассника пришла одна странная мысль, которая, по идее, должна сработать. Он стал говорить снисходительней, даже с "любовью", но самого тянуло блевать. — Саш, пожалуйста, хотя бы ради меня... Не трогай его, окей? Я тебе потом всё объясню. Последовала необъяснимая реакция: взгляд вновь стал холодным, как лёд, и на мгновение вонзился в позади стоящего Алексея. Секунд пятнадцать тот молчал, после чего грубо отрезал: — Ладно. Гость сделал пару шагов к Юре, приподнялся на носочках, запустив пальцы в его черные как смоль волосы. Светлые глаза устремились в чужие, отчего холодок пробежал по спине. Шепотом тот угрожающе выдал: — Но ты обещал. Я сегодня ещё приду к тебе. Левицкий сжал зубы, чтобы перенести напряжение с прикосновений на собственную боль. Но это было только началом: затем, Птахин обнял его, а ладонь медленно скользила по шее, спустилась на плечо, затем же прогладив грудь, непременно задев ворот рубашки. Без слов отстранившись, ещё раз кинув взгляд на этих двоих, он направился прочь. Оба стояли в шоке некоторое время, и как раз ждали, пока неприятный парень наконец уйдёт. Юра устало опустился на парапет, закуривая новую сигарету. — И давно ты так?.. Вопрос Лёши прозвучал совсем ненавязчиво, будто тот боится вновь взбесить собеседника. Пока брюнет желал глоток алкогольного напитка, его напарник опустился рядом, одним движением расстегнул молнию на рюкзаке, чуть покопошился, и достал оттуда полосочку обычной Милки. — Держи. Это не было приказом или претензией, просто... Дружеский жест. Может, сладость хоть немного поможет успокоиться. Левицкий тихо усмехнулся и спокойно принял угощение: — Спасибо... И за неё, и за то, что заступился. — Это тебе спасибо.. К тому же, я только усугубил ситуацию.. Откусив дольку шоколада, Юра решил вернуться к первому вопросу: — А... Прилично. Прибежал с ничего, признался, ну, я ему отказал вежливо, типо, сорян, не расстраивайся, найдешь кого получше себе... — Вздох. — И чё думаешь? Пожалуйста. Приебался и хуй отцепишься теперь... Если бы я ещё его ебало ви-... — Тот запнулся. Всё же, проболтался. — Видел... Парень заметно взгрустнул, собеседник же его поёжился: — Пиздец.. Хоть вешайся. Мурашки блин от него идут... — Следующая фраза была произнесена крайне разочаровано, а сам юноша опустил голову. — И весь закат пропустили... — Н-да.. Обидно. Прицепился же, блядь.. Юра сделал ещё один глоток, когда Лёша вернулся к первой его реплике: по началу тот просто не понял, почему он запнулся. — А, у тебя сильный минус, да? Никакой насмешки и издёвки не было, лишь человеческое понимание и усталость. — ...Почти... Слепота.. Частичная, так что жить ещё можно. На свет вообще выходить ненавижу, к глазам вечно все цепляются, тц... Было тяжко говорить об этом. Изъян ли это или нет - он не знал, но когда то.. *** Без адреса. 20:35. "– Всё точно будет в порядке?" - спрашивала какая-то женщина, чей силуэт совсем не хотел вырисовываться, пока его везли на переноске в операционную. "– Точно." - уверяли её какие то люди в белых медицинских халатах и синих одеждах: врачи, видимо. А дальше всё в тумане... Помнится только размытый силуэт медсестры, какой-то девушки, которую по голосу можно было узнать, что она была тут ещё и ранее, и белые стены больничных палат, от которых глаза болели ещё больше, пускай видно какое то время ничего не было. Дальше пошёл на поправку, но мир так и остался размыт навечно, а пищание аппарата для измерения сердцебиения так и стояло в ушах, где-то далеко в подсознании крича: "очнись, всё не так радужно, как кажется". *** — Оу... — Алексей погрузился в мысли, и никогда с таким не сталкивался, так что ничего толкового сказать не смог. Он согнулся, подперев голову ладонью. — Обидно, наверное... — Мгм.. На самом деле да.. Ненадолго повисла тишина, но девятиклассник разбавил её вздохом, отставив пиво в сторону, после чего начал: — И... Я не знал, что ты последние деньги потратил... — Он опустил голову, опираясь локтями на колени. — Типо, обычно либо нахуй посылают, либо делятся глотком или одной сигаретой.. Я не подумал, что ты совсем всё потратил, раз так щедро делишься.. Прости. Тут же последовала поддержка: — Чувак, не парься насчёт этого. Я спизданул первое, что в голову пришло, дабы тот отвалил. Думал, он за выпивкой притащился, вот и соврал. — Юра повернулся к другу, и слегка расставил руки в стороны, ненавязчиво приглашая и будто прося разрешения. Безумно непривычно. — Всё нормально, чё ты, м... Лёша легко усмехнулся. Пускай брюнет не видел его улыбки, но мог замечательно расслышать то, что в смехе нет ничего сатирического. — Хорошо... Парень развернулся, закинул ноги на парапет, скрестив их перед собой, затем мягко обнял нового друга, уткнувшись носом в ткань рубашки. — Мне жаль... Левицкий помедлил, но всё же спокойно ответил на объятия, поглаживая мягкие, каштановые волосы. — Всё в порядке... Живой - и ладно... Зато в тебя всё нормально, так? Голос отвечающего был слегка приглушен: — Угу... У меня минус два, но это практически не мешает... Очки почти не ношу... Тут его озарила идея, и он быстро отстранился, вновь свесив ноги и оперевшись руками на парапет, вглядываясь в темноту ночного неба. — Знаешь... Закат сегодня был очень красивым. Облака, как вата, внизу были окрашены в розовый... Даже персиковый, а сами нежно-голубые, но будто их обмакнули в глазури.. — Тот говорил увлечённо и мягко, восстанавливая в голове образ прекрасного пейзажа. — И солнце... Красиво отражалось от окон домов, пылая таким.... Ярко-красным, бордовым, а небо рядом малиновое... Он не стал ни гнобить, ни издеваться... Только описал то, что так хотел увидеть. Старался, применял все знания, что ошарашило Юру и заставило искренне приулыбнуться. Рассказ тот слушал невероятно внимательно, ведь... Никто раньше ничего подобного не делал. Никто раньше не описывал что-то такое повседневное для всех.. И это до ужаса было приятно. — Вот как... — Слабый, искренний смешок. — Красиво было, наверное... Спасибо. — Он чуть помешкался. — А... А как я сейчас выгляжу на самом деле? Вопрос действительно мог показаться глупым, но, чёрт, было очень интересно посмотреть на мир по-новому, в реальности, а не лишь в фантазиях, в которых сохранился образ того, как он выглядел раньше. — Ты? — Тот дружелюбно хмыкнул. — Ты красивый... Леха снова подпёр подбородок ладонью, прикрывая уголок губ. Пропустив небольшую паузу тот продолжил: — У тебя бледная кожа.. Прямой нос, слегка выделенные скулы. Пирсинг тебе очень идёт. Прямые брови.. — Лицо стало чуть удивлённым. — О, только сейчас заметил.. Глаза очень красивые, пепельно-голубые.. И зрачок мутный. Ещё немного, и сливался бы.. Уши чуть заострённые к концам, и волосы немного растрёпаны из-за ветра. И шея изящная. Ресницы интересно поднимаются вверх, обычно их так укладывают, а твои сами так стоят.. Ни одной родинки или веснушек.. Очень чистое лицо. Хм.... Наверное всё? — Всё повествование Лёша не спускал глаз с друга, внимательно рассматривая каждую деталь. — А ещё тебе очень идёт спущенный галстук. Круто выглядишь. Ух-ты... Настолько подробное описание. Юрий всё это время смотрел на размытый силуэт друга, под конец изумлённо взвив брови вверх. По привычке он еле прикоснулся кончиками пальцев к скуле, но сразу же убрал руку в сторону. — Интересно... Наверное, не изменился почти за это время, хах... Стой. — Пауза. —Он всё это время был спущен? Конечно, это была шутка, стёб над самим собой, иначе реакция была бы совсем другая. — Ла-адно, допустим. Спасибо в любом случае. — Юра взял банку холодного пива и приподнял её вверх, Начиная своеобразный тост. — Так, ну, за охуенное начало дружбы? Конец учёбы - начало новой жизни и открытия возможностей.